Генрих Шлиман и раскопки Трои, ок. 1890 года
- Источник:
Newscom / Legion Media, piemags / Legion Media
В 1873 году мировое научное сообщество облетела сенсационная новость: немецкий археолог Генрих Шлиман объявил, что нашел легендарную Трою и сокровища самого царя Приама. До Шлимана многие сомневались, что Троя вообще существовала. Правда, сам он пользовался методами, далекими от научных, и скорее напоминал авантюриста и мистификатора, чем ученого.
Как самоучка и удачливый коммерсант стал первооткрывателем одного из самых знаменитых городов древности — и какую цену за это открытие заплатила наука — рассказывает кандидат культурологии, преподаватель Санкт-Петербургского государственного института культуры (СПбГИК) Надежда Александрова.
Почему Трою считали легендой
На протяжении Средневековья и большей части Нового времени события «Илиады» Гомера воспринимались прежде всего как литературное наследие. Античные авторы не сомневались в существовании Трои, но точное местоположение города со временем забылось.
В XVIII–XIX веках отношение к гомеровскому эпосу изменилось. С развитием исторической науки многие исследователи стали рассматривать «Илиаду» как миф: для них Ахиллес, Гектор, Елена Прекрасная и Приам были персонажами легенды, а не реальными людьми.
Гибель Приама. Худ. Тадеуш Кунтце, 1756 г.
- Источник:
Taddeo Kuntze, Public domain, via Wikimedia Commons
Другие ученые допускали, что в основе поэмы могли лежать реальные события позднего бронзового века. Но доказательств этому не было: ни самого города, ни следов войны, о которой рассказывал Гомер.
Неожиданно в этот спор вмешался человек, который не был профессиональным археологом, но был одержим идеей найти Трою.
Из бакалейной лавки — к Трое: как Генрих Шлиман разбогател и стал археологом
Генрих Шлиман
- Источник:
Pictorial Press Ltd / Legion Media
Генрих Шлиман родился в 1822 году в немецком городке Нойбуков в семье пастора. Он любил рассказывать, что еще в детстве увлекся гомеровским циклом и поклялся найти Трою. Современные биографы относятся к этой истории скептически: Шлиман был склонен романтизировать собственную жизнь и, по всей видимости, писал автобиографию и письма с расчетом на публикацию после смерти. Так что миф о детской клятве он, скорее всего, придумал задним числом.
Семья Шлимана была бедной, поэтому Генрих рано пошел работать в бакалейную лавку. Позже жизнь забросила его в амстердамскую торговую фирму «Шредер», а затем в Санкт-Петербург. Он был талантливым коммерсантом, заслужил хорошую репутацию в среде купцов и стал главой представительства «Шредера». В России же Шлиман женился в первый раз — на дочери преуспевающего адвоката Екатерине Лыжиной.
Генрих Шлиман был настоящим полиглотом — учил языки по книгам и в разговорах с иностранными моряками и купцами. К зрелому возрасту он свободно владел более чем десятью языками, включая русский, английский, французский, турецкий и греческий. Эти навыки не раз выручали его позже в переговорах с османскими властями во время раскопок.
К сорока годам Шлиман сколотил состояние на торговле и решил найти новое применение своим талантам. В 1866 году он поступил в Парижский университет — и именно тогда всерьез увлекся вопросом существования Трои. Личная жизнь при этом не складывалась: жена отказывалась ехать с ним из России, и брак фактически распался.
Холм Гиссарлык и гречанка с черными волосами: как Шлиман готовился к раскопкам
Руины Трои
- Источник:
- Blanca San Juan/Shutterstock/Fotodom.ru
К середине XIX века существовало несколько гипотез о местонахождении Трои. Одни исследователи считали, что она находилась в окрестностях деревни Бунарбаши, другие предполагали совершенно иные районы Малой Азии.
Генрих Шлиман и его вторая жена София
- Источник:
piemags / Legion Media
Решающую роль сыграл британский и американский консул в Османской империи Фрэнк Калверт. Он был страстным любителем древностей и много лет сопоставлял описания Гомера и Страбона с реальным ландшафтом Троады, ныне полуострова Бига в Турции. Калверт пришел к выводу, что город нужно искать на холме Гиссарлык — тем более, часть территории принадлежала его семье. В 1865 году он начал там небольшие раскопки, но средств на масштабную экспедицию у него не было.
В 1868 году, путешествуя по Итаке, Коринфу, Микенам и Троаде, Шлиман познакомился с Калвертом — и, как считают исследователи, именно тогда родился археолог Генрих Шлиман. Он решил инициировать полномасштабные раскопки Гиссарлыка.
Оставалась одна проблема: у Шлимана не было ни имени в научном сообществе, ни ученой степени. Он отправил в университет Ростока две свои книги с путевыми заметками и автобиографию, и добился присуждения себе степени доктора философии.
Параллельно Шлиман получил американское гражданство, развелся и решил жениться снова — обязательно на гречанке. Он попросил своего бывшего учителя греческого языка подобрать ему подходящую партию. Вот как он перечислял свои требования:
Она должна восторженно любить Гомера и стремиться к возрождению нашей любимой Греции. Для меня неважно, знает ли она иностранные языки. Но она должна быть греческого типа, иметь черные волосы и быть, по возможности, красивой.
В итоге он женился на юной гречанке Софии Энгастромену, вдвое младше себя, рассчитывая сделать ее участницей своих поисков. Детей от второго брака он назвал Андромахой и Агамемноном — в честь героев «Илиады».
Как в поисках Трои Шлиман чуть не уничтожил ее историю
Весной 1870 года Шлиман, не дожидаясь разрешения османских властей, нанял рабочих и прорыл первые траншеи на холме Гиссарлык. Обнаруженные остатки каменной стены позволили оценить масштаб предстоящих работ.
Шлиман (третий справа) во время раскопок Трои
- Источник:
piemags / Legion Media
Археология в те годы только формировалась как наука, и многие относились к раскопкам как к поиску сокровищ. У Шлимана не было профильного образования, и он использовал методы, за которые его позже критиковали ученые: в погоне за гомеровской Троей он пропускал находки других эпох и копал слишком быстро и неаккуратно.
Сегодня в толще холма выделяют девять культурных слоев — Шлиман же упорно искал только один, город XIII–XII веков до н. э., и ради него приказал прорезать холм гигантской траншеей шириной около сорока метров — позже ее назовут «Большой траншеей Шлимана».
Работы шли стремительно: грунт вывозили почти без подробной фиксации, каменные стены разбирали, поздние постройки сносили как не представляющие интереса. Сегодня это считается одной из крупнейших ошибок в истории археологии — чтобы добраться до Трои Гомера, Шлиман уничтожил значительную часть более поздних культурных слоев, самих по себе бесценных для науки.
Золото Приама, которого не было: как Шлиман нашел знаменитый клад
Главное открытие Шлиман совершил в мае–июне 1873 года — точная дата под вопросом, поскольку в разных книгах и дневнике он называет то 31 мая, то 17 июня. Во время раскопок нашлись золотые украшения, серебряная посуда, медное оружие и другие драгоценности, которые Шлиман объявил сокровищами троянского царя Приама.
Содержимое «клада Приама»
- Источник:
Scherl / Legion Media
В своих воспоминаниях Шлиман рассказывал почти приключенческую историю. По его словам, заметив среди камней блеск золота, он распустил рабочих, а затем вместе с женой Софией тайно вынес сокровища с места раскопок. Позже в европейской прессе опубликовали знаменитое фото, на котором София Шлиман позирует в золотой диадеме и ожерельях.
Уже современники нашли в этой истории массу нестыковок: в день находки Софии, вероятнее всего, вообще не было на раскопках — она находилась в Афинах. Не менее скандальной оказалась судьба самого клада: по законам Османской империи все находки принадлежали государству, но Шлиман тайно вывез сокровища сначала в Грецию, а затем в Германию. Когда это вскрылось, османские власти подали на него в суд, и Шлиман отделался крупной компенсацией — только после этого ему разрешили продолжить раскопки.
Но важнее другое. Шлиман считал, что нашел именно Трою времен Приама, описанную Гомером, — но неверно определил возраст и эпоху города. Позднее ученые установили, что на самом деле он раскопал куда более древний слой.
София Шлиман в золотых украшениях
- Источник:
Public domain via Wikimedia Commons
Оказалось, что «клад Приама» на самом деле не имеет отношения к гомеровской Трое: находки датируют примерно 2500–2300 годами до н. э. — это более чем на тысячу лет раньше Троянской войны. Шлиман, искавший город Приама, на деле нашел один из богатейших кладов раннего бронзового века — и заметно продвинул понимание культуры Эгейского мира задолго до микенской цивилизации.
Новость об открытии Трои произвела в Европе эффект сенсации, а сам Шлиман быстро стал знаменитостью мирового масштаба — при том, что научное сообщество как при его жизни, так и после смерти относилось к его методам скептически. Но именно благодаря ему раскопки Гиссарлыка продолжились и стали одним из главных сюжетов в истории археологии.
Шлиман не был профессиональным археологом в современном смысле слова. Он был предпринимателем, полиглотом и мистификатором в одном лице — человеком с редким сочетанием качеств, которому наука обязана и одним из главных открытий, и одной из самых поучительных ошибок своего времени.
