«Были панические атаки, задыхался на улице»: как три года в бурятском дацане спасли 20-летнего парня от алкоголизма

Сибиряк Василий Демьяненко провел три года в Иволгинском дацане в Бурятии, где изучал буддизм и готовился стать ламой. В стены монастыря мужчину привел глубокий жизненный кризис: употребление спиртного подточило силы и лишило покоя. Обрести равновесие и цель в жизни помогли три года ученичества — вот история человека, которому буддизм помог пересобрать себя заново.

«Я был уверен: это конец»

В молодости Василий страдал от сильнейшего алкоголизма, его жизнь в какой-то момент превратилась в кошмар.

«В 20 лет я чуть не умер. Не знаю, можно ли это назвать зависимостью или нет, но я очень много пил. В какой-то момент у меня случился сильный приступ интоксикации. Мне несколько раз вызывали скорую, но ничего не помогало. Было настолько плохо, что я был уверен: это конец. Никогда прежде мне не было настолько страшно, до ужаса», — рассказал Василий нашим коллегам из «ИрСити».

В те страшные годы Василий впервые столкнулся с паническими атаками и понял, какие вещи могут происходить с человеком под влиянием зависимости. У парня появились проблемы со сном, кошмары, странные видения наяву. Жить с этим становилось все сложнее, но обращаться за помощью Василий не спешил.

«Не знаю, почему я тогда не пошел к специалистам, к психологу хотя бы. Наверное, боялся осуждения в обществе. Был же такой стереотип: „Ты чего там лечишься? Дурак, что ли?“ Целый год я промучился, не мог толком спать. Мне все время казалось, будто кто-то все время стоит у меня рядом с кроватью», — вспоминает мужчина.

«Я испытывал панические атаки, задыхался на улице. А еще меня сгорбило. Было ощущение, что я скоро умру, и самое страшное — я с этим смирился и просто ждал, когда это случится», — делится жутким опытом иркутянин.

Когда одна из близких подруг заметила, что с парнем явно творится что-то плохое, девушка отвела его к бурятской старушке. Та делала массаж и занималась разными буддийскими, а иногда и шаманскими практиками.

«Предложили поработать в Бурятии»

«После нескольких приемов у нее я вышел на улицу и обалдел. Все вокруг приобрело краски, моя спина распрямилась, а я стал чувствовать себя гораздо лучше. Эта бабушка мне рассказала немного про буддизм, и я стал активно интересоваться этой темой», — поделился Василий.

Эффект был таким, что вскоре сибиряк «принял прибежище» в буддийской общине Иркутска.

«После этого ритуала я вышел и почувствовал, что я теперь под защитой. В тот же день у меня пропали панические атаки, тревога и вообще все остальное как рукой сняло. Я стал углубляться в эту тему, а потом мне предложили поработать в Бурятии», — вспоминает ювелир.

Так мужчина оказался в Иволгинском дацане — это крупнейший в России буддийский комплекс в часе езды от Улан-Удэ, столицы Бурятии. Там Василий устроился работать в мастерскую «Эрхим Дархан», где научился обращаться с металлом и воском, создавая статуи Будд.

До пребывания в дацане Василий был айтишником, но работа с кодом не приносила радости и даже удовлетворения. В Бурятии мужчина впервые на практике понял, что можно делать нечто полезное и себе, и окружающим. Но простой эта жизнь не была, все-таки монастырь не курорт, как думают некоторые.

«Жизнь там выстроена по определенному графику: ты встаешь в 6–7 утра, идешь сначала на службу, потом учеба, а затем работа. Каждый день занят с утра до вечера, учитывая, что приходится много всего учить», — вспоминает Василий Демьяненко.

«Задача — завести оппонента в тупик»

Одновременно Василий занялся образованием в другой отрасли — поступил на философский факультет Буддийского университета «Даши Чойнхорлин» при дацане, чтобы в будущем стать ламой. Там студенты восемь лет постигают премудрости буддийской философии и изучают богослужение.

«Вся программа — на тибетском языке. По-русски, конечно, тоже объясняют, но ты параллельно учишь еще и тибетский. Нужно наизусть знать все эти священные тексты, которые читают на службах, плюс есть еще такой предмет, как буддийская философия. По вечерам на факультете проходят философские диспуты, в которых тоже нужно участвовать. Задача — завести оппонента в тупик», — вспоминает Василий.

График у студента-философа был плотным: покинуть территорию дацана разрешалось в единственный выходной — понедельник. Этот день будущие ламы посвящали отдыху и спорту.

«Мы либо ездили в Улан-Удэ погулять по городу, либо в ближайшую деревню в борцовский зал. Там я познакомился с бразильским джиу-джитсу. Уже потом, когда вернулся в Иркутск, нашел тут группу и стал ходить. Это почти как шахматы — тоже надо продумывать каждый ход», — рассуждает Василий.

Из монахов — в ювелиры

Прожив так некоторое время, Василий понял, что быть священником ему не очень-то хочется. Три года, проведенные среди бурятских степей и гор, в постоянном труде, умственном и физическом, очистили разум. В итоге парень решил покинуть дацан и вернуться в Иркутск. Там он сел за ноутбук, но разработка сайтов уже не казалась тем, на что стоило бы тратить время и силы. Не принесла радости и смена специальности: труд сисадмина отнимал энергию, а после дацана в офисе было невыносимо, вспоминает мужчина.

Сделать еще один шаг помогли сеансы у психолога: после бесед Василий осознал тот факт, что по-настоящему был счастлив, когда изготавливал восковые модели статуэток Будд. Ручной труд в дацане стал чем-то вроде медитации. Подумав, как двигаться дальше в этом направлении, иркутянин стал искать работу в ювелирной отрасли: сперва был учеником, освоил пайку, потом появилась вакансия в одной мастерской, и там неофит освоил все необходимые профессионалу навыки. Смущало только то, что негде развернуться — хотелось больше думать и решать задачи своим умом, а не следовать давно определенным канонам.

Со временем Василий ушел в свободное плавание, но учиться не перестал — наоборот, взялся перенимать мастерство у известного в Иркутске ювелира. Теперь бывший студент-философ изготавливает украшения по индивидуальным заказам и подумывает о выпуске собственной коллекции.

Вообще у бурятов есть чему поучиться по части самопознания и гармонии с самим собой.