Арктические миражи или метаморфозы топонимики

01 февраля 1998 года, 00:00

Арктические миражи или метаморфозы топонимики

Гидрографическая экспедиция Северного Ледовитого океана (ГЭСЛО), руководимая Б. А. Вилькицким, в 1915 году из-за разгоревшейся мировой войны прекратила существование. Однако за пять лет деятельности первопроходцы успели совершить крупнейшее в XX веке и, вероятно, последнее на нашей планете значительное географическое открытие.

Был окончательно развеян миф о таинственной Земле Санникова, но на карте Мирового океана появилась Земля Императора Николая II. «В мирное время, — писал выдающийся исследователь Севера Руаль Амундсен, — эта экспедиция возбудила бы восхищение всего цивилизованного мира».

Б.А.Вилькицкий в эмиграции.Правительство  России в своем послании  к правительствам  иностранных государств от 20 сентября 1916 года, хранящемся в Архиве внешней политики Российской империи, следующим образом подвело итог деятельности капитана 2 ранга Бориса Андреевича Вилькицкого и его экспедиции:

«...Этот офицер Императорского Российского флота произвел в 1913 г. опись нескольких обширных местностей, расположенных вдоль северного побережья Сибири и... открыл остров, позднее названный островом Генерала Вилькицкого. Засим, поднявшись к северу, открыл обширные земли, распространяющиеся к северу от Таймырского полуострова, коим были даны наименования Земля Императора Николая II, остров Цесаревича Алексея и остров Старо калом ского.
В течение 1914 года капитан Вилькицкий, сделав новые и важные исследования, открыл другой остров близ острова Беннета. Название «остров Новопашенного» было дано этому острову.
Императорское Российское Правительство имеет честь нотифицировать настоящим Правительствам союзных и дружественных держав включение этих земель в территорию Российской Империи».

Но долгие десятилетия открытия «царской» экспедиции, как и имена первооткрывателей, либо замалчивались, либо искажались. Метаморфозы, которым всякий раз, следуя изменению «политических ветров», подвергалась топонимика открытых экспедицией Вилькицкого земель, — пожалуй, не знают себе равных.

Началось с того, что в 1918 году вышла странная карта Северного Ледовитого океана.

На ней были обозначены  Москва, Петроград,   Иркутск,  другие  города и местности. Лишь для Северного Ледовитого океана едва хватило места. Севернее Таймырского полуострова — никаких признаков суши. Голо! А все оставшееся пространство океана занимал... заголовок карты. Будто и не было вовсе экспедиции Вилькицкого, открывшей обширные земли.

Но существовали карты и лоции, изданные еще до революции. По ним и продолжали плавать советские суда вплоть до конца 20-х годов.

Фрагмент карты, приложенный к посланию правительства России от 20 сентября 1916г.И всюду четко значились ставшие одиозными имена.
В Государственном архиве Российской Федерации я нашел любопытное письмо, датированное 29 января 1923 года и адресованное Президиуму ВЦИК. Оно напечатано на бланке заместителя председателя Реввоенсовета РККА и подписано членом РВС Даниловым. Вот его текст.
«Экспедицией Б. Вилькицкого в 1913 г. на полярном Севере открыта земля, которой было присвоено наименование: «Земля Николая II», каковое наименование сохраняется и до сего времени.
Полагая, что таковое наименование не должно иметь места в настоящее время и что в соответствии с сим означенной земле следовало бы присвоить другое наименование, считаю необходимым довести об изложенном до сведения Президиума ВЦИК».

Тот же фрагмент в публикациях 50-х гг.На полях — размашистая резолюция секретаря ВЦИК Сапронова: «Полагаю возможным назвать именем какого-либо наиболее отличившегося Сибирского партизанского отряда. I/II — 23 г.»

Подходящего отрада найти, по-видимому, не удалось и поэтому продолжали высказываться самые разнообразные предложения о переименовании Земли Императора Николая II. Среди них: Земля Пахтусова, Братьев Лаптевых, Ленина, Земля Республики и даже Северная Земля Союза Советских Социалистических Республик (последнее, как увидим, было частично использовано при переименовании 1926 года).

Точно также острову Цесаревича Алексея предлагалось дать имя Прончищева, Розмыслова, Республики или Пролетарской Диктатуры.

Но самый первый арктический мираж, не исчезнувший до наших дней, забрезжил не над Землей Императора или над островом Цесаревича, а над островом Новопашенного.

Произошло это вскоре после эмиграции в июле 1919 года бывшего командира «Вайгача», а в то время редактора «Морского сборника» Петра Алексеевича Новопашенного. О его судьбе рассказывалось в повести Николая Черкашина «Человек без острова» («Вокруг света», №№3-4/96.). Сейчас хочу рассказать, как его имя исчезло с карт Северного Ледовитого океана.

Около года после открытия остров оставался безымянным. В публикациях и на картах этого времени он обозначался либо датой его открытия — «27/VIII», либо просто — «Вновь открытый остров». Затем остров получил имя Новопашенного, что и нашло отражение в цитировавшейся выше нотификации России 1916 года и на приложенной к ней карте.

Признанный летописец экспедиции, судовой врач «Таймыра» Л.М. Старокадомский в своей книге «Экспедиция Северного Ледовитого океана» (М.-Л. 1946) по этому поводу писал:

«Сначала остров получил наименование Новопашенного. Это название было обозначено на карте. Впоследствии, когда бывший командир «Вайгача» Новопашенный изменил Родине и эмигрировал за границу, в Гидрографическом управлении вспомнили, что соседний остров Вилькицкого замечен впервые вахтенным начальником лейтенантом Жоховым. Остров Новопашенного был переименован в остров Жохова, этим почтили память офицера, умершего в 1915 году во время зимовки экспедиции».

И тем, представляется, оказали покойному лейтенанту медвежью услугу: несправедливо отнимать законное имя у острова по политическим мотивам. Было бы справедливо и честнее сохранить имя Жохова «коронному» мысу Земли Императора, чем отдавать его наркому Молотову.

В приведенном отрывке автор не сказал, когда и как «остров Новопашенного был переименован в остров Жохова». Но в другом месте своей книги (а она выдержала в советское время три издания) Л.М. Старокадомский сослался на «Постановление ЦИК СССР от 11 января 1926 года». И с тех пор во всех без исключения отечественных справочниках и публикациях, касавшихся переименования новооткрытий ГЭСЛО, в том числе и острова Новопашенного, давалась ссылка на это постановление.

Правда, казалось весьма странным, что такое постановление нигде не было опубликовано. Все попытки обнаружить его даже среди источников ограниченного пользования были тщетными.

Оказалось, что такого постановления ЦИК СССР попросту не было. Сотрудник Государственного архива РФ И.С.Тихонов в нашей с ним беседе предположил, что, возможно, речь идет не о постановлении ЦИК СССР, а ВЦИК — Всероссийского Центрального исполнительного комитета. Предположение Игоря Сергеевича подтвердилось. За что ему огромное спасибо!

И вот у меня в руках протокол №36 заседания Президиума ВЦИК от 11 января 1926 года. Пункт 39 Постановления Президиума ВЦИК гласит:

«Наименовать группу островов в Северном Ледовитом океане: «Земля Николая II», «Цесаревича Алексея» и «Старокадомского» — «Таймырский архипелаг».

Присвоить наименования: «Земле Николая II» — «Северная Земля», острову «Цесаревича Алексея» — «Малый Таймыр» и острову, открытому в 1922 г. в заливе Гыдаямо, присвоить наименование «Остров Шокальского».

Сохранить существующие наименования острову «Старокадомского» и острову «Врангеля».

Постановление это в кратком изложении 22 января 1926 года было опубликовано в «Известиях». Но... Как видим, о «переименовании острова Новопашенного в остров Жохова» в Постановлении ничего не сказано.

На основании приведенного Постановления ВЦИК в 1929 году Гидрографическим управлением была издана подробная карта (№986) участка Северного Ледовитого океана от устья Лены до Таймырского залива.

На врезке к карте был особо изображен вновь учрежденный Таймырский архипелаг, без западного побережья новооткрытой земли, разумеется. По южному острову надпись: «Северная Земля».

А вдоль берегов — масса первоначальных наименований заливов, бухт, островков и мысов. Включая и самый северный, головной мыс архипелага — мыс Жохова!

Конечно, остров Новопашенного, расположенный гораздо восточнее в архипелаге Де-Лонга, на эту карту не попал.

И все же, когда и как произошло переименование острова? Для того, чтобы найти ответ на этот вопрос, пришлось тщательно изучить карты и публикации по гидрографии, начиная с 1917 года.

Оказалось, что в статьях К. Неупокоева и Н. Евгенова, бывших морских офицеров — участников экспедиции Вилькицкого, написанных в 1922 году и опубликованных в «Записках по гидрографии» 1923-1924 годов, и в тексте, и на иллюстративных картах остров уже назывался именем Жохова.

Недавно по просьбе редакции журнала «Вокруг света» секретарь Гидрографического общества В. Г. Рыбин разыскал в Санкт-Петербурге карту «Часть Северного Ледовитого океана от устья Колымы до устья Лены». На ней нанесен «Остров Жохова». Имеется на карте и весьма важная для нас надпечатка: «Большая коррекция 1921 г.»

Из этого следует, что в Гидрографическом управлении «вспомнили» (как писал Л. М. Старокадомский) об указании — переименовать остров Новопашенного — не позднее, чем при корректировке карты Северного Ледовитого океана, т. е. в 1921 году. И коль скоро уже с 1921 года название «Остров Новопашенного» исчезло с карт, вносить предложение о его переименовании при подготовке Постановления ВЦИК 1926 года сочли попросту излишним.

Так на всех картах закрепился возникший в недрах Главного гидрографического управления остров Жохова, заменивший явочным порядком исчезнувший остров Новопашенного.

Интересно, что, хотя на советских картах остров уже давно назывался именем Жохова, в 1924 году все же пришлось вспомнить его официальное название. В том году американцы подняли на острове Врангеля свой флаг.

Чтобы изгнать незваных пришельцев, в спешном порядке из Владивостока был послан ледокол «Надежный», вооруженный и переименованный в канонерку «Красный Октябрь» (под командованием, кстати сказать, Б. В. Давыдова, командовавшего «Таймыром» до Б. А. Вилькицкого).

Через неделю после успешного возвращения канонерки во Владивосток нарком иностранных дел Г. В. Чичерин в своем меморандуме заявил всем странам:

«В сентябре 1916 г. Российское Правительство известило все союзные и нейтральные державы, что нижеперечисленные острова составляют неотъемлемую часть российской территории, а именно: остров Генерала Вилькицкого, Земля Императора   Николая   II,  остров  Цесаревича Алексея,  острова Старокадомского, Новопашенного...»

В 1930 — 1932 годах экспедиция Г.А.Ушакова картографировала Северную Землю. Пропаганда старалась представить это как открытие неизвестного архипелага. Сделать это было нетрудно, подрастающая молодежь ничего не знала ни о Вилькицком, ни о его открытиях.

Автор популярных книг о мореплавателях С. Н. Марков, например, так писал о четверке Ушакова: «Эти люди открыли для нашей Родины огромную полярную страну». И ни словом не обмолвился об экспедиции Вилькицкого. Но ведь экспедиция Ушакова была не более, чем продолжением экспедиции Вилькицкого и картографировала уже давно открытую землю.

В 1935 году Гидрографический отдел Управления Морских сил РККА и Главсевморпуть издали подробную карту северной части Карского моря. Бывшая Земля Императора на ней НИКАК не названа. Исчезло и общее название «Таймырский архипелаг».

Зато были щедро рассыпаны созвучные эпохе названия: острова Большевик. Октябрьская Революция, Комсомолец, Пионер; мысы Молотова, Уншлихта, Ворошилова, Карла Либкнехта, Розы Люксембург и т. д. и т. п. А фамилии целого ряда участников ГЭСЛО оказались стертыми с карты. Даже «царский» ледокол «Таймыр» одно время носил название «Метеоролог».

Топонимическая путаница не закончилась и на этом. Настал 1937 год. По «ходатайствам» начальника Главсевморпути О. Ю. Шмидта в секретариат Президиума Верховного Совета СССР в 1938 — 1939 годах были переименованы в соответствии с представленными списками многие географические объекты, носящие фамилии людей, оказавшихся «врагами народа».

Среди переименований этого времени: бухта Новопашенного — Тройная, мысы Евгенова — Вайгач, Никольского — Мурманца, Ниллендера — Фигурный. А «коронный» мыс Жохова, уступив сначала свое название Молотову, стал впоследствии, когда сменился политический ветер, мысом Арктическим, каким и остается по сей день.

К счастью, во времена хрущевской «оттепели» Н. И. Евгенов, один из немногих оставшихся на Родине участников экспедиции Вилькицкого, был реабилитирован и название мыса восстановлено.

Явно по чьему-то недосмотру лишь в 1937 году исчез остров Колчака. Вместо него появился остров Расторгуева. Еще один. Именем урядника Якутского казачьего полка Степана Расторгуева уже в 1901 году был назван остров в Карском море, открытый и обследованный экспедицией барона Толля. Участником этой экспедиции, как и А. В. Колчак, был Расторгуев.

Постепенно на картах «растворилось» имя белоэмигранта Бориса Андреевича Вилькицкого и чин царского генерала его отца Андрея Ипполитовича. И остался возле пролива и острова некий «усредненный «Вилькицкий»...

И вот настали новые времена. Возвращаются полузабытые имена городов и улиц. Возвращаются и изгнанники. В ноябре минувшего года на Смоленском кладбище Санкт-Петербурга в семейном захоронении Вилькицких рядом с отцом и братом, с отданием всех воинских почестей состоялось перезахоронение Бориса Андреевича Вилькицкого, славного сына Отечества, возвращенного с чужбины на Родину.

Теперь должны вернуться данные им и его соплавателям, товарищам по арктической зимовке географические названия.

Виктор Рыков

Просмотров: 9391