Ваш браузер устарел, поэтому сайт может отображаться некорректно. Обновите ваш браузер для повышения уровня безопасности, скорости и комфорта использования этого сайта.
Обновить браузер

Бэтмен на похоронах: как меняется культура смерти и почему люди отказываются от традиционных ритуалов

Старые общественные обряды уже не могут удовлетворить людей, но вместо них появляются новые, придуманные в кругу семьи или друзей

15 мая 2023Обсудить
Бэтмен на похоронах: как меняется культура смерти и почему люди отказываются от традиционных ритуалов
Источник:
кадр из сериала «Клиника»

Патография и блоги об умирании

Еще до изобретения интернета появляется специфический способ поделиться с другими опытом столкновения со смертью — записки умирающего или переживающего горе человека. Чаще всего они автобиографические, но встречаются также патографии, написанные близкими, сторонними людьми или даже выдуманные. Особенность этого вида записей в их субъективности. Авторы сосредоточиваются не на внешних признаках умирания, а на внутренних: переживаниях героя, изменениях состояния и мыслей.

Также есть книги о смерти и умирании, рассчитанные на детей. Это выдуманные истории, в которых часто умирают животные, бабушки и дедушки. Эти книги крайне важны для «возрожденцев», поскольку в современном подходе, как мы уже видели, дети чаще всего ограждаются от всего связанного со смертью: им не рассказывают о ней, не берут их на похороны. И такие книги позволяют сделать первый шаг в знакомстве ребенка со смертью.

С появлением интернета патографии переходят на новый уровень: появляются блоги и видеоблоги об умирании. Чаще всего их ведут люди со смертельными диагнозами, и аудитория может практически в прямом эфире наблюдать за тем, как развивается болезнь и как в связи с этим меняется (или не меняется) жизнь блогера.

Как правило, и патографиям, и блогам о смерти свойственен ободряющий, можно даже сказать, позитивный настрой. София Галл рассказывает, что рак перешел в терминальную стадию и ничего больше сделать нельзя, но старается не плакать, более того — улыбаться.

Клэр Вайнленд в приветственном видео, поправляя кислородную канюлю, без которой не может обходиться, бодро говорит, как рада поделиться с подписчиками деталями своей жизни.

А в «Дневнике умирающей мамы» Мишель Мейер рассказывает, что «в каком-то странном смысле» ощущает себя счастливицей из-за того, что умирает медленно и может вместе с близкими подготовиться к своему уходу.

Благодаря специфическому настроению, которым пронизан подобный контент, он становится для умирающих терапевтическим. Они избавляются от страха неизвестности, поскольку лучше понимают, что ждет их в будущем, испытывают чувство единения, видя, как кто-то другой переживает тот же опыт, и легче справляются со своим горем, зная, что можно жить и со смертельным заболеванием.

В комментариях даже к старым роликам люди делятся своими историями («Моя мама умерла три дня назад»), переживаниями («У меня рассеянный склероз, и это тяжело, и, когда я чувствую безнадежность, я снова возвращаюсь сюда и вспоминаю Софию и ее страдания»), благодарят за поддержку («Спасибо большое! Мне тридцать четыре, я умираю в хосписе от терминальной стадии рака груди. Приятно знать, что я не единственная, кто шутит об умирании»). Комментарии под видео или текстами становятся способом выплеснуть свою фрустрацию, страх, боль или, наоборот, выразить благодарность, сочувствие, любовь.

Для самих умирающих ведение блога наполнено огромным смыслом. Это и способ справиться с одиночеством, и возможность трансформировать ужасный опыт, превратить его в искусство, и способ «обмануть смерть»: большинства популярных блогеров, рассказыва ющих об умирании, уже нет, но люди продолжают смотреть их ролики и читать их посты.

Доулы смерти

Среди большого количества специалистов, чья работа связана с умиранием, доулы смерти занимают особое, необычное место. Сама профессия «доула смерти» (или «доула окончания жизни», как ее еще называют) появилась совсем недавно, в 2000-х гг., и восходит к «обычным» доулам рождения. Те помогают человеку появиться на свет, а доулы смерти — уйти, поскольку считают, что готовиться к смерти нужно так же, как и к рождению ребенка.

Доул не стоит путать со специалистами по гореванию, психологами или сиделками, при этом они берут что-то из каждой из этих профессий. Доулы смерти сопровождают человека и его близких в процессе умирания. Обратиться к ним за помощью можно на любой стадии: сразу после сообщения о терминальном состоянии, в момент, когда понадобится дополнительная поддержка, в последние дни жизни или даже после смерти близкого, чтобы доула помогла горевать.

Доулы помогают эмоционально, физически, духовно и практически, в зависимости от того, что нужно прямо сейчас. Список их задач не оговорен четко, с каждым клиентом они работают индивидуально. Доула может провести с умирающим лишь последние несколько часов, разговаривать, делать массаж рук, давать попить. Или это могут быть годы до смерти, и умирающий с доулой будут вместе завершать дела и планировать похороны.

Бэтмен на похоронах: как меняется культура смерти и почему люди отказываются от традиционных ритуалов
Источник:
кадр из фильма «Элизабеттаун» (2005)

Международная ассоциация доул конца жизни (INELDA) выделяет три основных этапа их работы. Все начинается с подведения итогов и планирования сценария умирания. Доулы смерти помогают клиенту найти смысл в прожитой жизни и создать вместе с близкими способ, с помощью которого они будут вспоминать его. Затем под руководством доулы умирающий планирует, как он проведет свои последние дни.

Доулы помогают сформулировать желания, определить, как человеку будет комфортнее, но не участвуют активно в создании сценария — все решать должен сам умирающий. Здесь как раз в большой степени разрабатывается план «хорошей» смерти с точки зрения «возрожденцев»: доулы помогают человеку понять, как он хочет умереть по-своему.

Второй этап наступает в последние дни и часы, которые умирающий и его близкие переживают с помощью доулы. Она следит за тем, чтобы придуманный ранее сценарий и пожелания клиента выполнялись, помогает распознать признаки и симптомы умирания, оказывает моральную поддержку, а если нужно, то и физическую. Доула прислушивается к переживаниям, страхам и надеждам умирающего, чтобы помочь ему подойти к концу жизни со спокойствием и принятием.

На третьем этапе, уже после смерти человека, доула помогает его близким осознать его кончину, обсуждает произошедшее и проводит их через раннюю, самую острую стадию горевания. Иногда для этого требуются всего одна-две сессии, а порой процесс занимает несколько месяцев.

В России нет курсов доул смерти, и доулы приходят из смежных профессий или обучаются специалистами НКО. Их не хватает на каждый хоспис (не говоря уже о более широкой практике), и роли доул вынужденно берут на себя сиделки, медсестры, социальные работники.

Death Cafe и смерть-позитивные движения

Движение «возрожденцев» затрагивает не только смертельно больных людей и тех, кто недавно пережил утрату. Каждый из нас смертен, и всем нам придется столкнуться с неизбежным. Чтобы продвигать идею нормальности смерти, «возрожденцы» объединяются в смерть-позитивные движения.

«Позитивный» здесь не означает радующийся смерти, мечтающий умереть или относящийся к ней как к чему-то неважному: «Ой, подумаешь, умер; все умирают, давайте не будем переживать». Смерть-позитивные люди выступают за то, чтобы открыто говорить о смерти и не считать эту тему неприличной или мрачной. Смерть — важная часть жизни, она влияет на все аспекты нашего бытия, и единственный, по их мнению, способ построить здоровое общество — это перестать закрываться от смерти.

Как и всем «возрожденцам», им важно сломать «заговор молчания» и начать говорить о смерти как о естественной части жизни, спокойно и открыто. Для этого они посвящают ей дискуссии, создают YouTube-каналы (самый известный — Ask a Mortician, канал основательницы «Ордена хорошей смерти», владелицы похоронного бюро и писательницы Кейтлин Даути), открывают музеи и устраивают выставки. Например, в 2012 г. в Новосибирске открылся Музей мировой погребальной культуры.

Часто смерть-позитивные движения также борются с неравенством: гендерным, расовым, финансовым и т. п. Так, «Коллектив радикального изучения смерти» (Collective for Radical Death Studies, CRDS) стремится к «деколонизации» исследований смерти, к развитию более полного и правдивого представления о смерти среди цветного населения и маргинальных групп.

Один из самых известных смерть-позитивных проектов — Death Cafe (это название можно перевести как «Смертельное кафе» или «Кафе смерти»). Как остроумно описали его на одной из площадок, это «разговор о смерти за чашкой чая». Во многих городах мира собираются незнакомцы, чтобы в уютной атмосфере поговорить о смерти.

Death Cafe — это не группы по гореванию, в них нет психологов или иных специалистов, в кафе не приглашают экспертов и не читают лекций, это свободная дискуссия на равных. Там приветствуются разные мнения, вне зависимости от политической, религиозной или иной ориентации, если они поданы с уважением к другим участникам.

Death Cafe объединяет самых разных людей: и тех, кто пережил утрату, и тех, кто никого не терял, но боится смерти, и тех, кого просто занимает тема умирания и кому хочется поразмышлять об этом.

Бэтмен на похоронах: как меняется культура смерти и почему люди отказываются от традиционных ритуалов
Источник:
кадр из фильма «Элизабеттаун» (2005)

В России встречи Death Cafe проходят в Москве, Санкт-Петербурге и Воронеже, а после начала пандемии появился и онлайн-формат. Несмотря на погруженность в тему и практический интерес, я три раза записывалась и три раза не находила в себе силы прийти на встречу Death Cafe в Москве. Умом понимала, что в обсуждении смерти нет ничего ужасного, но казалось, что для этого нужно быть морально готовой.

Решилась я лишь тогда, когда все остальные разделы этой главы были уже написаны. И, только придя на встречу, поняла, какими глупыми были мои страхи. Death Cafe ничем не отличалось от кружка любителей философии или вязания. Незнакомые между собой люди поначалу стеснялись, но вскоре живо включились в дискуссию, перебивали друг друга в самые горячие моменты, спорили или соглашались. Ни внешне, ни по поведению они не казались странными приверженцами смерти, каковыми клеймят участников смерть-позитивных движений.

«В приличном обществе не принято обсуждать смерть, — сказала в начале встречи модератор Death Cafe. — Так что в ближайшие два часа мы будем заниматься неприличным». После окончания встречи я с удивлением почувствовала себя окрыленной. Возможность наконец свободно, вслух говорить о смерти раскрепощала. Я чувствовала себя невероятно живой.

Бэтмен на похоронах и водное погребение

В подходе будущего похороны не играют такой значимой роли, как, например, в традиционном. Для «возрожденцев» важнее разговоры, память об умершем, а не следование общественным нормам и соблюдение ритуалов. С таким отношением можно было бы ожидать, что похороны превратятся в формальное действие.

Как пишет Тони Уолтер, при таком подходе у людей могло появиться желание отказаться от всех церемоний, отправить тело в печь и записаться вместо этого на прием к психотерапевту. Однако этого не происходит, поскольку большинство людей ходят на похороны не ради терапевтического эффекта, а для того, чтобы почтить память усопшего, отдать ему дань уважения.

Старые общественные ритуалы уже не могут удовлетворить людей, но вместо них появляются новые, придуманные в кругу семьи или друзей. Простой пример такого «своего» ритуала — замена традиционной похоронной музыки на свою, что-то значившую для умершего.

Бэтмен на похоронах: как меняется культура смерти и почему люди отказываются от традиционных ритуалов
Источник:
кадр из фильма «Реальная любовь» (2003)

В романтической комедии «Реальная любовь» герой Лиама Нисона на похоронах своей жены включает песню Bye, Bye, Baby (Baby Goodbye). А в трагикомедии «Элизабеттаун» героиня Сьюзан Сарандон на похоронах мужа танцует чечетку под мелодию Moon River.

Появляются и более необычные способы проводить близких в последний путь. Взорвавшие интернет в 2020 г. «танцующие гробовщики» (вернее было бы назвать их «носильщиками гроба») не были пранкерами, это был эпизод настоящих похорон в Гане. Вместо того чтобы просто перенести гроб к месту захоронения, носильщики создают из этого целое представление. Под зажигательную музыку они с гробом на плечах исполняют сложные хореографические номера. Похоронная процессия и простые зеваки присоединяются к ним, поют и хлопают в ладоши. «Я решила — пусть моя мать отправится к Создателю с танцем», — объясняет свой выбор Элизабет, выбравшая «танцующих гробовщиков».

Родители погибших детей заказывают в качестве носильщиков или членов похоронной процессии супергероев, диснеевских принцесс, штурмовиков из «Звездных войн» и других любимых персонажей ребенка или даже создают тематические похороны, подобно тематическим дням рождения. Гроб, цветочные композиции, катафалк украшаются символикой или цветами какого-либо персонажа, а гости одеваются соответствующим образом.

Те, кто не хочет быть похороненным в земле, могут отправиться после смерти в космос. Такие услуги существуют уже и в России. Компания Spaceway предоставляет возможность развеять прах умершего в стратосфере. Для этого в небо запускается зонд со специальной шарообразной капсулой, которая раскрывается на высоте 25 километров, и прах рассыпается в пространстве. Позже частички могут осесть в любой точке мира или улететь в открытый космос.

Важно понимать, что для близких необычные похороны — не способ шокировать знакомых и не причуда. Главное — максимально приблизиться к идеальным, с точки зрения умершего, похоронам, попытка угадать, какие похороны были бы для него самыми приятными.

При традиционном подходе близкие также переживают за умершего, но это переживание связано с его загробной жизнью, и набор правил и техник унифицирован: есть четко определенный список ритуалов, которые нужно соблюсти, чтобы мертвецу на том свете было хорошо.

В рамках подхода будущего люди совершают действия, исходя из индивидуальных особенностей умершего. Это могут быть маленькие детали, вроде помещения в некролог смешной фотографии бабушки-юмористки, или целое театрализованное представление для дочери, так и не успевшей стать актрисой из-за внезапно обнаруженной саркомы. Такой подход, более личный, персонализированный, приходит на смену обезличенным и потерявшим внутреннее значение ритуалам.

Однако у «возрождающих смерть» есть и серьезные проблемы. Средняя стоимость похорон в США — $8500, в Москве, если обращаться за организацией к похоронному агентству, — 135 000 рублей. Креативные похороны обойдутся еще дороже.

Например, чтобы отправить прах близкого в космос, россиянам придется заплатить 350 000 рублей. Такие цены неподъемны для большинства людей и создают так называемую «похоронную нищету» (funeral poverty), из-за которой люди вынуждены брать кредиты, а на Западе даже закладывают свои дома, чтобы достойно похоронить близкого человека.

При этом традиционные похороны наносят огромный вред окружающей среде: в одних только США ежегодно закапывают в землю почти 50 000 кубометров древесины, более 16 млн литров бальзамирующих жидкостей, 1,6 млн тонн железобетона, 17 000 тонн меди и бронзы и 64 500 тонн стали.

Металлические гробы и их детали загрязняют кислые почвы, а бальзамирующие жидкости не только отравляют почву, но и, как доказано, вредят здоровью бальзамировщиков и похоронных директоров. Из-за вдыхания паров формальдегида, бензола, этанола и других токсичных веществ, из которых состоит бальзамирующая жидкость, у контактирующих с ними людей на 13% больший показатель смертности, они в восемь раз чаще других заболевают лейкемией и в три раза — боковым амиотрофическим склерозом. Не говоря уже о том, что ценные ресурсы в прямом смысле закапываются в землю. И чем сложнее похороны, тем дороже они обходятся.

Кремация кажется более экологичным способом похорон, однако и здесь есть проблемы. Во время кремации в воздух выбрасываются пары ртути из зубных пломб умерших и другие тяжелые металлы, которые могут находиться в организме. Затем они оседают на землю и загрязняют продукты питания. К тому же каждая кремация оставляет такой же углеродный след, как машина, проехавшая 800 километров.

Романтический жест — развеивание праха над водой или закапывание его в землю — тоже вредит экологии. Многие думают, что прах станет удобрением для растительности, но это не так. Во время кремации температура достигает почти 1000 °C, что сжигает все органические вещества, и образовавшийся пепел не подходит для удобрения растений. У праха щелочная основа, он чрезвычайно соленый. Такая основа обезвоживает дерево, и, скорее всего, оно умрет.

Бэтмен на похоронах: как меняется культура смерти и почему люди отказываются от традиционных ритуалов
Источник:
кадр из фильма «Элизабеттаун» (2005)

Биоразлагаемые урны привлекают людей перспективой превратиться после смерти в дерево, но на деле это происходит не благодаря пеплу, а вопреки ему. Создатели биоразлагаемых капсул Capsule Mundi говорят, что урна разрушается постепенно, начиная с трещин, и пепел медленно смешивается с землей, что позволяет нивелировать его негативное воздействие. Другой вариант — смешать прах со специальным набором веществ, который изменяет состав праха так, чтобы в получившейся смеси можно было выращивать растения или даже деревья.

Экоактивисты и представители смерть-позитивного движения предлагают альтернативу традиционным похоронам — зеленые похороны. Их идея — вернуться к естественным похоронам без лишних атрибутов и трат, вредящих и кошельку, и природе.

При зеленых похоронах вместо бальзамирования используются натуральные техники сохранения тела, например охлаждающие одеяла, открытые окна в холодную погоду и т. п. Тело закапывается на меньшую глубину — около метра: с одной стороны, это не позволяет животным его раскопать, с другой — способствует быстрому разложению, поскольку верхние слои земли более плодородны.

Самый зеленый вариант — погребение в хлопковом саване. Если же используются гробы, то те, которые хорошо разлагаются: простые из древесины или сплетенные из прутьев.

Чтобы уменьшить нагрузку на экологию, при естественных похоронах не применяется похоронная атрибутика (например, искусственные цветы или венки), место погребения отмечается камнем, растениями или деревьями, а чтобы найти его, используют координаты GPS.

Появляются и совершенно новые способы экологичных похорон. Вместо кремации огнем в некоторых странах (во многих штатах США, провинциях Канады, в Коста-Рике, Мексике, а также ЮАР) возможна водная кремация — ресомация (ее еще называют аквамацией, зеленой кремацией и т. д.).

При ресомации тело помещается в камеру, которая заполняется водным раствором гидроксида калия. Раствор нагревается до температуры 152 °C и за счет давления удерживается в таком состоянии, не закипая. Ткани тела растворяются, остаются только кости и импланты. Их промывают, затем импланты удаляют, а кости сушат в специальном шкафу или обычной сушильной машине и измельчают в белый порошок, похожий на муку. Его и отдают родственникам в урне, как при обычной кремации.

Ресомацию позиционируют как более естественный способ погребения, чем традиционные, такие как кремация, закапывание в землю и особенно захоронение в склепах. Она повторяет естественный процесс разложения тела, но на порядки ускоряет его: в могиле на это понадобятся десятки лет, а ресомация занимает три-четыре часа.

К тому же водное погребение наносит меньший вред окружа ющей среде. При нем используется меньшее количество материалов, чем при других способах: только биоразлагаемые саван или гроб. Уровень выбросов парниковых газов при этом на 35% ниже, чем при огненной кремации, а энергии тратится меньше в пять раз.

В целом, согласно исследованию, проведенному нидерландскими учеными, ресомация наносит в 25 раз меньше вреда, чем традиционные похороны с закапыванием в землю, и в 19 раз меньше, чем обычная кремация.

Еще один новый экологичный способ погребения — превращение тела в питательный компост. Технология была разработана компанией Recompose и доступна в нескольких штатах США. Чтобы превратить тело в удобрение, его укладывают на подстилку из люцерны, соломы и опилок, покрывают ими сверху и закрывают в металлической камере на 30 дней. Сотрудники Recompose контролируют влажность, соотношение углерода, азота и кислорода, чтобы создать идеальную среду для размножения микробов и бактерий. В результате в компост превращается все, включая кости и зубы.

По истечении 30 дней полученное удобрение перемещают в контейнер, чтобы оно высохло и затвердело, и затем отдают семье. Каждое тело превращается примерно в 0,76 кубометра удобрений, богатых питательными веществами, и их можно использовать для того, чтобы посадить деревья или растения у себя в саду, либо пожертвовать на восстановление лесов.

При компостировании не тратятся земельные ресурсы, не используются гробы и другие похоронные атрибуты. Каждая церемония предотвращает попадание в атмосферу тонны углекислого газа, если предпочесть ее традиционным похоронам или кремации. А энергии на нее тратится в восемь раз меньше, чем на более привычные похороны.

Зеленые в широком смысле похороны, помимо экологического, имеют еще и символическое значение. При современных классических похоронах упор в большой степени делается на сохранение тела. Бальзамирование не дает ему измениться, помещение в крепкий лакированный гроб защищает от воздействия земли.

Распространенные в США склепы и вовсе исключают контакт тела с землей (burial vault — практика, при которой гроб помещается в бетонный или металлический контейнер. Это делается для того, чтобы защитить гроб от разрушения под весом земли и проходящей по ней тяжелой техники).

Благодаря этому, считает Кейтлин Даути, не происходит естественного процесса разложения и возвращения тела в землю. Во время экопохорон умерший становится частью планеты, а зачастую и помогает вырасти новой жизни.

Отрывок из книги Елены Фоер, Марии Рамзаевой «Смерть в большом городе: Почему мы так боимся умереть и как с этим жить». М.: Издательство Альпина Паблишер, 2023.

Читайте книгу целиком

Каждый человек рано или поздно узнает, что он смертен, более того, что умрут все, кто его окружает. Большинство людей предпочитают это знание проигнорировать, а страх смерти спрятать в дальний уголок сознания. Смерть в современном обществе максимально табуированная тема. Но так было не всегда. Авторы этой книги Мария Рамзаева и Елена Фоер раскрывают перед нами страницы истории развития отношения к смерти и умершим, рассказывают о ритуалах и традициях, которые были приняты в нашем обществе и как в процессе развития городов люди перестали воспринимать смерть как естественное явление, а страх перед этим событием стал причиной множества психологических расстройств.

Читайте книгу целиком
Реклама. alpinabook.ru
Подписываясь на рассылку вы принимаете условия пользовательского соглашения