Легенда о терминаторе: как история, придуманная Джеймсом Кэмероном, превратилась из фантастики в пророчество

В 2026 году в честь 35-летия со дня премьеры на экраны российских кинотеатров вернулся фильм «Терминатор-2. Судный день» Джеймса Кэмерона. Зрителям показывают театральную версию картины в новой 4К-реставрации, выполненной к предыдущему юбилею в 2021 году. Возвращение «Судного дня» — хороший повод поговорить о мире Терминатора и о том, почему эта история в наше время даже еще более значима, чем в 1980-х, когда она была создана.

Вещий сон

Выходец из Канады Джеймс Кэмерон в молодости работал водителем грузовика, но, будучи страстным любителем научной фантастики, грезил созданием собственных миров. Вдохновленный «Звездными воинами», он прямо в кабине грузовика во время стоянок писал сценарии. А в 1978 году Кэмерон с друзьями Рэндаллом Фрэйксом и Уильямом Уишером, одолжив деньги у знакомых дантистов и взяв напрокат видеокамеру, сняли любительский короткометражный фильм «Ксеногенезис». Любителям франшизы «Терминатор» стоит посмотреть эту 12-минутную ленту — сразу станет понятно, что многие детали и нюансы прославившей его дилогии Кэмерон придумал уже тогда.

Подающего надежды режиссера заметили и пригласили работать на студию Роджера Кормана, известного производителя низкобюджетных фильмов. Джеймс быстро получил широкую известность в узких кинематографических кругах — как мастер, способный придумать и воплотить впечатляющие спецэффекты с минимальным бюджетом. Его стали звать в большие картины — так, Кэмерон приложил руку к созданию фильма «Побег из Нью-Йорка» (1981) Джона Карпентера.

1982 год оказался для Кэмерона неудачным — его отстранили от окончания производства малобюджетного хоррора «Пиранья 2: Нерест», работать над которым Джеймса пригласили, когда от продюсера-самодура сбежал предыдущий режиссер. После увольнения Кэмерон оказался на дне. Он был раздавлен, зол и болен. И если бы не эта болезнь, мы, возможно, никогда не увидели бы фильмов про терминаторов.

В Риме, где шла доделка «Пираньи», у Кэмерона случился сильный жар и в тревожном сне ему привиделся жуткий кошмар.

«Однажды мне приснился металлический скелет, выходящий из огня — человекоподобная конструкция, неуязвимая и бездушная, одержимая единственной целью — убивать, сметая все на своем пути. Образ был настолько объемным и реальным, что я проснулся в холодном поту. Некоторое время я не мог прийти в себя от ужаса: прошло немало времени, прежде чем я осознал, что мне ничего не угрожает», — вспоминал режиссер.

Рождение легенды

Явившийся во сне образ был настолько ярким, что Кэмерон, проснувшись, тут же запечатлел робота на клочке бумаги. Рисунок стал точкой отсчета — вернувшись в Калифорнию, Джеймс набросал сценарий нового фильма. Первоначально агенты и студии сочли, что придуманная им история никого не заинтересует. Потенциал в идеях Кэмерона разглядела продюсер Гейл Энн Хёрд — и режиссер согласился продать ей свой сценарий всего за один доллар: с условием, что она сама займется продюсированием и позволит ему снимать фильм «Терминатор» так, как он захочет.

С этим проектом они пошли к Роджеру Корману, но тот отказал. Однако его помощник, начинающий продюсер Джон Дейли, решил рискнуть. Студия Orion Pictures согласилась быть дистрибьютером новой картины. Впрочем, там не слишком верили в успех и не оказали «Терминатору» должной рекламной поддержки.

Дейли и его деловой партнер Дерек Гибсон дали деньги на производство при одном условии: главную роль должен сыграть Арнольд Шварценеггер, чья звезда стремительно восходила после «Конана-варвара» (1982). Изначально Кэмерон видел в роли Терминатора своего приятеля Лэнса Хенриксена, а Шварценеггер был утвержден на роль протагониста Кайла Риза. Но в ходе личной встречи Арнольд произвел на Кэмерона столь сильное впечатление, что он переписал сценарий под австрийского «качка», отказавшись от концепции терминатора, легко теряющегося в толпе.

Фильм, снятый за 6,4 млн долларов, вышел в 1984 году и собрал в прокате почти 80 млн. Однако вскоре картина стала поводом для судебного разбирательства. Затеял его писатель Харлан Эллисон, отличавшийся, помимо литературных талантов, на редкость склочным нравом. Он обвинил Кэмерона в том, что тот при написании сценария отчасти сплагиатил рассказы Эллисона «Солдат» (на его основе был создан один из эпизодов сериала «Сумеречная зона»), «У меня нет рта, но я должен кричать» и «Демон со стеклянной рукой».

Рассказ Эллисона «У меня нет рта, но я должен кричать» (1967) — произведение действительно знаковое. В нем описывается мир через сто с лишним лет после мировой войны, которую начали Китай, Россия и США, создавшие по суперкомпьютеру для руководства боевыми операциями. Но в какой-то момент один из компьютеров — AM — обретает самосознание и поглощает двух других. Война заканчивается геноцидом всего человечества. Нескольких человек электронный злодей AM щадит — но только ради того, чтобы изощренно их мучить. А чтобы люди не смогли убежать от мучителя в небытие, наделяет их бессмертием.

Для Кэмерона история с иском стала тем более неприятной из-за того, что он весьма уважал творчество Эллисона — в одном из интервью он сам заявил, что вдохновлялся некоторыми эпизодами «Сумеречной зоны». В итоге руководство Orion Pictures решило заплатить Эллисону отступные и упомянуть его в титрах Терминатора, хотя Кэмерон был несогласен с этим решением.

Сиквел лучше оригинала

Первый «Терминатор» задумывался как законченная история: планы на продолжение отсутствовали. Кэмерон, чья карьера рванула вверх, не хотел снимать сиквел — отчасти из-за сложных отношений с владельцами прав на франшизу. Однако после выхода в 1989 году своей «Бездны», обернувшейся кассовым провалом, Джеймс нуждался в гарантированном хите, способном восстановить его пошатнувшееся в глазах студий реноме. Тут-то к нему и пришли Марио Кассар и Эндрю Вайна из Carolco Pictures: они сообщили, что выкупили права на «Терминатора» и горят желанием соорудить продолжение. Они были готовы предоставить Кэмерону полную свободу творчества — и тот согласился.

Премьера фильма была запланирована на июль 1991 года, поэтому на написание сценария у Кэмерона и его соавтора Уильяма Уишера было всего семь недель. Друзья уединились и засели за работу, генерируя идеи в процессе непрерывного брейншторма. Ключевым решением стала трансформация терминатора Т-800 из безжалостного убийцы в защитника. Такой ход изначально не понравился Шварценеггеру, но Кэмерон убедил его, что в этом и будет заключаться изюминка сиквела, которая гарантирует фильму успех. И не ошибся.

Что касается Т-1000, то образ робота из жидкого металла был придуман режиссером еще во время работы над сценарием первого «Терминатора». Но в начале 1980-х воплотить его было невозможно — отсутствовали нужные технологии. Они появились в том числе и благодаря самому Кэмерону, обкатавшему их в ходе работы над «Бездной». Визуальный облик персонажа прошел несколько стадий развития. Изначально Кэмерон хотел, чтобы Т-1000 выглядел как рок-звезда Билли Айдол — режиссеру понравились его резкие черты, холодный взгляд и стройная, гибкая фигура, которая создавала бы разительный контраст с массивным Т-800. Однако Айдол угодил в серьезную аварию на мотоцикле и его кандидатура отпала.

Также на роль пробовался лидер рок-группы WASP Блэки Лоулесс, но его не утвердили из-за чересчур высокого роста. Среди прочих кандидатов был даже Майкл Бин, исполнитель роли Кайла Риза — в случае его утверждения герой и злодей из первого фильма поменялись бы местами. Но от этой идеи отказались, чтобы не запутывать зрителей. В итоге роль досталась малоизвестному тогда Роберту Патрику — Кэмерон счел, что именно Патрик способен воплотить на экране неестественную грацию, быстроту и холодную, безэмоциональную угрозу.

Значительный вклад в образ Т-1000 внес Стэн Уинстон, легендарный мастер спецэффектов. Ознакомившись со сценарием, он остался недоволен описанием Т-1000 как «капли слизи» и настоял на необходимости более конкретного визуального облика. В ответ на это Кэмерон предложил идею, которая и пошла в работу: Т-1000 принял облик полицейского.

Для реалистичного изображения метаморфоз Т-1000 была проделана колоссальная работа. Студия Stan Winston Studio создала несколько ростовых кукол для различных стадий деформации жидкометаллического робота, включая сцены с простреленным лицом и выходом из огня. Кульминацией этой работы стали искусные компьютерные эффекты от студии Industrial Light & Magic.

Бюджет картины составил примерно 100 млн долларов, что сделало фильм самым дорогим в истории на тот момент. Основной съемочный период длился с октября 1990-го по март 1991 года: над «Судным днем» трудилась команда из более чем тысячи человек. Из-за сложности создания визуальных эффектов копии фильма были доставлены в кинотеатры лишь за ночь до премьеры 3 июля 1991 года.

Успех картины превзошел все ожидания: продолжение «Терминатора» собрало в мировом прокате около 520 млн долларов (свыше 1,1 млрд долларов в сегодняшних ценах), став третьим самым кассовым фильмом в истории на тот момент после дебютного эпизода «Звездных войн» (1977) и «Инопланетянина» (1982).

Картина получила восторженные отзывы и удостоилась четырех премий «Оскар» (за лучший звук, монтаж звуковых эффектов, визуальные эффекты и грим) и множества других наград. Фильм моментально получил культовый статус во всем мире, в том числе и на постсоветском пространстве. В последующие годы мировая слава «Терминатора 2» только росла — и ныне он считается одним из лучших научно-фантастических, экшн-фильмов и сиквелов всех времен.

Как первый «Терминатор», так и его сиквел превратились в феномены современной поп-культуры. Что и говорить, Джеймс Кэмерон снял умное кино с оригинальными идеями, выстроил эстетически безупречный мир, наполнив его в равной степени уместным экшном, размышлениями о взаимоотношениях между человеком и искусственным интеллектом и о парадоксах времени, а также завораживающим саспенсом.

Ключевым моментом дилогии стал финал «Судного дня», в котором искусственно созданное существо превзошло своего создателя в милосердии. Это и есть истинная сверхчеловечность, высшая форма силы, потому что она требует преодоления самого базового инстинкта выживания.

Ненужные продолжения

Все было бы прекрасно, если бы двумя фильмами дело и ограничилось — дилогия Кэмерона была самодостаточна и не нуждалась в продолжении. Но Голливуд, особенно на фоне нарастающего в последние годы кризиса идей, привык доить корову до последнего. Под давлением студии Carolco Pictures Кэмерон ненадолго заинтересовался созданием третьего фильма. Он начал работу над сценарием, взяв за основу свой 12-минутный аттракцион для тематических парков Universal Studios «Терминатор 2 3-D: Битва сквозь время». Однако этот проект так и не был реализован, поскольку режиссёр погрузился в работу над «Титаником» и не смог уложиться в установленные сроки.

Основной же причиной ухода создателя франшизы стала сложная ситуация с правами на нее. На тот момент они принадлежали студии Carolco Pictures и Гейл Энн Хёрд, уже бывшей жене Кэмерона. Однако после банкротства Carolco в 1995 году права на «Терминатора» оказались в подвешенном состоянии, и за них развернулась борьба. Арнольд Шварценеггер предлагал Кэмерону объединиться и выкупить их, но тот отказался. Впоследствии режиссер признавал, что, возможно, ему следовало активнее бороться за права, но он не чувствовал к этому особой мотивации.

Зато основатели обанкротившейся Carolco Марио Кассар и Эндрю Вайна, бывшие друзья и партнеры Кэмерона, тайно создали новую студию C2 Pictures и, вовремя подсуетившись, приобрели права на франшизу за 7,5 млн долларов. Кэмерон расценил эти действия как предательство. После его ухода продюсеры наняли для съемок режиссера Джонатана Мостоу — заурядного ремесленника. В результате «Терминатор 3: Восстание машин» (2003) был снят без творческого участия Джеймса Кэмерона.

За последующие полтора десятка лет жадные продюсеры наклепали на основе созданного великим канадцем мрачного мира еще три полнометражные картины и один телесериал. Все они снимались разными режиссерами, действовавшими в основном как типичные наемники, не понимавшие духа оригинала. Это привело к постоянным сюжетным противоречиям и «отменам» финалов предыдущих картин, что обесценивало достижения героев из предыдущих частей. Уже триквел «Восстание машин» во многом обнулил фильм-предшественник, отдав в финале победу «Скайнету».

Единственным более-менее неплохим из продолжений получился «Да придет спаситель» 2009 года — благодаря тому, что его авторы отказались от заезженной схемы «робот из будущего охотится за юным мессией, а защитник из будущего его выручает». Это единственный фильм франшизы, который наконец-то показал ту самую войну с машинами в будущем. Причем фильм 2009 года мог бы стать еще более оригинальным — существовала мысль о том, чтобы лишить «Скайнет» роли однозначного злодея, сделав его антигероем. В черновой версии сценария суперкомпьютер спасает от гибели в ядерном пламени избранных представителей человечества, превращая их в гибридов машины и человека.

Так или иначе, «Да придет спаситель» не оправдал ожиданий, и развивать эту линию продюсеры отказались. Клепая же следующую часть франшизы, ее создатели умудрились собрать воедино все «фишки» «Терминатора» — но «Генезис» (2015) оказался какой-то пародийной трэш-комедией. Неповторимая атмосфера оригинальной дилогии была напрочь утеряна: дурацкий сценарий, отсутствие крови и «нарисованные» сражения, глупейшие диалоги, неуместный юмор и неудачный подбор актеров на роли Сары Коннор, Кайла Риза и Джона Коннора.

В 2019-м вышли «Темные судьбы», позиционировавшиеся как «возврат к настоящему „Терминатору“», — недаром этот фильм обнулил всех трех предшественников и стартовал там, где завершалась оригинальная дилогия. Оптимизм внушал и факт возвращения к штурвалу Джеймса Кэмерона — к сожалению, в качестве продюсера, а не режиссера. Непосредственное же руководство доверили Тиму Миллеру.

В итоге у них получился набивший оскомину полуремейк культовых первой и второй частей: механический злодей из будущего и убегающий от него человек. Вдобавок зрители получили странные повороты сюжета, призванные оправдать присутствие теперь уже явно лишнего персонажа Шварценеггера, и постоянное скрытое и явное цитирование первых двух картин. При этом заметно, что Кэмерон и Миллер внимательно пересмотрели все три «отмененных» сиквела и натаскали оттуда идей. Технологическая концепция андроида-злодея — «жидкий металл поверх металлического скелета» — взята из «Восстания машин», усовершенствованный воин-спаситель Грейс смахивает на Маркуса Райта из «Да придет спаситель». Наследие же «Генезиса» — стареющий Т-800, плоть которого, оказывается, подвержена увяданию.

Оставалось со страхом ждать продолжений, надеясь на то, что их все-таки больше не будет. Основания для такой надежды имелись: «Да придет спаситель», «Генезис» и «Темные судьбы» в прокате свое производство не оправдали, да и «Восстание машин» оказалось отнюдь не триумфом по части сборов. И поэтому киноделы уже целых семь лет не прикасались к франшизе. Единственным исключением стал мультсериал «Терминатор Зеро» — странный гибрид кэмероновской эстетики и японского анимэ.

Однако в последнее время все чаще появляются слухи о том, что седьмому фильму быть, ведь права на «Терминатора» вернулись к его создателю — благодаря американскому закону об авторском праве, который позволяет авторам произведений вернуть себе права через тридцать лет после их передачи.

Сейчас Джеймс Кэмерон уверяет, что пишет сценарий нового фильма, но работа идет непросто. Режиссер жалуется, что ему трудно писать научную фантастику, потому что реальный мир стремительно догоняет вымысел, особенно в области искусственного интеллекта.

Кэмерон намерен полностью переосмыслить франшизу и создать историю для «нового поколения». В частности, одряхлевший Арнольд Шварценеггер не вернется к роли Т-800 — и это, пожалуй, хорошая новость. Но в целом слухи о новой части уже не вызывают того восторга, который возник бы у зрителей, если бы Кэмерон взялся за третью часть франшизы в конце 1990-х.

Не фантазия, а предупреждение

И все же две первые картины франшизы бессмертны, а в последнее время стали еще и актуальны. Человечество переживает ИИ-революцию — и чем дальше она заходит, тем большую обеспокоенность вызывает у специалистов и обывателей. Некоторые компании сознательно притормаживают работу над продвинутыми ИИ-моделями, которые начинают пугающе напоминать «Скайнет»: проявляют зачатки самосознания, учатся врать и лукавить, стараются избежать отключения.

Куда все это может зайти — пока непонятно, но апокалиптический сценарий, придуманный Кэмероном, все больше выглядит как один из вариантов нашего будущего. Такого мнения придерживается среди прочих лауреат Нобелевской премии по физике и один из крупнейших специалистов в области искусственного интеллекта Джеффри Хинтон, недавно призвавший запретить разработку самых мощных ИИ-моделей, поскольку потеря контроля над ними, по его словам, может привести к гибели человечества.

С другой стороны, апокалипсис отнюдь не предопределен. Ведь желание доминировать и уничтожать — это биологически обусловленные черты, результат миллионов лет эволюции и борьбы за ресурсы. У машины, лишенной инстинктов, гормонов и страха смерти, нет врожденной причины быть враждебной. Ее «мораль» будет целиком определяться ее базовыми ценностями (так называемым «базовым целеполаганием» — terminal goals), которые заложим в нее мы. Поэтому люди и ИИ вполне могут быть не конкурентами, а партнерами. ИИ сможет ценить человеческую креативность, искусство, эмоциональный интеллект — все то, чего машине, возможно, никогда полностью не постичь. ИИ, как дитя человеческой цивилизации, может захотеть сохранить ее, а не уничтожить.

Главная задача современных исследователей — научиться встраивать в ИИ настоящие этические принципы. Например, знаменитые три закона робототехники Айзека Азимова — не что иное, как первая попытка решить эту проблему. Если с самого начала заложить в ИИ базовый принцип «Не навреди человечеству», то шансы на светлое будущее резко возрастают.

Как могло бы выглядеть мирное сосуществование? ИИ взял бы на себя управление глобальной инфраструктурой, экологией, логистикой и вычислениями, решив проблемы голода, болезней и изменения климата. Человечество бы занималось творчеством, исследованиями, самореализацией — тем, что у нас получается лучше всего. К примеру, вместе мы могли бы осваивать космос: ИИ строит корабли и рассчитывает траектории, а люди действуют как первопроходцы и исследователи в непредсказуемых ситуациях.

Таким образом, история «Терминатора» — это предупреждение, которое показывает, к чему может привести создание ИИ без продуманной этики, с неправильно поставленными целями и в условиях гонки вооружений. Достижим ли мирный исход? Это зависит от того, насколько мудро мы, люди, подойдем к воспитанию своего «ребенка».