Ваш браузер устарел, поэтому сайт может отображаться некорректно. Обновите ваш браузер для повышения уровня безопасности, скорости и комфорта использования этого сайта.
Обновить браузер

Край света в стиле восьмидесятых

По Командорам можно свободно колесить на автомобиле без регистрации, номеров и техосмотра

23 июня 2021Обсудить
Край света в стиле восьмидесятых
Во времена Советского Союза число жителей Никольского переваливало за две тысячи. В основном сюда съезжалась молодежь, прельщенная «длинным рублем». За суровые условия работы полагались значительные надбавки к зарплате.
Источник:
(Фотобиблиотека ВС): Дмитрий УТКИН

Мне всегда было интересно — где же край света? И как туда попасть? Оказалось, на Командорские острова простому смертному путь один — из Петропавловска-Камчатского . В порту можно договориться с каким-нибудь сухогрузом, но, как правило, такую «попутку» приходится долго ждать. Лучше воспользоваться услугами пассажирской авиации, хотя это дороже: билет стоит 6300 рублей . Маленький самолет Л-410 вылетает в село Никольское — единственный населенный пункт на островах — два раза в неделю: по понедельникам и пятницам. При хорошей погоде — три часа полета и вы у цели.

День 1. Назад в прошлое

Село Никольское построено на острове Беринга. Остальные три острова архипелага пустуют. На Медном была когда-то воинская часть, но сейчас она необитаема. Острова Топорков и Арий Камень вообще посещают исключительно туристы, желающие посмотреть на птичьи базары.

В Никольском гостиницы нет. Вместо нее приезжим сдают квартиры с обстановкой, оставшейся от восьмидесятых-девяностых годов прошлого века: журналы «За рулем», полные собрания сочинений А. С. Пушкина (1799–1837) и Л. Н. Толстого (1828–1910), пачки советского какао «Утро», политическая карта во всю стену, где СССР ещё занимает свою одну шестую, пылесос «Циклон», выцветшие обои и видеодвойка на кухне с набором видеокассет…

Закутавшись в воспоминания, мы отправились гулять по поселку. Здесь очень много кошек и котов: на теплотрассах, лавочках и подоконниках двухэтажных деревянных домов. Многие из них пустуют: местное население за последние 10–15 лет сократилось вдвое. Сейчас в Никольском живут не более 750 человек. Люди уезжают на материк по одной простой причине — нет работы. Об этом свидетельствуют и развалины зверофермы на краю поселка. В советское время селекция и разведение голубого песца были основной статьей местного бюджета. Однако сегодня оставшиеся от пушного зверя клетки островитяне используют лишь в качестве мусорных и баскетбольных корзин.

Ещё одно напоминание о былом процветании островной экономики — постройки американской компании «Gutchinson Cool» («Гатчинсон Кул»): административные здания, засольные цеха, склады и промысловые избы. Во второй половине XIX века эта компания на двадцать лет (с 1871 по 1891 годы) выкупила у царского правительства права на пушной промысел в этих краях. Надеясь на продолжение контракта, американцы вложили в острова огромные деньги. Но их ожидания не оправдались, в 1891 году аренду передали «Русскому товариществу котиковых промыслов».

Край света в стиле восьмидесятых
Командорский голубой песец (Alopex lagopus semenovi) занесен в Красную книгуРоссии как подвид, находящийся под угрозой исчезновения. Сейчас на Командорах их осталось меньше сотни.
Источник:
(Фотобиблиотека ВС): Дмитрий УТКИН

Жителям острова, которые не работают в местном заповеднике «Командорский» или не заняты в бюджетной сфере, приходится заниматься либо браконьерством, либо коммерцией. Большинство магазинов располагаются прямо в квартирах жилых домов. Кстати, цены в Никольском в два раза выше, чем в Петропавловске-Камчатском. Правда, местным товары часто отпускают в долг (кроме алкоголя ).

День 2. Прогулка налегке

В выходные дни Никольское пустеет совершенно. Все местные жители рассыпаются по острову как горох, а дороги за пределами поселка по оживленности напоминают городские магистрали. Здесь почти все ездят на вседорожниках . Причем большинство машин либо числятся как утилизированные, либо просто не зарегистрированы. Но это никого не смущает — ГИБДД на острове нет. Следующий вид транспорта в сельском рейтинге популярности — мокик (скутер). На острове это средство передвижения для женщин и детей. На них гоняют и в магазин за молоком, и на свидание к морю, и в тундру за грибами.

Мы за грибами отправились пешком. Но, не избалованные родной дальневосточной тайгой, не взяли с собой ни ведерка, ни пакета. И очень об этом пожалели. Всего за полчаса мы втроем набрали около 10 кг белых и подосиновиков — в качестве тары пришлось использовать ветровку. Кстати, никаких осин на острове нет. Вообще ни одного дерева. Это очень необычное ощущение — постоянное пребывание на открытом пространстве. Лет 30 назад местная администрация с этой ситуацией попробовала бороться — в Никольском высадили несколько десятков тополей и берез, тщательно за ними ухаживали, но они так и не прижились.

А вот любителям пионерского костра из-за отсутствия дров расстраиваться не стоит — по берегам моря и речек много топляка. Древесину приносит с берегов Камчатки и Аляски . Сделать рыбное барбекю или сварить уху на таком костре — одно удовольствие. Ещё большее удовольствие — сама рыбалка. Речек на острове очень много. В конце лета, сменяя друг друга, сюда идут на нерест горбуша, нерка, кижуч и чавыча. Их вполне можно ловить руками: речки мелкие — не выше колена. Но самое крупное нерестилище лососевых в этих краях (и в мире) — Саранное озеро. Оно находится в 10–15 км от поселка. В стаде, заходящем сюда на нерест, более миллиона рыб!

Для любителей трудностей существует морская рыбалка — палтус и морской зверь. Рыбу на Командорах солят, маринуют, вялят и заготавливают на зиму, точно как наши дачники закатывают в банки огурцы и баклажаны. Красная икра в местном магазине стоит всего 500 рублей за кг. Но покупают её только приезжие.

Край света в стиле восьмидесятых
Зимой обитатели Командор ловят на кусочки мяса камбалу. Истинные любители зимней рыбалки могут часами лежать над лункой, «играя» мормышкой.
Источник:
(Фотобиблиотека ВС): Дмитрий УТКИН

Ещё одна достопримечательность острова, дойти до которой можно на своих двоих, — Столовые горы. Когда смотришь на них из самолета, кажется, что это взлетно-посадочная вертолетная площадка класса VIP или, в крайнем случае, следы внеземных цивилизаций. С земли — как будто ножом срезали верхушку горы. Алеуты утверждают, что это обеденные столы некоего великана, отсюда и название — Столовые. Тут же добавляют, что такие горы есть на всех материках нашей планеты, и сегодня великан обедает, видимо, где-нибудь на территории Латинской Америки . На одну из этих гор мы забрались. Сто пятьдесят метров по почти отвесному склону. Но идти было достаточно легко — склон изрыт норками песцов или евражек — местных сусликов. Впрочем, крошек от великаньей трапезы мы не нашли, а вот шикша, голубика и грибы растут на сопке в огромных количествах.

День 3. Сложное переплетение

Командорские острова к моменту их открытия принадлежали разве что песцам. Именно из-за них сюда и приезжали партии добытчиков меха. Вместе с русскими артелями на остров переселили и алеутов. Их перевезли сюда с Аляски и Алеутских островов, когда эти территории были проданы США . С этого момента алеутский народ стал развиваться двумя разными путями: американцы поддерживали традиционный уклад жизни автохтонов, а на Командорах переселенцы почти полностью забыли о своих традициях. Сейчас алеутов в здешних краях три с половиной сотни.

Кстати, само слово «алеут» придумано русскими. Самоназвание выходцев из Америки звучало как «сасигнан» или «саксиннан». Их язык диалектально отличается от языка тех, кто остался на континенте. Но письменности у сасигнан нет. Старый алеут хитро улыбается и трясет перед нашими носами маленькой книжкой. Читаем название: «Алеутско-русский, русско-алеутский словарь» Е. Головко. Этот словарь выдали ещё его деду — так советская власть пыталась создать на Командорах письменность. Но вот уже 50 лет пылится томик на полках старого дома.

Впрочем, если у самих алеутов нет тяги к возрождению собственных обычаев и традиций, ее стараются им привить местные активисты. Например, Нина Александровна Княйкина — бывший директор районного краеведческого музея — организовала в селе кружок плетения корзинок из травы. Техника этого процесса была изобретена именно алеутами и больше нигде не встречается. На одну корзиночку у опытного мастера уходит полтора-два месяца. Благодаря особому плетению в таких корзинках можно носить воду, так плотно травинки прилегают друг к другу. Но в хозяйстве их не использовали, только хранили украшения и драгоценности. Сейчас стоимость одной корзиночки высотой каких-нибудь 10 см может достигать тысячи долларов . Покупают алеутский hand-made коллекционеры и музеи. Правда, интерес штучный товар вызывает только на американских аукционах. Российские музеи историей малочисленного народа не интересуются и над предложением Нины Княйкиной купить новый экспонат смеются.

День 4. Килогерцы звука

Командорцы совсем не чувствуют времени и никогда не торопятся. А зачем спешить, с островов-то куда что денется? Поэтому, даже загодя договорившись о поездке на остров Топорков, нам пришлось ждать два дня. До острова ходу совсем немного — 15–20 минут по морю на обычной моторной лодке. Сам остров — каменное плато, поднимающееся из воды на 2–3 м. Здесь тысячами обитают маленькие птички с оранжевыми лапками и большим клювом — топорки (отсюда и название острова). Командорские попугаи, как их ещё называют, роют свои норки прямо в грунте — поэтому ходить разрешено только по каменистой части острова, дабы не разорить птичьих гнезд.

Взлететь топоркам с земли трудно, и они вынуждены пикировать вниз («топорком») с какой-нибудь возвышенности в два-три метра высотой — это нужно для того, чтобы развить скорость, необходимую для полета. Затем они направляются в море за маленькой рыбкой для своих птенцов. Топорки очень забавные и суетливые, но, кроме них, на острове полно и других птиц. Бакланы, например, занимают скалистую часть острова — длинная шея, острые клювы и перья на голове в стиле «рабочий беспорядок».

Но больше всего на острове чаек. Очень много их в воде. Серые птенцы плавают за своими и чужими мамами, выпрашивая еду ударами клюва. Нам повезло увидеть нерпу. Издалека. Это животное очень боится людей — и не зря: алеутский суп из её плавников славится на всю Камчатку. Несмотря на приличный вес, нерпа с большим проворством и невероятной быстротой сбрасывает свое тело с камней и уплывает в море. Как нерпы нас замечают? Уж точно не слышат. На острове стоит такой птичий гвалт, что разговаривать приходится, почти переходя на крик. Совсем как на танцполе.

Край света в стиле восьмидесятых
Эти памятные доски с именами моряков из команды Витуса Беринга, похороненных у бухты Командор, вырезал известный современный путешественник Федор Конюхов.
Источник:
(Фотобиблиотека ВС): Дмитрий УТКИН

День 5. Загадки командора

Добраться морем до бухты Командор , где похоронен открывший архипелаг Витус Беринг (Vitus Jonassen Bering, 1681–1741) с частью команды, очень трудно — мешают волны и рифы. Да и по суше доехать до могилы путешественника можно только на вездеходе или «Урале» часов за пять-шесть. Дорога идет по восточному побережью острова Беринга через бухту Буян, от которой начинается территория Государственного природного биосферного заповедника «Командорский». Кроме КПП заповедника, рядом с бухтой можно увидеть месторождение яшмы. Но этот самоцвет у алеутов никогда не был популярен, может быть, поэтому месторождение до сих пор не исчерпано.

Ещё несколько часов тряски в гусеничном тракторе-тягаче — и вы на месте. Жители Никольского, несмотря на расстояние в 60 км, каждый год стараются выбираться к памятному месту. Могила командора — один из обязательных пунктов путешествия. Как в Китае : не поднялся на Великую стену — не считаешься китайцем.

В 1991 году встал вопрос о вскрытии могилы, вызвавший шумные дискуссии об этичности подобного мероприятия. Но спор решили прибывшие из разных стран дальние родственники Беринга и море, подмывавшее первоначальное место захоронения. Останки командора эксгумировали и отвезли в Москву . Там в лаборатории Виктора Звягина была проведена реконструкция лица путешественника по его черепу. Оказалось, что портрет мореплавателя, который мы привыкли видеть в энциклопедиях и школьных учебниках по географии, принадлежит вовсе не капитан-командору Витусу Йонассену Берингу, а его дяде Витусу Педерсену Берингу (Vitus Pedersen Bering, 1617–1675), поэту.

День 6. Гаремные страсти

На острове Беринга существует самая большая в мире колония морских котиков. Сюда они приплывают в основном из Японии и только на летние месяцы. Два их лежбища называются незамысловато — Северо-Западное и Северное. Мы изучили карту и решили, что до последнего можно и пешком дойти — всего 16 км. Дорога почти все время шла вдоль моря. По пути — выброшенная на берег баржа, летние домики ученых и рыбаков. Идти по мокрому песку совсем не трудно. А ещё легче становится, если смотреть по сторонам. Природный ландшафт острова очень разнообразен: от песчаных барханов Монголии до мягких альпийских лугов и холмов.

Край света в стиле восьмидесятых
Самцы морских котиков делятся на пять возрастных групп: черные (новорождённые до трех месяцев), серые (от трех месяцев до двух лет, с серебристо-серым подшёрстком),  холостяки (самцы от двух до пяти лет, с серо-коричневым подшёрстком), полусекачи (шестилетние самцы) и секачи (самцы старше шести лет).
Источник:
(Фотобиблиотека ВС): Дмитрий УТКИН

Лежбище расположено на скалистом мысе. Когда поднимаешься на мыс и ещё не видишь ничего, кроме травы и моря, начинаешь слышать странный звук. Постепенно он раскладывается на множество голосов, и вдруг звуковая волна оглушает полностью. И в ту же секунду взгляду открывается бесконечный пляж, усыпанный сотнями тысяч морских котиков. Располагаются они большими семьями, вокруг секача — «гарем», а чуть в стороне — «детский сад». Наблюдать за малышней совсем не интересно — они почти все время спят. А вот молодые холостяки никому покоя не дают, постоянно задираясь. Но дать им хорошую взбучку секачи ленятся, кому охота покидать уютный «гарем». При приближении человека котики могут повести себя агрессивно и даже «насадить на клык». Мы проверять не стали и наблюдали за животными со специальных площадок и помостов. Правда, большая их часть пребывает в плачевном состоянии. А потому опасность стать участником семейного скандала оставалась.

День 7. Командорский Хемингуэй

В красном платьице с голыми плечами, в руке фонарь. Она стоит у самого края моря, днем и ночью напряженно всматриваясь в морскую даль. Пройти мимо нее невозможно. Мы и не стали. Сергей Пасенюк — фотограф, художник и мореплаватель — вырезал свою Ассоль из куска корабельного железа. На фонаре у нее светоотражатель, он указывает Сергею путь домой, когда тот возвращается с рыбалки. У Сергея есть яхта, но сейчас он больше занимается её ремонтом, нежели морскими походами. Когда-то на ней он прошел и Тихий и Индийский океаны . И хотя есть у мореплавателя квартира в центре Никольского, жить он предпочитает на берегу моря. И Ассоль, и яхта рядом.

Дом Пасенюка — одновременно и гараж, и склад, и музей. На стенах его собственные картины, выполненные тушью и карандашом, сделанные в путешествиях фотографии, черепа каланов и челюсти морской коровы Стеллера. Повсюду стоят вещи, найденные на Командорских островах, — настоящий деревянный штурвал, бойлер с английского корабля (до сих пор в рабочем состоянии), компасы и множество других морских приборов. Карта Северной Америки — вместо скатерти на рабочем столе. О своих путешествиях Пасенюк рассказывает с удовольствием, говорит, что однажды чуть не остался жить на островах Пхи-Пхи. Спрашиваем — почему же не остался? Говорит, на Пхи-Пхи вечный праздник, жизнь ключом бьет, ощущаешь себя в центре вселенной. А на Командорах тихо и спокойно. Отсюда, говорит, удобнее за всем остальным миром наблюдать. Ведь край света здесь.

Подписываясь на рассылку вы принимаете условия пользовательского соглашения