Николай Лесков занялся писательством сравнительно поздно: первые статьи он опубликовал лишь в 26 лет. Из-за своих сочинений он несколько раз оставался без работы и оказывался на грани нищеты. Публика недолюбливала Лескова за язвительность в свой адрес и «наказывала» писателя самым жестоким образом — молчанием. Среди современных ему литераторов Лесков был одинок, и только в XX веке в творчестве Алексея Ремизова, Бориса Зайцева, Евгения Замятина и Игоря Шмелева нашел отражение его удивительный талант.

«Я не хочу нравиться публике»: почему язвительный Николай Лесков прошел свой литературный путь в одиночестве
Фото
Hansrad Collection / Alamy via Legion Media

Язвительный изгой

Всю жизнь Николай Лесков работал над собой, боролся со своими «несчастными настроениями», горячностью, которые не раз навлекали на его голову неприятности и тяжело сказались на всей судьбе писателя.

«Меня считают, кажется, не за самого дурного и не за самого злого человека, но зло во мне есть, — сокрушался в письме к издателю Алексею Суворину Лесков. — Это-то и есть, что вы обозначаете словами „подмывает“. Я это чувствую, и приписываю скверным навыкам и примерам, и остерегаюсь, но еще мало успеваю».

В раннем рассказе Лескова «Язвительный» показана трагичная ситуация: мужики взбунтовались против англичанина-управляющего и готовы идти на каторгу, лишь бы он не возвращался к ним в деревню. На допросах все как один отвечали, что вина управляющего в том, что он «язвительный». Управляющий не сек крестьян, но за провинности публично стыдил их, а крестьяне не могли терпеть морального унижения.

Лесков и сам был таким «язвительным», начиная с разоблачительных статей в киевской газете и заканчивая рассказами, написанными в конце жизни. За это писатель часто был гоним и не раз подвергался травле в прессе.

Очарованный странник

Так, за разоблачительные публикации о взяточничестве (классический, можно сказать, сюжет) Лескова уволили с должности киевского следователя по криминальным делам. Несколькими годами позже требование писателя на страницах «Северной пчелы» подтвердить или опровергнуть слухи о причастности петербургских студентов к поджогам общество расценило как провокацию и донос. Император Александр II тоже обратил внимание на дерзкую публикацию.

«Я не хочу нравиться публике»: почему язвительный Николай Лесков прошел свой литературный путь в одиночестве
Лесков на рисунке Ильи Репина. 1888 год
Фото
Wikimedia Commons

Лесков оказался виноват со всех сторон, и журнал спешно отправил опального литератора в длительную командировку-изгнание. Три месяца писатель отбивался от сыпавшихся на него нападок… Вот так и родился у него план «отомщевательного романа» «Некуда», глубоко личностного, желчного, с массой карикатур на своих обидчиков.

Публикация романа только ухудшила положение Лескова, сделав его литературный путь не просто сложным, а по-настоящему мучительным. Этот путь был похож на скитания лесковского «очарованного странника» Ивана Флягина. Что же искал писатель, путешествуя через многообразие литературных сюжетов и характеров? Праведную Россию.  

В поисках праведников

Николай Лесков верил, что праведниками держится земля русская, а потому искал их в жизни и изображал в литературе. Этому способствовал опыт работы писателя в конце 1860-х гг. в фирме своего дяди «Шкотт и Вилькенс».

Контора занималась тем, что сегодня назвали бы аутсорсингом, то есть принимала заказы на самую разную деятельность: от варки самогона до изготовления селитры и паркета. По делам фирмы Лесков объездил всю Россию, напитался впечатлениями на долгие годы вперед. «Это самые лучшие годы моей жизни, когда я много видел и жил легко», — вспоминал писатель. Кстати, находил своих праведников Лесков среди всех сословий: крестьян, мещан, дворян, купечества, духовенства.

«Я не хочу нравиться публике»: почему язвительный Николай Лесков прошел свой литературный путь в одиночестве
Николай Лесков. 1880-е годы
Фото
Hansrad Collection / Alamy via Legion Media

В 1870-е годы в творчестве Николая Лескова возник целый цикл рассказов о «праведниках»: «Однодум», «Кадетский монастырь», «Несмертельный Голован», «Инженеры-бессеребреники», «Пугало», «Человек на часах» и др. Праведники Лескова — люди, которые постигли истину жизни и несут ее по свету. Истина жизни, по Лескову, заключена в постоянной готовности помочь ближнему, в сострадании и бескорыстном служении людям, в «беззаботливости о себе».

Например, герой «Человека на часах» оставил свой пост, чтобы спасти утопающего. Переживая за нарушенную присягу, промокший часовой вернулся на пост и постарался скрыть свою поступок. В результате офицер, выдавший себя за спасителя, получил награду, а солдат, нарушивший свой долг, — 200 розог.

Праведники Лескова не заботятся о внимании к своим добрым делам и именно они, по мнению писателя, «берегут душу России». Однако видел Лесков и темные, и страшные стороны современной жизни. Таков уж был его язвительный взгляд.

Не видя «попов великих»

Лесков одним из первых пристально вгляделся в жизнь церкви, которая так мало волновала русскую литературу. «В новом колене слуг алтаря я не вижу „попов великих“», — писал он в июне 1871 года.

Поискам праведников среди духовенства посвящен роман «Соборяне». Главный герой романа протопоп Савелий Туберозов — «великий поп», лесковский идеал духовного служения, который писатель видел в «отходящей России», но не находил в современной церкви. Писатель не скрывает своего критического отношения к современным священникам, «чиновникам от церкви». С годами оно будет только укрепляться.

«Я не хочу нравиться публике»: почему язвительный Николай Лесков прошел свой литературный путь в одиночестве
Валентин Серов. Портрет Николая Лескова. 1894 год
Фото
The Picture Art Collection / Alamy via Legion Media

Гнев церкви вызвал рассказ «На краю света», в котором подвергались сомнению методы крещения народов севера, однако Лесков, что называется, «закусил удила». «Мелочи архиерейской жизни» официальная пресса сочла «дерзким памфлетом на церковное управление в России». Изображение Лесковым «закулисья» церковной жизни было воспринято как величайшая дерзость. Скандал получил развитие с появлением очерка «Поповская чехарда и приходская прихоть» (1883).

Николай Лесков намеревался продолжить высмеивание пороков священнослужителей, но давление цензуры оказалось слишком сильным. В результате писателя уволили из Министерства народного просвещения.

В 1889 году у Лескова случится первый приступ сердечной астмы из-за запрещения очередного тома его первого собрания сочинений. В книге были собраны «Мелочи архиерейской жизни» и другие произведения о духовенстве. Боли в сердце сопровождали писателя до последних дней его жизни.

«Совпадение» с Толстым

В середине 1880-х гг. Лесков сблизился со Львом Толстым, и это пытались истолковать как «толстовство» писателя. Однако сам он это отрицал.

«Я именно „совпал“ с Толстым, а не „вовлечен“ им, — не раз подчеркивал Лесков. — Я ему не подражал, а я раньше его говорил то же самое, но только не речисто, не уверенно, робко и картаво».

В личности Толстого Лесков увидел не только гениального писателя, но и одного из тех праведников, которых он так часто изображал в своих произведениях. «Толстовцев» же писатель с самого начала отделял от личности автора «Войны и мира», в домашнем кругу не раз подчеркивал: «Льва Николаевича Толстого люблю, а толстовцев — нет».

«Я не хочу нравиться публике»: почему язвительный Николай Лесков прошел свой литературный путь в одиночестве
Памятник Николаю Лескову в Орле
Фото
Andrey Shevchenko / Alamy

Однако не прошло и двух лет личного знакомства с Толстым, как Лесков заметил в переписке: «Лев Николаевич не творит милости, которая сейчас нужна… Он только дает надлежащий тон настроению ума человека, когда у того в брюхе голодно и на столе холодно. Это так и пошло по России, и надо сознаться, что это обгоняет и пересиливает прекрасные трактаты о духе и настроении».

В одном из последних своих рассказов «Зимний вечер» Лесков со свойственной ему язвительностью так прошелся по «толстовству», что Софья Андреевна Толстая отказала ему от дома.

«За цинизм и прямоту»

Одиноким странником прошел Николай Лесков свой литературный путь, не найдя себе спутников, ненужный своему времени. В 1890-е годы его творчество стало еще резче, еще сатиричнее.

Николай Лесков

Ни одно крупное позднее произведение Лескова не опубликовали полностью при жизни писателя. Однако его последние годы проходили довольно мирно. «За все хорошее и дурное — благодаренье Богу. Все, верно, было нужно, и я ясно вижу, как многое, что я почитал за зло, послужило мне к добру — надоумило меня, уяснило понятия и поочистило сердце и характер», — подытоживал Лесков за три года до смерти.

Писатель умер в 1895 году и похоронен на Литераторских мостках Волкова кладбища в Санкт-Петербурге.

Материал опубликован в декабре 2021, частично обновлен в феврале 2023