Как Иисус стал бодхисатвой

01 ноября 2010 года, 00:00

Исса. Стенная роспись в городке Веланганни на восточном побережье Индии, штат Тамилнад. Фото: REUTERS

Многочисленные легенды, повествующие о пребывании спасителя на востоке, не находят научного подтверждения, однако свидетельствуют о тесных контактах христиан и буддистов в раннем средневековье

Легенда, что Спаситель почти половину своей земной жизни (с 13 до 29 лет — период, о котором ничего не говорится в канонических Евангелиях) провел в Индии, где ему открылись все глубины индуизма и буддизма, гуляет по миру уже более ста лет. Свидетельства немногих путешественников, якобы обнаруживших прямые доказательства пребывания Иисуса на Востоке, значительное число доказательств косвенных, а также разного рода фантазии и даже сознательные мистификации — все это настолько переплелось, что распутать такой клубок представляется делом весьма непростым. Но попытаться все же стоит.

Только для посвященных

Все началось в 1894 году, когда в Париже вышла книга русского журналиста Николая Нотовича «Неизвестная жизнь Иисуса Христа». В ней автор описал свое путешествие по Северной Индии, предпринятое осенью 1887 года. Конечной целью Нотовича был Ладакх, или Малый Тибет, — труднодоступный район между хребтами Куньлуня и Гималаями, немногочисленное население которого исповедует в основном буддизм. Путешественник достиг его границы — селения Мульбек — и неподалеку обнаружил буддийский монастырь, куда не преминул заглянуть. Настоятель принял гостя чрезвычайно радушно, даже угостил местным пивом. В завязавшейся (через толмача) беседе речь зашла о мусульманской экспансии в Северной Индии, и тут лама неожиданно заметил:
С европейцами куда проще, ведь они почитают Будду зачастую лучше, чем некоторые тибетские ламы.  Нотович сперва даже не понял смысла услышанного. А лама продолжил: — Мы также почитаем того, кого вы считаете Сыном Единого Бога, но видим в нем не некоего единственного Сына, а совершенное существо, избранное из всех остальных. В самом деле дух Будды был воплощен в священной личности Иссы (так называют Иисуса на Востоке), который без помощи огня и меча распространял учение нашей великой и истинной религии по всему миру.

По словам монаха, в резиденции далай-ламы в Лхасе и некоторых крупных монастырях Тибета хранятся священные книги, рассказывающие о пребывании Иссы в Индии. Они якобы были написаны в I веке на языке пали и позже переведены на тибетский. Однако непосвященным, в частности европейцам, ламы предпочитают их не показывать.

Монастырь Хемис. Николай Рерих побывал в этой обители во время своего знаменитого путешествия по Центральной Азии (1925–1928). Как ни странно, Хемис произвел на художника неблагоприятное впечатление: «Подъезжая, уже чуете атмосферу мрачности и подавленности. Ступы с какими-то страшными ликами — рожами. Темные знамена. Черные вороны летают вокруг, черные псы гложут кости. И ущелье тесно смыкается. Конечно, и храмы, и дома — все скучено вместе. И в темных углах навалены предметы служения, точно награбленная добыча. Ламы полуграмотны. Наш охотник-проводник смеется: «Хеми — имя большое, а монастырь маленький» (Н. Рерих. «Алтай-Гималаи»). Фото: STUART ISETT/FOTOLINK

Потрясенный Нотович решил во что бы то ни стало добраться до бесценных текстов. Не теряя времени, он отправился в монастырь Хемис, расположенный недалеко от столицы Ладакха — Леха, где, по словам настоятеля, хранился один из списков тибетского жития Иисуса.  Настоятель Хемиса подтвердил, что в монастырской библиотеке имеются тексты, интересующие путешественника, но где они хранятся, он не помнит, а поиски займут слишком много времени. Разочарованный Нотович двинулся в обратный путь, но, не проехав и десяти километров, свалился с лошади и сломал ногу. Пришлось возвращаться в монастырь. Пребывая на излечении в святой обители, он в разговорах с настоятелем не раз затрагивал тему манускриптов, содержащих сведения об Иисусе, однако результат оставался прежним. Но вот однажды лама пришел к больному, неся в руках старинный фолиант (вернее, стопку нескрепленных листов, помещенных между двумя дощечками — именно так выглядят тибетские священные книги). В нем среди разных духовных текстов Нотович с помощью толмача обнаружил и биографию Христа — 244 стиха, бессистемно разбросанные по всей книге. Журналист записал их содержание со слов переводчика и, вернувшись в Европу, свел в единое повествование. Житие вышло, как мы уже говорили, в 1894 году в виде приложения к книге о путешествии. Первоначально оно называлось «Жизнь Святого Иссы», но позже его стали именовать «Тибетским евангелием».

Друзья-фарисеи

Подлинность тибетского текста у многих вызвала сомнение. Говорили даже, что Нотович вообще ни в каком Хемисе не был. По-видимому, это не так — аргументы в пользу того, что журналист монастырь все-таки посещал, читатель найдет в нашей годичной давности статье, опубликованной на сайте «Вокруг света».

Но остановимся на содержании «Тибетского евангелия». Согласно ему, Иису с (в тексте — Исса) в 13 лет тайно покинул отчий дом и вместе с купцами отправился в Индию. Первые шесть лет мальчик провел среди индуистов в Раджагрихе, Бенаресе и других священных городах, постигая сокровенный смысл священных текстов Вед и искусство проповеди, там же он научился исцелять посредством молитвы недуги и изгонять бесов. Но настал момент, когда пути Иссы и его учителей-брахманов разошлись. Якобы он начал проповедовать заключенную в Ведах божественную истину среди низших каст (вайшьев и шудр), что считалось величайшим преступлением .  Брахманы ополчились на Иссу, и тому пришлось бежать. Следующие десять лет он провел среди буддистов, постигая Дхарму — учение Сиддхартхи Гаутамы, то есть Будды. Когда же ему минуло двадцать девять, молодой бодхисатва (буддийский святой), как считается в Тибете, вернулся в Палестину. На родине Иссу чтил не только простой народ, но и фарисеи, которых мы привыкли считать его гонителями. Главным же врагом Христа изображен Пилат, именно по его, а не первосвященников (!), инициативе Иисус был отправлен на Голгофу.

«Тибетское евангелие» стало главным аргументом разного рода эзотериков, считающих, что христианство своими корнями уходит в буддизм. Текст, найденный Нотовичем, по их мнению, настолько пронизан «восточным духом», что всякие сомнения в индийском происхождении учения Христа отпадают сами собой. Однако при внимательном прочтении тибетской рукописи становится очевидным, что «духа» там не так и много. Начнем с того, что самому факту пребывания Иисуса в буддийской общине уделяется не более двух строк. Но это не самое главное. В манускрипте Нотовича почти полностью отсутствуют идеи и образы, характерные для учения Будды. Там не говорится ни об иллюзорности видимого мира, ни о нирване, ни о карме. Зато присутствует идея единого благого Бога-творца, по подобию которого создан человек, что абсолютно расходится с буддийской доктриной. Все, о чем говорит Исса, — это универсальные гуманистические ценности, под которыми распишутся представители большинства конфессий. Иными словами, если пользоваться философскими категориями, учение Иссы  в «Тибетском евангелии» схоже с буддийским только этически (то есть в понимании добродетелей), но не имеет с ним никаких точек соприкосновения онтологически (то есть в том, что касается сущности миропорядка).

Не больше в тексте, представленном Нотовичем, и следов индуизма, хотя по объему часть «Тибетского евангелия», повествующая о времени, когда Исса находился среди брахманов, значительно превышает буддийскую. Таких центральных понятий ведической религии, как реинкарнация или йога, мы там не находим. Зато говорится, что, проповедуя Веды, Исса не признавал их божественность, что абсурдно, поскольку Веды представляют собой именно сборники священных текстов, звучащих при отправлении культа многочисленных индуистских богов.

Несторианские артефакты из Дуньхуана

В 1900 году недалеко от китайского города Дуньхуан, в раннебуддийском пещерном монастыре Цяньфодун (IV век), была сделана уникальная находка. Расчищая одну из пещер от песка, даосский монах Ван Юань-люй обнаружил заложенный кирпичом проход. Когда перегородка была сломана, взору монаха открылось небольшое помещение, заваленное древними свитками. Из 50 000 манускриптов, возраст которых составлял почти десять веков, восемь представляли собой фрагменты несторианских рукописей, переведенные на китайский. Позже они получили название «Сутры Иисуса». В отличие от «Тибетского евангелия» тексты из Цяньфодуна — настоящий, неподдельный синтез христианства и буддизма. В них общий евангельский сюжет дополнен вставными поучениями Христа, который излагает традиционные библейские положения в категориях буддизма (там есть и карма, и Дхарма, и категория пустоты, и буддийские составляющие личности — скандхи: тело, чувства, восприятия, побуждения и разум). Бог именуется Единым Духом, о его троичности не сказано ни слова, он непостигаем и не может быть описан на человеческом языке. «Всякий, кто желает идти по Высшему Пути, — учит Христос-буддист, — должен совлечься с суеты и страстей. Когда нет суеты и ничего не нужно тебе, нет у тебя устремлений и делания. А когда нет устремлений и делания, можешь быть чист и покоен. И когда станешь покоен и чист, то обретешь понимание, а когда понимание станет всеведущим и всепроницающим, испытаешь покой и блаженство». Сам Будда не сказал бы лучше!

Палестинские буддисты

В принципе, всего перечисленного достаточно, чтобы признать евангелие Нотовича подделкой. Однако сторонники противоположной версии на это возражают, что авторы «Тибетского евангелия», простые индийские купцы, присутствовавшие при казни Иисуса (о чем прямо говорится в тексте и что само по себе возможно ,  так как Малая Азия в Античности активно торговала с Индией), неспособны были внятно изложить его учение, да и манускрипт наверняка дошел до нас не в первоначальном виде. Но если это так и элементы буддизма действительно присутствовали в проповеди Христа (заметим, что они не нашли отражения ни в одном из четырех канонических Евангелий), то земляки — современники Спасителя, придерживавшиеся учения, близкого по духу буддизму, если таковые тогда существовали, должны были бы жить с христианами в мире.

Другой пример религиозного синкретизма — это апостол Петр, изображенный китайским художникомхристианином. Сейчас христиан в Поднебесной более 90 миллионов. Фото: Natalie Behring/ONASIA.COM

Самое удивительное, что в тогдашней Палестине такие «буддисты» действительно были. Назывались они гностиками. Согласно их учению, тот, кто в Ветхом Завете называет себя Саваофом, Яхве или Адонаи, то есть Богом, на самом деле всего лишь демон, имя которому Ялдаваоф, что в переводе с арамейского значит «Сын Хаоса». Истинный же Бог не имеет ни имени, ни образа, являя собой некую абстрактную сущность, что вполне согласуется с буддийскими представлениями о мировом первоначале. Христос в представлении гностиков был нематериальным благим духом, по собственному желанию спустившимся в мир людей, дабы раскрыть им глаза на истинную сущность того, кого они называют Богом. Только перестав поклоняться Сыну Хаоса, люди смогут вырваться из круга перерождений, избавиться от материальной оболочки и уйти в мир забвения, лишенного боли (по сути погрузиться в нирвану), — сходство с буддизмом очевидное.

Меж тем гностики были ярыми противниками христиан, обвиняя последних в сознательном сокрытии истины и искажении учения Христа. То есть приходится признать, что элементы буддизма в учении Христа отсутствовали с самого начала, а не были впоследствии утеряны. Но коли так, то либо Иисус никогда не был в Индии (что наиболее вероятно), либо он там был и сознательно отверг индуизм и буддизм. В любом случае приходится признать, что «Тибетское евангелие» не подлинный документ, а сочинение Нотовича. Из чего, однако, вовсе не следует, что тот ни в каком Хемисе не был и никакой древней рукописи не видел. Скорее всего, как мы уже говорили, монастырь он посетил, и там ему показали некий манускрипт, в котором упоминалось имя Иисуса, что и натолкнуло журналиста на мысль устроить фальсификацию.

Это предположение основывается на том, что рукопись видел не один Нотович. После выхода «Неизвестной жизни Иисуса Христа» в Хемис устремились жаждущие ознакомиться со скандальным текстом. Большинству (в том числе и профессиональным ученым) монахи отвечали, что никакой рукописи, в которой упоминается Иисус, в обители нет и кто такой Нотович монахам неведомо. Но были и те, кому ламы якобы рукопись показали. В частности Николаю Рериху (в 1925-м) и отечественному востоковеду Людмиле Шапошниковой (в 1979-м). В дневниках Рериха есть запись: «Мы узнали о подлинности рукописи об Исcе. В Хеми (Хемисе. — Прим. ред.) лежит действительно старый тибетский перевод с манускрипта, написанного на пали. […] Сказки о подделке разрушены». Правда, и Рерих, и Шапошникова из-за недостатка времени не только не сняли копии с рукописи, но даже внимательно с ней не ознакомились (что само по себе довольно странно). Естественно возникает вопрос: что за документ видели (если видели) художник и ученый? Для того чтобы на него ответить, придется взглянуть на проблему несколько шире. Существовал ли на самом деле органический, а не искусственно выдуманный синтез буддизма и христианства? Знает ли история подобные примеры?

 Будда — христианский святой

В XII веке в Европе появилось житийное сочинение под названием «Повесть о Варлааме и Иоасафе», которое якобы принес из Индии некий Иоанн — монах лавры Св. Саввы в Палестине. Вот вкратце сюжет этого сочинения. Некогда в Индии правил царь Авенир — гонитель христиан, жена которого была бесплодна. Но в конце концов боги смилостивились, царица зачала, и на свет появился наследник, названный Иоасафом. Счастье Авенира было бы полным, если бы не предсказание астрологов: перед Иоасафом лежат два пути — либо он станет великим правителем, либо стяжает славу христианского святого. Царь, дабы сын никогда не узнал об учении Иисуса, выстроил для него роскошный дворец с парком, откуда Иоасаф не мог отлучаться. Но, достигнув совершеннолетия, он все же нашел способ незаметно покидать свою золотую клетку. Так принц узнал, что в мире существуют горе, болезни и смерть, и это открытие повергло его в глубокую меланхолию.

О душевных муках Иоасафа ангелы поведали святому отшельнику Варлааму, жившему в далекой обители. Тот, движимый чувством сострадания, отправился под видом торговца в Индию, проник во дворец Авенира и рассказал царевичу об учении Иисуса. Иоасаф был пленен им, крестился, навсегда покинул дворец и стал отшельником. После смерти на его могиле было явлено много чудес, так что индийские христиане выбрали Иоасафа своим покровителем.

Иоасафа, как святого, признали европейские христиане (вместе с другими восточнохристианскими святыми). Образ царевича можно, например, увидеть на алтарной перегородке Успенского собора Кремля. Мощи святого, непонятно как добытые, хранятся в Антверпене, в монастыре Св. Сальватора. Но в 1866 году вышла в свет книга Бартоломео Сент-Илера «Будда и его религия» (одна из первых монографий, где излагалась биография Будды), и всем, кто интересовался Востоком, стало ясно, что повесть об Иоасафе не что иное, как христианская переработка индийской легенды о детстве и юности Сиддхартхи Гаутамы — будущего Будды (прообразом Варлаама послужил возница Гаутамы, Чанна, который показал индийскому царевичу реальную жизнь). Вскоре буддийскому происхождению жития нашлось дополнительное подтверждение. Исследователи обратили внимание на то, что в арабском источнике Х века «Фихристе» (история староарабской литературы), в списке переведенных на арабский индийских рукописей, присутствует «Книга Билаухара и Будасафа». Естественно, возникло предположение, что Билаухар — это Варлаам, а Будасаф — Иоасаф, искаженное «бодхисатва». Скоро  были обнаружены и фрагменты книги, цитировавшиеся в ряде других восточных литературных произведений. Оказалось, что ее содержание практически совпадает с содержанием жития Иоасафа. Повесть датируют VII веком, установлен и язык оригинала — сирийский, на котором писали несториане, или персидские христиане.

В 486 году персидская церковь по не выясненным до конца причинам приняла учение константинопольского архиепископа Нестория, признанное большинством христиан ересью. Суть доктрины епископа заключалась в том, что Иисус был не богочеловеком, а только человеком, на которого сошел Святой Дух.

В раннем Средневековье несторианские общины распространились по всей Азии, включая Китай (в VII– VIII веках там было около десятка несторианских монастырей). Они и общины, относящиеся к различным азиатским конфессиям, жили бок о бок и, естественно, многое друг у друга заимствовали. Иными словами, благодаря несторианам синтез христианства и восточных религиозных традиций стал реальностью — это отнюдь не плод фантазии Николая Нотовича. Персидские христиане, как видим, активно осваивали восточные легенды, восточный религиозный опыт.

Восток же, в свою очередь, осваивал христианский (в специфическом несторианском преломлении), в частности связанный с образом Иисуса. Именно в несторианской среде родились легенды (перетолкованные позже буддистами и мусульманами) о пребывании Исcы в Индии и Центральной Азии. Поэтому рискнем предположить, что и Нотович, и Рерих, и Шапошникова видели в Хемисе некий несторианский текст, переведенный на тибетский. Чтобы разрешить все сомнения, всего-то и нужно, что отправиться в Ладакх, получить от монахов разрешение поработать в монастырской библиотеке, найти рукопись и перевести ее.

Рубрика: Мифология
Просмотров: 9806