Клады и сокровища

01 января 1997 года, 00:00

Клады и сокровища

Щит Ахилла — на острове Змеином?

В домашней библиотеке моего скудного детства, пришедшегося на военные времена, насчитывалось всего-навсего семь книг. Одна из них была дороже всех, хотя и не художественная. Это — труд профессора-историка Н.А.Куна «Что рассказывали древние греки о своих богах и героях».

Я перечитывал эту книгу много раз. Особенно мне полюбился Ахилл (или Ахиллес) — участник Троянской войны, воспетый Гомером в поэме «Илиада». Помню, мне не хотелось мириться со смертью Ахилла от роковой стрелы Приама...

Уже став взрослым, я узнал, что эллины, его современники, тоже не согласились с гибелью Ахилла под стенами Трои и подарили ему загробную жизнь... на черноморском острове Змеиный. Разумеется, тогда, до нашей эры, остров в Понте Эвксинском назывался Левка или Левки (в разных источниках — по-разному).

В VII веке до нашей эры на правом берегу реки Буг (у лимана, в 35 километрах от Николаева) греки-колонисты построили крупный полис Ольвию. Город стал торговым центром на Черном море, через который эллины общались со Скифией.

Мореходы, основатели Ольвии, преклонялись пред Ахиллом и считали его своим покровителем. Они поселили его вместе с прекрасной супругой Еленой — дочерью Зевса и Леды — на пустынном острове Левка, построив там великолепный храм, в котором Ахилл почитался, как властитель Понта Эвксинского. Все мореходы, уходящие в плавание, заходили на остров и преподносили богу-покровителю дорогие подарки, совершали жертвоприношения.

В храме веками, пока длилась греческая колонизация северных берегов Черного моря, накапливались сказочные богатства. Об уровне художественности храмовых украшений мы можем судить по постаменту для статуи Ахилла, который сохранился до наших дней и находится в Одесском археологическом музее...

В последние годы специалисты из Одесского музея, спелеологи и аквалангисты не раз высаживались на остров Змеиный. Они занимались обследованием подводных гротов, карстовых пещер, прибрежного морского дна. Пока их поиск не увенчался какой-либо серьезной находкой, что не помешало директору музея И.Т.Чернякову заявить:
— В Европе нет другого такого же ценного для археологической науки острова, как Змеиный. Более тридцати авторов древности писали о нем. Нет сомнений, поиск статуи Ахилла следует продолжать!

Добавим: нельзя забывать и о знаменитом щите героя, сделанном для него за одну ночь в кузнице хромоногого бога Гефеста.
... Щит, огромный, выпуклый, круглый, был сделан из пяти сложенных медных листов и окован тройным ободом. Божественный кузнец-художник украсил его множеством изображений из золота, серебра, белого олова. Наверху полукругом раскинулось небо; по нему плыли золотое солнце, серебряный месяц и блестящие созвездия. Внизу была изображена земля и жизнь людей на этой земле.

Посреди земли — два города. Один живет мирной жизнью: по улицам с плясками движется свадебное шествие; на площади собрался народ; между горожанами на отесанных камнях сидят старейшины со скипетрами в руках; они выслушивают просьбы и жалобы граждан и вершат суд.

Другой город осадили враги; навстречу им, сверкая щетиной копий, выходит войско защитников города. Над воинами возвышаются две фигуры в золотых доспехах — это боги Арей и Афина, которые предводительствуют войсками. А по рядам уже рыщут Вражда и свирепая Смерть...
За городами расстилаются широкие поля, на них трудятся землепашцы.

Картину на щите замыкает хоровод юношей и девушек; у юношей через плечо висят золотые ножи на серебряном ремне; девушки все в легких одеждах, с венками на головах. Щит окаймляет белая полоса — это была мировая река Океан, обтекающая землю...

Ни один художественный пересказ «Илиады» Гомера не обходится без подробного описания чудо-щита. Где затерялся этот шедевр?
Все кладоискатели по натуре — доверчивые оптимисты. Они верят в существование щита Ахилла. Еще Генрих Шлиман, раскопавший античную Трою, часто говорил:
— Я должен найти щит Ахилла...

Об этом мечтают и в российском Институте археологии. Ведь еще в начале XIX века русские исследователи И.И. Бларамберг и П.А. Дюбрукс обнаружили на дне Керченского пролива, к югу от косы Чушка, шесть мраморных колонн. Внимательно изучив античную литературу, археологи предположили, что эти колонны принадлежали некогда весьма известному в Древнем мире храму Ахилла...

Думается, что шансы у археологов и кладоискателей Украины есть. Ведь у них, в Одесском музее, находится такой бесспорный «козырь», как часть постамента от статуи Ахилла с острова Левка. Если им удастся найти статую героя у берегов острова, это, несомненно, вдохновит всех остальных искателей, мечтающих вернуть человечеству легендарный щит Ахилла.

Золотые кони хана Батыя

Легенда о двух золотых конях, которые многие годы украшали ворота столиц Золотой Одры — Сарай-Бату и Сарай-Берке, а затем вдруг исчезли, относится к временам одного из величайших событий в истории Российского государства — Куликовской битвы. Сделаны кони были в натуральную величину по приказу хана Батыя.

Легенда утверждает, что после поражения на Куликовом поле раненый хан Мамай вернулся в Сарай-Берке, где и скончался. Его якобы похоронили под городской защитной стеной и, в знак признательности его боевых заслуг, положили в могилу одного из золотых коней...

Историческая правда далеко не всегда подтверждает народные сказания. На самом деле, поражение Мамая в битве с русскими войсками принесло ему, помимо раны физической, рану душевную — он потерял власть над Золотой Ордой.

Восстания ханской знати против Мамая следовали одно за другим. Трижды его изгоняли из Сарай-Берке. Ему приходилось править в основном западной частью Золотой Орды, в которую входили нижнее Поволжье, устья Дона и Днепра, а главное — Крым. Когда хан Тохтамыш в четвертый раз не пустил Мамая в столицу, тому пришлось продолжить свое бегство до Крыма. Там его и убили посланцы нового владыки Золотой Орды.

Сомнительно, что хан Тохтамыш распорядился положить в могилу Мамая (пусть даже в Крыму) одного из золотых коней. Но нельзя исключать возможность, что конь действительно оказался в могиле, правда, другого хана Золотой Орды, под стеной Сарай-Берке...

Гораздо интереснее, на мой взгляд, исчезновение второго золотого коня от ворот Сарай-Бату. Легенда связывает его исчезновение с... казаками. Но откуда знали казаки дорогу в столицы Золотой Орды? «Казак» — слово нерусское. Оно пришло к нам от степных кочевников, которые с незапамятных времен совершали набеги на земли восточных славян. Конные лавины степняков на пути к богатым городам и селам земледельцев нередко натыкались на такие же летучие конные отряды вольных славян, выступающие как защитники южных рубежей своих земель. И закипали жаркие схватки...

Со временем степные кос-саки стали завязывать дружеские знакомства с похожими на них конными витязями славян, даже родниться с ними, также называя их коссаками. Во времена татаро-монгольского нашествия пограничные отряды коссаков-славян не смогли удержать натиск завоевателей... Ханская Золотая Орда в течение многих последующих лет специально формировала такие же летучие конные отряды из угнанных в плен русских и украинских юношей, называя их казаками. Как правило, отправляясь в очередной набег на земли восточных славян, ордынцы пускали вперед себя отрады казаков, которые первыми гибли в сражениях против своих же братьев.

Так не могло продолжаться вечно. Перелом в настроении казаков-рабов произошел в ходе Куликовской битвы. Они в решающий момент отказались быть авангардом в атаке на русские войска, отвернули в сторону, а после поражения Мамая всем кошем перешли на сторону победителей. По соглашению с Дмитрием Донским, казаки так и остались боевым лагерем на Дону, приняв на себя охрану южных границ славянской Руси.

Теперь становится понятным, откуда казаки знали дорогу к Сарай-Берке и Сарай-Бату, знали про золотых коней, стоящих у ворот столиц. Их смелый набег был рассчитан на внезапность, на резвость коней. Хотя они понимали, что погони им не избежать.

В какую из степных речушек бросили казаки золотого коня? Надо думать, не просто бросили, а, устроив запруду, засыпали ценную добычу песком, пустив речку вновь по ее руслу...

Подземные галереи атамана Тяпки

Найдите на современной карте Липецкой области город Лебедянь и попробуйте мысленно заглянуть в XVI век, когда Московское государство занималось укреплением своих восточных и южных границ. Самым крупным шагом в этом направлении было взятие войсками Ивана Грозного Казани (1556 год). На южных границах при активном содействии донского казачества строились городки-крепости на реках.

Старинное донское поверье гласит, что Иван Грозный решил щедро одарить казаков Дона за участие во взятии Казани. Казаки же отказались от царских подарков, но зато попросили, чтобы царь признал за ними право на владение Доном «до тех мест, кои им надобны». Якобы Московский государь не только устно подтвердил права казаков на приречные земли, но и грамоту пожаловал: «Кто, буде, дерзнет сих Донских Казаков с мест их сбивать, тот да будет проклят на веки веков»...

Следом за спускавшимися вниз по Дону верховыми казаками прибирали к рукам новые южные земли служивые люди московского государя — воеводы и стрельцы. Они воздвигали небольшие крепости, как правило, на левом берегу Дона, из которых постепенно выросли города: Лебедянь, Донское, Конь-Колодец, Воронеж...

Эти пограничные крепости (казаки называли их станицами) цепочкой спускались до укрепленных городков низовых казаков. Таким образом донское казачество довольно быстро освоило всю Донскую равнину, образовав вольное объединение земель — от Московского государства на севере до владений Крымского хана на юге.

Но даже в те, относительно вольные для казачества времена, находились среди них отдельные вожаки, не желающие подчиняться общинным законам, предпочитающие заниматься воровством и разбоем. Таким и был донской атаман по кличке Тяпка.

Хозяйничала его банда в окрестностях города Лебедянь, который со временем превратился в торговый центр, собиравший со всей округи купцов на ежегодные ярмарки. А выше и ниже по течению Дона город был окружен лесами да болотами, рыбными озерами. Раздольные места для разбойников.

Как водилось в те времена, даже ближайшие сподвижники Тяпки не знали, куда прячет атаман свою долю награбленного богатства. Тайну своей подземной галереи, вырытой многолетним трудом, Тяпка, когда пришел час расплаты, не выдал даже истязателям, умер от страшных пыток.

Краеведы Лебедяни давно пытались отыскать клад легендарного атамана Тяпки. И нашли подземную галерею в пять этажей. У них не было сомнений, что эта галерея — и есть творение рук разбойника Тяпки. Но чтобы произвести тщательное обследование уникальной галереи, необходима новая поисковая техника типа металлоискателеи американской фирмы «Фишер», предлагаемых фирмой «Гера».

К сожалению, американский «Фишер» стоит дорого и явно не по карману рядовому кладоискателю-любителю. Однако не забыт старинный, прадедовский способ поиска подземного золота и серебра — «волшебный ореховый прут» или «магическая лоза». Эти древние «приборы», с помощью которых и сейчас ищут воду, металлы и различные аномалии под землей, упростились до рогаток, рамок и ручек из обыкновенной алюминиевой проволоки диаметром два-три миллиметра.

Лозоходство (биолокация) возрождается, забытое на то время, когда оно считалось проявлением мракобесия и мистицизма. Между прочим, первый фундаментальный камень в научное отрицание народных методов биолокации заложил М.В.Ломоносов. Он писал:
«К поиску рудных жил употребляют некоторые горные люди прут... Некоторые сие почитают за натуральное действие и приписывают металлам силу, которой будто бы они рудоискательный прутик к себе тянули. Но повседневное искусство и здравый разум учат, что такой притягивающей силы в металлах быть нельзя: ибо помянутые вилки не у всякого человека и не на каждом месте к металлам и рудам наклоняются... Способом развилистого прута руд ищущие никогда не найдут, если тому вышепоказанных признаков прежде не применят. Немало людей сие за волшебство признают и тех, что при искании жил вилки, употребляют, чернокнижниками называют. По моему рассуждению лучше на такие забобоны, или как прямо сказать, притворство, не смотреть, но вышепоказанных признаков держаться и ежели где один или многие купно окажутся, тут искать прилежно...»

Как видим, Михаил Васильевич весьма осторожно отрицал лозоходные «забобоны», не исключая возможности, что пруты и вилки в руках отдельных, особенных людей могут творить чудеса.

Подготовил Александр Еременко, газета «Клады и сокровища»

Просмотров: 13379