Помогать, а не вставлять палки в колеса: стоит ли усложнять процедуру развода? Отвечают психологи

Уже не первый раз чиновники предлагают усложнить процедуру бракоразводного процесса в России: поднять пошлины (особенно если это не первый брак), отправлять супругов к психологу, ввести «недели тишины», увеличить срок процедуры… Особенно это касается семей с детьми.

Мы узнали у экспертов, действительно ли нужно принимать меры в этом направлении: какие могут оказаться действенными, а какие лишь ухудшат ситуацию?

Повышение пошлин не работает с причиной кризиса

Как психолог я поддерживаю идею усложнения процедуры развода, но с важной оговоркой. Я не за то, чтобы запирать людей в браке, а за то, чтобы создать условия для двух здоровых сценариев: либо сохранить отношения, либо завершить их экологично, без разрушительных последствий.

Увеличение сроков бракоразводного процесса многие воспринимают как бюрократическую преграду. Но я бы назвала это психологической паузой. В состоянии обиды, стресса или аффекта мы склонны принимать импульсивные решения. Дополнительное время дает возможность остыть от первичных эмоций, пересмотреть ситуацию, задать себе вопросы: «Что меня привело к этому решению?», «Действительно ли я хочу разойтись с этим человеком?».

Часто партнерам не хватает именно этой паузы, чтобы сделать взвешенный выбор — либо сохранить брак, либо осознанно расстаться.

Когда в этот процесс включается еще третье лицо — медиатор или психолог — шансы сделать правильный выбор вырастают кратно. Задача психолога или медиатора — не огульная агитация за сохранение брака любой ценой. Он должен помочь паре разобраться в истинных причинах кризиса.

Если брак можно спасти, психолог помогает супругам услышать друг друга, распознать скрытые потребности. Многие разводы происходят не из-за невозможности быть вместе, а из-за неумения проходить сложные периоды. Если расставание неизбежно, специалист поможет эмоционально завершить эти отношения, разойтись без ненависти и обид, сохранить способность к диалогу.

Это особенно важно, если в паре есть дети. Когда развод переходит в состояние войны, первыми страдают дети. Психолог помогает разделить супружеские и родительские роли и сохранить для ребенка ощущение безопасности и любви с обеих сторон. Также помогает выстроить спокойное и уважительное общение с родственниками бывших супругов, общими друзьями и знакомыми, и тем самым сохранить социальную опору.

Повышение пошлин или введение штрафов, сборов действительно может немного снизить статистику подач заявлений. Но финансовый барьер не работает с причиной кризиса — он не учит разговаривать, не снижает уровень обиды, не помогает пережить боль утраты. В итоге кризис лишь усугубляется.

Если законодательные изменения будут работать на то, чтобы помочь паре разрешить конфликт, а не просто отсрочить поход в ЗАГС, — это, считаю, будет действительно полезная реформа.

Не помешать разводиться, а помочь сохранить отношения

Когда чиновники ставят цель «усложнить людям развод» — это значит, что они вставляют палки в колеса и мешают разводиться. Когда мы мешаем, то не факт, что делаем кому-то хорошо. Иногда мы делаем только хуже. Хорошее намерение — например, «давайте сделаем что-то, чтобы люди перестали разводиться в таких количествах» — есть, но реализация страдает.

Первое, что нужно сделать — переставить цель. Не «как помешать разводиться», а «как помочь людям сохранять отношения».

Предложения о штрафах для русского человека — это красный флаг. Если мы говорим: «Мы тебя штрафуем», здесь два варианта поведения. Либо человек специально найдет способ обойти эту историю и не платить, просто из принципа, потому что его зажимают. Либо он скажет: «Ах так? На тебе — и подавись этими деньгами, я из принципа разведусь, потому что вы меня заставляете».

А вот терапия — хороший вариант. Если пары, которые хотят развестись, походят на семейную терапию, например, месяц, 10–12 встреч. Но здесь нужно продумывать вариативность. Например, женщина будет ходить на терапию, потому что у нее еще есть надежда сохранить отношения, а мужчина не приходит. Как тогда быть? Разрешать им развод или нет? Нужно сделать историю мягкой и гибкой. Было бы классно, чтобы людям реально помогали, а не вставляли палки в колеса.

Разграничение между терапией и пропагандой семейных ценностей

Экспертный анализ бракоразводной практики показывает, что административные барьеры — неэффективный инструмент восстановления семейных связей. Подобные меры лишь пролонгируют конфликтную фазу, не устраняя ее причин. Кроме того, резкое повышение стоимости пошлины создает финансовое давление прежде всего на малообеспеченные слои населения, находящиеся в зоне наибольшего риска, что ведет к накоплению социального напряжения, а не к сохранению браков.

Идея обязательной психологической поддержки требует четкого разграничения между профессиональной терапией и декларативной пропагандой семейных ценностей. Эффективность психологического сопровождения возможна лишь при индивидуальной работе с конкретной парой, что на текущий момент неосуществимо в масштабах страны из-за острого дефицита квалифицированных семейных специалистов в регионах.

Международный опыт (Германия, Франция, Нидерланды) демонстрирует переход от рестриктивных моделей к защитным. В Германии год раздельного проживания служит объективным доказательством распада союза, а последующие алиментные обязательства защищают экономически уязвимую сторону. Во Франции упор сделан на минимизацию вреда для детей через нотариальное оформление и обязательные консультации. Специализированные суды и медиация в странах Европы позволили снизить число судебных споров об опеке и имуществе на 30–40%. Государство в этих юрисдикциях выступает не моральным арбитром, а гарантом защиты прав детей и интересов слабой стороны.

Прагматичный подход к проблеме должен быть сосредоточен на снижении травматичности расставания, а не на искусственном усложнении процесса. Приоритетные меры — интеграция семейной терапии в систему ОМС, обязательная медиация с акцентом на план воспитания детей и повышение юридической грамотности граждан до заключения брака, включая использование брачных договоров. Государству целесообразно инвестировать в поддержку семьи на стадиях ее формирования и кризиса, а не пытаться монетизировать финальную стадию отношений.