Землянка отшельника стоит среди глухого леса, на скате крыши — советская звезда, внутри на стене — старенькие иконы. Зимой хозяин ветхого жилища передвигается на лыжах, в теплое время года — на велосипеде. Пять лет назад журналисты запомнили его радушным и доброжелательным — встречая гостей, Сергей предлагал им чаю. Этим летом редакция снова решила проведать одинокого старика.
Внедорожник к землянке не проехал, путникам пришлось долго идти пешком по тропинке, переходить речку по самодельному мосту. Жилище Сергея удалось заметить не сразу.
«Постепенно взгляд стал улавливать следы жизни: примятую траву, тропинки, расходящиеся лучиками от пышных кустов сирени, аккуратно сложенные дровишки и пучки трав на натянутых между березами веревках. Вскоре появился и сам хозяин. За эти годы он сильно похудел и совсем оглох. Не слышал даже, если кричали ему прямо в ухо. Говорил теперь тоже с трудом — искажая слова, как это делают люди, которые не слышат собственной речи. Но зрение у Сергея сохранилось отменное: он мог прочитать то, что ему писали мелким шрифтом в телефоне», — пишет Кристина Мельникова в своем репортаже, опубликованном на портале YA62.RU.
Сергей и в этот раз предлагал гостям угощения — кивал в сторону нарезанных грибов. Разрешил сфотографировать свой домик и себя. Одновременно с помощью разговора-переписки выяснилось, что Сергей Сергеевич родом из деревни Рожковка в Рязанской области.
Сергей упомянул, что ему стало сложнее далеко выбираться от землянки, потому что дает о себе знать нога. Во время службы в Афганистане на рубеже 1970–1980-х годов он получил ранение в неравном бою с душманами, где погибло много его товарищей:
«Был как дуршлаг весь, лечился в госпитале в Фергане».
Выяснять подробности о службе Сергея в армии журналисты не стали — не посчитали нужным.
Еще удалось узнать, что семья у отшельника есть, но родственники от него отвернулись:
«Уголовник я, они со мной не общаются. Ерундовое дело — палатку ограбил», — кратко объяснил лесной житель.
В землянке Сергей давно потерял счет времени — скорее всего, он здесь живет лет тридцать. Но это не точно. В ответ на вопрос, почему не живет в родном поселке, говорит, что хочет свободы.
«Надоело. Там как тюрьма. А тут простор, свобода», — говорит отшельник.
На вопрос, нужно ли привезти лекарства, Сергей журналистам не ответил и попросил самые дешевые сигареты «Прима». Одежда на нем уже изрядно потрепанная, особенно штаны, которые держатся на шнурке, но он говорит, что она его устраивает.
Сергей ведет хозяйство: собирает дары леса, растит помидоры и картошку на аккуратном огородике. Зимой не мерзнет — греется печкой. Во дворе у него кирпичами выделена зона для костра, которую он гордо именует камином. В больших чанах — запасы яблок. В кустах сирени припаркован старенький, но ухоженный велосипед.
Питается Сергей не только картошкой и ягодами — сердобольные люди оставляют ему продукты в пакете, подвешенном на ветке березы недалеко от землянки.
Ближайший населенный пункт с магазином — село Кустаревка. Когда Сергей был помоложе, он и сам сюда приезжал на велосипеде. Продавщица сказала журналистам, что помнит отшельника, но никогда не расспрашивала его ни о чем, знала только, что он — лесной человек.
Местные жители относятся к Сергею по-разному: одни считают чудаком, другие — божьим человеком, юродивым. Так или иначе, Сергея не обижают, неравнодушные привозят ему еду, а остальные просто не мешают ему жить.
Руслан из Кустаревки на вопрос, что местные думают об этом человеке, пожимает плечами.
«Чудак какой-то. Знаю только, что на роднике помогал. Правда, деревья там вырывал, какие ему не нравятся, а вместо них сажал сирень. Сирень очень любит», — говорит он.
Отец Вячеслав рассказал, что о Сергее ходят слухи, но достоверно о том, почему он ушел в лес, никто рассказать не может. Говорит, что ему неоднократно предлагали работу и дом, но он отказывался, предпочитая жить в землянке.
Журналисты узнали про отшельника Сергея от местного краеведа Кирилла Бабанова. Тот однажды зимой случайно наткнулся на землянку в лесу, катаясь на снегоходе. О Сергее краевед рассуждает с пониманием:
«Его не волнует то, что тревожит нас. Он живет в своем ритме и своими ценностями. Думаю, вырви его из его среды, и он тут не сможет жить, зачахнет. Как бывает, старых матерей родные из деревень забирают в город, а они там быстро умирают, хотя им и создают все условия».
