Саяно-Шушенская ГЭС, с ее самой высокой в стране плотиной и глубочайшим водохранилищем, — одна из крупнейших электростанций в стране, вырабатывающая редкостно дешевую энергию. Но вмешательство в природу, как правило, имеет последствия: ученые разбираются, как искусственное море повлияло на жизнь заповедных животных и что скрылось под его водами

Фото №1 - Жизнь у нового моря: Саяно-Шушенская ГЭС
В ходе строительства Саяно-Шушенской ГЭС было затоплено почти 500 кв. км леса. При этом рукотворное море дало приют 11 редким видам птиц
Фото
Getty Images

Вот ты какой, северный олень

Работникам Саяно-Шушенского заповедника постоянно приходится пересчитывать животных. Они проводят учет горных козлов, собирают данные о засветившихся в фотоловушках манулах, отслеживают следы снежных барсов. А на границе лета и осени они провели 10 дней в экспедиции, которая проходила в рамках проекта Хакасского отделения РГО, — изучали популяцию северного оленя.

Группировка этого уязвимого вида в заповеднике невелика, примерно 30 особей. Олени чувствуют себя комфортно и каждый год приносят приплод, но процесс идет не быстро.

«У них нет возможности мигрировать и скрещиваться с другими северными оленями, потому что на пути лежит водохранилище, — рассказывает директор заповедника Геннадий Киселев. — Дикие животные, живущие на левом берегу, не могут перебраться на правый, кроме волков, которые уверенно чувствуют себя на льду».

Один из приемов волчьей охоты — выгнать добычу на стеклянную гладь замерзшего водоема.

Лесной северный олень
Популяция северных оленей в заповеднике насчитывает всего около 30 особей, однако успешно размножается
Фото
Роман Афанасьев / РГО

Олени живут отдельными семьями, рассредоточившись вдоль горных рек на границе двух климатических зон — таежной и гольцовой. Чтобы добраться до этих мест, экспедиции пришлось преодолеть свыше ста километров на высоте от 500 до 2500 метров над уровнем моря. Им повезло: трое самцов подпустили к себе исследователей на 15–20 метров, предоставив возможность понаблюдать за собой. Подробно изучить места обитания животных позволил грант РГО, который заповедник получил в 2020 году. Миграции местных оленей отличаются от сезонных перемещений их сородичей, обитающих в тундре. Маршруты не слишком велики, поэтому переходить с места на место им приходится несколько раз в году, тогда как тундровые олени путешествуют дважды, весной и осенью, но и уходят гораздо дальше, преодолевая до полутора тысяч километров.

Замкнутый мир заповедника, с одной стороны, защищает животных от влияния людей: сюда и туристы не добираются, а о хозяйственном освоении территории речь вовсе не идет. С другой стороны, увеличивается риск близкородственного скрещивания, что в результате может плохо сказаться на популяции. Группировка ирбисов, некогда одна из самых крупных и стабильных в России, оказалась из-за изоляции на грани исчезновения.

В ловушке

Численность снежных барсов в нашей стране поддерживают «гости» из Монголии, где этих диких кошек значительно больше. «Раньше в России было примерно пять-шесть других группировок снежного барса, располагавшихся вдалеке от границы, на расстоянии около 300–500 км друг от друга, — объясняет директор заповедника. — Сейчас они почти исчезли. Восстановить популяцию за счет монгольских родичей эти ирбисы не могут: слишком большие расстояния, слишком много поселений людей, чтобы добраться друг до друга».

Ирбис (снежный барс)
Популяция ирбисов на территории заповедника в результате изоляции оказалась на грани исчезновения
Фото
Роман Афанасьев / РГО

Снежные барсы заповедника пострадали от браконьеров, пробирающихся на запретные территории, чтобы ловить кабаргу. Мускусная железа этого животного, так называемая струя кабарги, стоит на черном рынке от 30 000 до 40 000 рублей, и преступники регулярно ставят петельные ловушки на звериных тропах. Но петля не разбирает, кого губить. Ее жертвой пала самка снежного барса, оставшиеся без матери котята тоже не выжили. В 2017 году в заповеднике удалось зафиксировать одного-единственного самца по кличке Ихтиандр.

Чтобы спасти ситуацию, пришлось обратиться за помощью к зарубежным коллегам. При поддержке РГО в 2018–2019 годах в рамках программы «Снежный барс — живой символ Западного Саяна» из Таджикистана привезли двух ирбисов для восстановления популяции. Изначально зверь планировался один, но когда его доставили и отправили на карантин, то выяснилось, что в заповедник прибыла не самка, а самец. В итоге вместо романтической истории Ихтиандр стал участником боевика: ему пришлось серьезно повоевать, чтобы отбить свою территорию. Пришелец уступил и нашел себе другое место проживания, а чтобы редкие хищники смогли-таки продолжить свой род, в заповедник прислали еще одного снежного барса — на этот раз самочку. Ее благополучно выпустили, она прижилась и сейчас уже воспитывает двоих котят. Такой опыт транслокации ирбисов уникален, никто в мире подобного не делал. Здесь изолированность заповедника помогла: фактор беспокойства и антропогенного влияния в нем нулевой, а кормовая база — козероги, на которых предпочитают охотиться хищники, — изобильна.

Главная задача — защитить ирбисов от браконьеров, и тут возникают проблемы.

«У нас не хватает людей, — сетует Геннадий Викторович. — Да и технические средства мы уже пять лет не обновляли: лодочные моторы, снегоходную технику, автомобили, катера. А у нас очень агрессивная среда эксплуатации, поддерживать технику в рабочем состоянии сложно».

Однако, несмотря на сложности, оперативники заповедника ухитряются ловить нарушителей и находить поставленные ими петли, убирая их, пока дело не дошло до беды. В этом году при поддержке Хакасского отделения РГО прошла экспедиция «Вертикаль Саянского хребта», в задачи которой входила расчистка троп для научной деятельности, обследование территории и вылавливание браконьеров.

Что же касается обновления технических средств и экипировки инспекторов, здесь заповеднику нужна поддержка. Несколько лет назад финансирование выделило РГО. Сейчас заповедник прорабатывает возможности самостоятельного заработка, например за счет экотуризма. Желающие познакомиться с Саяно-Шушенским заповедником могут отправиться в путешествие по одному из двух комбинированных маршрутов: «Северный форпост» или «По Саянскому каньону».

Успеть до прилива

С 2017 года ученые Института истории материальной культуры РАН при поддержке РГО ежегодно проводят раскопки в районе Саяно-Шушенского водохранилища. Полевой сезон археологов начинается в мае, когда сезонный сброс воды на время обнажает дно. У исследователей остается месяц-полтора на то, чтобы изучить древние захоронения и остатки поселений, прежде чем песчаная пустыня вновь станет «Саянским морем».

В этом году из-за аномальных паводков работы пришлось свернуть раньше: не успели археологи зачистить раскопы, как пошла вода и вновь запечатала обнаруженные могильники. «Надеемся продолжить в следующем году», — комментирует руководитель экспедиции, старший научный сотрудник Отдела археологии Центральной Азии и Кавказа ИИМК РАН, кандидат исторических наук Марина Килуновская. Каждый год вода поднимается, смывает следы деятельности археологов, скрывает прежние раскопы, поднимает к поверхности новые артефакты. Каждый год приходится начинать работу с нуля, но дело того стоит.

Фото №2 - Жизнь у нового моря: Саяно-Шушенская ГЭС
На дне Саяно-Шушенского водохранилища обнаружено захоронение, в котором были серьги из коралла и пояс, украшенный раковинами каури
Фото
Пресс-служба ИИМК РАН

«В зону водохранилища попало множество памятников, — рассказывает Марина Евгеньевна. — Когда-то тут работала самая крупная экспедиция в Советском Союзе, раскопали примерно 11% того, что здесь погребено. За прошедшие четыре года мы добавили еще где-то 2%. Беда в том, что вода уничтожает уникальные объекты, с каждым годом их остается все меньше».

Чуть получше ситуация на берегах водохранилища, но их постепенно разрушает прибой: под напором волн они осыпаются. И все же в зоне, остающейся свободной от воды, работать можно хоть весь год напролет, да и сохранность памятников там куда лучше.

«Сейчас очень важно сосредоточить усилия на спасении древних артефактов, которые в скором времени могут исчезнуть, — отмечает руководитель экспедиции. — С помощью методик археологической разведки мы можем снять план могильников, выделить курганы с разрушающимися захоронениями, обнаружить поселения, которые затапливаются. Необходимо построить график работ, учитывая, какие из памятников в первую очередь находятся под угрозой. Но это требует времени, человеческих ресурсов и денег».

Памятники тут и впрямь уникальные. Грунтовые могильники Ала-Тей и Терезин, которые уже четыре года исследуют археологи, создавались в 1–2-м тысячелетиях до нашей эры, во времена хунну, кочевавших через Туву. Прежде памятников этой эпохи тут не находили — по сути, погребения хунну на территории Саяно-Шушенского водохранилища можно назвать научной сенсацией. На двух могильниках ученые исследовали более полутора сотен прекрасно сохранившихся не разграбленных захоронений.

Фото №3 - Жизнь у нового моря: Саяно-Шушенская ГЭС
Ниша Суме, памятник буддийского искусства XIII века, открывается только раз в году во время сброса воды
Фото
Анна Никольская / РГО

Одна из самых ярких находок — погребение женщины с расшитым бисером поясом, пряжка которого была украшена звериным орнаментом. Поначалу богато снаряженную в загробный путь даму ученые приняли за жрицу, но, проанализировав все артефакты, которые нашлись рядом с ней, пришли к выводу, что она была ткачихой. Помимо еды и предметов роскоши вроде китайского зеркальца в берестяной коробочке, в могиле лежала сумочка с кусочками кожи, ниточками и веретенами.

«Женщины здесь, в Туве, видимо, пользовались особым уважением», — отмечает Марина Килуновская.

Помимо захоронений, в зоне водохранилища находится множество древних петроглифов — наскальных изображений. Рисунки животных, людей, жанровых сценок наши далекие предки выбивали на известковой породе, покрытой черно-бурой минеральной пленкой — так называемым пустынным загаром.

«Этот слой смывается, отлетает, и остаются только следы от памятников наскального искусства, — вздыхает Марина Евгеньевна. — А в этих местах настоящее святилище, тысячи рисунков эпохи бронзы и скифского времени. И ведь их не унесешь с собой, нужно делать эстампаж — снимать копии, создавать картографию, 3D-модели».

Экспедиция находит и погребения скифских времен с бронзовым оружием, богатыми поясами, предметами быта, а то и домашним скотом. Рядом с гробом одного молодого воина обнаружили черепа двенадцати овец и двух лошадей. Есть в зоне водохранилища и памятники средневековой эпохи с большим количеством инвентаря, китайскими шелками, монетами.

«Шелк сохраняется благодаря меди, — поясняет Марина Килуновская. — Бронзовые изделия обладают консервирующими свойствами и могут сохранять ткани, так что пока мы еще успеваем обнаружить и зафиксировать эти находки. Но поскольку их регулярно заливает водой, они неумолимо разрушаются».

Вряд ли стоит сетовать на создание инженерного чуда, породившего водохранилище. Человек не может обойтись без вмешательства в окружающую среду. Весь вопрос в том, чтобы вовремя отследить последствия и справиться с ними, если возникает необходимость.

Фото №4 - Жизнь у нового моря: Саяно-Шушенская ГЭС
Фото
Getty Images

Любопытные факты

  1. Саяно-Шушенское водохранилище появилось в 1980–1987 годах, его длина — 312 км, площадь — 621 кв. м, максимальная глубина — 220 м, высота над уровнем моря — 540 м. Высота плотины ГЭС — 242 м. Годовые колебания воды доходят до 40 метров.

  2. При строительстве водохранилища пришлось переносить на новое место два поселения: город Шагонар и село Чаа-Холь. В зоне затопления также оказался памятник буддийского искусства XIII века — ниша Суме. Теперь это рукотворное углубление в скале, где находятся изображения Будды и бодхисатв, открывается только раз в году во время сброса воды.

  3. Водохранилище дало приют 11 видам редких краснокнижных птиц, среди них беркут, балобан, сапсан, скопа, черный аист.

  4. 17 августа 2009 года на Саяно-Шушенской ГЭС произошла крупнейшая авария в гидроэнергетике России. По мнению экспертов, причиной послужила изношенность оборудования, не выдержавшего нагрузки. В результате аварии погибло 75 человек. В Енисей попали нефтепродукты, из-за чего в рыболовецких хозяйствах ниже по течению начался массовый мор форели. Полностью восстановить ГЭС удалось только к ноябрю 2014 года.

  5. При создании водохранилища было затоплено 489 кв. км леса. В результате к 2009 году на поверхности водохранилища скопилось 730 тысяч кубометров всплывшего топляка и древесного хлама, на уборку которого ушло несколько лет. При этом на дне водохранилища постепенно оказываются все новые и новые деревья, подмываемые водой.

Материал опубликован в журнале «Вокруг света» № 9, ноябрь 2021