Рок от рога

01 июня 2005 года, 00:00

Зачем носорогу рог, никто толком сказать не может. В животном мире рога обычно присущи самцам. Они служат им и турнирным оружием в поединках, и украшением. У самок рогов обычно либо вовсе нет, либо они гораздо меньше, чем у самцов. Однако носороги составляют исключение из этого правила: у них рога в равной мере присущи и тем, и другим и не различаются по размеру. В нечастых драках между собой носороги больше уповают на зубы и удары корпусом. Защищаться же от хищников им приходится крайне редко, потому как смельчаков, рискнувших напасть на взрослого носорога, в природе немного. Высказывалось мнение, что при движении по кустарнику рог может служить своего рода форштевнем, раздвигающим ветки. Однако никакими исследованиями это не подтверждено и основано лишь на том, что у взрослых носорогов передняя поверхность рога всегда выглядит отполированной. И уж точно ни эта, ни какая-либо другая теория не объясняют, зачем носорогу нужен второй рог, растущий позади первого и намного уступающий в размерах. Между тем из пяти видов ныне живущих носорогов три имеют по два рога. А по некоторым сведениям, среди замбийских черных носорогов попадались экземпляры с тремя и даже пятью рогами.

Носороги уникальны и в другом отношении: это единственные рогоносцы в отряде непарнокопытных (куда кроме них входят тапиры и лошади со всеми их родичами — зебрами, ослами, куланами и т. д.). Некогда эта группа включала в себя множество видов, обитавших в самых разных ландшафтах. До наших дней дожили пять: три азиатских — индийский, яванский и суматранский, и два африканских — черный и белый.

Последние два названия появились в результате недоразумения. Собственный цвет шкуры у обоих видов почти одинаков — серый. В природе же цвет носорога больше всего зависит от цвета пыли или грязи в тех местах, где данный зверь имеет обыкновение «принимать ванну». А «цветные» имена происходят от староголландского слова wijd — «широкий». Именно так назвали одного из носорогов голландские колонисты-буры. Англичане превратили это в white — «белый», после чего второй вид автоматически стал называться «черным».

Бурское же название действительно отражает различие между двумя видами. Белый носорог отличается широкой верхней губой, в то время как у черного она имеет форму изящного клюва, что сказывается и на их рационе. Белый — ест в основном траву, срезая ее под корень ороговевшим, острым краем своей губы. Черный — даже в полупустынных местностях предпочитает побеги кустарников, для захвата которых подвижный клюв подходит куда лучше.

У двух африканских носорогов немало и других различий. Белый — достигает 2 метров в высоту и 4 тонн веса. Габариты черного поскромнее: высота не превышает 1,6 м, вес — 2 тонн. Его рог в сечении круглый, а у белого — трапециевидный, с узким основанием впереди. Белому носорогу принадлежит абсолютный рекорд длины рога — 1,58 м (видовой рекорд черного на 20 см меньше). Хотя обычно у обоих видов передний рог имеет длину 40—70 см. Различия касаются и образа жизни: черные носороги — отшельники, почти никогда не собирающиеся больше чем по два. Да и то это будут либо мать с детенышем, либо — в недолгий период размножения — самец с самкой. Обычно черные носороги очень привязаны к своим постоянным участкам и не уходят с них даже во время сильной засухи. Но при этом они не охраняют границы своих владений и вообще почти не дерутся между собой. Белые носороги живут группами (чаще небольшими, реже — стадами по 16—18 голов), и драки, даже со смертельным исходом, у них нередки. Причем не только между самцами: случается, что и самки атакуют слишком много себе позволяющих, навязчивых самцов. А последние, в свою очередь, могут убить не вовремя подвернувшегося детеныша.

Но общего в их привычках гораздо больше. Оба вида носорогов живут в более или менее открытых ландшафтах — степях, саваннах, вельдах (зарослях кустарников), редколесье. В дождевые леса Западной Африки они не заходят. Тем не менее очень сильно зависят от воды, нуждаясь не только в водопоях, но и в регулярных грязевых ваннах. Купание носорога — праздник для местных водяных черепах, которые собираются вокруг него и приступают к поискам насосавшихся клещей. Видимо, эта процедура довольно болезненна: время от времени освобождаемый от паразитов носорог с возмущенным фырканьем вскакивает, но тут же снова ложится в грязь. На суше сбором клещей на носорогах занимаются египетские цапли и волоклюи — родичи скворцов, специализирующиеся на этом промысле. Благо, несмотря на регулярный сбор, паразитов всегда хватает.

Общей у черного и белого носорогов оказалась и их судьба. С приходом в Африку европейцев носороги — крупные, экзотического вида звери — неизбежно должны были стать объектами трофейной охоты. Сафари были столь интенсивными, что всего через 35 лет после открытия белого носорога его сочли истребленным, что, к счастью, оказалось ошибкой, но заставило принять серьезные меры по охране рогатых гигантов. Первый натиск цивилизации носороги отразили с честью. А вот после нефтяного кризиса 1973 года, когда арабский Средний Восток начал стремительно богатеть, численность носорогов резко упала. Дело в том, что у арабов (как и у многих других народов — от римлян до китайцев) рог носорога считается лекарством от множества болезней, и прежде всего непревзойденным средством повышения потенции, что всегда было немаловажно для обладателей гаремов. Разумеется, это поверье основано не на реальности (многочисленные исследования показали полное отсутствие желаемого действия), а на обычной магии подобия: рог носорога тверд, прям и вертикален... В общем, огромный спрос на рог поднял в Африке невиданную волну браконьерства. Даже в относительно благополучных странах полиция и охрана парков оказались не в состоянии с ней справиться. Многие же страны — Ангола, Мозамбик, Намибия, Заир и другие — как раз в это время стали ареной многолетних войн, участникам которых неограниченный отстрел диких животных позволял пополнять не только запасы продовольствия, но и финансовые ресурсы. Так что носорог (наряду со слоном) был добычей особенно желанной. И к тому же легкой: не имея в природе врагов, он спокойно подпускает человека на 40—50 м, а спит так крепко, что у масайских мальчишек было такое развлечение — положить камень на спящего носорога. Впрочем, браконьерам не обязательно было стрелять: носорогов ловили силками из стального троса, травили ядами и добывали иными способами. За считанные годы их общее поголовье на континенте сократилось в несколько раз, а во многих странах они исчезли вовсе. В 1960 году северная популяция белого носорога, населявшая земли пяти стран в бассейне Верхнего Нила, насчитывала 2 250 особей. В 1984-м на всей этой огромной территории удалось найти только 15 животных, укрывшихся в Национальном парке Гарамба в Заире.

Во вторую битву за спасение носорогов включились самые разные силы — ученые, общественные активисты, международные организации, ответственные правительства африканских стран. Меры применялись самые разные — от просветительской работы в широких массах арабских шейхов до введения инструкций, разрешающих охранникам парков первыми стрелять в браконьеров. В ряде африканских парков егеря стали сами спиливать диким носорогам рога, чтобы лишить их трофейной ценности в глазах браконьеров — благо африканские парки давно не испытывают недостатка в ружьях, стреляющих транквилизаторами. Ученые пытались возражать: мол, неизвестно, как это скажется на жизнеспособности животных и их отношениях с родичами. Но когда речь идет о жизни и смерти вида — тут не до деликатности. Впрочем, пока что эта практика заметных бед не вызвала, так что мы по-прежнему не знаем, зачем носорогу рог.

Кампания по сохранению носорогов проходила с переменным успехом. Например, в той же Гарамбе число белых носорогов удалось довести до 36, однако в прошлом году их опять оказалось 20. Тем не менее сегодня в Африке пасется около 3 600 черных носорогов (в полтора раза больше, чем 10 лет назад) и около 11 тысяч белых. Дальнейший рост носорожьего поголовья сдерживается тем, что ему некуда расселяться: почти все пригодные земли за пределами национальных парков уже заняты посевами или пастбищами для домашнего скота.

В октябре прошлого года ЮАР и Намибия впервые за несколько десятилетий выделили квоты на отстрел носорогов. Речь пока идет в общей сложности всего о 10 животных, причем по заявлению властей обеих стран — исключительно о старых, не участвующих в размножении.

И все же смириться с мыслью, что в Африке есть хотя бы один лишний носорог, очень трудно.

Рубрика: Зоосфера
Просмотров: 10562