Красный олень Уичолей

01 сентября 1998 года, 00:00

Красный олень Уичолей

Эта далекая страна, знакомая нашим соотечественникам главным образом по бесконечным телесериалам и кактусам за окном туристского автобуса, на самом деле им совершенно неизвестна. Да и нам, участникам телеэкспедиции, тоже, скажем честно, она была знакома лишь с одной, внешней стороны. Мы знали, что здесь расположен самый крупный мегаполис мира, который продолжает безудержно расти. Что сюда, в Мексику, влекомые неведомым таинственным зовом, тянутся со всех сторон света киты, бабочки, фламинго и черепахи. Что здесь на сотню обычных людей приходится по несколько белых и черных шаманов. Что тут чаще, чем в других странах, наблюдают НЛО и других неопознанных существ...

Но, исколесив страну вдоль и поперек, поняли, что не знали главного — ее духовной сути, которая во многом зиждется на старинных обычаях и верованиях. Без этого нет Мексики, и об этой не знакомой нашим людям стране мы и хотим рассказать, оставив в стороне общеизвестное.

Веракрус, или в хижине черного шамана 

Маэстро белой и черной магии дон Хильберто проводит обряд изгнания болезни.Незадолго до поездки в штат Веракрус я побывал в Мехико в доме у известного знатока местных культов, писателя и общественного деятеля Виктора Бланко.

Он-то и посоветовал съездить в Нансиягу.
— Многие люди давно научились бороться с силами зла своими, идущими от прадедов, методами. Элвис Пресли, например, закрывался от сглаза и колдунов, которых очень — не без оснований — боялся, прикрывая сложенными руками нижнюю чакру, энергетическую точку, которую считал у себя наиболее уязвимой. В Веракрусе же черной магии противопоставляют магию белую, сочетаемую с терапевтическим воздействием целебных грязей, минеральных источников и окуриваний. Поезжайте; одно дело увидеть все это у меня дома, как в музее, и другое — почувствовать на себе силу колдовства... И я поехал...

И вот Веракрус, район озера Катемако. Городок Сан-Андреас-де-Тускла. Заповедник Нансияга, край нехоженой сельвы и черных шаманов. Сеньор Хильберто Перейра, один из самых могущественных шаманов Веракруса, принимает меня на своей фазенде. Дон Хильберто встречает гостя в обычном для такого случая одеянии, чтобы последовательно провести обряд белой и черной магии.

Дон Хильберто предельно краток.
— В нашем штате работают более четырехсот шаманов, и большинство из них занимается черной магией. Воздух здесь буквально пронизан проклятиями, насылаемыми одними на других. Нужны сильные талисманы, чтобы защититься. Вы получите их.

Я не знал тогда, что наша экспедиционная видеокамера, до тех пор безупречно служившая долгие месяцы, давно уже не работает — механическое повреждение. Видимо, задели обо что-то, продираясь сквозь сельву. Нет, она вроде бы снимала, но потом, уже в Мехико, начав просматривать кассеты, с ужасом обнаружили, что изображения нет — одни цветные квадратики — брак... Целый день съемки пошел насмарку. Не подозревая об этом, мы начали снимать обряды белой и черной магии сеньора Хильберто.

Каково же было наше изумление, когда, просматривая кассету, на которой были засняты оба обряда, мы увидели только одну «черную» церемонию! Камера снимала как ни в чем ни бывало! Будто и не было поломки. А от белой магии не осталось и следа. И мне пришлось возвращаться сюда и снимать еще раз, но только белую магию.

И еще одна странная деталь — весь сеанс черной магии сопровождался каким-то странным гулом, будто исходившим из преисподней. Звукооператором он предусмотрен не был. Откуда он взялся — до сих пор остается загадкой.

...Честно говоря, я не настаивал на проведении этого ритуала. Более того, был против. Ведь он связан с убийством человека, лик которого — а проще, фотография — помещен в куклу, с которой и манипулирует шаман. Но дон Хильберто сказал, что ему все равно надо проводить этот обряд именно сегодня, и ему, шаману, безразлично, будем снимать мы или нет.

Он не жалел ни самого несчастного, чем-то провинившегося перед высшим судом, ни его жену, призывая все возможные черные силы покарать их; он насылал на них и их родственников раннюю смерть, несчастья и болезни. Интересно, что в своих молитвах дон Хильберто использовал как католические, так и местные, индейские приемы вызова черных сил. Сам он, как выяснилось, не ведает различий между ними, ему все равно, кто ему помогает, — ведь он обращается к этакому универсальному, всеобщему центру-распределителю черных сил.

— Какая разница, во что верят люди, — черные и светлые силы у всех одни и те же... — только и пробормотал дон Хильберто в ответ на мою просьбу «прокомментировать» свои действия...

Хижина шамана наполняется духами, которые слетаются со всех сторон, они внемлют его призывам и устремляются по сторонам света искать свою жертву. Она где-то неподалеку, в соседней деревне.

Омовение в озере Насияга - обязательный ритуал обряда очищения.

Оматагуяси, или очищение от заклятий

Заповедник Нансияга, поздний вечер, подготовка к празднику очищения те-маскаль. В этот вечер окрестные селения отряжают сюда своих представителей на всю ночь. Дело нешуточное: в краю, где колдовские чары столь сильны, что влияют даже на работу кинооператоров, где невидимые стрелы шаманов так и летают в воздухе, необходимо получить мощную защиту от злых духов.

— Церемония те-маскаль, говорит руководитель центра сеньор Карлос Санчес, — проводится для очищения людей от вредоносного воздействия черных шаманов. Мы начинаем с востока. — И Карлос поворачивается к сторону озера. — Приветствуем ветры востока, влияющие на наше сознание. — Карлос уже стоит лицом к лесу. — Приветствуем ветры юга, несущие нам энергию, ветры запада, сообщающие нам силы, и ветры севера, дающие бодрость духа и тела. Оматагуяси! Слово благодарности богам и добрым духам за то, что они позволили провести этот обряд очищения. На языке индейцев хопи оно означает «спасибо».

Почему — хопи, Карлос объяснить так и не смог. Каким образом индейское словечко перекочевало из Аризоны на берега Мексиканского залива, — неизвестно...

Всех участников церемонии окуривают дымом эвкалипта, чтобы не дать возможность злым духам забраться в тело прямо во время обряда.
Красивые девушки, участницы те-маскаля, впадают в некое экстатическое состояние — то ли от дыма, курящегося вокруг них, то ли от завораживающих звуков раковины. Они начинают свое ритуальное движение по берегу озера, очищая по дороге все предметы — камни, тропинки, хижины на сваях, фигурки божков и деревянный настил пристани... Вокруг все должно быть стерильно от злых чар. Готовится главное действо — «чрево матери-земли», где участники должны провести время в полной темноте, наедине со своими мыслями и еще слушать своего учителя — Карлоса. Входить в это каменное сооружение, пол которого выстлан циновками, можно только на четвереньках, а фотографировать вообще нельзя.

Когда жар от раскаленных камней, сложенных кучкой в центре, станет нестерпимым, участники обмажут себя целебной грязью. Желательно делать это не реже одного раза в неделю, чтобы в организм не забрались «чужие»...

Вот открываются двери, и очищенные выбираются наружу. Сейчас им предстоит омовение в кишащем крокодилами озере. Люди чувствуют внутреннюю свободу — все злобные силы покинули их. Надо заметить, что ни одна рептилия не приблизилась к купающимся в озере людям.

Оматагуяси! Карлос объяснил, что между участниками обряда и пресмыкающимися, вообще-то не о кончающимися кротким нравом, заключено некое «негласное соглашение» о ненападении именно в эту ночь...

Происхождение этих странных персонажей до сих пор не разгадано.

Попокатепетль, или огненный дух дона Грегорио

Раз в году индейские общины, живущие в окрестностях мексиканского вулкана Попокатепетль, что в 56 километрах к западу от столицы, объединяются для проведения одного из самых таинственных ритуалов — праздника святого Грегорио. Виктор Бланке не раз говорил мне о странной взаимосвязи между этой церемонией и появлениями НЛО в этом краю, а также случаями проявления сейсмической активности.

— Поезжай туда и лично познакомься с духом дона Грегорио. Он якобы покровительствует жителям штата Пуэбло, которые его почитают. По разным хроникам, дон Грегорио много раз являлся жителям в виде великана-угрюмца в сомбреро. Может, и тебе повезет...

На полпути в Пуэбло ко мне в машину подсаживается сеньор Антонио Аналько, шаман-градозаклинатель из селения Сантья-го-Халитцинтла. Он умеет видеть будущее во снах, но главное — знает все местные обычаи. Вот что он мне рассказал, пока мы ехали вместе:

«До испанцев жители областей, что соседствовали с вулканом, считали Попокатепетля полубогом. С марта по июль проводили различные церемонии в его честь и молили о дожде. Когда пришло христианство, братья-францисканцы начали настоящую войну с идолопоклонством. Именно тогда вулкан был «окрещен» именем дона Грегорио — потому что начало сельскохозяйственных праздников совпадало по времени с днем почитания великомученика Георгия — 12 марта.

Дух вулкана является мне во сне и выражает свои пожелания и указания, которые обычно выполняются на следующий же день по началу праздников. Стать шаманом-градозаклинателем может не каждый человек. Избранными считались только те, кто выжил после удара молнии или кто общался с доном Грегорио во снах. А я как раз и был таким... Сегодня мы постараемся попасть на церемонию общения с духом вулкана, Вон он, уже виден справа...

Серая шапка Попокатепетля закопалась в белых тучках, а вокруг до горизонта — пронзительная синь неба. На дороге уже видны паломники — сотни мужчин, женщин, детей и стариков несут дону Грегорио свои дары, среди которых чаще всего можно увидеть текилу, тропические фрукты и драгоценности.

Все эти люди в конце концов доходят до места, которое называется на местном наречии «Пупок» и представляет собой пещеру, расположенную у самого жерла вулкана. Это святилище используется шаманами уже много веков с одной и той же целью.

Заходя в пещеру, шаман подносит дары, а народ в это время читает молитвы. Затем начинаются жертвоприношения дону Грегорио — чаще всего в его честь закалывают индюков. Говорят, что в древности вместо них приносили в жертву людей.

Затем настает время «танца шелковых ленточек», ритуала, во время которого участники оплетают разноцветными ленточками палку двухметровой высоты. По окончании танца шаман «читает» переплетение ленточек, чтобы понять указания святого Грегорио. Вся церемония завершается запуском в воздух разных шутих и фейерверков — чтобы вызвать дождь...

Мы загнали машины на узенькую дорожку, упирающуюся в живописную деревушку, притулившуюся к скалам. По ее тесным улочкам едва протиснулись: они были забиты молодыми людьми, одетыми в короткие штаны; верхняя часть тела, расписанная серебристой краской, оставалась голой. Лица были закрыты ритуальными масками. У них были с собой хлысты, цепи и палки, и большей частью они толпились около скромных домиков из соломы и глины. Когда мы попытались расспросить некоторых из этих странных личностей, то в ответ только разобрали, что они — «посеребренные».

На главной площади играл оркестр, но атмосфера праздника накалилась сотнями «посеребренных», которые, танцуя, принимались размахивать руками, как будто дрались на мечах. Так они образовали два круга. Каждый представлял собой квартал селения: нижний и верхний. Мы оказались свидетелями неведомого доселе действа, которое предшествовало дню святого Грегорио. Юноши несли хлысты и продолжали демонстрировать свое фехтовальное искусство. Порой кончик хлыста мелькал угрожающе близко от наших лиц. Некоторые из молодых людей приближались к нам со своим оружием, издавая горловые звуки, будто изображали зверей, изготовившихся к атаке, но дальше двух или трех легких тычков и прикосновений открытой ладонью дело не заходило.

Тем временем все больше и больше «посеребренных» включалось в круговое движение. И вдруг наступил полнейший хаос: удары, крики, стычки и летающие камни. Мы оказались посреди сражения нижнего и верхнего кварталов. Несколько минут спустя вмешалась полиция и развела неприятелей. Однако праздник продолжался...

Происхождение этих странных персонажей скрывается в глубокой тайне. Антонио сам не знает, откуда идет этот культ. Некоторые утверждают, что «посеребренные» являют собой град как своими нарядами, так и поведением. Однако в этом толковании ничего не говорится ни о смысле раскраски (которая вовсе не напоминает цветом белый град), ни о происхождении масок.

Стоит упомянуть, что мастерство владения хлыстом у «посеребренных» поистине удивительное. Пожалуй, его можно было бы связать с желанием устрашить град и сымитировать щелканьем хлыста гром. Другая гипотеза говорит о возможной связи с внеземным разумом. Отсюда и серебристый цвет тел, и гротескные маски. Но если все это содержание ритуала, то как объяснить агрессивные действия его участников?

Вернувшись в Мехико, я обратился за ответом к Виктору Бланко. Но он только развел руками...

Реал-Каторсе, или четырнадцатая реальность

Это пустыня Вирикута, край пейотов....Пыльная буря настигала нас. Крошечные песчинки уже стучали по стеклам кабины, розоватая мгла скрыла половину горизонта, а впереди все бежала и бежала булыжная дорога с бесконечными кактусами и пальмочками юкка по правую и левую стороны. Пустыня Вирикута, штат Сан-Луис-Потоси, родина уичолей и пейотов... Одно из самых загадочных и притягательных мест Мексики.

Где-то впереди, за цепью гор, за длинным тоннелем лежит городок с подходящим для этих мест названием — Реал-Каторсе, Четырнадцатая Реальность, получивший название, во-первых, за неимоверные когда-то залежи золота и серебра и, во-вторых, из-за плантаций кактусов, воздействующих на психику людей. Там нам предстояло провести ночь перед ритуальным походом в пустыню.

Западные отроги Сьерра-Мадре простираются с севера на юг, параллельно мексиканскому побережью Тихого океана. На западе, между хребтами и морем, лежат тропические равнины, к востоку находится большая пустыня. Горные цепи разделены узкими долинами и каньонами, а в районе штата Найярит горы Сьерра-Мадре пересечены вулканическим разломом, что еще больше затрудняет ориентацию и создает запутанный лабиринт скал. Так называемая Страна уичолей расположена как раз в этом неприветливом и величественном пространстве...

Кто такие уичоли? Во-первых, это двое индейцев, что, привалившись спинами к кабине, расположились в кузове «шевроле», поднимающего пыль в двухстах метрах впереди нашей машины. Отец и сын Аполлонио едут с нами аж от самого Мехико, чтобы приобщить нас к магическому и таинственному обряду поиска в пустыне кактуса пейота и поедания его.

Во-вторых, это древнейшее население Центральной Америки, сохранившееся сегодня в отдаленных деревушках, находящихся на откосах горных хребтов. Их основное занятие — земледелие, немного — животноводство, а торговля художественными изделиями пополняет их доходы в городах. Каждый поселок уичолей составляют семьи, соединенные родственными узами. Кровное родство — основа их социальных связей. «Государство» уичолей делится на районы, имеющие свои церемониальные центры, вокруг которых и группируются населенные пункты.

С точки зрения лингвистики, уичоли, как и их соседи кора и тепеуано, принадлежат к уто-ацтекской семье народов. Индейцы тараумара из штата Чиуауа, майя из штата Синалоа, хопи, папаго и пима с Юго-Запада США — их языковые родственники.

Уичоли называют себя висрарика, именно под этим именем они были известны соседям. Буквальный перевод означает «люди, живущие в местах с колючими растениями». Можно предположить, что их предки произошли от различных этнических групп. Древние обитатели нагорий, уичоли смешались с племенами охотников и собирателей, а в XVI веке — с группами беженцев, которые спасались в неприступных горах от испанского вторжения.

Фигурка с кактусом относится к первым векам нашей эры.Конечно, все это я узнал не от самих уичолей, отца и сына Аполлонио, — они не умеют ни читать, ни писать и нисколько не стараются скрыть этого. Зато они свято хранят свои устные традиции, старательно передавая их от поколения к поколению.

Как всегда напутствуя меня перед очередным путешествием в глубинку, Виктор Бланко говорил, что уичоли жили и при дворе императора Монтесумы признанные среди ацтеков колдуны, без которых не принималось ни одно государственное решение. Они владели техникой внушения, могли очистить человека от сглаза и порчи, предсказать его будущее, заряжали его необходимой для того или иного действа энергией, говорят, даже умели перемещаться в пространстве и времени...

«Да и правильно ли называть их людьми, этих мексиканских «энергетических ниндзя?» — спрашивал Бланко. — В наши дни они, конечно, живут в иных условиях, под воздействием других религий и других политических веяний и знаний, но они есть... И ты их увидишь.»

Дон Аполлонио Каррильо, ставший на время вождем нашей группы, родился в семье потомственных шаманов. Рано лишившись матери, воспитывался у деда — знаменитого брухо, который и передал внуку по наследству все духовные знания и священные традиции племени. Особый дар целительства и склонность к шаманству дон Аполлонио почувствовал еще в детстве. Сегодня этот небольшого роста дедушка в белом с красным национальном уичольском костюме с нарисованными оленями, трясущийся в кузове грузовичка, — один из признанных вождей своего племени, целитель-курандеро. Два года назад он получил титул маракаме — верховного колдуна уичолей. В свои 57 лет считается лучшим «охотником за пейотами».

Нам удалось добраться до гор раньше, чем кавалькаду настигла песчаная буря. Синяя цепочка хребта, маячившая на горизонте и, казалось, недостижимая, появилась вдруг перед самым нашим носом и нависла над головой. Камешки с обочины грунтовки с противным шелестом сыпались в пропасть, когда мы в течение часа взбирались к долгожданному 2,5-километровому туннелю, связывающему город Реал-Каторсе с остальным миром. Туннель был вырыт еще в прошлом веке золотодобытчиками. Есть тут в горах и серебро, и платина. Надо сказать, индейцев-уичолей все это не интересовало. Они не гнули спины на испанцев, не нанимались строить дороги и копать котлованы под новые здании. Все века, последовавшие за испанским завоеванием, и особенно в нашем веке, уичоли продолжают упорно отвергать изменения, угрожающие их традициям, религиозным представлениям и жизненному восприятию. Это культурное сопротивление связано с многовековой мудростью, передаваемой от поколения к поколению, в которой главный элемент — равновесие сил природы.

Все пространство между побережьем Найярита и пустынями Центрального плато до сих пор для уичолей святое. Это как бы огромный храм, в котором они заключили свой магический пакт с окружающей средой. Эта святая для них земля совпадает с Тропиком Рака, началом вулканического разлома и последним кольцом так называемого Пояса кукурузы великих доколумбовых культур.

Мифологическая родина уичолей — Вирикута, та самая пустыня, которую мы только что пересекли, где родилось солнце и сформировался мир; отсюда боги начали свой путь по направлению к горам, следуя за солнцем.
Что мы, собственно, только что и сделали.

Городишко, притулившийся к скалам, уже засыпал, когда наша пропыленная экспедиция вползла на его идущие под углом 45 градусов узенькие улочки. Назавтра нас ожидало большое путешествие в пустыню.

Вирикута, или день под знаком пейота

Дон Аполлонио прибыл на место, где поизойдет священная церемония поедания пейота.Наутро, загрузившись в допотопный джип, мы тронулись в путь. Предстояло спуститься в пустыню не туннелем, а другой, более короткой дорогой. Дон Аполлонио уверил всех, что путешествие будет весьма приятным. По дороге, сидя на раскаленной металлической крыше вездехода, он пытался толковать мне зависимость между пейотом, оленем и кукурузой — тремя участниками некоего космогонического действа, которое привело к созданию Страны уичолей. В незапамятные времена эти три персонажа сражались с хаосом и темнотой. Это учение, как сказал шаман, представляет собой совокупность откровений, выражаемых колдунами маракаме.
Наш разговор неожиданно был прерван испуганными возгласами тех, кто сидел рядом с водителем.

Как оказалось, тот был не совсем в себе, Видимо, живя в краю пейотов, нельзя не подпасть под их чудодейственную силу. И водитель отдал им должное, с трудом вписываясь четырьмя колесами во все повороты дороги.
Но дону Аполлонио и его сыну такие серпантины были привычны. Только раз они попросили остановиться возле источника, чтобы умыться, а затем старик снова занял место на крыше и продолжил рассказ. Я, стараясь не следить глазами за узкой полоской щебенки, что отделяла нас от пропасти, слушал рассказ уичоля о том, как боги открывают маракаме свои секреты. Но до сознания долетали только отдельные фразы: уж больно крутые виражи закладывал наш водитель.

Маракаме черпают силу из сновидений и состояния транса...
Быть маракаме — это одновременно большая честь и тяжелая обязанность... Чтобы преодолеть все препятствия, маракаме должен обладать силой и ловкостью... Используя всякие увертки, колдун создаст игру для посвященных... Упражнения, развивающие воображение, укрепляют характер и обостряют чувства... И во всем этом ему помогает пейот.
Все время, что мы ехали, сын шамана, Аполлонио-младший, стоял на задней подножке джипа, готовый в любой момент спрыгнуть. Он оказался самым мудрым уичолем.

...И час, и два несемся по пыльной пустыне к одному лишь шаману известной точке на карте. Она, эта карта, существует только в голове у дона Аполлонио, поскольку ни на одном плане вы не найдете тайные плантации пейота, известные избранным.

Позади последний поселок. Слева и справа — снова бескрайние дали с теми же кактусами и пальмочками юкка. Отпускаем джип до позднего вечера и, вытянувшись в цепочку, вползаем в пустыню. Жарко. Под ногами камни, колючки цепляют за одежду, доставая кожу.
Шли около часа. Горы, опять замаячившие на горизонте, основательно приблизились. Наконец, шаман издал крик радости — он нашел место! Все разбрелись на поиски своих пейотов. И вскоре каждый нашел свой кактус,
Тем временем дон Аполлонио готовился к ритуалу и попутно разъяснял мне его предназначение.

Церемониальный календарь уичолей делится на две большие фазы, совпадающие со временем засухи — зимой и весной — и периодом дождей -- летом и осенью. Ритуалы, проводимые в сухую пору, посвящены трем важнейшим богам: Отцу Солнцу, Дедушке Огню и Прадедушке Оленьему Хвосту.

Съев кусочек пейота, человек «прозревает», а шаман может прочитать его мысли.— Отец Солнце — это источник всех жизненных сил, — рассказывал шаман, разрезая кактусы, смахивая пыль орлиным пером и смачивая их водой. — Он, в свою очередь, нуждается в энергии, чтобы преодолеть жизненные препятствия, поджидающие его но время ночных похождений. Поэтому он должен получать пищу и находиться под постоянным наблюдением.

Татевари, Дедушка Огонь, объединил предков и привел их в Вирикуту, землю пейота. На вершине холма Эль-Кемадо (Обожженного) он показал им вход в бездонный колодец, именно там предки попробовали пейот и воспели акт творения. И именно там земная поверхность совпадает с подземным миром и образует пятую сторону света.

Хорошо бы было найти эту особую переходную зону между двумя мирами, коль она находится где-то рядом. Я заикнулся об этом, но дедушка Аполлонио сразу же категорически отверг идею отправиться в другую реальность, сославшись на дела в этом мире.

Итак, церемониальный цикл периода засухи завершается праздником Хикури неирра, или Торжеством пейота. В это время приносятся в жертву кактусы и кровь оленя, которая удобрит землю. Индейцы призывают Отца Солнце и богинь воды, чтобы те договорились между собой. Таким образом начинает действовать некий космический механизм, который делает возможным переход от одного ритуального цикла к другому.

...Узкими горными тропами возвращаются уичоли в свои поселения, радостные от того, что сумели вручить богам свои дары и сами стали подарком, который обеспечит вечный ход времен.

Тамац-каюмари, или с новым видением!

Отправив в рот кусочки пейота, я, честно говоря, ничего не ощутил и стал внимательно разглядывать кактус, в общем-то и на кактус не похожий. Он скорее напоминает молодой гриб дождевик защитного цвета со сморщенной шляпкой и увесистым корнем, которому приходится глубоко ввинчиваться в сухую почву пустыни. Чтобы вырезать гриб... прошу прощения, кактус из земли, нужно основательно поработать ножом. Нескольких кусков, поочередно проглоченных, должно, по идее, хватить для начинающего «пейотиста», видавшему же виды «кактусисту» не бывает достаточно и пяти штук...

Необходимая информация для будущих пейотистов:
Священный кактус произрастает только в одном месте планеты, на священной земле уичолей, в пустыне Вирикута, штат Сан-Луис-Потоси. Его латинское название Fofora Williamsy дано по имени его первооткрывателя американца Джона Уильямса. Пейот, или по-уичольски «хикури», эффективное лечебное природное средство, панацея практически от всех болезней, от истерии до импотенции, а также сильный биостимулятор, источник энергии, духовной и половой потенции.

Противопоказания к его принятию: состояние алкогольного или наркотического опьянения, менструация. Во время приема пейота следует воздерживаться от всякого рода алкалоидов, а также от секса и еды.

Максимальная доза: 5-8 плодов пейота средней величины с перерывами в 15-30 минут  между приемом каждого. Принимая пейот, следует тщательно пережевывать его мякоть, запивая небольшим количеством воды. Позыв рвоты необходимо сдерживать.

Посаженный в доме, живой пейот является хранителем и защитником домашнего очага. Его следует поместить в горшок с песком и поливать один раз в 15 дней.

До 1968 года пейот продавался в специализированных магазинах Мексики, а затем указом президента был запрещен к вывозу из штата Сан-Луис-Потоси как нелегальный наркотик и редкий, вымирающий вид лекарственных растений. Нарушение этого указа карается в стране тюремным заключением сроком от пяти до семи лет.

...Прошло несколько минут, и я стал замечать, что краски вокруг стали ярче. Зрение мое, далекое от совершенства, неожиданно как бы улучшилось. Горы, виднеющиеся вдали, немного приблизились и прояснились. Лица товарищей подобрели и разгладились. Сильно захотелось есть и говорить.

Я съел еще пару долек пейота... Нет, видений не было. Наверное, я все-таки недобрал необходимую для галлюцинирования дозу.

Возвращение было бодрым. После «кактусовой встряски» ноги сами несли нас к краю пустыни. Тяжелая аппаратура казалась невесомой, бутылки с водой — легкими, как орлиные перья. Воздействие кактуса было, несомненно, положительным.

Пустыня Вирикута, столь настороженно встретившая нашу группу накануне, провожала нас во всем блеске своих красок, заигравших с утроенной силой от съеденных пейотов.

А совсем недалеко от города младший Аполлонио, опять же стоявший на подножке балансировавшего на краю пропасти джипа, закричал, что видит тамац-каюмари — красного оленя.
Никто не усомнился в его видении.

Рубрика: Земля людей
Просмотров: 7280