В поисках идеала

01 февраля 2010 года, 00:00

Ванкувер — один из лидеров всемирного чемпионата городов по «пригодности для жизни». Муниципальные власти многих столиц сегодня серьезно изучают его опыт и даже пользуются при этом специальным термином — ванкуверизм. В преддверии Олимпиады мы попросили наших корреспондентов разобраться на месте, чем он так привлекателен.

В Ванкувере я когда-то был, правда, всего один день. Но что такое ванкуверизм? Посылаю e-mail друзьям, много лет прожившим в Канаде. Получаю ответ: «Ванкуверизм? Никогда о нем не слышали, наверняка изобретение московских журналистов».

Еще один e-mail, на этот раз в отдел туризма Ванкувера. Ответ: «Не волнуйтесь, ванкуверизм существует! Есть два человека, которые могут вам подробно о нем рассказать: архитектор Майкл Грин, его фирма активно участвует во всех экспериментальных проектах городской среды, и журналист Тревор Бодди, который, кстати, и придумал этот термин лет 15 назад. Правда, Майкл Грин сейчас в Лондоне, но вам поможет его партнер, Стив Мак-Фарлейн. В субботу утром он будет ждать вас в кафе «Медина», это излюбленное место встреч архитекторов».

Универсальный небоскреб

Стив Мак-Фарлейн оказывается сравнительно молодым человеком и, что называется, «без понтов». Никогда не скажешь, что это преуспевающий архитектор. Впрочем, в Канаде все намного демократичнее, чем в США или России. Фирма Стива выиграла в 2004 году конкурс на новое здание Внуковского аэропорта, но по непонятным для Стива причинам заказ был отдан кому-то другому. Мы с фотографом понимающе переглядываемся.

 — Что такое ванкуверизм? — перевожу я разговор на интересующую нас тему.

 — Это набор определенных градостроительных принципов, главные из которых — смешанная застройка и высокая плотность населения в центре города, что помогает жителям обходиться без автомобилей. Типичное здание в центре состоит из 4–5-этажного «подиума» с магазинами и предприятиями обслуживания. На эту базу поставлена 30–40-этажная жилая башня. База может занимать целый квартал, а башня делается как можно более узкой, чтобы не загораживать вид на океан или горы из соседних башен. Возможность видеть из окна бесконечные дали — одно из главных требований ванкуверизма, это важнее, чем размер жилья.

 — Идеальная схема, лишенная недостатков?

 — К сожалению, нет. Успех этого принципа почти полностью парализовал творческий  поиск. Архитекторы стараются пользоваться проверенными решениями, поэтому в городе нет по-настоящему яркой архитектуры. Вторая проблема опять-таки связана с привлекательностью ванкуверизма: все больше людей хотят жить в этих башнях в центре, в результате цены поднялись до 10 000–15 000 американских долларов за квадратный метр, так что жить там могут только очень богатые люди. Сейчас мы вместе с Тревором Бодди и несколькими архитекторами организуем конкурс на новые градостроительные идеи, которые призваны разрушить привычную схему жилых башен-небоскребов. Нам удалось доказать, что низкая этажность может обеспечить такую же плотность с гораздо меньшими расходами.

 — Чтобы понять истоки ванкуверизма, — включается в разговор Тревор, — нужно прежде всего понять, чего не сделало канадское правительство, в отличие от правительства США. Вы когда-нибудь задумывались о причинах катастрофического расползания американских городов, когда центр постепенно превращается в трущобы, а богатое население переезжает все дальше в пригороды? Среди прочих факторов к расползанию городов привела американская мечта о собственном домике с садиком, поддержанная федеральным правительством: Америка — единственная из развитых стран, где ипотечные проценты списываются с подоходного налога.

Второй фактор — система скоростных автомагистралей, хайвеев, строительство которых после Второй мировой войны финансировалось, в частности, Департаментом обороны США для массовой переброски войск внутри страны. Ни того, ни другого фактора в Канаде не существует. Здесь люди предпочитают жить в городских квартирах, а не в сельских домах, стараются не пользоваться автомобилями, а хайвеи строятся, только когда они абсолютно необходимы. В Ванкувере, например, их нет совсем.

Угольная гавань. Типичный пример застройки 1990-х в стиле «ванкуверизма» — многоэтажные жилые дома на «подиумах» с большими просветами между башнями, чтобы каждый мог наслаждаться видом на залив. На переднем плане видны гидропланы 

В конечном итоге, как считает Тревор, все сводится к разнице национальных идеологий. Американская Декларация независимости гарантирует «право на жизнь, свободу» и «стремление к счастью», в то время как канадская конституция обещает «мир, порядок и разумное управление».

 — У ванкуверизма, — говорит напоследок Тревор, — есть еще один важный компонент: это европейский феномен (не забывайте, что мы принадлежим британской короне) со всеми вытекающими отсюда последствиями. Мы очень левые, особенно по сравнению с американцами, мы заботимся об экологии и мы очень толерантны — к бездомным, наркоманам, меньшинствам и иммигрантам.

Кстати об иммигрантах: сегодня 30% населения города — китайцы, в основном из Гонконга.  Чтобы понять, что это означает, мы сейчас по едем в «Абердин», самый большой китайский торговый центр в Северной Америке. Будьте готовы к тому, что мы окажемся единственными посетителями, говорящими по-английски.

1. Расцвет ванкуверизма во многом связан с именем гонконгского бизнесмена по имени Ли Ка Шинг. Именно он превратил в 1980-х заброшенную индустриальную зону Фолс-Крик в многоэтажное элитное жилье. Он же построил и торговый центр «Абердин»
2. Чайный магазин в торговом центре «Абердин» . Какую бы сумму денег вы ни собирались потратить в этом отделе, вы наверняка оставите в три раза больше. Качество чая того заслуживает

Дружба народов

Массовое переселение китайцев в Ванкувер происходило дважды. Первый раз после победы коммунистов в Китае в 1949 году, второй — перед передачей Гонконга Китаю в 1997-м. Богатые жители города искали место с максимально близким Гонконгу стилем жизни, куда можно было бы вывезти семью и деньги. Несколько городов — Сидней, Гонолулу, Лос-Анджелес, Сан-Франциско, Сиэтл и Ванкувер — боролись за право принять эти несколько тысяч состоятельных и высокообразованных иммигрантов. Победил Ванкувер, получив за это приз в виде 15 миллиардов долларов, вложенных в недвижимость, что тоже повлияло на рост цен на жилье.

Одна из причин победы Ванкувера — сознательная установка местных властей на сохранение и развитие этнического и культурного многообразия. В 1980 году комиссия по планировке утвердила документ «Цели развития Ванкувера», где, в частности, говорилось: «Основным фактором, определяющим лицо города, мы считаем этническое многообразие». Результаты очевидны. В 2006 году меньшинства составляли 51% населения и только для 50% английский язык был родным. Сегодня процент меньшинств только увеличился. В отличие от многих американских городов, где расовые бунты не редкость, сосуществование культур в Ванкувере носит сравнительно мирный характер.

 — Вы просто обязаны попробовать дим-сум в ресторане Fisherman’s Terrace в центре «Абердин», — говорит Тревор Бодди. — Мне приходилось есть дим-сум в разных странах, включая Гонконг, но такого больше нет нигде.

В ресторане нас радостно приветствуют на чистом кантонийском наречии. Тревору удается объясниться с официантом жестами, и скоро наш стол покрывается мисочками с удивительными произведениями кулинарного искусства.

 — И теперь, — говорит Тревор после ужина, — самый главный объект: «Олимпийский овал».

  

Экологическая программа города на ближайшие 10 лет

• Создать 20 000 новых рабочих мест в экологически чистой промышленности.
• Сократить зависимость от нефти и других видов ископаемого топлива.
• Увеличить термоэффективность зданий на 20%.
• Уменьшить пользование автомобилем: 50% всех передвижений по городу должны производиться пешком, на велосипеде или общественном транспорте.
• Сократить количество сжигаемых твердых отходов на 40%.
• Добиться, чтобы каждый житель города находился в пяти минутах ходьбы от парка, пляжа или другого оазиса природы.
• Сократить «экологический след» каждого жителя на 33%.
• Сделать воду из водопровода самой чистой в мире и сократить ее потребление на 33%.
• Довести чистоту воздуха Ванкувера до уровня требований Всемирной организации здравоохранения.
• Резко увеличить местное производство пищевых продуктов.

Природный элемент

В феврале 2009 года мэр Ванкувера Грегор Робертсон опубликовал новую программу: «Самый зеленый город». Суть ее состоит в том, чтобы к 2020 году сделать Ванкувер самым экологически чистым населенным пунктом в мире. В программе говорится, что жителям города неслыханно повезло с красотами природы. Чтобы они дошли до детей и внуков, нужно свести следы экономической деятельности к минимуму. Хороший пример «экологически сознательного» проектирования — каток под названием «Олимпийский овал». В последние годы глобальное потепление нанесло серьезный ущерб лесной промышленности Канады. Здесь растут те же самые сосны, что и в Сибири,   и заражены они тем же самым вредителем-короедом (Dendroctonus ponderosae). Но в Сибири вредители за зиму успевают замерзнуть. В Западной Канаде раньше они тоже замерзали. Когда же средняя зимняя температура Ванкувера поднялась на несколько градусов, этого оказалось достаточно, чтобы вредители смогли пережить зиму и бурно размножиться. Результат: сотни квадратных километров мертвых деревьев. Их древесина, как показала практика, не уступает по прочности древесине живых. Архитектор Боб Джонстон решил превратить ее в крышу здания катка. Она перекрывает 33 750 м2 и целиком собрана из сотен тысяч брусков размером 5×10 сантимет ров. За этот проект архитектор получил специальную премию Королевского архитектурного института Канады. В решении жюри назывались такие качества, как экологически чистое использование «мертвой» древесины для создания уникальной эстетики потолка, размещение в балках из клееной древесины всей системы коммуникаций, а также возможность трансформировать пространство здания под различные виды спорта. «Олимпийский овал» получил и Первую премию Организации строительных инженеров, опередив и Bird’s Nest пекинской Олимпиады, и уникальную раздвижную крышу центрального корта Уимблдона.

Как Олимпиада-2010 повлияет на жизнь Ванкувера

Города, борющиеся за право принимать у себя Олимпиаду, исходят из предположения, что прибыль от нее превысит расходы. Эти предположения не всегда оправдываются. Монреаль, Сидней, Афины и Барселона оказались в минусе. Бюджет лондонской Олимпиады-2012 уже вырос вдвое, так что не исключено, что и Лондон окажется в числе должников. Правительство Британской Колумбии, крупнейшим городом которой является Ванкувер, предполагало, что Олимпиада:

• принесет 5600 рабочих мест
• создаст приток туристов
• принесет прибыль от продажи билетов
• будет пропагандировать спорт и здоровый образ жизни
• привлечет 3 миллиарда телезрителей и принесет доход от рекламы
• поможет развитию транспортной сети
• поможет решению жилищных проблем

Каждое из этих предположений сегодня подвергается критиками сомнению:

3 миллиарда телезрителей
Здесь может возникнуть та же проблема, что и с продажей билетов. Те канадцы, которые включат канал с Олимпиадой, не будут смотреть какие-то другие передачи, так что общее число телезрителей увеличится незначительно. 

Жилищный кризис
С одной стороны, построены две олимпийские деревни, которые впоследствии смогут стать жилищем для малоимущих слоев населения. С другой стороны, Олимпиада в целом привела к резкому росту цен на недвижимость и арендной платы. 

Транспортная сеть
Строительство автомагистрали Sea to Sky, соединяющей Ванкувер с Уистлером, вызвало протесты со стороны защитников окружающей среды. По их мнению, прокладка шоссе разрушила экологический баланс и привела к исчезновению некоторых охраняемых видов животных и птиц. 

Приток туристов
Все расчеты, касающиеся количества туристов, проводились до финансового кризиса, эффект которого, вероятно, будет ощущаться и в 2010-м. Кроме того, эпидемия свиного гриппа в Британской Колумбии привела уже к 23 смертным случаям. Значительная часть потенциальных туристов может остаться дома. 

Рабочие места
Предположение, что 5600 новых мест будут заняты теми, кто сейчас без работы, безосновательно. Скорее всего, их займут те, кто просто сменит одну работу на другую. В любом случае безработица в Британской Колумбии ниже других канадских регионов. 

Прибыль от продажи билетов
Организационный комитет предполагает, что 30% билетов будут куплены иностранцами, а оставшиеся — жителями Британской Колумбии. Однако организаторы не учитывают, что человек, покупающий билет на Олимпиаду, как правило, отказывается от каких-то других развлечений — и по финансовым соображениям, и просто потому, что не может быть в двух местах одновременно. Прибыль от продажи билетов может оказаться намного ниже ожидаемой. 

Образ жизни
Многие спортивные сооружения окажутся закрыты для публики, поэтому число людей, занимающихся спортом, может уменьшиться. Кроме того, олимпиада может создать ряд проблем в повседневной жизни: некоторые улицы и шоссе будут перекрыты. Возможно, город попытается избавиться от бездомных и нищих, как это произошло в Атланте в 1996 году, когда все бездомные, чтобы город выглядел наряднее, были просто арестованы. 

В целом и организаторы, и их критики согласны в одном: за время, оставшееся до открытия Олимпиады, может произойти столько изменений, что все прогнозы — и оптимистические, и пессимистические — окажутся ошибочными. Время покажет.

Олимпийская деревня в районе Фолс-Крик. Сферическая конструкция архитектора Бруно Фрески осталась от «Экспо-86»

«Ванстердам»

Либеральные городские власти Ванкувера вот уже пятый год проводят социальный эксперимент. В городе серьезная проблема с наркоманией. Это, видимо, наследие эпохи хиппи, когда Сан-Франциско и Ванкувер, в которых никогда не бывает ни слишком жарко, ни слишком холодно, стали прибежищами бездомных «детей цветов». Полицейская борьба с наркоманией, как утверждают работники городской медслужбы, усугуб ляет проблему и обходится городу в миллионы долларов. Наркоманы колются в грязных подворотнях, передавая друг другу шприцы, часто зараженные СПИДом и гепатитом. Потом их подбирает скорая помощь, и они попадают в больницы, где их спасают за счет налогоплательщиков. Первый шаг к излечению от наркомании, считают городские медики, — вывести наркоманов из антисанитарных условий. 

Для этого в 2003 году в центре Ванкувера был открыт «Инсайт» — первое в Северной Америке учреждение для наркоманов, куда можно прийти в любое время дня и ночи, бесплатно получить стерильный шприц и под наблюдением мед сестры вколоть себе дозу. Наркотики, правда, надо приносить с собой, но купить их здесь почти так же легко, как в Амстердаме: неслучайно местные жители называют свой город «Ванстердамом». Я чувствую, в этом месте отдельные читатели решат, что либеральный ванкуверизм — это для них, и начнут складывать чемоданы, но я бы все-таки посоветовал дочитать до конца. Этот «наркотический рай» имеет свои теневые стороны.

Тревор Бодди посоветовал нам побродить вечером по Ист-Энду и своими глазами увидеть результаты либерального отношения к наркомании. Идем по улице Кордова, поворачиваем налево, а потом, как учил Тревор, еще раз налево. Мы в проезде между домами. Справа явно модный ресторан, слева из полумрака появляется женская фигура. Не обращая на нас внимания и не замедляя шагов, женщина сосредоточенно красит ресницы. Еще сто метров между мусорными баками — и перед нами появляется другая женская фигура, несколько оплывшая и бесформенная.

 — Всего за двадцать пять долларов, — говорит она нам заговорщицким тоном, — я могу прочесть вам свою поэму.

 — Один доллар, — предлагаю я.

 — Три! — быстро парирует она.

Сходимся на двух ради возможности ее сфотографировать. Поэтесса читает нам что-то про любовь к природе, получает гонорар и скрывается в темноте. Тут же появляется другая творческая личность, на этот раз художница. Она сообщает, что ее зовут Триш, и зазывно машет перед нами своим произведением. Ее фотография обходится нам в лишний доллар.

В хоккей, как известно, играют настоящие мужчины, но серфинг под воздушным змеем — это, пожалуй, еще круче. Ванкувер расположен таким образом, что некоторым жителям удается заняться кайтингом не только по выходным, но и в обеденный перерыв

Надо сказать, что толерантность городских властей к наркотикам не распространяется на торговлю ими. Иными словами, если полицейский нашел у тебя индивидуальную дозу, он отпустит тебя с миром (в отличие от США, где ты немедленно попал бы в тюрьму), но целая партия «тяжелых» наркотиков — это уже преступление даже в либеральном Ванкувере (как, впрочем, и в Амстердаме). Первое, что мы видим, подходя к местному пабу, — это группу полицейских, обыскивающих сумку черного парня и тут же надевающих на него наручники. Вид у парня спокойный и даже скучающий, видно, ему не привыкать.

Приглядываемся к толпе входящих и выходящих из паба. Похоже, что мы единственные, кто не находится в состоянии наркотического или алкогольного опьянения. Заметив наши фотоаппараты, некоторые подходят и пытаются рассказать всю историю своей трудной жизни. Каждый рассказ обычно кончается фразой:

 — Я-то сам не наркоман, и вообще я здесь случайно, но остальные — конченые люди. Посмотрите на них — настоящие зомби.

Рейс Ванкувер — Лос-Анджелес. Я возвращаюсь домой. Что же мне удалось выяснить? Для разных людей ванкуверизм означает разное. Для одних это возможность видеть из окна горы и океан. Для других — не пользоваться автомобилем и ходить пешком за покупками. Для третьих — вколоть себе дозу героина в комфортабельных условиях. Кому-то нравится отсутствие шовинизма и возможность прожить с одним кантонийским диалектом. Кто-то доволен тем, что с утра можно совершить восхождение на гору, днем заняться виндсерфингом, а вечером поваляться на пляже. Зимой к этому добавляются еще два горнолыжных курорта мирового класса — Уистлер и Банфф.

Каждое из этих качеств, как мы выяснили, имеет и обратную сторону. И все же уникальное сочетание нетронутой природы, рационального планирования, изысканной многонациональной кухни и европейской элегантности городского ландшафта делают Ванкувер местом, из которого не хочется уезжать.

Остановите самолет!

Фото Ани Чибисовой

Рубрика: Эпицентр
Ключевые слова: Олимпиада
Просмотров: 13582