Не то, чем кажется: что такое дофаминовый детокс и есть ли от него польза

Несколько лет назад в американской Кремниевой долине вошел в моду так называемый дофаминовый детокс (дофаминовое голодание) — метод «перезагрузки» мозга с целью сделать жизнь ярче и научиться получать удовольствие от самых простых вещей. Вскоре эта практика стала популярной по всему миру и обрела множество форм, подчас довольно странных и даже вредных. Vokrugsveta.ru рассказывает, что такое дофаминовый детокс на самом деле, что о нем думают ученые и почему он не имеет отношения к дофамину.

Что такое дофаминовый детокс

Термин «дофаминовое голодание» (dopamine fast), синонимом которого позднее стал «дофаминовый детокс», ввел в обиход в 2019 году американский психолог, профессор Калифорнийского университета в Сан-Франциско Кэмерон Сепа.

Сам он описывал дофаминовое голодание как метод контроля аддиктивного поведения путем сознательного сокращения и регулирования уделяемого ему времени. В частности, Сепа упоминал такие активности, как бесцельное сидение в интернете и соцсетях, компьютерные и азартные игры, шопинг, заедание стресса (эмоциональное переедание) и просмотр порнографии. При этом он отмечал, что дофаминовое голодание можно применять и для борьбы с другими вредными привычками.

Идея Сепы состояла в том, что человек должен сфокусироваться на формах аддиктивного поведения, сильнее всего влияющих на его жизнь, и ограничить себя в них, определив, в какой промежуток времени он строго воздерживается от такого поведения («голодание»), а в какой — может уделить внимание этому занятию в осознанном режиме («потребление»). В период «голодания» психолог рекомендовал пребывать в покое или посвящать себя другим активностям: учебе, общению с людьми, спорту и т. д.

Для борьбы с искушением нарушить самозапрет Сепа предлагал снизить привлекательность и доступность источника вредной привычки. Например, смартфон, который вы постоянно берете в руки, чтобы бесцельно пролистать ленту друзей в соцсети или посмотреть короткое видео, можно убрать с глаз долой, а заодно переключить его экран в черно-белый режим.

Что пошло не так

Кэмерон Сепа неоднократно подчеркивал, что дофаминовое голодание представляет собой разновидность когнитивно-поведенческой терапии (КПТ), позволяющей вернуть контроль над своим поведением. Также он добавлял, что с запущенными зависимостями необходимо обращаться к специалистам.

Однако броское название метода широкая публика поняла совершенно буквально. Сперва сотрудники и руководители технологических компаний из Кремниевой долины, а затем и десятки тысяч их последователей начали пытаться снизить уровень нейромедиатора дофамина в своем мозге в надежде добиться некой «перезагрузки», повышения эффективности работы и новых ощущений.

Вместо умеренного отказа от импульсивных вредных привычек и обращения к другим занятиям в ход пошли куда более экстремальные практики: кто-то сутками воздерживался от еды и любых других источников удовольствия, кто-то — от общения и даже зрительных контактов с окружающими. Самые радикальные адепты дофаминового голодания и вовсе периодически лишали себя всех стимулов и раздражителей, пребывая в полной тишине и темноте. Некоторые утверждали, что в результате им удалось достичь желаемого эффекта.

Сепа напрасно пытался напомнить, что его метод направлен не на снижение уровня дофамина, а на регулирование форм импульсивного поведения, которые могут служить его источником. По сей день большинство воспринимает дофаминовый детокс именно как способ резко снизить уровень дофамина и ощутить некую «перезагрузку».

Что о дофаминовом детоксе думает наука

Нет ничего удивительного в том, что научное сообщество крайне скептически относится к концепции дофаминового детокса в ее неверной интерпретации. Например, профессор нейронаук из Университета Рединга Сиара Маккейб считает глупостью идею о том, что мозг можно «перезагрузить», избегая дофаминовых триггеров.

Обнаруженный еще в середине прошлого века дофамин до сих пор иногда неверно называют «гормоном удовольствия». Результаты ранних экспериментов на крысах действительно указывали на связь между выбросами дофамина в мозге получением удовольствия, однако более поздние исследования помогли установить, что дофамин участвует не только в работе системы вознаграждения, но и в контроле движений, обучении и запоминании.

Дофамин постоянно присутствует в мозге на базовом уровне, который практически не меняется со временем. Определенные стимулы вызывают кратковременные выбросы нейромедиатора, но отказ от них не влияет на базовый уровень дофамина.

Более того, свежие исследования поставили под сомнение связь дофамина и чувства удовольствия, а также роль нейромедиатора в формировании зависимостей.

Так, ряд экспериментов показал, что блокировка дофаминовых рецепторов у крыс не уменьшает удовольствие от еды — при прочих равных условиях животные продолжают предпочитать вкусную пищу невкусной. У людей с игровой зависимостью дофаминовые рецепторы активируются как при выигрыше, так и при проигрыше. А у людей с посттравматическим расстройством напоминание о травмирующих событиях вызывает выброс дофамина — о каком удовольствии тут может идти речь?

Учитывая результаты этих и других исследований, некоторые нейробиологи полагают, что дофамин кодирует ошибки предсказания результата. Проще говоря, он выделяется, когда случается что-то неожиданное и потенциально важное — как приятное, так и неприятное.

Отсюда следует, что наша тяга проводить время в соцсетях или за просмотром сериалов обусловлена вовсе не желанием получить порцию заветного нейромедиатора, чтобы испытать кратковременное удовольствие. Да, популярная теория о том, что вредные привычки и зависимости подсаживают нас на так называемый «дешевый дофамин», скорее всего, неверна.

Проблема смещенной активности

Но если дело не в «дофаминовой зависимости», почему же мы так легко отвлекаемся от важных дел? По словам нейробиолога, врача и популяризатора науки Владимира Алипова, основная причина кроется в стрессе, который вызывает сложная работа. Вас может беспокоить неопределенность результата, страх провала или объем работ. И тогда запускается то, что психологи называют смещенной активностью.

Этот термин пришел из наблюдений за животными. Скажем, в ситуации неконтролируемого стресса, когда прямая реакция на угрозу представляется слишком опасной, а мозг требует действий птица может начать чистить перья.

Человек в рамках смещенной активности порой делает полезные вещи. Вместо написания отчета или подготовки к экзамену, некоторые начинают уборку или занимаются спортом. Но такая активность также может проявляться в виде относительно безвредного скроллинга ленты или деструктивных курения и употребления алкоголя.

При этом Алипов уточняет, что зависимости от соцсетей не существует в том смысле, в котором существует зависимость от табака или спиртного. У человека, лишенного смартфона, не возникает абстинентного синдрома. Если его занять действительно интересным и важным делом, он и не вспомнит о соцсетях.

Бороться с этой проблемой нейробиолог советует методом превращения неконтролируемого стресса в контролируемый. Например, разбить стоящую перед вами задачу на несколько подзадач или установить время, в течение которого вы сосредоточитесь на решении проблемы, ставшей источником стресса. Также на помощь может прийти хотя бы субъективное повышение значимости награды за выполнение поставленной задачи.

Работает ли дофаминовый детокс на самом деле

Дофаминовый детокс в его буквальном понимании — снижение уровня дофамина в мозге — невозможен и был бы вреден. Но если вслед за автором метода понимать под ним практику осознанного отказа от вредных привычек и замены их на более здоровые альтернативы в рамках когнитивно-поведенческой терапии, то да, это может работать, хотя эффективность КПТ остается предметом споров.

Помните, что дофаминовый детокс заключается не в том, чтобы стать аскетом или отказаться от всех радостей жизни, а в том, чтобы вернуть себе контроль над тем, как вы получаете удовольствие и куда направляете внимание. И это вполне можно назвать перезагрузкой.