Военно-грузовое такcи

01 февраля 2008 года, 00:00

Столетие назад многим военным экспертам казалось, что во время войны достаточно реквизировать для военных нужд гражданский транспорт. Однако со временем стало очевидно, что танк на «штатcкий» грузовик не поставишь. Кроме того, гражданские машины оказались чересчур разномастными и поэтому недостаточно надежными для военных: пришлось создавать десятки и сотни модификаций армейских грузовиков, но — собранных не более чем на полудюжине шасси.

Значение автомобилей для снабжения и перевозки войск показал опыт Первой мировой войны. Вот пример, вошедший в хрестоматии: уже в начале сентября 1914 года германские войска подошли к Парижу; бои шли на Марне в 50 километрах от него. В Париже была расквартирована 7-я пехотная дивизия, но не хватало средств для ее быстрой переброски к фронту в полном составе. Командующий Парижским укрепрайоном решил использовать городское такси. В ночь на 8 сентября 1 100 «мобилизованных» «Рено» доставили к фронту пять батальонов одной пехотной бригады (другая бригада со всей артиллерией прибыла по железной дороге), и с утра дивизия вступила в бой, атакуя фланг ударной германской группировки. Локальный эпизод Марнского сражения стал легендой, а «марнское такси» положило начало массовым автомобильным перевозкам войск. Количество автомобилей в войсках стремительно росло. В 1918 году во французской армии было около 95 000 автомобилей, в британской — 80 000, в германской — 60 000. Русская армия за счет закупок за границей к октябрю 1917 года получила чуть более 21 000 автомобилей.

Артиллерийский тягач на шасси КамАЗ-63501 «Мустанг» (8×8), Россия. Кабина экипажа и расчета — с бронированием, имеется кран для погрузки боеприпасов. Масса буксируемой системы — до 15 т, двигатель — дизельный, 360 л. с., скорость — до 95 км/ч
После Первой мировой войны многим энтузиастам казалось, что государству достаточно стимулировать развитие гражданского транспорта, чтобы в случае войны обеспечить им армию путем «автомобильной повинности». Более трезвые головы требовали разработки автомобилей специально для армии (учитывая особенности в конструкции гражданских моделей), обязательной военной подготовки гражданских водителей, расширения автомобильных частей в армии и введения автомобилей в штат боевых частей. Забавный, но показательный факт: в случае с тем же «марнским такси» водители, перевозя войска, по привычке обгоняли друг друга, так что по прибытии на место пришлось еще потратить время на приведение в порядок перемешавшихся подразделений. И все же военные автомобилисты и собственный армейский автотранспорт были предпочтительнее. Так что с таким комфортом, как в гражданском такси, солдаты впредь уже не ездили.

Мобилизацию гражданского транспорта на случай войны никто, конечно, не отменял. Но Вторая мировая война ясно показала, что совместно с гражданской техникой автопарк получается слишком разномастным и плохо приспособленным к армейской службе. Между тем потребность в подвозе и снабжении оказалась слишком большой. Красная Армия за годы войны получила около 205 000 автомобилей от отечественной промышленности и 477 785 — из-за рубежа. В СССР в начале 1950-х годов армия наконец была полностью моторизована, развернулись работы над автомобилями различного назначения и грузоподъемности. Большинство машин, поставлявшихся потом в народное хозяйство, имело армейских «близнецов» или прототипы. Многие, скажем, помнят машины «скорой помощи», маршрутки, хлебные фургончики на шасси УАЗ-452. Реже вспоминают, что эта полноприводная машина, прозванная «Буханкой», изначально создавалась для армейских нужд.

«Урал-4230-01» (6×6) с локальным бронированием и замаскированным бронемодулем для личного состава. Масса — 9,62 т, грузоподъемность — 5 т, двигатель — дизельный, 240 л. с., скорость — до 80 км/ч
О непрерывном росте потребности в средствах подвоза можно судить по таким цифрам. В годы Первой мировой войны суточный расход всех видов материальных средств на одного солдата составлял 6 килограммов, во Второй мировой — 20, в локальных войнах 1970—1980-х годов — 90, в войне в Персидском заливе в 1991 году — 110 килограммов (не считая доставки воды). «Замена человека техникой» и некоторое уменьшение живой силы в контингентах войск отнюдь не сокращает объемов снабжения, меняется лишь номенклатура грузов. В 1999 году вес боекомплекта, необходимого группировке войск в Дагестане (весьма, кстати, ограниченной), составлял 1 300 тонн. Только в ходе второй чеченской кампании, с 1999 по 2002 год, военные автомобилисты перевезли 457 775 тонн различных грузов.

Никакое развитие других видов транспорта не отменяет громадной роли ВАТ в перевозках и снабжении войск. Теперь для этого используются многоцелевые или специализированные колесные грузовые машины нормальной, повышенной и высокой проходимости, гусеничные транспортеры и транспортеры-тягачи, большегрузные автопоезда. Назовем хотя бы неполноприводные автомобили КамАЗ-5320, МАЗ-500А, седельные автопоезда с тягачами КамАЗ-5410, широко эксплуатировавшиеся советскими войсками в Афганистане (и российскими в Чечне) на дорогах с твердым покрытием. На грунтовых дорогах те же задачи решали полноприводные КамАЗ-43105 и «Урал-4320», тягачи ТК-6 на шасси «Урала-4320».

Мы умеем все

Главную роль в системе ВАТ всех армий играют многоцелевые колесные машины. Кроме перевозки личного состава и разнообразных грузов — от боеприпасов до продовольствия и аккумуляторных батарей — и буксировки грузовых прицепов они служат базой для артиллерийских тягачей, топливозаправщиков, радиолокационных станций, пунктов управления. На шасси многоцелевых автомобилей, прицепах и полуприцепах монтируют различное вооружение, аппаратуру и специальное оборудование разных родов войск. Одни только подвижные средства ремонта на автомобильных шасси включают машины технической помощи, мастерские технического обслуживания, специализированные по типам и маркам обслуживаемой техники, электрозарядные станции, контрольно-проверочные машины для комплексов управляемого вооружения — перечислять можно и дальше. Уже в 1980-е годы количество вариантов использования шасси многоцелевых автомобилей достигало нескольких сотен — среди них бесчисленные модификации трехосного 3,5-тонного ЗИЛ-131.

КамАЗ-43501 «Мустанг» (4×4) на десантной парашютной платформе П-7Н, Россия. Масса автомобиля — 7,7 т, грузоподъемность — 3 т, масса буксируемого прицепа — 7 т, двигатель — дизельный, 240 л. с., скорость — 90 км/ч
Многоцелевые автомобили в составе ВАТ представлены в основном двух-, трех- и четырехосными машинами грузоподъемностью от 0,6 до 20 тонн. Это, как правило, машины повышенной проходимости — полноприводные, с широкопрофильными односкатными шинами и централизованной системой регулирования давления в них, большим дорожным просветом.

В последние два десятилетия XX века начались работы над новым поколением ВАТ. К машинам многоцелевого назначения предъявлялись, в частности, требования большей удельной грузоподъемности, большей максимальной и средней скоростей движения, лучшей проходимости, увеличенного запаса хода. И при этом, что важно, — большей унификации базовых шасси. При всей разнице подходов и принятых программ можно выделить общие тенденции в развитии ВАТ. Одна из них — переход на дизельные двигатели, связанный с их высокой экономичностью и возможностью сократить номенклатуру топлив, используемых в войсках. Использование газообразных топлив, адиабатных, турбокомпаундных двигателей или, скажем, электротрансмиссии с повестки дня не снято, но от этих направлений не ждут скорой отдачи. Экономичности хода, а также удобству и простоте управления, способствуют и автоматические трансмиссии с электронными программируемыми устройствами управления сцеплением и коробкой передач. Немаловажны и усилители рулевого управления — ведь ВАТ водят в основном люди средней квалификации и физической подготовки. Это в целом совпадает с направлениями гражданского автомобилестроения — военные и гражданские потребности автотранспорта по-прежнему тесно связаны. Правда, есть между ними и определенная «обратная зависимость» — удельная мощность у военных моделей, как правило, больше, чем у гражданских аналогов, а вот штатная грузоподъемность несколько меньше. Военному автомобилю нужен запас мощности для движения по труднопроходимой местности. Армейский грузовик лишен дизайнерских изысков коммерческих машин, зато к нему предъявляются более жесткие требования по прочности, надежности, многотопливности, способности выдерживать перегрузки и преодолевать броды, коррозионной стойкости узлов и деталей, ограничению количества сортов смазки. От него требуют также по возможности редкого и простого технического обслуживания, приспособленности к железнодорожным и воздушным перевозкам.

В СССР, а потом и в России в конце 1980-х — начале 1990-х годов провели работы по созданию унифицированных автомобилей с колесными формулами 4×4, 6×6 и 8×8 и грузоподъемностью от 4 до 15 тонн. Такие работы при участии 21-го НИИИ Министерства обороны прошли, например, на Камском автомобильном заводе по теме «Мустанг», на Уральском автомобильном заводе — «Мотовоз». Основу семейства «Мустангов» составили машины марок КамАЗ-4350 (4×4), -5350 (6×6) и -6350 (8×8), а «Мотовозов» — машины «Урал»-43206 (4×4), -4320 (6×6) и -5323 (8×8). Параллельно шли работы над новыми прицепами и полуприцепами — тем более что часть их производителей осталась в образовавшихся после развала СССР суверенных государствах. Катастрофическое состояние отечественной экономики сильно задержало появление нового поколения ВАТ в армии. Тем временем эксплуатируемая техника старела и ремонтировать ее становилось все труднее. Только в 2005 году было решено принять новые семейства на вооружение. В результате в армию должно поступить как минимум 6 базовых моделей многоцелевых машин. Правда, сами базовые шасси теперь более унифицированы — внутренняя унификация семейств «Урал» и КамАЗ по узлам и агрегатам достигает 80—85%, и для всех шасси выбрали КамАЗовские дизели. Провели унификацию и «по организационной линии», разделив между семействами «зоны ответственности». То есть «Мотовозы» Уральского автозавода должны обеспечить все перевозки в войсковом звене, а также потребности частей обеспечения ВМФ и зенитных ракетных войск ПВО, а КамАЗовским «Мустангам» оставили оперативное звено, ВВС и ПВО, соединения и части тыла, а также воздушно-десантные войска. Для последних на базе четырехтонного КамАЗ-4350 создали трехтонный КаМАЗ-43501, иногда называемый «Мустангенком». Надо сказать, предложения оставить унифицированное базовое шасси в пределах батальона или полка высказывались уже давно — в автопарках иных полков вместе служили «Уралы», КАМазы, КрАзы, ЗиЛы, УАЗы. Новая система позволяет сократить количество марок машин, выполняющих грузоперевозки в рамках войсковой части, с 8 до 3, а за счет повышения грузоподъемности уменьшить количество автомобилей. Унификация шасси позволяет уменьшить также количество и состав необходимого войскам автоимущества, унифицировать средства технического обслуживания и ремонта и — что немаловажно — упростить подготовку водителей. Впрочем, и прежним моделям, видимо, придется служить еще не один год.

ГАЗ-3937 (4х4), Россия. Масса — 6,6 т, грузоподъемность — 2,1 т, или 10 человек с вооружением, масса буксируемого прицепа — 2,5 т, двигатель — дизельный, 175 л. с., скорость хода — до 112 км/ч, запас хода — 1000 км
«Шишига» с «Унимогом»

Легким полноприводным двухосным грузовикам с колесной формулой 4х4 в армии находится немало работы. Выбор многоцелевой военной машины — это всегда компромисс между  грузоподъемностью, скоростью хода, надежностью, стоимостью и экономичностью. Примером удачного для своего времени компромисса можно считать «Шишигу», как прозвали советский грузовик ГАЗ-66 грузоподъемностью до 2 тонн, продержавшийся в производстве 35 лет (выпускался до 1999 года). Он имел высокую удельную мощность — около 30 л. с. на тонну, широкий диапазон тяговых усилий и проявил замечательные проходимость и эксплуатационные качества не только в войсках, но и на сельхозработах. Ему на смену создали ГАЗ-33081, но военные, как мы видели, предпочли более грузоподъемный КамАЗ-4350.

Можно упомянуть и германские «Унимог», много лет работающие в разных странах мира. Характерна расшифровка «Унимог» — Universalmotorgera ..te, или «универсальное транспортное средство». Новое поколение «Унимог» 4×4, созданное «Мерседес-Бенц», включает автомобили трех уровней грузоподъемности (U3000 — 2 тонны, U4000 — 3, U5000 — 5) с дизельными двигателями в 150—218 л. с., и в каждом имеются варианты с укороченной и удлиненной базой. Интересны и такие особенности, как «скручивающаяся» рама, коробка передач с электропневмоуправлением, пневматическое управление раздаточной коробкой и дифференциалами, дорожный просвет в 440— 480 миллиметров, большие колеса с шинами низкого давления, небольшие свесы корпуса спереди и сзади. Все это обеспечивает весьма неплохую проходимость и управляемость.

Оригинально выполнено шасси 4×4 семейства автомобилей DURO швейцарской фирмы «Бухер-Гуер». Колеса каждой пары крепятся к трубчатому подрамнику, шарнирно соединенному с рамой автомобиля и связанному через балансир с другим подрамником. В результате перемещение или наклон одного колеса вызывает перемещение других таким образом, что автомобиль на склонах и неровностях сохраняет контакт колес с грунтом, но не испытывает значительного крена. А дорожный просвет без выступающих картеров способствует проходимости. Такую подвеску применили и для модели 6×6. Можно увидеть тут развитие идеи «переломной» в продольной плоскости рамы, воплощенной фирмой «Берлие» еще в 1920-е годы.

КамАЗ-5350 «Мустанг» (6×6). Масса — 8,54 т, грузоподъемность — 6 т, масса буксируемого прицепа — 12 т, двигатель — дизельный, 260 л. с., скорость — 100 км/ч, запас хода по топливу — 1090 км
То в форме, то в штатском

Использование ВАТ непосредственно в войсковых частях в боевых условиях, казалось бы, требует строить его на основе тех же узлов и агрегатов, что и армейские бронемашины. Такой опыт имеется — автомобили ГАЗ-3937 (с кабиной тандемного типа, небронированный) и ГАЗ-39371 (с обычной компоновкой кабины, бронированный) серии «Водник», разработанные в Нижнем Новгороде и выпускаемые Арзамасским машиностроительным заводом, созданы на основе агрегатов БТР-80. А 26 сменных модулей (транспортные, грузовые, боевые) позволяют выполнять на этом шасси с механической трансмиссией и независимой торсионной подвеской колес машины различного назначения.

Тесная связь транспортных и транспортнобоевых машин проявляется и в семействе «Динго-2», разработанном германской фирмой «Краусс-Маффей-Вегман» на основе того же «Унимог», хотя здесь в большей степени использованы агрегаты коммерческих моделей. К характерным чертам автомобиля относятся независимая подвеска колес и большой капот — как-никак пришлось размещать двигатель в 230 л. с., — а также высокая кабина, обеспечивающая водителю хороший обзор. Для того же служит видеосистема заднего обзора.

С другой стороны, неожиданный пример использования самого «мирного» шасси явила транспортная бронемашина «Мунго», выполненная на базе… грузовичка «Мультикар» для городских коммунальных служб. Дело в том, что бундесверовским десантникам, участвующим в миротворческих и контртеррористических операциях за рубежом, потребовалась машина, которая могла бы перевозить отделение из десяти человек, нести противопульное бронирование и при этом вмещаться в военнотранспортные самолеты и вертолет СН-53. Вот и выбрали шасси покомпактнее.

«Урал-6320» 6×6 (Россия) с кабиной каркасно-панельного типа, локальным бронированием, дизельным двигателем в 400 л. с. и полной массой до 33,5 т
«Один-два»

Наиболее распространены в армиях многоцелевые автомобили грузоподъемностью от 5 до 10 тонн. В основном это — трехосные полноприводные машины с распределением осей по схеме «1—2», то есть со сближенными задними осями. Схема «1—2» хорошо подходит для автомобильных дорог, дает благоприятное распределение нагрузок по осям, хотя в преодолении горизонтальных препятствий уступает схеме «1—1—1» — равномерному распределению осей по длине машины. Последнюю, что интересно, можно встретить на ряде плавающих грузовых машин вроде британской «Столвэт» или советского плавающего шасси БАЗ-5937, а   сближенные передние оси («2—1») — у тягачей с двумя управляемыми осями вроде чешской «Татры-813». Многоосники могут различаться также по расположению двигателя и кабины, схеме и типу трансмиссии, подвеске колес.

К машинам схемы «1—2» относится, например, российский «Урал-4320», хорошо проявивший себя в ходе боевых действий на Северном Кавказе. Среди его достоинств оказалась классическая компоновка с расположением двигателя впереди кабины — при наезде на мину в таких грузовиках у водителя больше шансов выжить. Любопытно, что и для американских «тактических» грузовых автомобилей 6×6 семейства «Ошкош» выбрана такая же компоновка. Причем семейство трехосных «Ошкош» включило сразу четыре основные модификации, различающиеся длиной колесной базы и грузовой платформы, грузоподъемностью, наличием или отсутствием лебедки — стремление «закрыть» широкий диапазон возможных требований заказчика на базе, по сути, одной машины. «Урал4320», кстати, тоже имеет модификации с удлиненной базой.

«Татра» Т816 (8×8) серии «Форс», Чехия. Дизельный двигатель может иметь мощность 544 или 830 л. с.
«Осьминожки»

Для увеличения грузоподъемности (и сохранения при этом проходимости) требуется увеличение числа осей. Поэтому неизбежно было появление кроме трехосных — и четырехосных шасси с колесной формулой 8×8. Несмотря на большую сложность, они предпочтительнее трехосок для грузоподъемности 10—15 тонн и выше. Впрочем, можно наращивать число осей и далее — в зависимости от потребности. Разработка шасси 8×8 развернулась давно — в Германии, например, их в 1927—1928 годах представили фирмы «Даймлер-Бенц» и «Магирус», в СССР в 1932 году созданы четырехосный грузовик ЯГ-12 и опытное шасси бригинженера Е.А. Чудакова. Кстати, в том же 1932-м германская «Бюссинг» представила шасси 10×10.

Из различных схем шасси 8×8 наиболее распространены «2—2» со сближенными крайними осями и «1—1—1—1» с равномерным их распределением. Управляемыми могут быть две передние оси, передняя и задняя или все одновременно. Схема «2—2» обеспечивает наибольшую устойчивость движения, сохранение контакта с грунтом при преодолении длинных неровностей, хотя по ширине преодолеваемого рва уступает «1—1—1—1» или «1—2—1».

Шасси 8×8 отлично проявляют себя и в качестве транспортеров-тягачей. Например, на шасси КамАЗ-6350 выполнен артиллерийский тягач, который помимо расчета в бронированной кабине и боекомплекта в кузове может нести на себе и аппаратуру управления огнем. Тягач БАЗ-6593 8×8 Брянского автозавода рассчитан для буксировки 152-мм артиллерийской системы 2А36 «Гиацинт-Б» или систем ПВО массой до 15 тонн. Эти машины занимают своего рода нишу между многоцелевыми грузовиками и тяжелыми тягачами.

Фургоны и контейнеры

Было бы просто, если бы все перевозки сводились к загрузке машин в одной точке отправления и разгрузке в конечном пункте. На самом деле грузы приходится несколько раз переносить, особенно при использовании войск за рубежом (к примеру, в операциях ООН), когда дальность доставки материально-технических средств возрастает многократно. Всякий, кому приходилось вручную загружать, разгружать и перегружать даже не слишком габаритные грузы, заполняющие кузов 5—6-тонного грузовика, знает, сколько времени и сил на это уходит. А если тому же личному составу нужно немедленно еще и пустить этот груз в дело? Решение проблемы в военном транспорте то же, что и в коммерческом, — использование грузовых контейнеров, соответствующих международным стандартам и приспособленных для перевозки воздушным, морским, железнодорожным и автомобильным транспортом. Этим облегчается и использование на определенных этапах доставки коммерческого транспорта и погрузочно-разгрузочных средств. Правда, требуется дооборудовать автомобильное шасси погрузочно-разгрузочными системами вроде «Мультилифт». Примеры — американская система FMTV-LHS на шасси автомобиля FMTV, французская PLM17 на шасси RM19, финская «Сису» HMLT.

Большим достижением полстолетия назад стало появление универсальных кузовов-фургонов типа КУНГ, монтируемых на различные автомобильные шасси или прицепы и предназначенных для монтажа различной аппаратуры и сравнительно комфортного размещения людей, эту аппаратуру обслуживающих. Но со временем и для этих целей оказались удобнее кузова-контейнеры, которые по необходимости можно как оставить на шасси, так и сгрузить на грунт. Работы над ними в разных странах, включая СССР, развернулись в 1980—1990-е годы. Созданы модульные контейнеры для размещения военнослужащих, оборудования пунктов управления и связи, медицинских пунктов, оружейных комнат, электроустановок, хлебопекарен и так далее. А кухни, хлебопекарни, полевые столовые и другие машины продовольственной службы играют, между прочим, далеко не последнюю роль в поддержке боеготовности войск. Все большее распространение получают кузова-контейнеры переменного объема, раскладывающиеся на месте подобно спичечному коробку.

«Пинцгауэр» (6×6), Австрия. Масса — 2,5 т, двигатель — дизельный, 136 л. с., скорость — до 112 км/ч, запас хода — 700 км. Пример легкого трехосника-внедорожника
Жизнь в тылу

В настоящее время понятие «тыловая зона» отнюдь не означает безопасность. Задачи перевозки, снабжения и технического обеспечения войск приходится выполнять при постоянной опасности обстрелов — особенно в зонах контртеррористических операций. Это требует решать проблемы повышения защищенности и живучести многоцелевых машин и их модификаций. Решение приходится искать по нескольким направлениям. Одно из них — уменьшение заметности в оптическом, инфракрасном, радиолокационном, а также сейсмо-акустическом диапазонах. Сюда относятся использование средств светомаскировки, деформирующей маскировочной окраски, термоизоляции силовой установки, экранно-эжекторных устройств для систем выпуска выхлопных газов, радиопоглощающих покрытий и съемных чехлов, прикрытие колесных ниш фальшбортами.

Следующее направление — уменьшение уязвимости от поражающих факторов различного вооружения. В нашей стране этой проблемой занимались еще с Афганской войны. «Колонна идет мимо горных вершин, лугов и полей в разноцветных заплатах и мимо скелетов сгоревших машин, что были колоннами тоже когда–то» — так поэт Михаил Калинкин описал движение транспортных колонн по горам Афганистана. Главной опасностью стали обстрелы из автоматического оружия и мины. И уже в 1982—1985 годах провели работы над навесным локальным бронированием для автомобилей «Урал» и КамАЗ. Речь идет в основном о броневой защите кабины, наиболее важных агрегатов и механизмов. Продолжить разработки потребовал опыт первой чеченской кампании. Главным средством защиты остается стальная броня. Бронелисты могут крепиться болтами непосредственно на поверхности машин или к специальному каркасу. При этом грузоподъемность машин при той же проходимости не должна уменьшаться более чем на 15%.

Страны НАТО весьма озаботились защитой транспортных машин во время агрессии против Югославии. А вооруженные силы США в Ираке уже к марту 2005 года имели 25 300 бронированных автомобилей, включая различные грузовики и джипы «Хамви».

Еще в 1990-е годы опасность доставки даже гуманитарной помощи в зонах межнациональных конфликтов породила требование ООН о бронировании используемых при этом грузовых машин. Заметим, что российские варианты локального бронирования большегрузных машин стальной броней толщиной 4—8 миллиметров многие зарубежные эксперты признали оптимальными. Правда, это не помешало, например, венграм в 1999 году задержать на границе российские гуманитарные грузы для Югославии, объявив защищенные броней гражданские грузовики «военными машинами», что,   впрочем, можно объяснить просто излишним энтузиазмом нового члена НАТО.

Упомянутый уже «Урал-4320» в защищенном варианте, кроме бронирования двигателя и кабины, получил фильтровентиляционную установку, приборы радиационной и химической разведки, установку для пулемета, приборы ночного видения, позволяющие обойтись без света фар. В его кузове может монтироваться замаскированный обычным тентом бронемодуль для солдат с амбразурами для стрельбы из индивидуального оружия.

Бронируются и автомобили для подвоза войскам горючего, пример тому — британские и германские автомобили-топливозаправщики емкостью 18 и 15 тысяч литров на шасси 8×8 с противопульным и противоосколочным бронированием кабины и цистерны. Срабатывает и маскировка топливозаправщика под обычный грузовик. Скажем, топливную цистерну с насосом можно укрыть под тентом «Урала» или КамАЗа. Характерны также работы по бронированию эвакуационных машин и машин технической помощи.

В ряде программ разработки новых многоцелевых машин возможность бронирования предусматривается изначально. Все более широко применяются в них боестойкие колеса с жесткими вставками, позволяющими двигаться на пробитой и спущенной шине. Вставка германской фирмы «Герман Прокьюремент» играет и «противоминную» роль, забирая часть энергии взрыва на свое разрушение (тут уж не до движения) и направляя часть взрывных газов в сторону от машины.

Сопровождение вооруженными машинами — тоже средство повысить защищенность колонн. И тут опять находится работа многоцелевым машинам. И в Афганистане, и в Чечне использовались зенитки ЗУ-23, установленные в кузове КамАЗа или «Урала» и замаскированные до момента применения тентом.

Тягач КЗКТ-74281 «Русич» (8×8) с танком Т-90С на полуприцепе КЗКТ-9101, Россия. Масса тягача — 25 т, число мест в кабине — 6, грузоподъемность полуприцепа — 52 т, двигатель — дизельный, 650 л. с., скорость — до 70 км/ч, запас хода по топливу — 705 км

Танки на такси

Армии не только моторизовывались, но и механизировались, то есть оснащались боевыми машинами. Сейчас трудно представить себе даже локальные боевые действия без участия танков и самоходных орудий. Но тяжелые гусеничные машины, как известно, значительно уступают колесным по скорости и экономичности движения по дорогам и по ресурсу ходовой части; к тому же они повреждают твердое покрытие дорог. Поэтому их переброску на большие расстояния стараются производить не своим ходом, а на специальных транспортерах. Колесные транспортеры танков существуют почти столько же, сколько сами танки: французы, например, уже в 1918 году использовали для переброски своих танков двухосные автомобильные прицепы.

Современные бронемашины легкого класса можно перебрасывать на грузовой платформе транспортеров вроде четырехосного КамАЗа6350 (8×8) с погрузочно-разгрузочной системой типа «Мультилифт» или пятиосного «Урала-6923» (10×8 или 10×10). Транспортер «Урал-632361» 10×10 может перевозить грузы до 24 тонн — столько весит, например, БМП-3.

Транспортер основных боевых танков — это автопоезд в составе седельного многоосного тягача и большегрузного прицепа-платформы. Откидные въездные трапы и лебедка с полиспастом позволяют грузить машины на прицеп, в кабине тягача может разместиться экипаж транспортируемой машины. Транспортеры танков служат и для эвакуации поврежденной тяжелой техники на ремонтные базы, и сами становятся базой для специальных машин.

Хорошо известен советский тягач МАЗ-537 (8×8), послуживший и танковым транспортером, и буксировщиком прицепов с баллистическими ракетами. Для его замены разработан автопоезд Курганского завода колесных тягачей в составе тягача КЗКТ-74281 (8×8) и двухосного полуприцепа КЗКТ-9101 грузоподъемностью до 53,5 тонны. На базе тягача КЗКТ-74281 выполнена машина технической помощи МТП-А4, а его модификация КЗКТ-74282 служит аэродромным тягачом для самолетов массой до 200 тонн.

Американский автопоезд для перевозки танков «Абрамс» включает тягач М1070 8×8 метров с дизельным двигателем в 500 л. с. и пятиосный полуприцеп М1000 с регулируемой погрузочной высотой платформы (за счет гидравлической системы подвески) и управляемыми с места водителя тележками полуприцепа. А пятиосный прицеп GTS1000 позволяет транспортировать танк массой до 72 тонн или две бронемашины массой по 36 тонн — необходимый отклик на растущую боевую массу бронетехники.

(Окончание следует)

Рубрика: Арсенал
Ключевые слова: военный транспорт
Просмотров: 18254