Трофейная рыба, медведи и сплав по обмелевшей реке: чего ждать от рыбалки на Чукотке

Чукотка — дикий уголок России. Сюда редко приезжают туристы, ведь в регионе почти нет отелей и оборудованных зон для отдыха. Вместо этого — бескрайняя тундра, шумные горные реки и холодное окраинное море. Идеальное комбо для тех, кто ценит в путешествиях возможность увидеть уникальную природу, насладиться ее красотой и прочувствовать абсолютную тишину.

Именно такая Чукотка, суровая и труднодоступная, привлекла Михаила Саулькина, финансового директора маркетплейса Flowwow. В сентябре 2025 года он отправился туда в компании восьми друзей, с которыми ежегодно путешествует по отдаленным уголкам России.

Далее — текст от первого лица.

Важно собрать проверенную команду

Я увлекаюсь спортивной нахлыстовой рыбалкой уже 10 лет, пять из которых ежегодно выезжаю в непролазные места, где много рыбы, почти нет людей, а значит, шанс поймать редкие виды выше. В команде проверенных друзей-рыбаков я посетил шесть экспедиций: побывал в Туве, Воркуте, Нарьян-Маре, на Дальнем Востоке и Кольском полуострове.

Подобные экстремальные туры организуют специальные агентства, которые берут на себя логистику и сопровождение и снабжают провизией в пути. Тем не менее в таких поездках отдыхаешь скорее душой, чем телом. Нам не раз приходилось ночевать в палатках при минусовых температурах, тратить дни на поездки по бездорожью, а рыбалка часто проходила по соседству с дикими животными.

Несмотря на сложности, наша традиция посещать такие суровые локации с годами только укрепилась, и в 2025 году мы с командой решили отправиться в тур на Чукотку. За две недели организаторы обещали показать нам три разные природные зоны: горы, тундру и холодное море.

Подготовка к такому путешествию для опытного походника стандартна: спальник, термобелье, фонарик, спортивное полотенце, вейдерсы (рыбацкие сапоги), посуда и самые необходимые снасти. Хотя я убежден, что главное условие успешной экспедиции — не снаряжение, а люди. Наша команда уже устоялась, мы давно знакомы и доверяем друг другу, что в условиях дикой природы важнее любого дорогого гаджета.

Помимо нас, в экспедиции были егерь-проводник с охотничьей собакой и повар, который отвечал за быт и питание. Именно они были нашими главными помощниками на Чукотке.

Придется постоянно думать о том, как согреться

В сентябре на Чукотке было солнечно и относительно тепло, но ночью температура регулярно опускалась до минус 5–7 градусов. Влажный ветер с моря и реки продувал даже через хорошую мембранную одежду. Согреться было непросто, и нам приходилось изобретать собственные способы спасения от холода.

Центром тепла и комфорта стала мобильная баня — простая палатка с печкой-буржуйкой, которую организаторы взяли с собой. За всю поездку мы попарились всего один раз, чаще баня работала как пункт обогрева. Мы использовали ее, чтобы побыть в тепле, высушить промокшие носки и перчатки.

Ночевки в спальниках при минусовой температуре также требовали подготовки. Мы нашли гениальный способ согреться: перед сном набирали кипяток в несколько прочных стеклянных бутылок, закручивали их и прятали прямо в спальник. Они медленно отдавали тепло всю ночь, работая как грелки. Этот лайфхак регулярно спасал нас от холода.

Будьте готовы к изменениям планов

В поездке нам не раз приходилось сталкиваться с сюрпризами природы. Сначала по прилете в Анадырь оказалось, что из-за разлива рек перемещение на вездеходе к первой точке экспедиции, озеру Майниц, займет четыре дня вместо запланированных двух. Но был и другой вариант: вызвать вертолет и добраться до озера за полтора часа.

Чтобы не терять драгоценные дни, было решено лететь, хоть это и влетело в копеечку. Но я не жалею, ведь именно на озере Майниц у меня случилась самая потрясающая рыбалка за все время на Чукотке. Водоем буквально кишел рыбой, и мне удалось поймать несколько трофейных экземпляров гольца Таранца.

Настоящие испытания начались дальше, на сплаве по реке Гытгывеем. Мы собрали лагерь и погрузили все вещи на надувной тримаран с мотором. Это небольшое судно должно было стать нашим домом на следующие три дня, но внезапно они превратились в шесть.

Оказалось, что река обмелела, и тримаран не мог самостоятельно плыть. Нам ничего не оставалось, как тащить его на руках. Естественно, это сказалось на времени в пути. Вместо запланированных 180 км мы прошли 230. Это был тяжелый физический труд, но именно он помог окончательно переключить голову от городской суеты. Мы могли думать только о том, как бы не упасть.

Дорога была сложной и монотонной. В какой-то момент мы потеряли бдительность и не заметили крупную корягу в воде. На быстрине тримаран налетел на нее, и один из баллонов, на которых держалось судно, получил пробоину. Лодку резко накренило, и в ледяную воду упал единственный участник, который не умел плавать.

К счастью, на нем был спасательный жилет, и мы быстро вытащили его. Вечером на стоянке мы починили тримаран при помощи клея для вейдерсов. Это был тот самый случай, когда рассчитывать пришлось не на готовую инструкцию, а на собственную смекалку.

В подобных экспедициях даже профессиональные организаторы не могут гарантировать выполнения всех пунктов программы. Шанс не угадать с погодными условиями очень высок.

Дикие животные повсюду

Берега Чукотки постоянно напоминали: мы здесь всего лишь гости. Встречи с дикими животными стали неотъемлемой частью маршрута, но не все они были пугающими. Еще в первый день из иллюминатора вертолета мы увидели медведицу с детенышами. Она прогуливалась по песчаной косе, где нам предстояло разбить лагерь.

Я был уверен, что из-за этого нежелательного соседства придется искать новую стоянку, но егерь убедил нас не беспокоиться: обычно шум вертолета отпугивает животное. Тем не менее я не раз замечал следы лап: на протяжение всех трех дней медведица находилась не дальше 300–500 метров от лагеря.

Следующая встреча с медведем случилась уже во время сплава и была более напряженной, ведь мы столкнулись с ним почти лицом к лицу. Когда начали швартоваться к берегу, неожиданно из кустов выскочил крупный зверь. Он вел себя агрессивно и бежал навстречу нам. Наша собака в этот момент испугалась не меньше и мгновенно спряталась на тримаране.

Мы завели мотор и стремительно отчалили. Впечатление было настолько мощным, что из соображений безопасности мы отплыли на десяток километров и весь следующий день прислушивались к каждому шороху.

Наутро после встречи с медведем мы переправились на другой берег и встретили лисят. Они резвились и играли друг с другом, совершенно не обращая на нас внимания. Но больше всего меня поразила фауна тундровой части, куда мы добрались на заключительном этапе сплава.

На берегу мы увидели стаю лебедей, бесчисленное количество уток и гусей. Они ели местную ягоду водянику, и вся земля вокруг была покрыта следами их жизнедеятельности. Это выглядело сюрреалистично и ярко: серо-зеленый пейзаж, усеянный лиловыми пятнами. Мы даже попытались подобраться к стае, чтобы добыть гуся на ужин, но наша «храбрая» собака снова сыграла против — спугнула птиц раньше времени. Позже на горизонте мы наблюдали плавающих в воде нерп и лежбища тюленей.

Негативные последствия от туристов

По рассказам бывалых путешественников, в этих краях бывает не больше 20 туристов в год. Но, как оказалось, и этого достаточно, чтобы оставить заметный след.

Одну из стоянок мы решили сделать возле балока — старого морского контейнера, который охотники и рыбаки используют как временное убежище общего пользования. Такой попался нам на берегу. Заглянув внутрь в надежде найти что-то полезное, мы обнаружили, что балок заброшен. Рядом с ним валялся мусор: ржавые банки, обрывки полиэтилена. Картина знакомая и грустная: не все, кто приходит в дикие места, уносят с собой все, что принесли.

Для нашей группы экологичное обращение с отходами было строгим правилом. Мы минимизировали пластик и использовали только многоразовую металлическую посуду. Мусор, который можно было сжечь, утилизировали в костре. Стеклянные и консервные банки обжигали докрасна в мощном пламени — от них оставался лишь безвредный оксид. То, что сжечь было нельзя (например, тетрапак или фольгу), мы складывали в отдельный прочный пакет и везли с собой до самого Анадыря, чтобы сдать там.

К слову, порыбачили мы возле балока довольно удачно: я поймал крупного для своего вида хариуса весом в 1,5 кг. В основном он вырастает максимум до 200 г, а тут редкий подвид, которому, скорее всего, не меньше шести лет. Этот улов попал в копилку моих лучших трофеев.

Вместо итогов

Наше путешествие закончилось там же, где и началось, — в Анадыре. Из тундры мы добрались до города по морю на мощных катерах. Цивилизация встретила нас горячей едой, теплом и ощущением, что мы вернулись из другого измерения. Удивительно, что по возвращении я разучился быстро печатать на телефоне. Десять дней мне приходилось использовать его только как фотоаппарат, и это, пожалуй, главное удовольствие от экспедиции — полный цифровой детокс.

Поездка обошлась мне вместе с экипировкой и непредвиденной оплатой вертолета примерно в 1 млн рублей, если не считать потерь. По забывчивости я оставил в тундре оснащенную удочку, а мой напарник уронил в глубокую реку телефон. Но это, безусловно, того стоило. После таких поездок по-новому видишь и ценишь обычную жизнь. Чукотка не для туристов — она для искателей. И если вы готовы принять ее условия, она подарит опыт, который не купишь ни за какие деньги.