Ее высочество Королева дождя

01 марта 1997 года, 00:00

Ее высочество Королева дождя

«Вы хотите познакомиться с Королевой дождя? — спросили мои гостеприимные хозяева в долине Мукетси. — До, но даже не всем верноподданным позволено ее лицезреть. Хотя белых она иногда до себя допускает. Впрочем, у нас есть связи. Постараемся вам помочь». Так, благодаря «связям», я смог получить едва ли не самое сильное впечатление за мое десятинедельное пребывание в Южной Африке. И то сказать — ее высочество Муджаджи V—первая в многовековой истории Королева дождя, которая... отказывается вызывать дождь!
Но давайте обо всем по порядку.

Мне выпала удача читать лекции в Южной Африке, причем практически по всей стране: в свое время я получил официальное приглашение от университета Виста. Университет этот необычен. Хотя по числу студентов он чуть ли не самый крупный в стране, на деле это не совсем так: он состоит из нескольких филиалов, разбросанных по всей стране и пользующихся значительной автономией. Дело в том, что университет Виста создавался в начале 80-х годов по всем канонам апартеида, предусматривавших, в частности, раздельное обучение и разный уровень образования для белых и черных южноафриканцев.
Тогда в семи тауншипах — черных пригородах главных промышленных областей страны — были постепенно созданы кампусы — мини-университеты с единой, правда, чисто формально, штаб-квартирой в Претории. В каждом кампусе свой директор, свои сотрудники. Каждую кафедру возглавляет заместитель заведующего — сам же заведующий сидит в одном из кампусов и общается с подчиненными в других частях страны в основном по телефону. В каждом кампусе есть и свой совет студенческих представителей — он оказывает заметное влияние на учебный процесс. Как-то раз я даже стал невольным свидетелем студенческой забастовки, которой руководил этот самый совет.

В общем, мне, как «профессору в гостях», предстояло побывать во всех семи кампусах — то есть проехать по всей стране. Кроме того, по договоренности с организаторами поездки, я должен был читать лекции и в других университетах — тех, что будут лежать у меня на пути. Таким образом, моя программа включала как престижные университеты ЮАР: Витватерсрандский, Стелленбосский, Кейптаунский, Университет Южной Африки (ЮНИСА), — так и менее известные: Почефструмский, Преторийский и Университет Оранжевого Свободного государства в Блумфонтейне.

Одним из немногих университетов, посещение которого не входило в мою программу, был Северный университет в городе Питерсбурге в Северном Трансваале. Но и в Трансваале я побывал благодаря счастливому стечению обстоятельств.

Незадолго до моей поездки в ЮАР я познакомился с гостившими уже второй раз в Москве профессором Фредриком Энгельбрехтом и его очаровательной женой Идой; они-то и пригласили меня к себе — погостить, если я когда-нибудь буду в ЮАР. Фредрик оставил кафедру философии, где он преподавал, и занялся фермерством. И ферма его, по словам Фредрика, расположена в совершенно необыкновенном месте. Словом, Энгельбрехты меня заинтриговали...

В столицу Северного Трансвааля — Питерсбург меня довез за четыре часа комфортабельный автобус-экспресс, принадлежащий, кстати сказать, трансваальской компании с темнокожим персоналом. Энгельбрехты встречали меня. Дом их стоял на склоне горы, со всех сторон окруженный пышной зеленью, так что его не было видно ни сверху — с горного шоссе, ни снизу — из долины.

Зато долина Мукетси великолепно просматривалась с балконов, тянувшихся по всему фасаду дома. Пожалуй, это был самый красивый пейзаж из всех, что я видел в своей жизни. Энгельбрехты гордятся своим домом и любят посидеть с гостями на сандеке, провожая закатное солнце...

Гордятся они и своей чернокожей кухаркой Мелитой. Хозяева даже посылали ее учиться на курсы поваров и построили ей дом неподалеку от своего собственного: день в Южной Африке начинается очень рано — и около пяти утра Мелита уже колдует на кухне. Она уже немолодая — и в помощницах у нее трудится женщина помоложе.

Именно Мелита напомнила мне, что я нахожусь в стране африканеров, или буров: с первой же встречи она называла меня «базе», что на языке африкаанс значит «господин».

Итак, ранним утром, после завтрака, который готовит и подает Мелита, Фредрик спускается в долину Мукетси.
Энгельбрехты любят долину Мукетси, и не только за ее неописуемую красоту: ведь она их кормит. Климат и почвы долины идеально подходят для разведения помидоров, и несколько фермеров, объединив свои земли, разбили там огромную томатную плантацию — «Зед-Зед-Ту» (222). Продукция «Зед-Зед-Ту» известна не только в Южной Африке, но и в соседних странах. Считается, что эта фирма — самый крупный производитель помидоров во всем Южном полушарии. А отставной профессор философии Фредрик Энгельбрехт  — один из ее директоров.

Однако, как бы там ни было, самое интересное в долине Мукетси не помидоры, а люди, ее населяющие, — маленький народ лобеду, которым правит ...Королева дождя.

Лобеду — народ из группы северных сото, относящихся к банту Южной Африки. Живут лобеду на севере Трансвааля, в живописных долинах и предгорьях Драконовых гор. Это — жаркая, богатая растительностью часть Южной Африки. С 1979 года здесь создан Национальный заповедник Муджаджи — главным образом для охраны уникальных реликтовых пальм. Посетители заповедника могут любоваться круглыми хижинами лобеду с островерхими разноцветными соломенными крышами. В «Доме информации» вам расскажут и о лобеду, и об их королевах и покажут копию парадного одеяния нынешней королевы — только не ее портрет: лицезреть королеву строжайше запрещено даже ее подданным. Свое происхождение правящая династия лобеду ведет от правителей легендарной Мономотапы — некогда могущественного государства в междуречье Замбези и Лимпопо, расцвет которого приходится на XV — XVII века. Согласно древним преданиям, лобеду, правители народа розви, потомки властителей Мономотапы, пришли сюда с севера и, установив свою власть, насадили новые порядки и обычаи, в частности обычай обрезания. Около 1800 года, когда умер последний в правящем роду мужчина, народом лобеду стала править женщина, получившая титул «Королевы дождя». С тех пор этот титул передается по женской линии. Однако, как отмечают этнографы, перед своими верноподданными королева представала только в мужском обличье. Она даже брала себе в жены женщин, которые жили с ее родственниками-мужчинами. Престол наследовала старшая дочь «главной жены» королевы.

Есть сведения, что у лобеду существовал обычай ритуальных убийств правительницы, когда она становилась слабой и немощной. После смерти правительницы все огни в ее стране должны были погаснуть, их тушили с помощью специального снадобья — муфуго, которое раздавалось из королевского крааля. Для нового разжигания огня нужно было уплатить налог новой королеве — это означает, что правительница лобеду была и хранительницей огня.

Со смертью правительниц была связана их важнейшая ритуальная функция — вызывание дождя. В качестве снадобий для этой церемонии использовался прах умершей королевы. Вот как описывалось приготовление такого снадобья в 1931 году: «После смерти королевы, сведения о чем хранились в секрете в течение года, ее тело каждый день обмывалось, и смывающаяся грязь сбрасывалась в специально устроенную в земле емкость. Так делалось до тех пор, пока не сходила вся кожа, и лишь после этого тело сжигалось». Затем снадобье помещали в специальные сосуды и использовали в церемонии вызывания дождя.

Сам ритуал вызывания дождя был жизненно важным для многих народов, населявших Мономотапу и соседние засушливые земли.
На юге Африки практически повсеместно вызывателем дождя выступал именно вождь. Считалось, что он обращается к духам предков, которые и ниспосылают воду с небес. У лобеду таким «вождем» была женщина, и многие соседние племена обращались к ней с просьбой о дожде, полагая, видимо, что она обладает большим могуществом, чем их собственные вызыватели дождя — мужчины.

В прошлом веке земли лобеду вошли в бурскую республику Трансвааль, а с созданием Южно-Африканского Союза (ЮАС) — в его состав. Однако власть королев дождя над лобеду признавалась правительством ЮАС, а затем ЮАР, всегда. В годы, когда земли лобеду были включены в бантустан — «самоуправляющееся государство» времен апартеида, бабушка нынешней правительницы, Муджаджи III, использовала новое положение с выгодой для себя. Поскольку белым в бантустанах жить не рекомендовалось, королева откупила большое количество земель у фермеров-африканеров. Деньги на эту акцию она собрала, обложив каждого из своих подданных-мужчин дополнительным единовременным налогом в 12 рандов (6 английских фунтов по тогдашнему курсу). В результате Муджаджи III стала еще богаче и могущественнее. И нынешняя Королева дождя унаследовала все богатства своей бабки.

Мне выпала совершенно уникальная возможность не только видеть Королеву дождя, но и говорить с ней. Произошло это благодаря тому, что друзья Энгельбрехтов — пожилая супружеская пара местных фермеров английского происхождения — состоят в дружбе с королевой, и посему им позволено несколько раз в год приводить к ней чужеземцев.

И вот, в жаркий февральский день — разгар местного лета — я спустился в долину Мукетси с особым чувством: вот-вот произойдет чудо! Правда, к ожиданию чуда примешивалось ощущение некоторой досады: у меня больше не осталось ни одного московского сувенира, который можно было бы преподнести королеве. Однако предусмотрительная Ида пришла мне на выручку и захватила с собой несколько тарелок из собственных запасов — чем не подарок! (Эх, знал бы я, что на другой день, заехав по делам в крохотную придорожную гостиницу на третьестепенном шоссе, первое, на что я наткнусь прямо у входа, будет матрешка «мэйд-ин-Раша», выставленная в витрине сувенирного киоска!)

В знакомой уже штаб-квартире «Зед-Зед-Ту» нас ждали фермеры — друзья королевы и четырехместный комфортабельный джип. Путь к королевскому краалю лежал через живописные земли лобеду и заповедник Муджаджи.

Дальнейшие события развивались по нарастающей. Сначала в столице лобеду нам показали Священную поляну, примыкающую к королевскому краалю — дворцовому комплексу. Это — место, где проходят народные собрания лобеду, в которых может участвовать и королева, только присутствие ее должно быть незримо: обычно она сидит за плотным занавесом, откуда, в случае надобности, изъявляет свою высочайшую волю — такова традиция.

С другой стороны поляны возвышается строение вполне современного вида — здание королевской администрации. Королева управляет своими подданными, как рассказали наши провожатые, с помощью правительства и полиции. Есть у королевы и ближайшие советники — 12 старейшин: все они ее жены. Именно так, поскольку им-то и предназначено выполнять самую, пожалуй, главную функцию — продолжение королевского рода.

Александр Балезин и Муджаджи V.Мы останавливаемся у здания администрации и ждем племянника королевы — Виктора, без которого нам не проникнуть внутрь королевского крааля. А вот и он — темнокожий мужчина средних лет, с умным, приятным лицом. Виктор — важный сановник в администрации лобеду. Он-то и устроил нам встречу со своей августейшей тетушкой, о чем мы с ним предварительно договорились по телефону.

Наконец мы у ворот королевского крааля. Охрана узнает Виктора — и открывает нам ворота. Осматриваемся внутри крааля. Это — группа построек разнообразного характера и разной архитектуры, обнесенных высокой изгородью. Нам указывают на одну из них — внушительный круглый дом с островерхой крышей — приемный зал королевы. Нынешняя его хозяйка, носящая титул Муджаджи V, вступила на престол в 1982 году.

Одновременно с нами к двери дома приближается полная женщина неопределенного возраста, одетая в традиционные повседневные одежды — цветные поясную и плечевую накидки и тюрбан. Мне шепчут: это и есть сама королева! Ей Богу, первое впечатление — разочарование: она выглядит точно так же, как большинство служанок в богатых южноафриканских домах. Однако сразу же становится ясно, что впечатление это обманчиво: королеву окружает определенная аура царственности — она ощутима в ее манере держаться и говорить.

Величественным жестом королева приглашает нас в хижину для приемов. Приняв подарки, она указывает нам на полукруглые диваны, расставленные вдоль стен, а сама усаживается на пол напротив нас. Начинается короткая беседа. По протоколу, мы ведем ее через переводчика, в роли которого выступает Виктор, хотя королева, судя по ее реакции, безусловно, понимает английский. Кстати, интересная протокольная особенность: согласно английскому праву, титул «ее величество» принадлежит только английской королеве, тогда как местным правителям бывших британских колоний присваивался титул «высочество». Поэтому мои белые сопровождающие величают Королеву дождя «ваше высочество», а ее племянник-переводчик и я, пренебрегая английским этикетом в пользу местного, называли ее «ваше величество».

Меня представляют королеве. Впервые в жизни произношу короткую речь перед особой королевской крови. Я продумал слова заранее и довольно связно рассказал о том, что приехал из далекой страны, где сейчас все покрыто снегом, что лететь на большом самолете оттуда более двенадцати часов и что я счастлив лицезреть королеву.

На мой вопрос: «Ваше величество, что передать от вас моему народу?» — ответ был таков: «Передайте, что нам нужна помощь. Всякая помощь. Много помощи». Мне пришлось ответить только за себя — что лично я оказываю народам ее страны посильную помощь, делясь со студентами университетов своими знаниями. Не знаю, насколько такой ответ удовлетворил мою собеседницу, тем не менее она благосклонно кивнула в ответ и позволила мне сфотографироваться с ней на память и осмотреть крааль. Правда, королева выдвинула условие: я должен прислать ей фотографию. Условие я выполнил — послал ей ту, на которой мы были запечатлены вместе.

В краале нашим гидом был все тот же Виктор. Он показал нам символ королевской власти — барабаны, священное дерево, а также спальную хижину королевы.

На самом высоком месте крааля, ближе к въездным воротам, стоит символ перемен — Новый дом. В нем  еще  ведутся отделочные работы, но видно, что это чисто европейское строение и по внешнему облику, и по внутренней планировке. Королева собирается переехать туда в ближайшее время.

Перемены коснулись и святая святых лобеду — хижины приемов. В ней стоят телевизор, радиоприемник, видеомагнитофон. В самый разгар нашей беседы вдруг зазвонил телефон, и королева несколько минут оживленно беседовала с кем-то на своем родном языке.

Однако это — не главное. Перемены затронули и более существенные традиционные ритуалы и прямые обязанности королевы. Мне рассказали, что она нарушает запрет и показывает свой лик подданным: она обожает супермаркеты и время от времени садится в свою «тойоту-крессиду» и едет в один из них. В машине королева, конечно, скрывается за занавеской, однако по супермаркету она расхаживает с неприкрытым лицом.

Но и это не главное. Муджаджи V — христианка. Первая христианка из династии королев дождя! И когда к ней обращаются с высочайшей просьбой вызвать дождь — то есть выполнить свою прямую обязанность, она решительно отказывается. И при этом говорит: «Вызывать дождь — удел Господа. Дождь пойдет, если то будет угодно Богу...»

Александр Балезин / фото автора
Питерсбург, ЮАР

Просмотров: 5724