Китайское чудо: как Шэньчжэнь научился жить на большой экономической скорости

Почти каждый день дедушка Чэнь приходит на набережную района Футянь. Он садится на лавочку и смотрит на залив. Вот и сегодня он здесь. Я сажусь рядом и разглядываю мангровые деревья, растущие прямо в воде. Их корни торчат из илистого дна — это природная крепость, защищающая берег и город от волн. А за нашими спинами — целый рукотворный лес небоскребов.

— Здесь была моя деревня, Юйцунь, — говорит дедушка Чэнь, показывая на высотки. — Мы ловили рыбу на деревянных лодках, которые называли тарелками. Они были такие плоские. В начале 1980-х это была тихая рыбацкая деревня в заливе Коулун, название которой переводится как «глубокие канавы» — раньше здесь везде были реки и каналы. Тишина, рисовые поля, лодки, мангровые заросли — всего сорок пять лет назад.

Когда четыре небольшие территории Восточной Азии — Южная Корея, Тайвань, Сингапур и Гонконг — совершили рывок из бедности в процветание всего за одно поколение, это назвали чудом «азиатских тигров». Тогда и огромный «азиатский дракон», Китай, наблюдая за «тигром»-соседом — Гонконгом, решился на модернизацию своей экономики.

Полигоном для эксперимента стал основанный на месте деревень город Шэньчжэнь, где в 1980 году создали первую в Китае особую экономическую зону. В нем разрешили иностранные инвестиции, частный бизнес, свободное ценообразование и аренду земли — вещи, немыслимые в остальном социалистическом Китае того времени. Инвесторы хлынули потоком, в основном из соседнего Гонконга, тогда еще британской колонии.

Ставки были высоки: от экономических реформ ждали, что они принесут богатство и процветание всей нации. Когда что-то получается успешно, это называют чудом, и Шэньчжэнь стал таким чудом — меньше чем за полвека он превратился в мегаполис с населением больше, чем в Москве.

— Мои внуки не знают, что здесь была деревня, — вздыхает дедушка Чэнь. — Для них Шэньчжэнь всегда был таким.

Футянь: взгляд с высоты

599-метровый Финансовый центр Ping An — четвертое по высоте здание в мире и первое в городе. Я поднимаюсь на смотровую площадку Free Sky. Стремительный пролет на лифте сквозь 115 этажей — и я на головокружительной высоте. Внизу — океан огней. Видно Гонконг на горизонте, залив, горы, бесконечные кварталы, уходящие вдаль. Кстати, раньше Гонконг был главным инвестором и наставником для Шэньчжэня, а теперь они — равноправные партнеры в проекте «Большой залив» по созданию зоны ускоренного экономического и инновационного развития юга Китая.

Напротив, на холме Ляньхуашань, стоит статуя Дэн Сяопина. Инициатор реформ смотрит на город, который построили по его идеям. «Разбогатеть — почетно», — сказал он когда-то, и эти слова стали девизом для миллионов.

На начало 2026 года в Шэньчжэне действует более 200 транснациональных региональных штаб-квартир. При этом в 2025 году здесь было создано более 10 000 новых предприятий с иностранными инвестициями. Для города это означает новые рабочие места и огромную прибыль. Как рассказывала мне знакомая, гидролог Линь Сяохуа из Сианя, раньше сюда шли инвестиции из Гонконга, а теперь и сам Шэньчжэнь вкладывается в развитие соседних городков — Дунгуаня и Хуэйчжоу.

Мегаполис перестал быть просто фабрикой, он стал мозгом и сердцем прогресса целого региона. Здесь стремительно развиваются технологии, недаром Шэньчжэнь называют китайской Кремниевой долиной.

От подножия Финансового центра Ping An я выхожу на улицу Фухуа — одну из главных артерий делового центра. Башня остается за спиной, но ее отражение еще долго скользит по стеклянным фасадам соседних зданий, будто провожая меня. Перехожу Фухуа-роуд и оказываюсь на Фучжун-роуд.

Здесь ритм меняется. Здания становятся чуть ниже, улица — шире. Впереди вырастает Гражданский центр — огромная крылатая конструкция, которую называют «птицей, летящей в будущее». Внутри — городские учреждения и выставочные залы. Говорят, длина этого здания — почти полкилометра.

За Гражданским центром начинается площадь. Здесь всегда многолюдно: кто-то катается на роликах, кто-то запускает воздушных змеев. Дети бегают по газону, старики играют в карты под деревьями. Это место, где город замедляется. А я, наоборот, ускоряю шаг, сворачиваю налево и выхожу к удивительному зданию в виде серебристого облака.

Музей современного искусства и градостроительства: город внутри облака

Внутри у Музея современного искусства и градостроительства — многослойная структура из нескольких оболочек, вложенных друг в друга. Архитекторы задумали его как метафору «облака, спустившегося на землю» — неслучайно фасад собран из створок, которые то раскрываются, то закрываются, как будто здание дышит. Это инновационная архитектура: музей — один из первых в Китае, где использована технология двойного фасада, создающего естественную вентиляцию и снижающего энергопотребление.

В музее прекрасная постоянная выставка, посвященная развитию Шэньчжэня. Здесь можно увидеть, как менялось это место: старые фотографии рыбацких деревень, первые чертежи особой экономической зоны, макет города, который еще только предстояло построить. Самый поразительный экспонат — интерактивная карта, где можно нажать на любой квартал и увидеть, как он выглядел в другие годы. Разница ошеломляет.

Я пришла сюда на специальную экспозицию, посвященную архитектурному бюро Zaha Hadid Architects (ZHA). Заха Хадид — иракско-британский архитектор, первая женщина, получившая Притцкеровскую премию, «королева кривых линий». В Шэньчжэне реализованы два интересных проекта ее бюро: Музей науки и технологий в Гуанмине и строящийся Yidan Center в Цяньхае. Выставка показывает, как ее архитектура — текучая, динамичная, словно вышедшая из-под власти гравитации, — меняет представление о том, каким может быть город будущего. Самый поразительный экспонат — огромная 3D-модель музея в Гуанмине, подсвеченная так, что кажется, будто здание пульсирует.

На выставке я разговорилась с обаятельной девушкой, тоже из России. Эльвира Ибрагимова приехала в Шэньчжэнь из Екатеринбурга. Архитектор по образованию, она сначала работала в международном бюро, проектировала здания, которые стали частью городского пейзажа. А потом вдруг поняла: строить дома — это одно, а растить людей, которые будут в них жить, — совсем другое. Эльвира ушла из профессии и открыла художественную студию.

— В Шэньчжэне все бегут, — говорит она. — А я хочу, чтобы дети научились останавливаться, замечать красоту вокруг.

Иногда она водит учеников в парки. Они рисуют город, который меняется быстрее, чем успевает высохнуть краска. В ее студии нет правильных и неправильных рисунков. Есть только свободное творчество.

— Архитектура учит строить формы, — говорит Эльвира. — А искусство учит чувствовать. Мне кажется, в городе, который так быстро растет, это важно.

Музей науки и технологий, спроектированный ZHA, она советует посмотреть обязательно.

Музей науки и технологий: «космический корабль»

Здание Музея науки и технологий в районе Гуанмин называют «космическим кораблем» или «ковчегом» за его футуристичную форму. Фасад состоит из более 90 000 панелей из нержавеющей стали, которые создают эффект переливающихся цветов — от синего до серого, имитируя космические явления, такие как полярное сияние и солнечные вспышки. Я, подходя, зажмуриваюсь: «вспышка» попадает в глаза.

Внутри музей — как космическая станция будущего. Главный зал — огромный атриум с подвесными сферами, которые меняют цвет в зависимости от того, что на них проецируют. Здесь есть зал, где можно управлять роботизированной рукой, собирающей модель спутника. Интерактивная стена: трогаю ее, и из моего отпечатка пальца вырастает цифровое дерево. Комната с космическими ощущениями: встаешь перед огромным экраном, а камера превращает тебя в астронавта, парящего в невесомости. Дети визжат от восторга, взрослые тоже не могут удержаться.

Еще один экспонат называется «Город будущего». Это огромная сенсорная панель, где можно менять параметры: количество зелени, плотность застройки, тип транспорта. Система мгновенно просчитывает, как это повлияет на температуру, качество воздуха и уровень шума. Ты строишь свой город — и сразу видишь последствия. Такие музеи не просто развлекают. Они показывают, что технологии могут быть экологичными, а будущее — человечным.

Хуанган: островок прошлого

Совсем другой Шэньчжэнь можно увидеть, если пройти от набережной Футяня на север, вглубь кварталов. Местные называют такие районы «городской деревней». Хуанган — один из немногих сохранившихся чэнчжунцунь, районов старой застройки, которые когда-то были деревнями, а теперь оказались внутри мегаполиса. Улицы здесь узкие, дома тесно жмутся друг к другу. Вход в деревню, притаившуюся внутри города, охраняют каменные львы и колонны, вырезанные в форме драконов, — символы защиты и удачи.

В небольшой закусочной хозяйка, тетушка Ли, ловко нарезает лапшу. Она приехала в Шэньчжэнь в 1988 году из провинции Хунань.

— Тогда здесь были пустыри и поля, — рассказывает она. — Город строился прямо на моих глазах. Сначала работала на фабрике, потом открыла свое дело. Хунаньская кухня — острая, она построена на морепродуктах и перце. А со свежими морскими продуктами Шэньчжэня она звучит еще ярче.

Я заказываю ее фирменную лапшу с креветками в остром соусе. От жгучего аромата — чеснок, имбирь, соевый соус — щиплет в носу.

Университет: российский вклад

Выхожу из метро «Универсиада» на восточной ветке — и мир меняется. Нет стеклянных небоскребов, нет вечной спешки. Вместо них — горы, покрытые зеленью, и спокойствие. А если пройти дальше по широкой аллее, взгляд упрется в то, что ожидаешь увидеть недалеко от станции «Университет» в Москве. Узнаваемый силуэт… главного здания МГУ на Воробьевых горах. Та же центральная башня, та же звезда на шпиле и четыре симметричных крыла. Только высота меньше — 156 метров вместо 240, и климат другой.

Это кампус Университета МГУ-ППИ в Шэньчжэне, открытый в 2017 году. Он расположился у подножия горы Сяньлиньлин, рядом с водохранилищем Лункоу. Место выбрали неслучайно: по китайской традиции хороший университет должен стоять у горы и воды — тогда знания будут чистыми, а ученики — мудрыми.

Сейчас здесь учатся больше четырех тысяч студентов, 600 из которых россияне, работают профессора не только из Пекина, но и из Москвы. Российских преподавателей здесь около 300.

— Университет активно участвует в жизни города, — рассказывает Петр Николаевич Калмыков, заместитель первого проректора. — Шэньчжэнь взял курс на развитие беспилотных аэротакси, чтобы обеспечить транспортную доступность всего региона Большого залива. Университет МГУ-ППИ совместно с одним стартапом из Шэньчжэня разрабатывает новые сверхлегкие и энергоэффективные аккумуляторные решения для таких такси.

Университет, основанный совместно с Россией, органично влился в технологический прогресс города будущего.

_{Материал опубликован в журнале «Вокруг света» № 4, май 2026}