Восставшие из руин: 5 российских деревень и сел, которые обрели новую жизнь благодаря влюбленным в них энтузиастам

За последние годы с карты России исчезло немало населенных пунктов — опустевшие и ветшающие, они исчезают также из людской памяти. Но есть и обратные примеры, когда чьи-то любовь, трудолюбие и энтузиазм возвращают деревню к жизни и превращают ее в центр притяжения для творческих людей и туристов.

В этом материале мы собрали пять вдохновляющих историй о деревнях и селах, которые обрели новую жизнь, сохранив память о прошлом. За последние годы проекты их возрождения становились номинантами или финалистами премии «Жить вместе».

Деревня Шелоховская

Архангельская область

Деревня Шелоховская, известная также как Архангело, расположена в живописной излучине реки Онеги. Ее главное сокровище — два уникальных памятника деревянного зодчества: храм Архангела Михаила (1715 г.) и Сретенский храм (1803 г.). Вокруг них кипела жизнь сельская жизнь, но к концу XX века деревня стало стремительно пустеть. Храмы ветшали, а Шелоховская превращалась в тихое, забытое место с богатой историей, но без будущего. Казалось, шедевры северной архитектуры обречены на медленное разрушение.

Перелом наступил в 2011 году, когда в деревню из Москвы переехал архитектор Александр Матюхин с семьей. Его мотив был прост и глубок: «Чувство, что эта земля твоя и это место тебе нужно. Вот конкретно здесь ты считаешь, что ты дома». Он основал плотницкую артель «Архангело», которая поставила своей целью не просто консервацию, а возрождение храмов как живого центра общины. К Александру присоединились другие энтузиасты, такие как Сергей Тарабаев, сменивший жизнь в Москве на работу плотника в артели.

Артель «Архангело» — это не только реставрационная мастерская, но и новая община. Они восстанавливают храмы, поют народные песни в отреставрированной курной избе, проводят волонтерские смены и экскурсии. Их цель — вернуть памятникам не только былую красоту, но и духовно-смысловую роль в жизни людей. Деревня снова стала местом притяжения для тех, кто ценит традицию, ручной труд и чувство подлинного дома.

Деревня Матино

Тверская область

Название Матино происходит от старославянского «мати» («мать», «матушка»). Исторически это было обычное село с чайной, лавками и своим храмом. В конце XX века деревня Матино, как и тысячи других по всей стране, переживала упадок. Молодежь уезжала, старики умирали, многие дома пустовали. Традиционный уклад жизни был почти утрачен.

Изменения начались с появления «переселенцев» — горожан, сознательно выбравших жизнь на земле. Ключевой фигурой стал москвич Алексей Столяров, впервые попавший в Матино подростком. Вернувшись с семьей, он стал развивать туристический проект «Кашин Град» и культурный центр «Жар-птица», разместившийся в здании чайной XIX века. Сегодня в «Жар-птице» проходят концерты, мастер-классы по народным играм и танцам, работает музей казачьей славы.

Вокруг Столярова сплотились мастера: Ольга Старикова, создающая ткани и народную игрушку, ее муж Юрий, возродивший лыковую игрушку, и Юрий Кольчев, пекарь и ведущий народных танцев.

Матино — яркий пример «нео-деревни», жизнь в которой строится вокруг творчества, и ремесел. Это содружество талантливых людей, доказавших, что деревня может быть пространством для самореализации и счастливой жизни для семей с детьми.

Деревня Мувыр

Удмуртская Республика

В деревне Мувыр (с удмуртского — «Высокая земля») Игринского района Удмуртии в 1960-х годах проживало около 150 человек. Затем ее признали «неперспективной»: жителей выселили, а все постройки сравняли с землей бульдозерами. В 1980-х на месте деревни осталось чистое поле.

Возрождение Мувыра это история одного человека — Александра Корепанова, уроженца деревни. Узнав во время службы в армии о гибели деревни, он дал себе слово ее возродить. Его поддержал отец, Геннадий Корепанов. В 1992 году Александр начал строить первый дом посреди чистого поля.

Сегодня Мувыр — цветущее хозяйство с фермой на 350 голов скота и собственной сыроварней. На месте снесенной деревни построены гостевые дома, кафе, подвесной мост. В 16 дворах живет около 40 человек, 9 из которых — дети. Ежегодный фестиваль «Деревня — душа России» собирает тысячи гостей. В 2009 году деревне официально вернули статус населенного пункта, а местная идиома «Ну, это чистый Мувыр!» стала синонимом невозможного, ставшего возможным.

Село Лох

Саратовская область

Село Лох, название которого происходит от «лощины», в начале XX века было процветающим мукомольным центром с семью водяными мельницами и почти шестью тысячами жителей. После революции, раскулачивания и войн оно пришло в упадок. Село тихо исчезало, теряя жителей и инфраструктуру. Последняя Верхняя мельница XIX века медленно разрушалась.

В 2012 году в Лох влюбилась семья Марии и Павла Кислиных из Саратова. Увидев красоту места и его потенциал, они купили дом и начали возрождение села. Их энергия и открытость оказались заразительными. Сегодня Лох — это проект «Лоховская АРТель» и лучшее доказательство, что «людей объединяет хорошее».

Здесь появились сыроварня «Ярило сыр», пасека семьи Моториных, глэмпинг «Лох-бро», а фермер-философ Юрий Карамзин создал «Сад неправильных скульптур». Село живет по принципу открытости и совместного творчества, притягивая туристов, волонтеров и новых жителей, которые нашли здесь «лучший микрокосмос» для жизни.

Село Ярское

Томская область

Село Ярское, основанное в 1648 году, стоит на древнем Московско-Сибирском тракте. Здесь по дороге на Сахалин останавливался Антон Чехов. Село хранило уникальную планировку и память о разных эпохах. Как и многие села, в XX веке Ярское столкнулось с оттоком населения. Деревянная историческая застройка ветшала и разрушалась, а семейные истории забывались.

Хранителем памяти стала уроженка села Елена Верёвкина. Для нее Ярское — «место силы» и родовая земля. Столкнувшись с замалчиванием семейной истории (прадед героини был репрессирован в 1937 году), она начала изучать прошлое своей родни, а затем и всего села.

Сейчас Елена занимается измерениями и документированием исторической застройки Ярского, создавая цифровой слепок уходящей архитектуры. Но главное — она пишет портреты и собирает воспоминания жителей села, записывая их «истории, которые не всегда рассказываются». Ее архив — это антропологический слепок русской деревни, где боль, достоинство и любовь к месту становятся живой историей. Елена создала сайт села и видит будущее Ярского в бережном туризме, основанном на подлинности этого места.

Каждая из этих пяти историй, разбросанных по карте России, рисует общую картину: будущее русской деревни — не в выживании, а в осмысленном созидании. Его определяют не программы сверху, а личная воля, талант и любовь к конкретному месту людей, которые нашли в деревне пространство для новой жизни.