Хронограф
18152229
29162330
310172431
4111825
5121926
6132027
7142128

<март>

Путеводители

Современников мамонта сослали на Таймыр

Cевероамериканские овцебыки успешно прижились в российской тундре

  
Старый бык на солонце. Фото: Игорь Поспелов

Журнал «Вокруг Света» уже рассказывал об уникальном эксперименте по расселению овцебыков (Ovibos moschatus) на Таймыре. В июне 1984 года была опубликована статья Г. Д. Якушкина «Рядом с овцебыками». Сейчас таймырской популяции овцебыков уже перевалило за тридцать лет. Мне подумалось, что стоит напомнить об этом удивительном эксперименте, тем более что ничего подобного до этого не проводилось, и отдать дань уважения людям, которые его осуществили, здравствующим, и тем, кого уже нет с нами. Мне посчастливилось провести на Бикаде более 10 полевых сезонов, работая рядом с этими замечательными людьми.

Знакомство с Таймыром

… Я поднимаюсь на вершину холма. На противоположной стороне — оползень, обнаживший солоноватые морские глины. Там должны быть они… Все копытные любят лизать соль, а в таких породах ее содержание в десятки раз превышает обычное. На вершине холма замедляю шаги и осторожно заглядываю на другую сторону. Вот они! На склоне оврага — два десятка лохматых животных. Несколько самцов, самки с телятами. Хотите — верьте, хотите — нет, но веет от них (и не мне одному так кажется) чем-то древним, первобытным, непостижимым. Северный олень или лось, хоть и крупные звери, такого впечатления не производят. Может быть дело в том, что овцебыки — современники мамонта? Стою, замерев. У овцебыков хорошее зрение, и животные меня, конечно, заметили, но пока не обращают особого внимания. Я осторожно подхожу поближе. Через некоторое время взрослый самец, стоящий на краю стада, делает несколько шагов в мою сторону и опускает голову, прижимая ее к колену. Я уже знаю: это поза угрозы. На дворе август, и вот-вот начнутся бои между взрослыми самцами за право обладать гаремом. В такое время года они опасны. Я медленно отступаю. С вершины холма открывается вид на долину Бикады, на западе сверкает на солнце безбрежная гладь озера Таймыр

Бикада — речка на восточном Таймыре. Не самая крупная по местным меркам, по размерам — примерно как Москва-река при входе в столицу. 74 градуса 50 минут северной широты, Арктика. Тундра. Летом в среднем 8–10 градусов выше нуля, зимой морозы за пятьдесят. Полярная ночь с ноября по март, полярный день с мая по сентябрь. Ветер — почти всегда. Ветер со скоростью пятнадцать-двадцать метров в секунду в Москве был бы темой новостей: «Сегодня на столицу обрушился… автомобильная пробка из-за обрыва проводов поваленным деревом…». На Таймыре же просто проверяешь, надежны ли растяжки палатки. Но ветер в то же время и благо — нет комаров. До ближайшего населенного пункта — Хатанги — три с половиной сотни километров волчьего пути. До Норильска — тысяча. В противоположную сторону — ближайший населенный пункт расположен в Канаде.

Вот сюда летом 1974 года и прилетели десять канадских, а летом 1975 — двадцать американских овцебыков.

  
Одна из долин на подступах к горам Бырранга, где теперь живут овцебыки. Фото автора

Таинственное животное

Когда-то овцебыки населяли огромные пространства в Европе и Азии. Обитали они и на Таймыре. Вместе с мамонтами паслись на богатых кормами пастбищах. Резкое изменение климата послужило основной причиной вымирания крупных травоядных животных. Овцебыки выжили в местах, где сохранился твердый грунт и сухой холод, но численность их сократилась.

Бык мускусный, или овцебык, известен зарубежной науке с первых десятилетий XVIII века. Первым европейцем, увидевшим этого зверя в тундрах Канады в 1689 году, был работник пушной компании Гудзонова залива англичанин Генри Келси (Henry Kelsey, 1670–1729). Исследуя район залива, он встретил двух «бизонов» неопределенной формы: тело их было крупное, рога причудливо изгибались, а шерсть на теле спускалась до копыт. Позже выяснилось, что туземцы арктических районов — эскимосы и индейцы северных племен — издревле знали этих животных, охотились на них и величали ихумингмаками (бородатыми). Пришлые белые люди — китобои, скупщики пушнины, полярные исследователи — называли их по-разному: полярные звери, арктические буйволы, мускусные быки.

Существует мнение, что одной из причин вымирания овцебыков на Ямале, Таймыре и севере Якутии явилась охота на них, проводившаяся древним населением Сибири. С этим трудно согласиться. Череп овцебыка, обладавший одним из самых близких к нашему времени возрастом, нашел автор этих строк в районе озера Прончищева на востоке Таймыра. Его возраст составил 2900 плюс-минус 60 лет. Самые близкие к нашему времени кости принадлежат овцебыку, который жил примерно 2700 лет назад.

Первый опубликованный отчет по этим животным, составленный в 1720 году французским офицером береговой охраны района Гудзонова залива Николя Жереми послужил основой для введения нового вида в систематическую зоологию под названием бык мускусный. Тем не менее слово «мускусный» не имеет ничего общего с мускусными железами и истинным мускусом. Оно произошло, возможно, от слова «musked» — болотистая местность у индейцев кри. Как заметил полярный исследователь Вильялмур Стефансон (Vilyalmur Stefanson, 1879-1962), название этого зверя остается «неразрешимой исторической тайной».

Название «Бикада» также еще ждет специалистов по топонимике, тогда как многие местные названия легко переводятся на русский. К северу от низовий Бикады находится крайний северный предел, до которого доходили кочевавшие с оленями долганы. Дальше на север располагаются горы Бырранга, «Страна мертвых», куда, за исключением отдельных участков, до 1950-х годов нога человека не ступала. Горы Бырранга и плато Путорана — последние крупные белые пятна на карте России. То, что местные жители там не бывали, видно из названий рек: на юг с гор текут Нюрай-тари (Дремлющая река), та же Бикада-Нгуома, Неньгатья-тари (Следующая река), Нюнькараку-тари, Малахай-тари и другие, а на север — Вездеходная, Ленинградская, Жданова и т. п. Таким образом, для акклиматизации овцебыков был выбран абсолютно чистый в экологическом отношении район.

Многие зоологи еще в 1920-е годы ставили вопрос о целесообразности расселения овцебыков в Советской Арктике. Но неоднократные попытки завезти овцебыков из Гренландии или Канады до 1974 года кончались неудачами. Акклиматизация этого уникального вида на Севере России стала возможной только при постоянном взаимодействии ученых из СССР, Канады и США в период значительного улучшения международных отношений.

В 1974 году канадское правительство подарило СССР десять молодых овцебыков. В 1975 году в соответствии с проектом советско-американского сотрудничества по охране северных экосистем и, как бы не желая оставаться в стороне от исключительно интересного и важного международного эксперимента, США безвозмездно передали сорок овцебыков, как бы не желая оставаться в стороне от исключительно интересного и важного международного эксперимента. Всех этих животных завезли на Таймыр и остров Врангеля.

  
В начале лета овцебыки собираются на прогреваемых солнцем склонах, где появляется первая зелень. Фото: Игорь Поспелов

Герои в несовременной экипировке

Когда я вижу участников современных экспедиций, я вспоминаю, как были экипированы мои знакомые. У них не было ярких штормовок и пуховок из легких современных материалов (Gorе-tex изобретут только в 1984 году), канадских сапог и прочая, и прочая, в чем сейчас ходят все «серьезные путешественники». Брезентовые штормовки, ватные телогрейки, болотные сапоги; а зимой еще — валенки да полушубки. Ради них не снимали вертолеты с других рейсов, как это происходило во время иных научно-спортивных экспедиций. Выгружаясь из грохочущего брюха Ан-2 или Ми-8, они прилетали в свой второй дом.

Первый дом на Бикаде. Они построили его своими руками за лето, живя в палатках. Это потом уже появился хороший светлый дом, один из лучших на таймырских кордонах, а потом — гостевой домик, который в 1985 году привел в восторг Джеральда Даррелла, снимавшего на Бикаде одну из серий своего фильма о заповедниках СССР. А пока — невысокий домик с маленькими окошками и железной печкой, которую топили углем или соляром; главное — чтобы можно было бы отдохнуть в тепле после работы. А работы было невпроворот. Одна из главных задач — строительство изгороди для овцебыков.

Изгородь. С 1974 по 1981 год, до выхода овцебыков на свободу было построено без малого двадцать километров изгородей. Для ее постройки использовали металлические тонкие трубы, на которые натягивалась металлическая сетка или семь рядов проволоки. Горизонтальные ряды переплетались вручную мягкой тонкой проволокой. Получалась хорошо продуваемая изгородь высотой до 2 м. Стоит только добавить, что столбы кувалдой забивались в мерзлоту на метр, чтобы стояли прочно и могли выдержать удар трехсоткилограммовой туши (были случаи, когда самец кидался на изгородь). Забить несколько тысяч столбов кувалдой в мерзлоту на метр… кто не пробовал — не поймет, какой это адский труд.

Потом была работа уже непосредственно со стадом — наблюдения, изучение особенностей поведения и питания, подкормка в зимние снежные месяцы, учеты и даже… уход за новорожденным. Одного из телят отказалась кормить молодая неопытная мамаша. Пришлось кормить ее молоком из бутылочки, и малютка Нэтти выжила.

До 1982 года работа на стационаре «Бикада» велась круглогодично, в том числе зимой, в полярную ночь. Люди заезжали на 3–4 месяца, потом менялись. По дневниковым записям, пурга однажды дула восемнадцать дней подряд… Я интересовался позднее, почему не используются ветряные электрогенераторы, обломки которых лежат на некоторых кордонах. Ответ у всех был один — техника не выдерживает таймырских ветров.

Мне запомнился первый день на Бикаде. Мы прилетели туда 22 июля 1979 года, Елена Поспелова, кандидат биологических наук, геоботаник, давняя знакомая Г. Д. Якушкина, и я, аспирант Географического факультета МГУ. День прилета был на удивление жарким. Целых 25 градусов, и это почти на семьдесят пятом градусе широты! Но мое удивление было недолгим. Вскоре подул легкий северный ветерок, и через полчаса температура снизилась ровно на двадцать градусов. Арктика быстро напомнила о себе. В первый свой приезд на Таймыр мне не довелось встретиться со всеми сотрудниками, но постепенно я познакомился со многими.

Вот они стоят передо мной… Григорий Дмитриевич Якушкин, душа Таймырского проекта, человек, отдавший этому делу, может быть, больше, чем кто бы то ни было; Виктор Рапота, ботаник, похожий своей шевелюрой на Карла Маркса, но с украинской хитрецой в глазах; охотоведы Сергей Алабугин, Коля Логвиненко, Олег Кацарский, Володя Никитин… Некоторых уже нет с нами: в края Вечной Охоты ушли Борис Павлов, Валера Ликонцев, Коля Линейцев… Неутомимые, веселые, умеющие все на свете тундровики.

Побывав до этого в колымских и камчатских краях, я считал себя крутым полевиком. Оказалось, что способность носить тяжелый рюкзак, умелое владение топором и навык зажигать костер с одной спички — далеко не все. Чтобы наблюдать и вести учет животных, нужно уметь ходить по моховой тундре, знать в совершенстве лодочный мотор и двигатель снегохода («Ямах» и «Джонсонов» тогда не было); чтобы не питаться месяцами одними консервами, нужно уметь готовить (я в жизни не ел более вкусного хлеба, чем тот, который пек Григорий Дмитриевич; чтобы в течение нескольких месяцев не надоесть друг другу, нужно оставаться терпимыми и доброжелательными.

  
Тундра бывает довольно яркой. Разнотравный луг. Фото автора

Итоги сложной работы

Прагматики спрашивают: «А какая польза от овцебыков?» Для тех, кто этим занимался, такой вопрос не возникал. Была интереснейшая работа, состоялся уникальный эксперимент ХХ века, не имеющий в мире аналогов.

Первоначальная идея об одомашнивании овцебыка была позднее отвергнута. У животных, что называется, «сложная биология», то есть содержание их в неволе и уход за ними требуют значительных практически не окупающихся расходов. Практика показала, что даже крупные фермы овцебыков — и кооперативные, и частные — убыточны. Даже на Аляске, где организовано посещение таких ферм туристами. В сопровождении гида туристы знакомятся в музее с историей животных, посещают загоны, фотографируют зверей с близкого расстояния.

Стоимость пуха на кооперативной ферме составляет 300 долларов за 1 кг. Пух вычесывают весной с животных, помещенных в специальные станки, металлическими расческами. Потом его рассылают по близлежащим поселкам эскимосским женщинам, входящим в кооператив. Из него вяжут шарфы, шапочки, свитеры, платья. Пух хорошо красится, изделия из него не дают усадку. Считается, что из 1 кг пуха можно получить нить длиной 30 км. На шарф длиной 1,5 м требуется 25–50 г, на платье — 100–150 г пуха. Изделия из него очень легкие, пушистые, теплые, но дорогие. К примеру, шарф стоит 250 долларов. Половину доходов фермы получает от продажи меховых изделий, половину — от наплыва туристов с весны до осени, но едва сводят концы с концами.

Оценка поголовья овцебыков на Таймыре проводилась ежегодно с 1974 по 1995 год. С момента получения первых приплодов в 1978–1980 годах увеличение численности овцебыков происходило по нарастающей. В 1984 году популяция достигла 100 голов, в 1989 году — около 300, в 1990 году их уже было более 400. К окончанию 20-летнего периода акклиматизации (1974–1994) численность популяции составила 1000–1050 особей.

Сейчас систематические наблюдения за овцебыками не ведутся. Дома на Бикаде стоят, иногда там бывают сотрудники заповедника «Таймырский». Отдельные стада овцебыков приходят на Бикаду каждое лето! Никого ведь не осталось из первого поколения (предельный срок жизни овцебыков равен 23–24 годам, средний — 11–14 лет), но память, детская или генетическая, зовет их туда, где они впервые вступили на таймырскую землю.

Эксперимент по акклиматизации овцебыка на Севере России оказался успешным. Овцебыки заняли свою экологическую нишу и расселились по всему восточному Таймыру, от мыса Челюскин до Хатанги. Мы встречали их уже западнее озера Таймыр. Они вернулись туда, где когда-то жили их предки. Авиационный учет затруднен сейчас по понятным причинам (1 час полета Ми-8 стоит около $2000), поэтому точное число овцебыков на данный момент неизвестно. С 1996 года таймырских овцебыков стали расселять в Якутии, с 1997 — на Полярном Урале.

Вышли монографии, фотоальбомы, защищены диссертации. Открыта спортивная охота на овцебыков, уже есть первые обладатели трофеев. В случае опасности овцебыки, подобно североамериканским бизонам, становятся в круг, обратив рога наружу и защищая молодняк. Поэтому охотиться имеет смысл только на одиноких самцов. Но мне их жалко. У меня никогда не поднялась бы рука на этих могучих гордых животных, почти не имеющих естественных врагов. Спортивная охота, то есть охота ради развлечения… но это уже совсем другая история.

В романе «Территория» писателя Олега Куваева есть такие слова: «Если была бы в мире сила, которая вернула бы всех, все они повторили бы эти годы. Не во имя денег, не во имя долга, не ради славы, а ради того непознанного, во имя чего проходит жизнь каждого человека…Чтобы можно было просто сказать “помнишь?” и углубиться в сладкую тяжесть воспоминаний, где смешаны реки, холмы, пот, холод, кровь, усталость, мечты и святое чувство нужной работы».

А я, до Таймыра проработав три сезона на Камчатке, и считавший когда-то, что нет ничего лучше вулканов, теперь добавляю к своему тезису «и таймырской тундры».

 

Михаил Орлов, 12.02.2007

 

Новости партнёров