Сейчас невозможно представить детский новогодний утренник без внучки Деда Мороза Снегурочки. Она дружит с лесными обитателями, поет, танцует, загадывает загадки и веселит ребятишек. Да и взрослым этот персонаж нравится, поскольку напоминает о беззаботном детстве. Но не все знают, что Снегурочка не всегда была такой. Vokrugsveta.ru рассказывает, как возник и менялся с течением времени образ Снегурочки.
Из глубины веков
Современная Снегурочка как новогодний персонаж появилась относительно недавно. Тем не менее некоторые исследователи допускают, что корнями ее образ может уходить в глубокую древность.
По одной из версий, прообразом прекрасной снежной девушки могла послужить Марена — мифологический персонаж, олицетворяющий процесс осенне-зимнего умирания и весеннего возрождения природы. Иногда Марену называют славянской богиней смерти, но большинство авторитетных исследователей считает такой подход безосновательным. У западных славян существовал приуроченный к приходу весны обряд под названием вынесение Марены, во время которого сжигали женское чучело, изображавшее Марену.
Восточные славяне во время схожего обряда провожали зиму, сжигая чучело Масленицы. Проводы весны же у восточных славян сопровождались сжиганием чучела Костромы — так люди просили у богов и духов хорошего урожая. Кострому порой также относят к прообразам Снегурочки, но этот ритуальный персонаж все же олицетворял весну, так что усмотреть в нем связь со Снегурочкой можно только с большой натяжкой.
Однако если в славянских мифах и обрядах образ Снегурочки в явном виде не встречается, то в фольклоре он известен довольно широко. И именно там следует искать его истоки.
Из преданий — в искусство
В середине XIX века в среде русской интеллигенции наблюдался рост интереса к народному творчеству. Этнографы и литераторы увлеченно ездили по глухим деревням, общались с крестьянами и записывали сказки, былины, пословицы, песни. Через них читающая публика с удивлением открывала для себя богатейший мир русского фольклора.
Вероятно, первым, кто обработал народный сюжет о чудесной девочке, которую вылепили себе на радость из снега дед да баба, стал писатель и поэт Григорий Данилевский. В 1860 году, вдохновившись крестьянскими рассказами, он опубликовал стихотворение «Снегурка». В нем созданная из снега красавица весной растаяла, обратилась в облако и исчезла в лучах зари.
Изучением этого сюжета занимался и знаменитый этнограф и фольклорист Александр Афанасьев, который собрал различные варианты сказки о Снегурочке и провел их анализ во втором томе своего труда «Поэтические воззрения славян на природу», изданном в 1867 году.
Именно у Афанасьева драматург Александр Островский и позаимствовал этот сюжет для пьесы-сказки «Снегурочка» (1873). В ней главная героиня предстает дочерью Мороза и Весны-Красны. Родители отпускают ее в деревню Берендеевку. Там она живет среди людей, влюбляется и с приходом весны тает во время проведения обряда в честь бога плодородия Ярилы.
Изначально публика встретила пьесу прохладно. Не имел успеха и поставленный по ней в Большом театре спектакль, музыку для которого написал Петр Чайковский.
«Все это свидетельствует о том, что в середине 1870-х годов читатель и зритель оказались неготовыми к восприятию символического сюжета „весенней сказки“. Однако не прошло и десяти лет, как время изменилось, и в „Снегурочке“ почувствовали свое, близкое: с приближением эпохи символизма оказалось, что „странная“ пьеса Островского предоставляла громадные возможности для использования и развития ее мотивов и образов», — отмечает доктор филологических наук Елена Душечкина (1941–2020) в книге «Русская елка: история, мифология, литература» (2002).
Настоящую славу Снегурочке в итоге принес композитор Николай Римский-Корсаков, который написал по пьесе Островского одноименную оперу, хотя изначально сюжет его не слишком вдохновил. «В зиму 1879-80 годов я снова прочитал „Снегурочку“ и точно прозрел на ее удивительную поэтическую красоту. Мне сразу захотелось писать оперу на этот сюжет», — вспоминал впоследствии Римский-Корсаков.
Премьера оперы состоялась в 1882 году и прошла с грандиозным успехом. «Растаяв в „весенней сказке“ Островского, Снегурочка начала свою жизнь в литературе и искусстве, усваиваясь, развиваясь и трансформируясь. Это касалось как всего текста сказки, так и отдельных ее персонажей, прежде всего — главной героини», — пишет Елена Душечкина.
Вскоре Снегурочка стала персонажем множества стихотворений — как взрослых, так и детских, — а также детской прозы. В начале XX века героиня «весенней сказки» начала ассоциироваться с рождественской елкой. Фигурки Снегурочки были популярным елочным украшением, а девочки во время праздника наряжались в Снегурочек и разыгрывали сценки из пьесы Островского. Но в качестве спутницы и помощницы Деда Мороза, который к тому времени уже превратился в главного персонажа елки, Снегурочка еще не выступала.
Популяризации образа Снегурочки поспособствовали и художники, работавшие над оформлением декораций к опере Римского-Корсакова и другим постановкам по мотивам сказки. Так, в 1899-м картину «Снегурочка» написал Виктор Васнецов, изобразивший девушку в традиционной русской шубе на лесной опушке при свете Луны.
В 1912 году свое видение Снегурочки представил Николай Рерих, работавший над эскизами костюмов для постановки пьесы «Снегурочка» в драматическом театре «Рейнеке» в Петербурге. Созданный им образ отражал представления автора о языческой, сказочной Руси.
В 1920 году мастер создал новую Снегурочку для оперного театра в Чикаго. Рерих уделял много внимания проработке образа, так как считал Снегурочку универсальным персонажем. «Легенда-сказка „Снегурочка“ показывает часть подлинной России в ее красоте. <…> Вне излишней историчности, вне надуманности „Снегурочка“ являет столько настоящего смысла России, что все элементы ее становятся уже в пределы легенды общечеловеческой и понятной каждому сердцу», — писал художник.
Так мастера слова, ноты и кисти огранили фольклорный образ и представили его всему миру.
Родители Снегурочки
Если в сказке Снегурочку из снега лепили бездетные старик со старухой, а в произведении Островского она превратилась в дочь Мороза и Весны, то, кем были родители знакомой нам по новогодним елкам Снегурочки, неизвестно.
Сценаристы детских утренников порой предлагают собственные варианты ответа на этот вопрос. Чаще всего Снегурочка оказывается дочерью Снежной Королевы (Метели, Вьюги) и Снеговика. Впрочем, не исключено, что отцом ей, как и у Островского, приходится Дед Мороз, а внучкой ее он называет просто в силу преклонного возраста.
Снегурочка в Стране Советов
Стать полноценной участницей рождественских елок до Октябрьской революции Снегурочка не успела, а в 1929 году в СССР в рамках религиозной кампании и вовсе запретили отмечать Рождество и Новый год.
Все изменилось в 1935 году, когда член Президиума ЦИК СССР и Первый секретарь Киевского обкома партии Павел Постышев в опубликованной 28 декабря в «Правде» статье выступил с предложением возродить празднование Нового года — уже как сугубо светского праздника.
В выпущенных вскоре методических рекомендациях для организаторов новогодних елок Снегурочка фигурировала наравне с Дедом Морозом — как его внучка и посредница между вручающим подарки волшебником и детьми. Считается, что впервые они появились вместе на елке в Доме Союзов в Москве в январе 1937 года. Интересно, что изначально внучка Деда Мороза была веселой девочкой, почти ровесницей собравшихся на елку детей, но постепенно Снегурочка «повзрослела» и превратилась в вечно молодую девушку.
В 1950-х годах писатели Лев Кассиль и Сергей Михалков, придумывая сценарии для новогодних праздников, решили отвести Снегурочке роль не просто внучки, а главной помощницы Деда Мороза. Таковой она предстает и в советских новогодних мультфильмах.
С тех пор основные черты образа Снегурочки мало менялись. Но это не значит, что сама она оставалась прежней. Уже в XXI веке Снегурочка «съехала» от дедушки и обзавелась собственной резиденцией в Костроме, где с 2009 года в конце марта с размахом отмечают ее день рождения. Можно сказать, что внучка Деда Мороза только начала самостоятельную жизнь.
