Огородная революция Элис Уотерс

01 июля 2010 года, 00:00

Элис готовится отметить 30-летие открытия Chez Panisse. Фото: REDUX/FOTOLINK

Алиса Уотерс – не повар, но ее ресторан Chez Panisse заставил американцев задуматься над тем, что они едят. Она не педагог, но ее борьба за изменение гастрономических привычек детей привела к изменению школьных программ. Она не эколог, но именно ее считают лидером органического фермерства, в котором бережное отношение к природе сочетается с выращиванием здоровой продукции.

В 1965 году Элис Уотерс двадцать лет. Впервые отправляясь за границу, в Париж, юная американка была уверена, что ее ждут приключения и неожиданные встречи. Она не ошиблась, правда, не угадала своего романтического героя: в типичном парижском ресторанчике с синими шторами ей встретился не молодой красавец, а овощной суп.

До сих пор она не очень интересовалась едой, но теперь ей открылся незнакомый, восхитительный мир. Она едет в Бретань и Нормандию попробовать устрицы и потроха, в Прованс — вдохнуть аромат свежих пряных трав. Конечно, ее сопровождали в путешествиях какие-то молодые люди, но их имена давно забылись, а вот с нормандской похлебкой «а ля мод» Элис расставаться не намерена, и провансальский соус с базиликом тоже останется с ней навсегда. Сколько ее знакомых, возвращаясь из-за океана, мечтательно вздыхали: скорее бы назад, во Францию! Элис вернулась на родину с иной мыслью: у себя дома нужно жить, как во Франции. Для этого в первую очередь необходимо открыть ресторан. Только не роскошное заведение с омарами в желе «бельвю», дорогими коврами, где утопают каблуки, и приборами с десятью различными вилками, назначение которых невозможно запомнить. Элис откроет бистро, маленький «ресто», как ласково называют его сами французы. Несколько столиков на одном этаже, бар, где можно будет потолкаться с приятелями, — на другом. И конечно, в меню будет только французская еда — простая и свежая.

Ветер перемен

Сама создательница новой калифорнийской кухни любит подчеркнуть, что Chez Panisse изменил ее жизнь. На самом деле студенческая жизнь Университета Беркли, где Элис изучала французскую культуру, менялась уже давно, а ее ресторан просто стал частью этих перемен. Он появился в той же среде и в ту же эпоху, что рок-музыка и движение за гражданские права. В 1964/65 учебном году в Беркли развернулось Движение за свободу слова (Free Speach Movement), первый организованный студенческий протест против запрета на политическую деятельность. Элис познакомилась с Дэвидом Гойнсом, одним из активистов FSM. Вскоре они стали жить вместе и приглашали друзей, чтобы за ужином поговорить о политике. Попробовать французские блинчики в комнату к Элис набивались десятки «революционеров». Неожиданно для нее самой интерес к «другой» еде хорошо сочетался с общественными исканиями ее гостей, которых к тому времени уже стали называть «новыми левыми». Позднее выделившихся из этого движения хиппи будут упрекать за  нездоровый образ жизни, но именно «дети цветов» породили моду на здоровое питание. Хиппи создали собственную кухню с уклоном в вегетарианство — смесь индийской, средневосточной, мексиканской, итальянской и азиатской — и ввели в обращение тофу, соевые бобы и соевое молоко.

Как отмечают сегодня историки студенческого движения, в те времена оппозиционно настроенная молодежь и негритянское население оказались на одном «пищевом» полюсе, а истеблишмент — на другом. Белое противостояло коричневому. Белый цвет означал ситный хлеб, шлифованный рис, белые воротнички, Белый дом и белый расизм. Коричневый — цельнозерновой хлеб, неочищенный рис, сахар-сырец, дикий мед, соевый соус, крестьянский ямс и культурное движение Black is beautiful.

Путь к мечте

 28 апреля 1944-го Элис Уотерс родилась в городе Чатем в Нью-Джерси, США. Первые детские воспоминания — «огород победы». Такие огороды в военное и послевоенное время американки разбивали по призыву жены президента Элеоноры Рузвельт.
Февраль 1965-го Первая поездка во Францию. Элис знакомится с местной едой и начинает мечтать о французском ресторане.
28 августа 1971-го В университетском городе Беркли (пригороде Сан-Франциско, Калифорния) открывается ресторан в провансальском стиле Chez Panisse.
Декабрь 1995-го Начало проекта Edible Schoolyard. В письме президенту Уотерс пишет: «Мы предполагаем создать органический огород, работа на котором станет частью школьной программы».
20 мая 1999-го По инициативе Элис Уотерс открывается отделение «Слоу фуд» в Беркли.

Вдохновение из Прованса

О существовании бизнес-планов Элис никогда не слышала. Зато знала, какими будут столики, откуда должен падать свет и каким на вкус должен быть салат в тарелке. Себя она видела и на кухне, и в ресторанном зале в роли хозяйки. На какие деньги все это будет существовать и как будет окупаться, она не задумывалась.

Элис в своем саду в Болипасе, Калифорния. Фото: AP/FOTOLINK

Ресторан решили создавать в провансальском стиле. Элис тогда была без ума от трилогии Марселя Паньоля о марсельских рабочих и буквально влюбилась в одного из персонажей фильма «Фанни» — благородного Оноре Панисса, который предлагает Фанни руку и сердце, когда она узнает, что беременна от другого. Решено — ее заведение будет называться «У Панисса» — Chez Panisse.  Стартовый капитал собирали с миру по нитке — друзья несли по 100–200 долларов, наконец, родители Элис заложили дом, и сумма, необходимая для аренды помещения, была собрана.

28 августа 1971 года в Chez Panisse был подан первый обед: паштет в тесте, утка с маслинами и миндальный пирог. Хорошо, что хоть паштет был приготовлен заранее. Утка безнадежно опаздывала, а обед спасло от полного провала только то, что в зале сидели исключительно знакомые. Но и дальше проблемы не исчезли. Готовить не успевали. Официантов оказалось слишком много, и они мешали друг другу. Деньги считать не умел никто. Кроме того, Элис казалось, что если работать много и добросовестно, то предприятие окупится само собой, и она была сильно удивлена, обнаружив, что это не так.

Впрочем, новоиспеченная владелица ресторана отказывалась сделать даже малейшую уступку рентабельности. Ощущения — вкус, цвет, разлитая в воздухе провансальская лень — были важнее. Не нужно даже увеличивать число столиков — иначе станет слишком тесно и атмосфера будет уже совсем не та. Зато Элис могла потратить два часа на соус беарнез, пока гости терпеливо ждут блюда, и вылить его, если ей не нравился вкус. Уотерс выбрала самую шаткую основу для ресторана — собственное эстетическое чувство.

Во всех дальнейших неудачах и фантастических победах (и того и другого было достаточно) Элис спасало удивительное качество: она умела привлекать сторонников под свои знамена. В первые дни существования Chez Panisse один из ее соратников, Вилли Бишоп, единственный профессионал на кухне, время от времени начинал сходить с ума в этом хаосе и регулярно грозил уйти, театрально сбрасывая с себя фартук. Но никогда не находил в себе сил бросить Элис и ее предприятие. «Как только на Элис начинали давить, она превращалась в маленькую девочку с тоненьким голоском, и все бросались ей помогать, даже против своей воли, — вспоминал он впоследствии. — Она так и выглядела: беспомощной и слабой. «Ах, кто поможет мне? Кто почистит чеснок?» И вот ее войска уже вновь готовы к бою!»

Бишоп не был идеальным поваром. Бывший музыкант, ударник, он непрерывно курил и сосал ментоловые леденцы, поэтому и дегустатор из него был никудышный. Однако Бишоп знал толк в кухонной работе, и первые сотрудники Chez Panisse с удовольствием вспоминают, как он, вооружившись двумя ножами, как барабанными палочками, мог за 20 минут обработать 10 килограммов грибов. Окончательно он порвал с Chez Panisse, только когда ресторан начал уходить от беспорядочной и веселой кухонной свободы в сторону высокой кухни. Случилось это благодаря новому повару — Джеремии Тауэру.

С его именем связан новый этап в истории Chez Panisse. К моменту появления Тауэра заведение уже стало достопримечательностью Беркли, местом сбора киношников и бистро для студентов, но не более того. С его приходом все изменилось.

Органичный стандарт

Маркировка органического продукта удостоверяет, что он выращен без использования пестицидов и гербицидов. В случае мясной и молочной продукции производитель гарантирует, что животные не получали инъекции гормонов роста и антибиотики. Подобная продукция, как правило, стоит дороже, так как она считается вкуснее и полезнее, а при ее производстве используется ручной труд. По европейским и американским нормам до появления первого органического ростка земля должна была быть свободна от химикалий на протяжении семи лет. В России требования к органическим продуктам утверждены постановлением главного государственного санитарного врача от 21 апреля 2008 года, они в основном ориентируются на европейские стандарты. Но системы сертификации подобной продукции пока не существует.

Конфликт интересов

Джеремия еще в детстве познакомился с изысканной кухней роскошных европейских гостиниц и межконтинентальных лайнеров. Он питал настоящую страсть к гастрономической энциклопедии Larousse Gastronomique и любым поваренным книгам. Специального кулинарного образования Тауэр не получил — в Гарварде он изучал архитектуру, но прославился среди сокурсников двумя вещами: умением готовить и изумительным профилем. В Гарварде он выбрал специальность: подводная архитектура — просто потому, что она напоминала ему об исчезнувшей Атлантиде. Но ни одного дня по этой специальности не работал. Пробовал себя в готовке, в парковом дизайне, нигде долго не задерживался и заводил одну подружку за  другой. В 1972 году, бродяжничая, он добрался до Западного побережья без копейки в кармане. Тауэр начал понимать, что для роли очаровательного мальчика он уже несколько староват. И тут кто-то из знакомых подсунул ему объявление о поиске «вдохновенного и энергичного повара». Тауэр наскреб денег на телефонный звонок — и в истории американской кухни была открыта новая страница.

По мнению нового шеф-повара, меню ресторана должно было соответствовать заповедям его кумира — Огюста Эскофье, легендарного кулинара, прозванного «королем поваров и поваром королей». Полет фантазии Тауэра, устремлявшегося на небольшой кухоньке Chez Panisse к идеалам высокой гастрономии, начал даже привлекать внимание прессы. В октябре 1975 года статью о Chez Panisse поместил журнал Gourmet (самый авторитетный кулинарный журнал, выходивший с 1941 года и закрывшийся только на волне кризиса в 2009 году), а это означало, что заведение завоевало хорошую репутацию в масштабе всей страны.

Казалось бы, Элис должна была быть счастлива. Во всяком случае, друзья-инвесторы, когда-то вложившие в ресторан кто сотню, а кто две долларов, начинали потирать руки: наконец-то он перестанет терять деньги. Но по мере того как предприятие становилось успешнее, а Тауэр и Уотерс — известнее, их отношения, всегда очень бурные, становились все более напряженными. Уж очень расходились они во мнениях. Идеал Тауэра — дорогое, пышное заведение. Уотерс хотела всеми силами избежать именно этого — ей претили помпезные заведения, в которых посетители робеют перед официантом. Мечтой Элис было место, куда можно заглянуть, чтобы сказать «Привет!» бармену, выпить стакан вина, поесть вкусно и недорого. Она все больше убеждалась — местные, американские, продукты не уступают по качеству французским. Зачем выписывать замороженных улиток с противоположного конца Атлантики, когда их можно собрать на окрестных полях. Ну и что, что их мало и все они разного размера, зато хватит на двух первых посетителей.

7 октября 1976 года в Chez Panisse впервые появилось меню на английском языке. В нем еще не упоминались имена поставщиков (они появятся позже), но понятие «калифорнийская кухня» уже родилось. А два года спустя Джеремия Тауэр покинул Chez Panisse. Позднее, работая в Сан-Франциско, в большом, оживленном ресторане Stars, он будет пользоваться выражением «все это слишком Беркли» в качестве бранного.

Мишель Обама в огороде, разбитом на Южной лужайке Белого дома. Фото: PHOTAS

Первая огородная леди

Среди последователей Элис Уотерс много знаменитостей. Далай-лама, Билл и Хиллари Клинтон, бывший генеральный секретарь ООН Кофи Аннан. Но самые активные действия по воплощению идей Уотерс в жизнь предприняла Мишель Обама. В ноябре 2008 года, сразу после избрания Барака Обамы, Уотерс направила президентской чете письмо с призывом разбить органический огород перед Белым домом. В январе 2010 года первая леди Америки уже собирала с учениками соседней Бэнкрофтской школы овощи на знаменитой лужайке. А через месяц после этого под патронажем супруги президента стартовала программа Let’s Move! Ее лозунг — «Вырастим поколение здоровых детей!» В частности, новая администрация выделит 400 миллионов долларов в 2011 году на то, чтобы в удаленных деревнях существовали магазины со свежими продуктами, а по соседству с бедными промышленными районами открывались рынки с фермерской продукцией.

Вырасти сам

Задача, которую Элис ставила перед Тауэром, перед всеми своими сотрудниками и прежде всего перед самой собой, была неосуществима. Ей предстояло создать настоящий французский ресторан, но без исторической традиции, без профессиональной подготовки персонала и, главное, без системы снабжения местными продуктами, которая во Франции функционирует как часы. Уотерс жила в стране с индустриальным сельскохозяйственным производством, где одна за другой исчезали маленькие фермы и невозможно было достать даже пару лососей, выловленных в соседней реке. Попросту говоря, Уотерс столкнулась с отсутствием необходимых продуктов. Нет, страна не голодала, наоборот, склады оптовиков ломились от еды. Но эта еда совсем не имела вкуса, и Элис отказывалась ее подавать. Даже в гости она ездила с собственным «джентльменским набором» — бутылкой хорошего оливкового масла и бальзамическим уксусом.

Уотерс, вместо того чтобы проклинать судьбу, уговорила местного фермера разводить кур старинной, позабытой американской породы. Они напоминали ей белоснежных бресских пулярок, лучших кур в мире. Один из официантов решил сам печь хлеб, Элис стала его первым покупателем, и Chez Panisse до сих пор приобретает хлеб только у него. Услышав, что в соседних горах колония хиппи выращивает коз, Уотерс отправилась на поиски. Вскоре салат с козьим сыром сделался символом новой калифорнийской кухни.

Элис стала сама ходить по рынкам. Складывала в корзинку только то, что ей действительно приглянулось: несколько ростков зеленого лука, пару головок фенхеля, пучок редиски... Ни одному посетителю не доставался тот же самый салат, что и соседу, — все было разношерстное, но фантастический вкус, которым славился Chez Panisse, оправдывал все.

«Если вы хотите, чтобы персик пах персиком, вам нужно вырастить его самому», — как-то грустно призналась она в интервью. И тут же подумала: а ведь это идея! В 1977 году Элис покупает участок в Сьерра-Неваде и начинает воплощать в жизнь свою очередную безумную мечту. Здесь будут расти ее собственные салаты, причем органические — без пестицидов и удобрений. Так давно уже выращивали овощи хиппи, но крупные рестораны, конечно же, не могли позволить себе пользоваться случайной продукцией мелких поставщиков. «Я буду сама снимать червяков с салата руками, одного за другим», — восторженно обещала Элис. И в скором времени, как всегда, приставила к этому делу своих соратников.

Постепенно Chez Panisse превратился из известного ресторана в культовый, из симпатичного бистро — в художественный проект, из мечты — в кулинарную Мекку. Непрактичная идеалистка осуществила невозможное. Элис удалось повести за собой фермеров, научить выращивать нужные ей овощи. Ее примеру последовали коллеги-рестораторы. В штате каждого калифорнийского ресторана появился forager — ответственный за поиск лучших местных продуктов.

Фермеры стали предлагать свою продукцию на рынке, снабжать ею крупных ретейлеров. В тот момент, когда калифорнийская домохозяйка впервые положила в свою сумку свежий салат, выращенный в радиусе 50 километров от ее дома, гастрономическая революция, родившаяся в голове Элис, свершилась.

Свежий салат с козьим сыром стал одним из символов новой калифорнийской кухни. Фото: ROGER RESSMEYER/CORBIS/FOTO SA

Школьный огород

Элис Уотерс воплотила свою мечту. Казалось бы, что оставалось делать гуру новой американской кухни? Выступать в ток-шоу? Открыть сеть продуктовых магазинов? Ответ пришел сам собой. В 1983 году у Элис родилась дочь. Конечно, она назвала ее Фанни — как героиню романа Паньоля. И сразу же задумалась: что будет есть ее ребенок? Уотерс пугало присутствие в еде химикатов и гормонов и приводила в ужас мысль, что дочь ничего не узнает о роли   питания в жизни человека и в истории человечества. Элис поняла, что в школах не только никто не говорит о еде, но и сама она присутствует только в виде фастфуда. Родители дают с собой детям в школу ланч-боксы со стандартным набором: гамбургер, жареная картошка, сладкое ароматизированное молоко.

Уотерс начала бороться сначала за собственную дочь. Составляла ей салаты, каждый день новый — то необычного желтого цвета со сладким перцем и цветами, то с любимой французской заправкой. Одноклассники Фанни завидовали ее завтракам и мечтали получать подобные, но как им помочь, Элис не знала.

В 1993 году Chez Panisse посетил Билл Клинтон. Элис не могла упустить такую возможность поговорить с президентом о школьном питании. Клинтон внимательно ее выслушал, заинтересовался проектом органического сада на территории Белого дома и обещал помочь. Но у Элис не было времени ждать, и она решила действовать сама.

Каждый день по дороге в ресторан Уотерс проезжала мимо соседней школы имени Мартина Лютера Кинга. Однажды она решила остановиться и зайти на кухню. Микроволновка, чипсы, готовая пицца — Элис безуспешно искала хоть листик салата, да что там салат — хотя бы след приготовленной, а не разогретой пищи. Бросилась к директору, попечителю, учителям — к любому, кто готов был ее выслушать. Уговаривала, предлагала задуматься. Три четверти детей в стране обедают или ужинают с родителями только один раз в неделю — она убеждала школьную администрацию с помощью статистики. Дети никогда не видят, как готовится еда, не в состоянии назвать ни одного коронного домашнего блюда. А главное — не могут объяснить, откуда берется еда и как она попадает к ним на стол.

Школьный огород, Edible Schoolyard, появившийся в 1995 году, стал ее новым детищем. Опять пригодился дар привлекать единомышленников. Элис нашла ученых из родного Беркли, давно работавших над проблемами школьного питания, привлекла армию добровольцев, взломала асфальт, вместе с детьми посадила сад и стала выращивать овощи. Урожай собирали дети, и готовили, и ездили на рынок тоже они. Уже на следующий год школьники угощали родителей выращенными собственными руками морковкой и репой. Собранные деньги позволили установить печь и плиты, купить скатерти. Речи не может быть, чтобы дети питались в уродливой обстановке! Это просто опасно. Если начать с удовольствия, то изменить пищевые привычки будет легче. Нужно влюбиться в эти продукты, тогда жизнь изменится. И столовая должна служить «делу соблазна». Входя в красивую, уютную комнату, дети должны видеть печь для пиццы, в которой горят дрова. Они будут сами накрывать столы скатертями и раскладывать настоящие, а не пластиковые столовые приборы. В меню продукты все те же, что и в обычной столовой, разница лишь в способах приготовления и в свежести салатов и фруктов. Средняя школа имени Мартина Лютера Кинга постепенно преображалась. Но и этого Элис показалось мало.

Еда достойна войти в школьную программу — снова убеждала она директора. Ну и пусть в программе нет такой науки. Изучают же они историю. Что там в программе — Египет? Вот мы и будем печь египетский хлеб. Пригодилось и знакомство с президентской четой. Билл и Хиллари начинают говорить об ее школьной программе при любом удобном случае, участвуют в ее собраниях, посвященных сбору средств. Но у Элис много противников. «Советовать ученикам средней школы питаться органической едой — значит приучить их к образу жизни среднего класса, но не дать для этого материальных возможностей», — говорят они. А заодно объясняют Уотерс, что свежие продукты стоят слишком дорого. Задумывалась ли она, во что обойдутся все эти сады, скатерти и печи в масштабе целой страны? Нет, Уотерс об этом не задумывалась. Здоровье нации в опасности — бьет она тревогу и предлагает перераспределить расходы: обеспеченные родители будут доплачивать за бедных. Ей возражают, что подобное возможно только в либеральном Беркли. Элис немедленно парирует: пусть включается государство, лечение последствий детского ожирения и диабета обходится стране значительно дороже. Для Уотерс эпидемия ожирения — это внешний признак более глубокой проблемы: фастфуд и промышленный подход к сельскому хозяйству наносят ущерб окружающей среде и традиционной культуре. В поддержку Элис подала голос наука. Результаты трехлетнего исследования, проведенного Майклом Мерфи, профессором психологии Гарвардского университета, показали, что после года обучения по программе Edible Schoolyard ученики лучше себя ведут, у них становится меньше психологических проблем и повышается средний балл.

Против спешки в еде и жизни

Фанни выросла, и кто знает, возможно, поэтому ее мать постепенно присоединила к школьным программам питания и университетские. В 2001 году Уотерс создала новый проект для студентов Йельского университета Yale Sustainable Food Project. Он включал создание органической фермы при кампусе и поддержку исследовательских и учебных программ по питанию и сельскому хозяйству. Борьба за вкусную простую еду постепенно превратилась в борьбу за сохранение биоразнообразия, исчезающих видов домашних животных и сортов растений. Неудивительно, что со временем пересеклись пути Элис Уотерс и знаменитого движения «Слоу фуд» (Slow Food), основанного в 1986 году в Италии. Само  его название говорит о сопротивлении фастфуду. «Медленная» еда борется с «быстрой», бездушной и, как утверждают сторонники слоу фуда, разрушающей национальную культуру. Итальянец Карло Петрини, основатель движения, выступил за сохранение местных продуктов питания в тот момент, когда очередное заведение международной сети Макдоналдс открылось в Риме на площади Испании. Уже через два года он сидел за обеденным столом в Chez Panisse и обсуждал с его хозяйкой проблему глобализации еды. И сам Петрини, и его сторонники (а их сейчас в мире более 100 000 человек в 132 странах) едят только те продукты, которые произведены в радиусе 50 километров от их дома. Их лозунг в точности повторяет слова самой Элис: «Мы против спешки в еде и спешки в жизни, против исчезновения местных традиций». Элис избирают главой американской ветви «Слоу фуд». Правда, она и здесь внесла свои поправки, которые называет «вкусной революцией». Сторонники Петрини больше озабочены тем, что из природы исчезают редкие виды растений, стараются их высевать и размножать.

А вот Уотерс в первую очередь волнует конкретное использование этого разнообразия, она хочет донести свежую и вкусную еду до школьной столовой. Элис по-прежнему верна концепции, по которой создавался Chez Panisse. Главное — в ощущениях. В ностальгическую мелодию европейского «Слоу фуд», движимого чувством стыда за содеянное над природой, она внесла американскую позитивную ноту. Нужно просто радоваться тому, что еще существуют небольшие фермы, где растет фантастическое разнообразие удивительных, давно забытых растений, и наслаждаться их вкусом в своей тарелке.

Что же теперь? Элис невозможно остановить. Она стала знаменитостью, «школьный огород» давно разросся и превратился в куда более обширный проект под названием «Переосмыслим школьный завтрак». А его создательница надеется, что еда и связанные с ней ценности войдут в школьную программу как отдельный предмет. Элис выбивает финансирование для фермеров, чьи хозяйства находятся поблизости от небогатых школьных округов, чтобы их дешевая продукция шла непосредственно в школьные столовые. А после победы на президентских выборах Барака Обамы программы Уотерс вышли на федеральный уровень. Она давно мечтала создать Kitchen Cabinet — Министерство питания. Сразу после инаугурации Барак Обама получил от нее открытое письмо с призывом... разбить огород на территории Белого дома. Элис сразу отвергла подозрения в том, что хочет стать главным поваром Белого дома. «Зачем это мне»? — улыбается она. На самой главной кухне Америки вообще не должно быть диктатора — здесь должна торжествовать демократия, настоящий командный дух. А вот символ нужен. Пусть страна почувствует — президенту важно, что ест его народ и насколько здоровой и дешевой может быть американская еда. Тогда за Обамой потянутся и другие люди.

«Господин президент! — пишет она. — Поддержав идею правильного питания, вы не только накормите наши семьи, вы поддержите наших фермеров, вдохнете энергию в нацию и подадите пример другим странам». И вот уже первая леди Америки сажает со школьниками клубнику. Скептики были уверены, что дальше этого символического шага дело не пойдет. Но в феврале 2010 года Мишель Обама объявила о старте огромной государственной программы Let’s Move! Речь уже не о символах, цель конкретна: сделать так, чтобы сегодняшние дети стали взрослыми с нормальным весом. Среди прочих мер — программа улучшения школьных обедов. А на программу Let’s Move! с 2011 года правительство начнет выделять по одному миллиарду долларов ежегодно на протяжении 10 лет. «Вы понимаете, что совершили революцию? — спрашивают Элис журналисты. — Вы считаете себя революционером, вы так и задумывали?» Она вспоминает, как все начиналось, и отвечает: «Вообще-то я старалась, чтобы было вкусно».

Рубрика: Люди и судьбы
Просмотров: 7812