Хронограф
18152229
29162330
310172431
4111825
5121926
6132027
7142128

<декабрь>

Путеводители

201 день Патриса Лумумбы

«Год Африки» ознаменовал и начало деколониализации континента, и начало бесконечных африканских гражданских войн

 

Патрис Лумумба (1925–1961) родился в сельской семье в местечке Оналуа (Бельгийском Конго). Отец хотел, чтобы сын стал учителем и отдал его в католическую миссионерскую школу. Однако, достигнув совершеннолетия, Лумуба стал не учителем, а почтовым работником. В это время он уже увлекался философией Просвещения, вдохновлявшей его идеей права каждого народа на независимость. В 1958 году Лумумба основал партию — Конголезское Национальное движение, ставящую своей целью борьбу за свободное Конго. Победа осталась за ним. В 1960 году Конго стало самостоятельным государством. Фото: Павел Котов

3 февраля 1961 года министр внутренних дел конголезской провинции Катанга Годфруа Мунонго (Godefroid Munongo, 1925–1992) заявил, что бывший премьер-министр Патрис Лумумба и его «сообщники» совершили побег из тюрьмы и попали в руки жителей небольшой деревни, которые тут же их убили. Мунонго никто не поверил. Он отказался назвать место захоронения, имена убийц и даже народность, к которой они принадлежали.

Весть о расправе над Лумумбой потрясла мир. Многотысячные демонстрации протеста состоялись у бельгийских посольств в десятках городов всех континентов: было очевидно, кому выгодна эта смерть.

Первый премьер

Лумумба как премьер-министр республики Конго (речь идет о стране, которая в наши дни называется Демократическая Республика Конго) — недавней колонии Бельгии, получившей независимость 30 июня 1960 года, — действительно вызывал серьезное беспокойство у руководства бывшей метрополии. Националист левого толка, он предложил смелую радикальную программу. Она предусматривала построение централизованного федеративного государства, создание крупного государственного сектора в экономике, нейтралитет и панафриканизм как основополагающие принципы внешней политики. Для Бельгии реализация планов Лумумбы означала потерю территории, сказочно богатой природными ресурсами. Но ситуация там была непредсказуемой. Не прошло и недели после обретения независимости, как молодое государство погрузилось в анархию и хаос. Начались солдатские бунты и антибелые погромы. Бельгия воспользовалась ситуацией и ввела в Конго войска.

Национальная армия организовала сопротивление не везде. Так, председатель правительства провинции Катанга Моиз Чомбе (Moise Tshombe, 1919–1969) приветствовал появление бельгийских войск на подконтрольной ему территории. 11 июля Чомбе провозгласил независимость Катанги. Он обратился к Бельгии с просьбой оказать «техническую, финансовую и военную помощь».

Отделение Катанги было неприемлемо для правительства Лумумбы. Почти равную по площади Франции, эту провинцию с населением 1,6 млн. человек называли «геологическим чудом», настолько её недра были богаты полезными ископаемыми. Занимавшая третье место в капиталистическом мире по производству меди и первое по добыче кобальта, Катанга приносила Конго почти половину валютных поступлений. 9 августа 1960 её примеру последовала провинция Касаи, где были крупные месторождения алмазов.

Между СССР и США

Лумумба и президент Конго Жозеф Касавубу (Joseph Kasa-Vubu, 1917–1969) обратились в ООН с просьбой срочно оказать стране военную помощь для «защиты национальной территории против акта агрессии, совершенной войсками бельгийской метрополии». СССР и США поддержали отправку в Конго миротворческих сил ООН. Но между противниками по холодной войне началось соперничество за влияние над обширной территорией в «сердце Африки» богатой стратегическими ресурсами. Лумумба пытался маневрировать между сверхдержавами, чтобы добиться вывода бельгийских войск и восстановления территориальной целостности страны. 17 июля он в ультимативной форме потребовал от ООН обеспечить удаление из Конго войск Бельгии, пригрозив, что в противном случае «он будет вынужден просить вмешательства Советского Союза». Бельгийские войска вскоре ушли, но Лумумба лишился всякого доверия американского руководства. 21 июля на заседании Совета национальной безопасности (National Security Council) директор ЦРУ (Central Intelligence Agency) Аллен Даллес (Allen Welsh Dulles, 1893–1969) резюмировал: «В лице Лумумбы мы столкнулись с фигурой, похожей на Кастро, если не хуже». Это был приговор.

Университет дружбы народов был учрежден 5 февраля 1960 года. Имя Патриса Лумумбы ему присвоили почти ровно через год — 22 февраля. Конечно, можно все свести к политике и сказать, что вуз готовил просоветские национальные кадры для стран третьего мира. Но нельзя не сказать и об искреннем порыве его студентов, стремящихся приобщиться к знаниям и ценностям западной культуры. В 1960-е годы по уровню энтузиазма, как преподавателей, так и студентов УДН, пожалуй, можно было бы поставить на первое место. Однако 5 февраля 1992 года университет Патриса Лумумбы был переименован в РУДН — Российский университет дружбы народов, без «имени». Жаль. Лумумба, конечно, был «идеологизированной фигурой», но, наверное, одной из немногих, достойных не быть забытыми и в наши дни. Фото из архива Российского университета дружбы народов

К концу июля в Конго было переброшено 11,5 тыс. военнослужащих ООН, но их командование не реагировало на просьбы Лумумбы начать военную операцию против Катанги и Касаи. Случись такое, и он стал бы объединителем нации с непререкаемым авторитетом. А это в планы западных держав не входило. Лумумба попросил о помощи у СССР. Москва предоставила его правительству в обход ООН гражданские самолеты, грузовики, продовольствие и медикаменты. На советском транспорте верные Лумумбе войска были переброшены на границу Касаи и развернули успешное наступление против сепаратистов.

Руководство США «оценило» военные успехи Лумумбы. 25 августа специальная группа Совета национальной безопасности по тайным операциям обсудила конкретные планы его свержения. По словам помощника президента по национальной безопасности Гордона Грея (Gordon Gray, 1909–1982), президент Дуайт Эйзенхауэр (Dwight David  Eisenhower, 1890–1969) «ясно выразился в том смысле, что в сложившейся ситуации необходимо действовать очень решительно». Даллес интерпретировал слова президента как санкцию на физическое уничтожение конголезского премьер-министра. 26 августа шеф ЦРУ телеграфировал резиденту в Леопольдвиле Лоуренсу Девлину (Lawrence Devlin, 1922–2008): «Устранение [Лумумбы] должно стать срочной и главной целью, высшим приоритетом наших тайных операций в нынешних условиях».

Посылка от «Джо из Парижа»

5 сентября под давлением Запада президент Конго Касавубу в нарушение конституционных норм отправил правительство Лумумбы в отставку. По приказу начальника генштаба Жозефа Мобуту (Mobutu Sese Seko Kuku Ngbendu wa za Banga, 1930–1997) наступление федеральных войск на Касаи и Катангу было остановлено. Проходную фигуру Касавубу поспешили «подпереть» «сильной личностью». 14 сентября Мобуту совершил переворот и заявил по радио, что армия решила «нейтрализовать» премьер-министра и парламент, чтобы «вывести страну из тупика». Лумумба и его жена Полин были помещены под домашний арест в собственной резиденции. Касавубу формально свой пост сохранил.

Но для Запада и в изоляции Лумумба был не менее опасен, чем на свободе. ЦРУ приступило к подготовке его убийства. Химик Сидней Готтлиб (Sydney Gottlieb, 1918–1999) составил все необходимое: яды, действие которых похоже на симптомы смертельных тропических болезней. Яд нужно было добавить в пищу. Девлин получил приказ встретить в Леопольдвиле старшего по званию офицера (это был Готтлиб), который назовется «Джо из Парижа», получить от него устные инструкции и неукоснительно их выполнять. 27 сентября «Джо» сел в машину резидента и без предисловий изложил цель своей сверхсекретной миссии. Готтлиб сказал, что операция санкционирована президентом Эйзенхауэром и, протянув Девлину пакет с ядами, добавил: «Детали — это ваше дело, но все должно быть чисто, ни одного следа, который мог бы привести к правительству Соединенных Штатов».

Бывшая резиденция бельгийского губернатора, где находился Лумумба, была днем и ночью окружена двойным оцеплением. С внешней стороны стояли конголезские войска, имевшие приказ не допустить побега бывшего премьера. Внутри находилась охрана из военнослужащих ООН, которые пропускали в здание только обслуживающий персонал. У Девлина же был всего один агент, который мог бы получить доступ к кухне и комнатам, где жил Лумумба. Провести операцию в отведенные сроки не удалось. 5 октября срок годности привезенного Готтлибом яда истек, и Девлин выбросил его в реку Конго.

В помощь Девлину был направлен офицер ЦРУ Жюстен О’Доннелл (Justin O’Donnell). Он прибыл в Леопольдвиль 3 ноября и первым делом попросил центр послать в его распоряжение агента под кодовым именем QJ/WIN. Это был «иностранный гражданин с криминальным прошлым, завербованный в Европе», который, по словам О’Доннелла, не ведал сомнений и был способен на все. Он должен был проникнуть в резиденцию Лумумбы и выкрасть его. Девлин, тем временем, привлек к операции другого агента под кодовым именем WI/ROGUE с лихой биографией даже для человека своей профессии: «солдат удачи без гражданства, фальшивомонетчик и бывший грабитель банков». В ЦРУ он был обучен «уничтожению объектов, владению стрелковым оружием и введению подкожных инъекций». Перед отправкой в Конго агенту сделали пластическую операцию и наложили искусственные волосы. Однако навыки QJ/WIN и WI/ROGUE оказались невостребованными, поскольку ситуация коренным образом изменилась.

22 ноября США смогли добиться в ООН признания прав делегации Конго, сформированной после отстранения Лумумбы от власти, на участие в заседаниях Генеральной ассамблеи. Это фактически означало международное признание легитимности режима Мобуту, и теперь у того появились правовые основания потребовать снятия охраны ООН с резиденции Лумумбы. Необходимость в операции ЦРУ отпала: зачем было привлекать наемных убийц, если их работу могли сделать конголезские враги Лумумбы.

Арест Лумумбы и его жены Полин солдатами Мобуту. Кадр из фильма Рауля Пека (Raoul Peck) «Лумумба» («Lumumba», 2000).  В побеге Лумумбы 27 ноября 1960 года есть одно загадочное обстоятельство. Оно касается смерти его недавно родившейся дочки Кристины. По одной версии, она находилась вместе с отцом и матерью в оцепленной войсками резиденции Лумумбы. Когда Кристина умерла, Лумумба захотел похоронить ее на своей родине и по национальному обычаю, что было якобы одним из мотивов его побега. Но тогда неясно, как родители перевозили тело ребенка по такой жаре, да еще делая постоянно остановки. Другие исследователи говорят о документах,  свидетельствующих о том, что маленькую Кристину после ареста отца удалось вместе с матерью переправить в Швейцарию. Там девочка и умерла. На просьбы Полин переправить тело ребенка на родину швейцарские власти не откликнулись. Полин пришлось лететь на грузовом самолете. После посадки оказалось, что маленький гробик исчез. Его так и не нашли. Наконец есть также свидетельства, что Полин не покидала своего мужа и бежала вместе с ним. Фото: Zeitgeist Films

Последний рывок

Быть в безопасности и продолжать борьбу свергнутый премьер-министр мог только на своей родине — в Восточной провинции Конго. В октябре-ноябре там собрались его сторонники, в том числе большинство министров и часть депутатов парламента. Министр обороны генерал Виктор Лундула (Victor Lundula), тесть Лумумбы, реорганизовал дислоцированные в провинции армейские части и создал боеспособные силы численностью 5–7 тыс. человек.

27 ноября, воспользовавшись тропической бурей с грозой и ливнем, Лумумба проскользнул мимо охраны и сел в ожидавшую его машину, которая помчалась в направлении Восточной провинции. Поступок Лумумбы вряд ли можно расценить как простое бегство. Он не крался, как спасающий свою жизнь беглец. Во всех селах и городках, через которые ему довелось проезжать, Лумумба устраивал митинги, выступая с пламенными речами в защиту африканской свободы. 2 декабря он был настигнут  мобутовскими поисковыми отрядами. Его избили, арестовали и поместили в тюрьму военного лагеря Кэмп-Харди (Camp Hardy) в Тисвиле (Thysville).

Приговор

Между тем, 12 декабря заместитель Лумумбы Антуан Гизенга (Antoine Gizenga) провозгласил себя премьер-министром и заявил, что Стэнливиль является новой резиденцией единственного законного правительства Конго. К середине января 1961 года лумумбисты контролировали почти половину территории Конго. Войска Мобуту не оказывали серьезного сопротивления, беспорядочно отступая и сдаваясь в плен. 13 января Дэвлин телеграфировал в штаб-квартиру ЦРУ: «Сотрудники ЦРУ и посольства считают, что нынешнее правительство может пасть в течение нескольких дней, что неминуемо приведет к хаосу и возвращению [Лумумбы] к власти».

В ту же ночь взбунтовались солдаты, охранявшие бывшего премьера. Они требовали повышения жалования, смены правительства и освобождения Лумумбы. Когда новость об этом достигла Леопольдвиля, европейцев охватила паника. По городу поползли слухи, что Лумумба освобожден и во главе армейской колонны идет на столицу, чтобы «установить власть революционного правительства». Деньгами и уговорами солдат удалось успокоить, но гарнизон оставался ненадежным.

После ареста Лумумбы его судьба не раз обсуждалась между бельгийскими и конголезскими высокопоставленными чиновниками. Когда освобождение Лумумбы стало реальной перспективой, Брюссель пошел на крайние меры. Как выразился советник Мобуту бельгийский полковник Луи Марльер (Lois Marlière): «Лумумбу надо уничтожить. Эта санитарная мера пойдет на благо обществу». 14 января «грязную работу» по уничтожению Лумумбы было решено поручить лидеру сепаратистского режима Чомбе в Катанге. Тот колебался. Его многочисленные бельгийские советники были против расправы над Лумумбой на территории Катанги, понимая, что это может стать началом конца её «независимости».

Но позиция катангских властей изменилась после того, как бельгийский министр по африканским делам граф д’Аспремон Лэнден (Harold René Charles Marie d’Aspremont Lynden, 1914–1967) направил консулу в Катанге Анри Кренеру (Henri Créner) телеграмму следующего содержания: «Министр д’Аспремон лично настаивает, чтобы президент Чомбе как можно быстрее разрешил перевод Лумумбы в Катангу. Пожалуйста, информируйте меня постоянно». 16 января в телефонном разговоре с Касавубу Чомбе дал согласие на доставку Лумумбы в Катангу.

«Дети героя конголезского народа Патриса Лумумбы. Франсуа, Патри и Жюли» (с матрешкой!). Советская открытка 1961 года. После ареста отца их тайно удалось переправить в Каир. Там их взяла на попечение жена советника МИД Египта Абдель Азиз Исхак. Иллюстрация из архива Российского университета дружбы народов

Вечером 16 января два автомобиля выехали из Леопольдвиля в направлении на Тисвиль. В них находились министр внутренних Катанги Виктор Нендака (Victor Nendaka, 1923–2002) и трое конвоиров для Лумумбы. Машины шли на большой скорости, Нендака спешил. Комендант Кэмп-Харди полковник Бобозо, родственник Мобуту, предупредил, что забирать Лумумбу лучше до рассвета, пока гарнизон спит, иначе снова могут начаться беспорядки. На проходную лагеря Нендака прибыл 17 января в 4.30 утра. Он вручил Бобозо подписанный Касавубу документ, предписывающий передать ему Лумумбу и двух соратников бывшего премьера, председателя сената Жозефа Окито (Joseph Okito, 1910–1961) и министра по делам молодежи и спорта Мориса Мполо (Maurice Mpolo, 1928–1961). В 5.30 кортеж покинул Кэмп Харди, и Бобозо направил в Леопольдвиль радиограмму: «Посылка отправлена».

Последние часы

Через час пленники были доставлены на грунтовую взлетно-посадочную полосу, принадлежавшую бельгийской цементной компании. Вскоре там сел небольшой самолет, который взял на борт семь человек: Нендаку, трех конвоиров, Лумумбу, Мполо и Окито. На протяжении всего полета до Моанды, фешенебельного уединенного курорта на Атлантическом побережье, соблюдался режим радиомолчания. Там, на аэродроме стоял готовый к полету DC-4 и находилось около десятка солдат, которыми командовали Клеофас Мукамба (Cléophas Mukamba), комиссар департамента внутренних дел провинции Леопольдвиль, и министр обороны Фердинанд Казади (Ferdinand Kazadi, 1925–1984). Когда пленников пересадили на DC-4, Нендака объявил, что пунктом назначения является Элизабетвиль, столица Катанги. Передав «посылку», он отправился обратно.

В течение всего полета солдаты избивали и унижали пленников. Их глаза, уши и рты были заклеены лейкопластырем. Лумумбу, Мполо и Окито по очереди ставили на колени в проходе, пинали ногами и били прикладами. Редкие передышки случались, когда солдаты решали отдохнуть и выпить виски. У разгоряченных спиртным конвоиров разыгралась фантазия. У Лумумбы вырвали клок бороды и заставили его проглотить. Экипаж, состоявший из четырех европейцев, пытался остановить истязания, ссылаясь на угрозу безопасности полета. После нескольких неудачных попыток, не выдержав ужасного зрелища, пилоты заперлись в кабине и вышли оттуда только после посадки. Один из них снял на камеру отдельные эпизоды того, что творилось на борту, сдал пленку на проявку в Южной Африке, но она «потерялась».

В 17 часов DC-4 совершил посадку в аэропорту Элизабетвиля. Его оцепила военная полиция, вблизи занял позицию бронетранспортер. Из самолета вытолкнули Лумумбу, Мполо и Окито. Они были связаны друг с другом веревкой, их вид не оставлял сомнений, что с ними делали во время полета: разбитые, кровоточащие губы и носы, опухшие от побоев лица, разорванная окровавленная одежда. Короткий путь до поджидавшего джипа они прошли под ударами прикладов. Это видели многочисленные свидетели (только что прибыл рейс из Брюсселя). За происходящим бесстрастно наблюдали шведские военнослужащие из контингента ООН.

В сопровождении охраны пленники были доставлены на ферму в 3,5 км от аэропорта. Ее охраной командовал бельгийский капитан Жюльен Гат (Julien Gat), командир батальона военной полиции Катанги. Пленников поместили в ванной комнате, где они сидели на цементном полу со связанными сзади руками. Периодически их выводили в гостиную и избивали. Приезжавшие два раза на ферму Чомбе и его приближенные не только не останавливали бивших Лумумбу и его товарищей солдат, но и сами не отказывали себе в удовольствии нанести несколько ударов.

В 17.45 Чомбе собрал совещание кабинета министров. Оно больше напоминало праздничный фуршет. В изобилии подавали спиртное, участники входили и выходили, группами ездили «навестить» Лумумбу. Споров о его судьбе не было — Лумумбу следовало убить без суда и следствия, не предавая дело огласке. Около 21.00 решили, что действовать следует немедленно.

Через час Лумумба, Окито и Мполо в наручниках были посажены на заднее сидение автомобиля. За рулем сидел Франс Вершер (Frans Verscheure), бельгийский советник главного инспектора полиции Катанги, рядом расположился Гат. Впереди ехали Чомбе и его министры Мунонго, Габриэль Китенге (Gabriel Kitenge), Жан-Батист Кибве (Jean-Baptiste Kibwe), комиссар полиции Элизабетвиля Пиус Сапве (Pius Sapwe).

Когда через 45 минут прибыли на место, там было уже все готово. Небольшой участок лесистой саванны был очищен от травы и освещался фарами полицейских машин, приехавших раньше. Стояла наготове расстрельная команда — восемь солдат и девять полицейских. Рытье могил не заняло много времени: грунт был песчаный и мягкий. Лумумбу, Мполо и Окито вывели из машины, Вершер снял с них наручники. Он объявил пленникам, что их расстреляют и предложил помолиться перед смертью. Они отказались. Лумумбу расстреляли последним. Он погиб в возрасте 35 лет.

Бельгийский историк Люк де Вос (Luc De Vos) недавно издал книгу под названием «Загадки дела Лумумбы» («Les secretes de l'affaire Lumumba»). Он считает, что Бельгийское правительство разрабатывало планы по устранению Патриса Лумумбы и повинно в гибели молодого конголезского премьера, но конкретно о той операции, в ходе которой Лумумба был убит, оно не знало. Де Вос полагает, что его книга никогда не будет переведена на английский язык из-за документов, которые в ней опубликованы. По словам историка, они доказывают, что в первую очередь к гибели Лумумбы причастно ЦРУ

Без срока давности

Следующее утро 18 января выдалось для Мунонго тревожным и хлопотным. Ему сообщили, что недалеко от места расстрела замечено подразделение «голубых касок». Появились они там неспроста. Шахтеры из расположенного неподалеку от места расстрела горняцкого поселка наткнулись на свежие могилы. Из одной торчала направленная вверх человеческая рука. Это была рука Лумумбы. Полицейские не учли, что песчаный грунт имеет свойство быстро проседать.

Полиция немедленно оцепила район, а в министерстве внутренних дел было созвано срочное совещание. Решили, что Вершер и комиссар полиции Катанги бельгиец Жерар Соет (Gerard Soete) должны избавиться от трупов Лумумбы, Мполо и Окито «раз и навсегда, чтобы не осталось никаких следов». Соет вызвался возглавить операцию, призвав в помощь брата Мишеля, инженера департамента общественных работ.

Вечером 18 января на место расстрела прибыли Вершер, Сапве, Жерар Соет и девять полицейских. Трупы извлекли из могил, завернули в ткань и погрузили в кузов грузовика. Вершер, Соет и трое конголезцев направились на грузовике в Кисангу, город в 220 км на восток от Элизабетвиля. Не доезжая Кисанги, остановились и сбросили тела в наспех вырытую яму за муравейником.

Однако могила у Кисанги ненадолго стала пристанищем для Лумумбы и его товарищей. Утром 21 января братья Соет и несколько конголезцев выехали из Леопольдвиля на грузовике департамента общественных работ. Они везли дорожные знаки, измерительные инструменты, две большие оплетенные бутыли серной кислоты, пустую 200-литровую бочку из-под бензина и ножовку. Приехав на место, они поставили на дороге знаки и установили теодолит, чтобы проезжавшие думали, что ведется съемка местности.

Могилу нашли не сразу, только к вечеру 22 января. Вырыли тела, пилой и ножами расчленили их, уложили в бочку и залили серной кислотой. Пили много виски, замотали лица полотенцами, чтобы смягчить тошнотворный трупный запах. Кислоты не хватило, черепа закопали, зубы и часть костей взяли с собой и выбросили в джунглях, отъехав на приличное расстояние. Жерар Соет взял кое-что на «сувениры». В 2000 году он показал журналистам два зуба Лумумбы и пулю, извлеченную из его черепа.

Расследованием обстоятельств гибели Лумумбы занимались комиссия ООН, комиссия сената США, десятки журналистов и исследователей. Долгое время считалось, что главными виновниками расправы над Лумумбой были конголезские власти в Леопольдвиле и Катанге. В 1999 бельгийский журналист Людо де Витте (Ludo De Witte) выпустил книгу «Убийство Лумумбы» («The Assassination of Lumumba»), где на основе найденных им архивных документов доказал, что конголезские враги Лумумбы были исполнителями воли и планов высшего руководства Бельгии.

В 2000 году по решению бельгийского парламента была создана официальная комиссия «для расследования обстоятельств убийства Патриса Лумумбы и возможного участия в этом бельгийских политиков». Комиссия установила, что убийство было «преднамеренным», «некоторые члены бельгийского правительства и другие бельгийцы, не занимавшие официальных должностей, несут моральную ответственность за возникновение обстоятельств, приведших к смерти Лумумбы». 5 февраля 2001 года министр иностранных дел Бельгии Луи Мишель (Louis Michel) признал «моральную ответственность» Бельгии за гибель Лумумбы.

Редакция «Телеграфа» благодарит администрацию РУДН и лично  Бориса Владимировича Вершина за любезно предоставленный иллюстративный материал.

Сергей Мазов, 05.02.2009

 

Новости партнёров