В монастырь, где живут затворники, доступ мирянам запрещен. Но сами монахи не закрываются от мира. По их мнению, такой образ жизни — способ увидеть его под иным углом. «Вокруг света» искал нужную перспективу в женском монастыре Святого Пелагия в Овьедо, на севере Испании

Фото №1 - Не от мира сего

«Монастырь Святого Пелагия. Монахини Бенедиктинского ордена. Закрыто для посещения» . Выбитые в камне при входе слова не внушали надежд. Но мне было назначено, и я позвонила...

Тяжелая дверь закрылась за спиной. Я шагала за сестрой-распорядительницей в недра громадного средневекового здания, где мне предстояло прожить неделю, и утешала себя словами аббатисы: «Мы не закрываемся от мира. Мы отдаляемся, чтобы лучше его видеть. Ведь разглядеть что-то большое можно только с некоторого расстояния» .

Из окна гостевой кельи, забранного ржавой решеткой, мир выглядел действительно иначе, чем всегда. Но пароль от монастырской сети Wi-Fi , отдельная ванная комната и крахмальное белье примиряли с новым положением дел. «Здесь одна проблема, — сказала сор (сестра) Хосефина, — не слышно колокола. Давай я завтра утром приду за тобой?» Я ответила: «Да не надо, у меня в мобильном будильник есть» . «Ну тогда завтра в шесть приходи на кофе» . — И она дала мне ключ от двери, отделяющей гостевой дом от внутренних помещений монастыря, куда простым смертным доступ закрыт.

День первый, среда

Фото №2 - Не от мира сего
Фото №3 - Не от мира сего

6:00 Наутро я крепко пожалела о том, что отказалась от предложения сор Хосефины: в шесть в монастырских коридорах стояла такая тишина и темнота, что жуть брала. Перебежками, от одного выключателя к другому, я преодолела основную часть пути. Сложность заключалась в том, что свет за собой необходимо было гасить: электричество здесь строго экономят. Шутка ли — 10 000 квадратных метров площади! А платить за свет приходится по общему тарифу, 15 евроцентов за киловатт-час (это мне рассказала вчера Хосефина, привычно нашаривая во тьме кнопку очередного выключателя). Еще несколько перебежек, и где-то внизу забрезжил слабый свет — кухня. Тут перед утренней молитвой могут выпить кофе те, кому необходимо взбодриться со сна.

6:30–9:00 Мое место в хоре с краю, рядом с Хосефиной. Хор, где монахини собираются на молитву не менее пяти раз в день, расположен сразу за алтарем и отделен от него высокой чугунной решеткой. Еще каких-нибудь пятьдесят лет назад решетка была глухая — даже служивший литургию капеллан не мог нарушать затворничество насельниц и причащал их через прорезанные в прутьях окошечки. Столь строгие правила женской клаузуры (затворничества) в Испании остались в прошлом; теперь в решетке, отделяющей хор от алтаря, есть дверь, чтобы сестры могли подойти к причастию.

Фото №4 - Не от мира сего

9:00 За завтраком самообслуживание — на столах, расставленных буквой П, лишь хлеб и масло с пониженным содержанием холестерина. За остальным надо подходить к тележкам посередине трапезной: на выбор — омлет, сыр, колбаса. Особенно поразило наличие последней, я думала, что мяса неделю не увижу, а оказывается, его здесь только по пятницам не едят. Трапезы проходят в молчании, но за обедом и ужином одна из сестер с кафедры читает выдержки из устава святого Бенедикта и новости — вместо радио.

Фото №5 - Не от мира сего

10:00–13:30 После завтрака все расходятся по делам — кто на кухне помогать, кто по мастерским. Их две: реставрационная (два звонка с улицы) и переплетная (один звонок). Часы работы: с 10:00 до 13:00 ежедневно, кроме выходных. Меня прикрепили к переплетчицам. На моем рабочем месте — стопка книг регистрации крещений, в которых нужно штампиком проставить номера страниц. Пока штампую, считаю в уме: один вручную прошитый и переплетенный том обойдется заказчику (магазину церковной утвари) в 30 евро. Нумерация страниц — моя работа — стоит три евро. На одну книгу у меня уходит не менее 40 минут. При трехчасовом рабочем дне выработка составляет где-то 13,5 евро. Получается, я не отрабатываю даже еду. Удрученная малоценностью своего труда, за обедом стараюсь есть поменьше, несмотря на то что дежурные по раздаче монахини пытаются меня, наоборот, получше накормить и то и дело ставят на наш стол (на четверых) новые блюда: овощной суп-пюре, жареную картошку, рыбу, котлеты. Некоторым сестрам приносят отдельно приготовленную еду — у них диета, назначенная врачом.

Фото №6 - Не от мира сего

21:30 Бенедиктинцы большое значение придают общению между членами обители. После литургии и ужина сестры ежедневно собираются в специальном «рекреационном» зале для беседы. Сегодня ее основной темой стало мое появление в монастыре. Месяц назад на таком же общем собрании монахини, изучив мое резюме и получив ряд рекомендаций от заслуживающих их доверия лиц, дали добро аббатисе, матери Росарио, на сотрудничество с российским журналом.

Теперь они смотрят на меня с живейшим любопытством — я рассказываю о себе. Затем 25 монахинь, сидящих полукругом, по очереди называют свои имена. Перед тем как отправиться на последнюю молитву дня — повечерие, — каждая подходит ко мне, обнимает и говорит: «Добро пожаловать в наш дом» .

ПО ПЛАНУ
Святая недвижимость

Монастырь Святого Пелагия занимает целый городской квартал в центре Овьедо. А до XIX века его северная стена являлась частью крепостных укреплений города

Фото №7 - Не от мира сего


1. Монастырский внутренний двор с галереей, claustro
2. Трапезная
3. Зал капитула
4. Церковь (хор, алтарь, собственно храм)
5. Монастырский сад
6. Башня с колокольней
7. Малый двор
8. Двор с фонтаном
9. Гостевой дом
10. Вестибюль и главный вход/фасад
11. Мастерские
12. Тележный двор (место для парковки автомобилей)
13. Лазарет (нижний этаж) и мастерские (верхний)
14. Задние ворота
15. Ул. Ховельянос (бывшая городская стена)
16. Ул. Сан-Висенте
17. Ул. Агила 

Иллюстрация: Андрей Дорохин

Фото №8 - Не от мира сего

День второй, четверг

9:30 После завтрака мать Росарио проводит для меня экскурсию по «дому». Иначе как домом монахини между собой монастырь не называют. Это действительно их единственное жилье, их собственность, и они должны сами содержать ее в порядке и платить налоги. Одна из старших сестер, Кармен, приняла постриг 72 года назад и помнит, как в 1942-м их общий дом лежал в развалинах после бомбежек гражданской войны, и ее послушанием было не книги переплетать, а месить раствор и выносить строительный мусор.

Фото №9 - Не от мира сего

Из ухоженного монастырского садика мы поднимаемся в послушнический корпус. Здесь кельи рассчитаны на двух-трех насельниц, и «удобства на этаже». Остальные монахини живут каждая в своей комнате с отдельным санузлом. Вот уже 10 лет корпус пустует. «Кризис призваний, — вздыхает мать Росарио. — А мы стареем. Нас 27, две уже не встают с постели, еще четверым под девяносто. Больше половины — пенсионерки».

Государственная пенсия (порядка 600 евро) выплачивается монахиням с тех пор, как после смерти Франко в 1975 году в Испании было регламентировано правовое положение духовенства. «Мы зарегистрировали свои мастерские, начали делать отчисления в пенсионный фонд, — рассказывает настоятельница. — Поначалу было очень тяжело, зато сейчас за счет пенсий выживаем».

14:30 С одной из пенсий сестры купили микроавтобус. На нем, как всегда по четвергам после обеда, восемь насельниц отправляются на загородную прогулку. Я с ними. Водительские удостоверения есть у трех монахинь, но сегодня нас везет Аурелио, единственный мужчина, который работает здесь за зарплату (еще кухарка и уборщица). Ему около 50, на нем вся мужская работа: мелкий ремонт, переноска тяжестей, да мало ли что еще.

Фото №10 - Не от мира сего

Аурелио предлагает новый маршрут — пешеходную дорожку на склоне близлежащей горы Наранко. С нее открывается чудный вид на город, но мать Росарио жалуется, что здесь много людей. Впрочем, этот недостаток искупается оказавшейся на пути спортивной площадкой: монахини азартно пробуют каждый тренажер — «велосипед», «лыжи» и имитатор ходьбы. Гуляющие в изумлении оглядываются, некоторые останавливаются поглазеть. Понимаю, почему аббатисе не нравятся многолюдные места.

Фото №11 - Не от мира сего

21:30 На вечерней «сходке» только и разговоров, что о площадке. Те, кому ехать на следующей неделе, тоже просят отвезти их на тренажеры. «Давайте мэру напишем, — предлагает кто-то, — пусть он нам такую площадку где-нибудь поближе построит» .

Фото №12 - Не от мира сего

АРХИВ
Спасенные реликвии

Женский бенедиктинский монастырь в Овьедо был основан в IX веке. Свое имя — Святого Пелагия (мученика Пелагия Кордовского) — получил в Х столетии в честь 13-летнего мальчика-христианина, который был четвертован в 925 году в Кордове за отказ принять ислам. Его останки были перевезены христианами в Астурию и помещены в монастырь, где хранятся по сей день в алтаре. Это главная монастырская реликвия. Молитвой, обращенной к мученику, монахини заканчивают день на протяжении уже десяти с лишним веков.

От первоначального архитектурного облика монастыря не сохранилось ничего, кроме нескольких колонн дороманского периода. Нынешний облик — результат перестройки XVII–XVIII веков. Зато монастырский архив хранит всю историю обители в документах. Самый ранний письменный памятник — указ леонского короля Бермудо II от 996 года о том, что монастырю отходит вся прилегающая к нему долина Сорьего с селами и крестьянами. Архив был чудом спасен в 1934 году, во время всеобщей шахтерской стачки в Астурии. Монастырь был избран лидерами рабочего движения в качестве штаба обороны, на чердаках устроили оружейные склады. Для подавления стачки правительство применило боевую авиацию. После попадания бомбы в здание начался пожар, но монахиня-архивариус выкинула пачки документов из окна, а потом возила их за собой на телеге в долгих скитаниях по чужим монастырям.

Кроме архива обитательницы монастыря забрали с собой лишь мощи святого Пелагия. Только через пять лет, в 1939-м, монахини вернулись в Овьедо и начали восстанавливать свой дом.

День третий, пятница

6:30–14:00 Как обычно, утро проходит в молитвах и работе. Сегодня смогла довести время нумерации одной книги до 30 минут.

14:00 После обеда три сестры получили от экономки билеты на автобус и отправились в поликлинику. Я увязалась с ними. Автобус полон ребятишек — школьный класс едет на экскурсию. Они галдят и не обращают на монахинь никакого внимания. Церковное облачение на улице — в Испании явление обычное. Даже монахи-затворники (за исключением служителей самых «строгих» орденов — кармелитов и картезианцев) регулярно выходят в мир. «Как, впрочем, все люди, которые выходят из своего дома, — подчеркивает сор Эстер. — Монастырь не тюрьма. Нам никто не запрещает выходить, просто зачем?»

Эстер, медик по образованию, заведует монастырским лазаретом и всеми медицинскими вопросами вроде электронной записи к специалисту, выдачей лекарств и уходом за больными. «Слава Богу, что меня уговорили закончить медучилище, прежде чем я ушла в монастырь» , — радуется она.

День четвертый, суббота

6:30–13:30 Еженедельная уборка, стирка и глажка. Вместо нумеровочной машинки получаю ведро с тряпкой. За работой расспрашиваю «коллег», на что они употребят свободное послеобеденное время.

Фото №13 - Не от мира сего

Оказывается, его и сегодня, в выходной, будет совсем немного. Полтора часа после обеда до молитвы в 15:30 — традиционная сиеста. До следующего богослужения в 19:00 время расписано по минутам: у солисток — репетиция в хоре, в музыкальном классе — урок игры на цитре, а в 18:00 для всех лекция, первая из цикла, посвященного таинству евхаристии. Отец Хосе-Луис, преподаватель духовной семинарии, приходит в монастырь только по субботам.

Фото №14 - Не от мира сего

15:30 После молитвы остаюсь на репетицию хора. По лицу сор Ковадонги, которая дирижирует, видно, что она чем-то недовольна. «Григорианское пение должно быть ритмичным, а мы очень растягиваем» , — объясняет она, складывая ноты. По образованию филолог-англист, Ковадонга ведает двумя монастырскими «институтами» — хором и архивом. Учиться игре на органе и на цитре ее посылали во Францию, а с архивом она сама разобралась: «Сейчас оцифровываем XVI век. Времени катастрофически не хватает» . С тех пор как в монастыре Святого Пелагия появились компьютеры, сестры перевели в электронный вид архивные документы за предыдущие шесть столетий — с X века.

18:00 На лекцию являются все сестры. Сор Эстер записывает ее. Она хочет получить степень бакалавра теологии по Интернету. Сейчас это можно сделать практически без отрыва от монашеской жизни — в монастыре оборудован компьютерный зал.

День пятый, воскресенье

Фото №15 - Не от мира сего

6:30–13:30 Воскресенье считается не просто выходным, а праздником. Никаких трудов, только хвала Богу, отдых и общение. За обедом вместо чтения устава слушаем музыку, а вместо воды дежурные по кухне предлагают красное вино. Меню тоже праздничное: паэлья с креветками, вернее с креветкой, потому что достается всем только по одной.

14:30 На дневном сборе монахинь меньше, чем обычно. Одна сестра уехала в соседний городок, за 30 километров, у нее там больная мать. Другая ушла навестить одинокую сестру. Полвека назад это было немыслимо. Все свидания с мирянами проходили в специальном зале, разделенном пополам: по одну сторону стояли стулья для посетителей, по другую — скамьи для насельниц. Только в конце 1960-х годов Второй Ватиканский собор (1962–1965) призвал церковь повернуться лицом к миру.

21:30 На вечерних «посиделках» смотрим кино. В зале собраний имеется экран и видеопроектор. Настоятельница приносит ноутбук и ставит то, что было одобрено на собрании: документальный фильм про животных-опылителей. После фильма долго обсуждаем проблемы пчел, колибри и бабочек. В соответствии с рекомендацией создателей киноленты сажать как можно больше цветов сестры решают, что летом, во время выезда на дачу (для этого каждый год снимается домик в деревне), они посадят растения, без которых не выжить мигрирующим бабочкам.

День шестой, понедельник

6:00–9:30 Сегодня у меня день рождения, о чем торжественно было сообщено накануне. На утреннем богослужении сестры молятся за меня — так они всегда делают в честь именинницы в монастыре.

10:00–13:00 Работа идет очень медленно, потому что то и дело приходят сестры с подарками: самодельными открытками, закладками, поделками. Коллеги по переплетному делу вручают собственноручно сшитые блокноты.

13:30 За обедом отмечаем. Перед моим прибором красуется праздничный бокал и банка пива. Сестрам на именины пиво не ставят, но для меня сделали исключение. Вместо чтения устава опять включили музыку. Заведующая дисками нашла в своей коллекции особо подходящий к случаю: «Русские народные песни в исполнении хора Советской армии» . Первым номером, вопреки названию, шел хор Глинки из оперы «Иван Сусанин». Под мощные голоса советских офицеров, которые красиво выводили «Славься великий наш русский народ», 25 испанских монахинь-затворниц поднимали на меня от тарелок светящиеся искренней радостью лица, а я поднимала в ответ праздничный бокал с пивом и не знала, смеяться или плакать, до того это было забавно и трогательно.

Фото №16 - Не от мира сего

21:30 На вечернем собрании сестры, будучи под впечатлением от офицеров, заставили меня трижды станцевать «присядку», а потом долго расспрашивали — про русскую кухню, про погоду в Сибири, про распад СССР и конфликт на Украине. В это время на улице разразилась страшная гроза, где-то совсем рядом ударила молния, и погас свет. Часть освещения удалось восстановить сразу же, но в «моем» отсеке было темно, как в брюхе у кита. Слабый свет экрана мобильного телефона только сгущал потемки. Все-таки бесполезная вещь в монастыре — даже не посветишь толком, да и сигнал плохо «пробивает» толстые стены, а звук нарушает царящую в галереях тишину. У сестер есть три аппарата на всех: один — у настоятельницы, еще два — для выездов. Как-то одной монахине родственники подарили смартфон, но мать Росарио не благословила: «Нам и так приходится на слишком многое отвлекаться от главного — разговора с Богом». Вот и лежит смартфон запакованный в коробке. А сестры занимаются своим главным делом и смотрят на мир под другим углом, чуть издали, но широко открытыми глазами.

P.S. День седьмой, вторник

10:00 После завтрака я уезжала. Все двадцать пять сестер вышли провожать меня к воротам. Кто-то сунул мне пакет с бутербродами в дорогу. Коллеги по мастерской принесли цикламен в горшке, с подоконника. Мы так долго прощались, со слезами и напутствиями, что я едва не опоздала на поезд. Через неделю цикламен расцвел нежными бело-розовыми цветами, похожими на бабочек.

ДАННЫЕ
Католичество в Испании

34,5 миллиона испанцев относят себя к католикам. Это 73,1% населения.

Средний возраст монашествующих в Испании — 63 года.

В 14 частных католических университетах учится около 79 000 студентов, что составляет 64,3% всех студентов частных вузов страны.

В 2012 году в Испании было совершено 268 810 таинств крещения, 62 847 таинств брака, 254 427 детей получили первое причастие.

По приблизительной статистике, в Испании около 61 000 монашествующих : 49 000 женщин и 12 000 мужчин . Из них 15 000 живут в 860 закрытых монастырях, остальные принадлежат к 409 религиозным общинам и осуществляют миссионерскую деятельность.

38,8% испанцев посещают католические службы.

Фото №17 - Не от мира сего

ОРИЕНТИРОВКА НА МЕСТНОСТИ
Овьедо, Астурия, Испания

Население : 224 000 чел.
Площадь : 186,65 км2
Плотность населения : 1200 чел/км2
Средняя зарплата в Испании : 1895 евро

Достопримечательности : Кафедральный собор Сан-Сальвадор, главный фасад монастыря Святого Пелагия, дороманские церкви на горе Наранко.
Фирменные блюда : астурийская фабада (fabada asturiana ) — блюдо из фасоли с копченостями; карбайон (carbayon ) — типично овьедское слоеное пирожное с миндалем и коньяком.
Традиционный напиток : яблочный сидр.
Сувениры : астурийский сыр кабралес (cabrales ) с голубой плесенью, традиционная посуда из черной керамики, брелок в виде астурийских деревянных башмаков ручной работы (madrenas ).

Расстояние от Москвы ~ 3350 км (от 6 часов в полете без учета пересадок)
Время отстает от московского на два часа зимой, на час летом
Виза «шенген»
Валюта евро
Условные обозначения — провинция Астурия

Фотографии: Маркос Морилла, Getty Images / Fotobank.com

Материал опубликован в журнале «Вокруг света» № 4, апрель 2015