Тралы на минных полях

01 декабря 2007 года, 00:00

Сама по себе мина — лишь боеприпас, который еще нужно доставить к цели, или, что вернее, заставить цель встретиться с боеприпасом. Для этого во время боевых действий создаются минно-взрывные заграждения — самый настоящий «фундамент» почти всех заслонов, которые военные инженеры ставят на пути противника.

Давно отмечено, что борьба снаряда и брони всегда идет с опережением со стороны снаряда. Так и развитие средств противоминной борьбы несколько отстает от развития самих мин и систем минирования.

Самый надежный способ установки, «вручную», оптимален для отдельных мин и фугасов или группы мин, но при организации минного поля затраты времени и риск для личного состава могут оказаться непозволительно велики. Это породило обширную номенклатуру средств механизации минирования. Комдив Д.М. Карбышев еще в 1939 году писал, что установка мин может производиться «специальными минными заградителями», а также с грузовых машин или тракторных прицепов. Но в годы Великой Отечественной войны подобные приспособления не слишком широко использовались. Хотя эта война показала, что оперативность постановки МВЗ и маневра ими подчас не менее важна, чем маневр огнем артиллерии. После нее заградители прошли большой путь развития — от прицепных минных раскладчиков вроде отечественных ПМР-1 и -2 до самоходных минных заградителей. Среди лучших числится отечественный ГМЗ-3. Он выполнен на бронированном гусеничном шасси, экипажу не требуется при работе выходить наружу, МВЗ поэтому могут быть установлены прямо в зоне огня противника. Мины с контактным или неконтактным взрывателем с помощью специальных механизмов и наружного транспортера подаются из кассеты с установленным промежутком на грунт; если же их нужно «закопать», в дело вступают плужное и маскирующее устройства. Перевод мин в боевое положение ГМЗ-3 производит автоматически. За 30 минут такой заградитель способен установить минное поле на фронте 2,5—3 километра.

Фактор внезапности

Ну а почему бы не «приблизить» мину к противнику, подобно бомбе, ракете или снаряду, причем сделать это внезапно? Конечно, мины еще не научились сами закапываться и маскироваться, и при дистанционном минировании ставятся внаброс — открыто. Такой метод быстрого минирования рассматривался еще в начале 1930-х годов, а установка внаброс немцами мин с самолетов в годы Второй мировой войны оказалась достаточно эффективной. Но для полной реализации метода потребовалось решить ряд непростых задач, создать новое поколение мин и средств их доставки. В начале 1980-х годов произошел качественный скачок: на вооружении появились авиационные, артиллерийские и инженерные системы дистанционного минирования. МВЗ превратились в средство решения оперативных задач — они лишают противника подвижности, блокируют его войска и делают непригодными к эксплуатации объекты (аэродромы, например) на большом расстоянии и в очень сжатые сроки.

Системы дистанционного минирования разнообразны, но все основаны на сочетании кассетных боеприпасов, противотанковых и противопехотных мин и аппаратуры управления. Отстрел кассет может производиться на небольшую дальность в десятки метров — как, например, у отечественного переносного комплекта минирования ПКМ, самоходного универсального заградителя УМЗ или британского «Шильдер». Заградитель УМЗ несет на себе шесть полноповоротных контейнеров по 30 кассет в каждом, может установить минное поле, скажем, из противопехотных осколочных мин ПОМ-2 протяженностью 5 000 метров по фронту, из противотанковых ПТМ-3 — 600 метров, глубина поля составит от 15 до 240 метров.

Британский самоходный минный заградитель FV125 «Шильдер» за работой. Шесть поворотных установок по 12 направляющих для минных кассет позволяют устанавливать минные поля различной конфигурации

Артиллерийские системы дистанционного минирования выполнены на основе штатных гаубиц и реактивных систем залпового огня и способны поставить минное поле на значительно большем удалении. Скажем, китайская реактивная система минирования Тип 84, конструктивно напоминающая советскую РСЗО «Град», включает 24 направляющих калибра 122 миллиметра и может в одном залпе установить 192 противотанковых противоднищевых или 3 072 фугасных противопехотных мин на дальности 7 000 метров.

Еще дальше действуют авиационные системы минирования в виде кассетных авиабомб, сбрасываемых на малой высоте и «рассеивающих» мины над заданным районом. Вертолетные системы минирования, впрочем, поначалу имели самое простое устройство. На советском вертолете Ми-4, например, монтировали лоток для сброса мин. А китайцы укладывали мины с парашютами штабелями и в нужный момент вручную сталкивали в люк. Позднее появились системы, производящие в полете отстрел стандартных кассет с минами. Скажем, советская система минирования ВСМ-1, предназначенная для установки мин с вертолета Ми-8МТ, включает 116 унифицированных кассет с противопехотными минами ПОМ-2 или противотанковыми ПТМ-3, может за 40 секунд установить минное поле протяженностью от 400 до 4 000 метров.

Пытливый читатель резонно возразит, что поставленные внаброс мины обнаружит даже не самый внимательный наблюдатель — и все же преодоление минного поля, «накрывшего» войсковую часть или внезапно образовавшегося на ее пути, оказывается не таким простым делом. Даже если только четвертая или пятая часть мин снабжена элементом неизвлекаемости, разминирование потребует времени. Не подойдут вовремя резервы, запоздает удар авиации, будут перекрыты пути отхода или сорвется маневр силами по фронту. А это значит — мины выполнили свою задачу, даже не взрываясь.

Со щупом в руке

Часто обнаруживают мины по демаскирующим признакам или с помощью щупов, в качестве которого может использоваться и штык, но обычно без специальных средств инженерной разведки не обойтись. Наиболее известны и распространены среди последних индукционные миноискатели, рассчитанные на поиск объектов, содержащих металлические детали. Первые конструкции таких приборов появились еще в годы Первой мировой войны. Правда, тогда они предназначались для поиска неразорвавшихся боеприпасов, коих оставалось на полях боев великое множество. Один из первых серийных образцов переносного миноискателя был принят на вооружение в СССР в 1938 году. Однако опыт советско-финляндской войны, а затем и Великой Отечественной заставил существенно усовершенствовать конструкцию миноискателей. За прошедшие десятилетия индукционные миноискатели прошли большой путь развития, связанный с изменением элементной базы и алгоритмов обработки сигнала.

Основной составной частью любого миноискателя является поисковый элемент — датчик, регистрирующий вид аномалии, вызванной присутствием инородного тела в грунте.

300-мм кассетный реактивный снаряд 9М55К4 к реактивной системе залпового огня «Смерч», СССР/Россия. Снаряд предназначен для оперативной дистанционной постановки противотанковых минных полей и содержит кассеты КПТМ-3 с противоднищевой миной ПТМ-3. Количество мин в боевой части одного снаряда — 25, дальность стрельбы — от 20 до 70 км

Поисковый элемент индукционного миноискателя связан с генератором электромагнитных колебаний, создающим локальное электромагнитное поле. Находящийся в грунте металлический предмет вызывает возмущение электромагнитного поля, оператор фиксирует это по изменению звука в наушниках, загоранию лампы, отклонению индикаторной стрелки. Для работы в грунтах, насыщенных осколками боеприпасов и другими металлическими предметами, а также для поиска мин с небольшим содержанием металла индукционным миноискателям требуются устройства селекции.

И они появились — благодаря стремительному прогрессу микросхемотехники и развитию алгоритмов формирования и обработки сигналов. Так, например, встроенная микропроцессорная система управления селективного индукционного миноискателя ИМПС позволяет автоматически настраивать прибор в процессе ведения поиска, быстро менять режим его работы, вручную задавать класс объектов для их селективного поиска. Кроме звукового сигнала современный миноискатель может выдать и визуальную информацию о классе обнаруженного объекта.

Одним из лучших миноискателей, применяемых в разных странах мира, считается австрийский AN-19/2 — его модификации применяют в Швеции, ФРГ, Великобритании, Италии, Нидерландах, Канаде, США (под обозначением AN/PPS-12). Это индукционный миноискатель импульсного типа: на круглую двойную поисковую рамку подается импульсный электрический ток, электромагнитное поле вызывает в металлических компонентах боеприпасов вихревые токи, создающие вторичное поле, которое возбуждает сигнал в приемных контурах поискового устройства. Сигнал обрабатывается электронным блоком и подается на головные «телефоны». Металлическая деталь массой 0,15 грамма будет обнаружена на дальности до 10 сантиметров, металлическая противотанковая мина — до полуметра. Но это не главное: в электронную схему британского миноискателя MD8 включены два микропроцессора, обеспечивающих не только увеличение чувствительности миноискателя, но и обнаружение малых масс металла вблизи больших масс. Он способен на удалении 10 сантиметров обнаружить деталь из нержавеющей стали массой 0,05 грамма рядом с полутонным стальным объектом. Это облегчает обнаружение минирования стальных и железобетонных построек, позволяет обнаруживать пластмассовые мины вблизи металлических (таким расположением нередко маскируют мины). В германском 2FD 4.400 реализована работа одновременно на двух частотах, что позволило совместить высокую чувствительность со способностью распознавать объекты, например, в грунтах с магнитными включениями. Встроенный микропроцессор осуществляет автоматическую перестройку режима работы при меняющихся параметрах грунта. Считается, что дальнейшее развитие алгоритмов обработки сигналов позволит намного поднять характеристики миноискателей даже без изменения их датчиков.

Уменьшение массы металла в минах заставляет искать иные принципы их поиска. Например, использовать радиоволновые миноискатели, представляющие собой, по сути, радиолокатор, излучающий сверхвысокочастотный сигнал (частотой 2,0 гигагерца и более) и анализирующий сигнал, отраженный от объектов. Объект выделяется и идентифицируется по его диэлектрической проницаемости, а значит, миноискатель надежно находит мины как с металлическим, так и с неметаллическим корпусом.

  

Нелинейный детектор ИНМ для дистанционного обнаружения мин с неконтактными электронными взрывателями, Россия. Масса рабочего комплекта — 11 кг, дальность — до 5 м

В 1970-е годы развернулись работы по нелинейной радиолокации. В ее основе лежат свойства элементов с нелинейными характеристиками (к ним относятся, в частности, транзисторы, полупроводниковые диоды и триоды). При облучении их СВЧ-сигналом в отраженном сигнале появляется не только основная гармоника несущей частоты, но и более высокие гармоники. Настроив приемник на прием второй и третьей гармоник зондирующего сигнала, можно обнаруживать под слоем грунта, в стенах и т.д. даже выключенные электронные схемы, включая неконтактные взрыватели мин или приборы дистанционного управления фугасами. Скажем, портативный нелинейный радиолокатор «Родник 23К» позволяет обнаруживать объект на удалении от 0,3 до 6 метров (в зависимости от типа устройства и преграды) и определять местоположение с точностью до 1 сантиметра. В Афганистане, Абхазии, Чечне нашел применение нелинейный локатор, известный как «искатель неконтактных мин» ИНМ. Также на Северном Кавказе прошел испытания нелинейный локатор NR 900 EK «Коршун». Кроме селекции сигналов от полупроводниковых и металлических переходов (что позволяет надежно выделять радиоуправляемые взрыватели даже на местности, засоренной металлическим мусором) в «Коршуне» учли и требование удобства работы оператора — в его руках только небольшая антенна, а приемопередающий блок размещен в разгрузочном жилете. Для поиска заглубленных взрывных устройств в Чечне был испытан также георадар серии «ОКО-2».

Нужно отметить, что возможность срабатывания взрывателя при приближении любого «активного» — индукционного (с непрерывным или импульсным сигналом), радиоволнового, нелинейного — миноискателя требует, чтобы дальность обнаружения мины превосходила дальность срабатывания датчика цели или устройства самоликвидации. А для этого необходимы расширение динамического диапазона, новые алгоритмы формирования зондирующего и обработки принятого сигнала.

Одна из любимых тем изобретателей — совмещение поискового элемента миноискателя с подошвой солдатской обуви. Но вряд ли боец, передвигающийся на поле боя, успеет среагировать на сигнал и не наступить туда, куда уже двигалась его стопа.

Зато тепловизионная аппаратура, работающая в диапазоне длин волн 8—12 микрон и воспринимающая собственное тепловое излучение объекта, вполне нашла себе применение. Она позволяет обнаруживать замаскированные «инородные» объекты по их тепловому контрасту с фоном. В России ведется разработка прибора для обнаружения взрывчатых веществ на основе фотоядерного метода. Суть его заключается в определении в обследуемом объеме повышенной концентрации азота и углерода — химических элементов, составляющих основу всех современных боевых ВВ. В России же создан образец для поиска мин методом квадрупольного магнитного резонанса, где детектирование взрывчатых веществ производится по поглощению радиоволн, частота которых специфична для веществ данного типа. Похожий лабораторный прибор представлен и в США.

Машина-миноискатель

Для ускорения поиска мин на маршрутах движения войск создаются подвижные миноискатели на самоходном шасси. Американский комплект миноискателя WC-324 или германский ML 1750, например, могут монтироваться на 0,25-тонном автомобиле.

В подвижном миноискателе «Джамбо», разработанном в Австрии для Министерства обороны Канады, используется электронная схема, аналогичная переносному миноискателю AN-19/2, однако поисковое устройство включает 8 контуров и позволяет вести поиск в полосе шириной 6 метров. Монтируется оно на дистанционно управляемой машине. Вообще использование безэкипажных машин, часто именуемых «роботами-саперами» (а разработка таких машин, кстати, началась еще в 1920-е годы), стало важным направлением развития инженерной техники. Но это — тема отдельного разговора.

Часто одну машину оснащают комплексом разнородной аппаратуры — индукционной, оптико-электронной, тепловизионной, радиолокационной. Сочетание различных методов обнаружения при цифровой обработке получаемой информации позволяет в реальном масштабе времени получать более полную и достоверную информацию, повысить вероятность обнаружения мин. А оснащение подвижных миноискателей спутниковой системой навигации — точнее фиксировать обнаруженные МВЗ. При этом рабочая скорость подвижного миноискателя будет соответствовать средней скорости передвижения войск по дорогам.

Американцы при разминировании территории Кувейта после операции «Буря в пустыне» использовали установленную на самолете «Бичкрафт» РЛС с синтезированной апертурой для поиска заглубленных мин. Полученное изображение сопоставлялось с хранящимися в базе данных радиолокационными изображениями различных мин и боеприпасов. Разработана в США и аппаратура COBRA для поиска наземных мин с помощью низколетящего беспилотного аппарата. Ее основой стала камера многоспектральной съемки (включая инфракрасный и ультрафиолетовый участки спектра). Обработка снимков местности, полученных в разных диапазонах, быстродействующим бортовым компьютером позволяет выявлять МВЗ уже за время пролета над местностью.

Четвероногие саперы

Со времен Второй мировой войны одним из самых надежных «миноискателей» остается собака. Мина или фугас могут не иметь металлических деталей, могут даже не иметь характерной формы. Но они обязательно содержат взрывчатое вещество, в состав которого входят определенные соединения, которые собачий нюх выделит на фоне остальных запахов. Вопреки распространенной легенде при подготовке собак-«миноискателей» не нужно «подмешивать им взрывчатку в пищу». Достаточно положить что-нибудь вкусное, скажем, на ящик с тротиловыми шашками. А германские кинологи, например, предложили заменить последовательное обучение собак различению запаха десятка наиболее распространенных ВВ «натаскиванием» на запах всего одного органического ВВ — октогена: они уверены, что после этого собака будет находить любое ВВ, от пороха до тротила.

Собаки стали верными спутниками саперов в современных войнах, контртеррористических операциях, а также на гуманитарных разминированиях. Достаточно вспомнить, как в Афганистане в голове колонн двигались БТР с готовыми к работе саперами и обязательно с собаками на броне. Кстати, по две собаки брали не потому, что «они часто подрывались» — просто в жарком климате они быстро устают.

В Южной Африке разработали систему MEDDS: на автомобиле установлена аппаратура для автоматического взятия проб воздуха и их маркировки. После проезда определенного участка пробы дают понюхать собаке, и на место подозрительной пробы высылают саперов. Считается, что помещение собаки в относительном комфорте ускоряет работу вчетверо против обычного «прочесывания» местности сапером-вожатым с собакой.

Появились, впрочем, и иные кандидаты на роль «живых миноискателей». Так, Марокко в марте 2003 года предлагало направить в Ирак для поиска мин… отряд специально обученных обезьян.

Ну а что делать с уже разведанным минным полем? Полное разминирование местности важно и необходимо, но требует много времени и сил. Войскам же, чтобы выполнить боевую задачу, нужно преодолевать МВЗ противника с возможно большей скоростью.

Известны три основных способа проделывания проходов в МВЗ — вручную, механический (тралением) и взрывной. Первый способ самый надежный, но и самый опасный и длительный. Тем не менее в условиях «минной войны» необходимо иметь подготовленную и оснащенную группу разграждения в каждом мотострелковом или танковом батальоне, артиллерийском дивизионе, а иногда — в каждой роте и батарее. Знание основных приемов постановки, поиска и обезвреживания мин давно стало необходимым для каждого солдата. Еще в годы Великой Отечественной войны проводили «частичное осаперивание пехоты» — так называли подготовку отобранных групп пехотинцев для решения задач саперов. Правда, как знание основ меткой стрельбы не делает любого стрелка снайпером, так и знание основ минного дела еще не делает бойца квалифицированным сапером.

  

Колейный минный трал КМТ-5 на танке Т-55 (установлены только катковые секции и цепь для траления штыревых противоднищевых мин), СССР/Россия. Масса одной катковой секции 2 265 кг. Средняя скорость траления 8—12 км/ч. Могли крепиться также две ножевые секции и кассета для установки пиротехнических сигналов, обозначавших проход в минном поле

Наземные тральщики

Наземные минные тралы (до того вопрос траления мин вставал только перед флотом) появились уже в конце Первой мировой войны. Тогда же определились основные направления их развития, впоследствии уточнявшиеся и, если можно так сказать, «ветвившиеся», как того требовали все более разнообразные и сложные задачи инженерных войск. Первые образцы советских минных тралов были созданы в 1934 году, а в 1942-м для танка Т-34 был создан удачный катковый колейный минный трал ПТ-3.

После войны колейные минные тралы получили наибольшее распространение. Они рассчитаны на то, что движущиеся за танком-тральщиком машины пойдут по его колеям — для их обозначения используются специальные указки, метки светящейся краской, пиросигналы. Развитие колейных тралов шло по двум основным направлениям: навесные тралы к штатным боевым машинам для преодоления ими минных полей самостоятельно и создание специальных машин с комплектом катково-ножевых тралов для проделывания проходов в минных полях и ведения инженерной разведки маршрутов движения войск.

Действие каткового минного трала основано на создании давления, достаточного для срабатывания взрывателя противотанковой мины. Для этого делают катки насколько возможно тяжелыми, выносят максимально вперед центр тяжести трала, через гидропневматические устройства передают на трал часть веса машины, на который он установлен. Чтобы трал как можно точнее копировал профиль местности, колейная секция набирается из нескольких катков, каждый из которых имеет некоторое перемещение по вертикали. Трал может быть взрывоустойчивым, как, например, КМТ-7, чей каток выдерживает взрыв противотанковой мины. Но и невзрывоустойчивый трал имеет свои достоинства. Скажем, у трала «Парнас» каток со звеном подвески отрывается взрывом, забирая при этом изрядную долю его энергии, но небольшие катки лучше копируют местность, а трал имеет комплект сменных рабочих органов, еще и добавляющий ему необходимый вес. Кстати, трал «Парнас», как и трал «Кольцо-2» (для БМП), получил оригинальные катки с подвешенными на обод башмаками. Башмак увеличивает время воздействия трала на мину — этого потребовал опыт борьбы в Афганистане с итальянскими минами с пневмомеханическими взрывателями.

  

Ножевой колейный минный трал КМТ-8 с электромагнитной приставкой ЭМТ, СССР/Россия. Каждая секция трала включает отвал с тремя основными и тремя дополнительными ножами. Для траления противоднищевых мин служат две поперечные штанги. Общая масса трала — 1 000 кг, ширина колей траления — 2х600 мм, скорость траления — до 15 км/ч. Масса комплекта ЭМТ — 250 кг

Еще одна любопытная особенность советских тралов, созданных в 1980-е годы СКБ-200 челябинского завода «Станкомаш» (ведущего КБ по созданию танковых минных тралов) — ножи-корчеватели, призванные разрушать нажимные крышки пластмассовых мин и провода управления минами и фугасами. Но не стоит путать их с ножевыми тралами.

Ножевые тралы, погружаясь в грунт, подобно плугу, «выглубляют» и удаляют мины в стороны от направления движения танка. Рабочим органом такого трала является отвал с несколькими ножами. Ножевые тралы сравнительно легки, компактны и позволяют наступающим подразделениям преодолевать минные поля в боевых порядках. Отсюда целая серия отечественных ножевых колейных минных тралов — КМТ-4 и 4М, КМТ-6, КМТ-8 для танков, КМТ-10 для БМП. За рубежом получили развитие ножевые тралы как колейные, так и проделывающие широкий сплошной проход — вроде американского трала FWMR, британского SMCS или израильского FDMP. Кстати, трал FWMR разработали после операции «Буря в пустыне» — на мягких и сыпучих грунтах ножевые тралы оказались куда эффективнее катковых. Удобны они и при снежном покрове. Но на плотных и каменистых грунтах работать не могут.

А вот британцы, например, издавна уделяют большое внимание бойковым тралам. На поднятый над землей горизонтальный барабан крепятся цепи с грузиками, барабан раскручивается, цепи с силой бьют по грунту и либо заставляют мины сработать, либо отбрасывают их. Траление довольно надежно, но работа трала требует отбора мощности у двигателя машины-тральщика (впрочем, установка любого трала требует от тральщика запаса мощности) и сопровождается густой завесой пыли и комьев земли, которая уже сама по себе задерживает движение.

  

Защитный комплект сапера «Дублон», Россия. Обеспечивает защиту головы и туловища (круговую), а также конечностей (спереди) от действия мин типа ПМН-2 (с дистанции 1 м), при дополнительном бронировании — от осколков МОН-50 — с 10—15 м, МОН-90 — с 15—25 м, а также от пуль автоматов АКМ и АК-74

Разработка минных тралов и комплексов разминирования местности шла тем успешнее, чем больший опыт противоминной борьбы имелся. Характерен в этом плане такой эпизод. Армия США вложила немалые средства в разработку и испытания катковых тралов. Но когда в 1973 году в США с Ближнего Востока доставили трофейный советский трал ПТ-54, а два года спустя — КМТ-5, там остановили ряд собственных проектов и за несколько лет создали навесной трал для танков М60 и М1 на основе советских образцов. И жалели лишь, что новый трал недостаточно универсален — нуждается в «ножевом» дополнении, да еще, мол, цепь, провешенная между катковыми секциями для инициирования штыревых взрывателей противоднищевых мин, цепляется за бугорки и пни. Американцы просто были не в курсе, что в СССР катковый трал КМТ-5 используется в комплексе со съемным ножевым КМТ-4, что цепь уже заменена поперечными отгибаемыми штырями, а кроме того, разработана электромагнитная приставка.

Электромагнитная приставка ЭМТ включает два высоких соленоида. При пропускании через них импульсного тока они создают перед танком меняющееся по напряженности магнитное поле, эквивалентное магнитному полю движущегося танка. ЭМТ вызывает срабатывание магнитных взрывателей мин не ближе 1 метра от магнита и при скорости тральщика до 15 километров в час тралит сплошную полосу шириной 4 метра.

Советские специалисты изначально исходили из того, что ни одно средство проделывания проходов в МВЗ не дает стопроцентного результата (как ни одно МВЗ не обладает стопроцентной эффективностью) и требуется их комплексное применение. В настоящее время ведутся работы над рабочими органами для траления противобортовых и противокрышевых мин. Для борьбы с противобортовыми минами, например, предназначено устройство УТБМ-4, используемое в комплексе с другими тралами.

Примером специальной инженерной машины с высокой эффективностью траления мин, высокой защищенностью и противоминной стойкостью стали машины серии БМР — «бронированная машина разминирования». БМР-3 и БМР-3М на шасси танка Т-90 оснащаются колейным катковым минным тралом КМТ-7 с электромагнитной приставкой ЭМТ. Сама БМР имеет многослойное бронирование днища, специальное крепление оборудования и мест экипажа для большей «выживаемости» при подрыве, комплект навесной динамической защиты. Многодиапазонный передатчик помех блокирует работу радиоуправляемых взрывных устройств. Машина возит с собой два комплекта миноискателей, комплект разминирования, индивидуальный защитный комплект сапера «Дублон», носимые передатчики помех, которые стали уже привычным оснащением инженерных подразделений. Скажем, в Чечне в группы разведки и разминирования включали БМП или БТР с передатчиком помех РП-377(Б).

Самоходный бойковый минный трал «Аадварк» («муравьед») на бронированном шасси полугусеничного трактора, Великобритания (рабочие органы, разумеется, сменные, кабина экипажа максимально удалена от самого трала)

Техника «уборки»

Системы дистанционного минирования породили особую категорию тралов. Опасность внезапно оказаться «накрытым» минным полем требует наличия в любом механизированном подразделении легкого, быстро монтируемого навесного трала, позволяющего очистить путь от установленных внаброс мин. У израильского трала SMCD, монтируемого на легкую бронированную или небронированную машину, рабочим «органом» служат две балки, установленные углом вперед и несущие каждая рамку с натянутыми в несколько рядов проволоками, что напоминает арфу. Проволоки сдвигают мины в стороны, а в случае подрыва вместо разрушенных проволок вступают в дело следующие. В другом израильском трале LIME использован набор скользящих по дорожному покрытию упругих башмаков. Поскольку системы дистанционного минирования, скорее всего, «накроют» подразделение на марше, создание таких «дорожных» тралов вполне оправдано. Британский трал COMIRO напоминает уборочную технику еще больше: рабочим органом ему служит мощная металлическая спираль — вращаясь, она должна сдвигать мины в стороны, как шнек.

В России разработан легкий сетевой трал, пригодный для работы и вне дорог с твердым покрытием. На раме подвешена сеть из стальных цепей, по нижнему краю которой подвешены стальные втулки. Втулки волочатся по земле и либо отбрасывают мины, либо подрывают, причем взрыв не повреждает сеть в целом.

Для траления дистанционно установленных мин можно использовать и подручные средства вроде деревьев-волокуш, катков из бревен.

Разминирование взрывом

Со времен Первой мировой войны в инженерных войсках нашли применение удлиненные заряды взрывчатых веществ. Правда, тогда с их помощью проделывали проходы в многорядных проволочных заграждениях. Но со временем их стали укладывать и на минные поля. Средства взрывного разминирования получили развитие в годы Второй мировой войны и в послевоенный период. Главные достоинства взрывного способа — быстрота проделывания проходов и ликвидация мин различных типов — отвечают и требованиям высокой мобильности, и разнообразию минного вооружения.

Доставить удлиненный заряд на минное поле можно различными способами, но самый распространенный — с помощью небольших реактивных двигателей. Взрыв заряда либо разрушает, либо заставляет сработать (ударной волной) заложенные рядом мины. Правда, образованный проход для надежности очищают от уцелевших мин саперы или танк-тральщик. Тем более что взрыватели современных мин стараются делать взрывоустойчивыми.

  

Установка разминирования УР-77 в работе, СССР/Россия. Боекомплект установки — два удлиненных заряда разминирования. Длина заряда — 93 м, дальность подачи заряда — УЗП-77 — 200 и 500 м, длина прохода в противопехотном минном поле (УЗП-77) — 80—90 м, ширина — 6 м, время проделывания прохода — от 3 до 8 минут. Расчет — 2 человека

Современные удлиненные заряды разминирования разнообразны по своим размерам, размерам проделываемых проходов, способам применения. Скажем, отечественная переносная установка разминирования УР-83П подает удлиненный заряд с помощью реактивного двигателя с легкой пусковой рамы на дальность 440 метров, а длина проделываемого прохода достигает 100 метров. Комплект разминирования ЗРП-2 весит 50 килограммов и носится бойцом в виде ранца, заряд запускается с грунта и проделывает в минном поле тропу глубиной около 50 и шириной 0,4 метра.

Для проделывания небольших проходов для пехоты используется и обычный детонирующий шнур, как в британском заряде ROMANS. Для расширения проходов пытались «набрасывать» на минное поле сетку из детонирующего шнура, но удавалось это только буксировкой за танком-тральщиком — при подаче реактивными двигателями сетка запутывалась.

Проделывания проходов для прохода бронетанковой техники — работа для более тяжелых зарядов на прицепах (как у американского MICLIC) или самоходных установках разминирования. Отечественная установка УР-77 на гусеничном шасси несет два заряда разминирования с реактивными двигателями под защитой своей брони, причем может производить их пуск и подрыв как на суше, так и на плаву. Заряд разматывается за реактивным двигателем и летит свободно, пока не натянется тормозной канат между ним и машиной. После падения заряда на минное поле машина отъезжает назад, выравнивая его, команда на подрыв подается по кабелю. Взрыв одного заряда УЗП-77 — а это пластмассовый шланг, набитый 725 килограммами пластита, — заставляет сработать мины с нажимным взрывателем, рвет проволоки-растяжки и проделывает в минном поле проход 80—90 метров длиной и 6 метров шириной. В войсках такие установки не без юмора прозвали «Змей Горыныч» — за характерную форму в полете, пламя и шипение реактивного двигателя. УР-77 неплохо зарекомендовали себя в обеих чеченских кампаниях.

Большие надежды возлагают на боеприпасы объемного взрыва и термобарические — например, на системы залпового огня, способные накрыть взрывной волной большой участок МВЗ. Чешская система SVO на шасси БМП-1 одним залпом проделывает в минном поле проход глубиной 100 и шириной 5 метров.

Соревнование между разработчиками инженерных боеприпасов, средств организации МВЗ и управления ими и создателями средств их разведки, обезвреживания и уничтожения мин, фугасов и других взрывных устройств, а также средств защиты личного состава и техники от минного оружия продолжается с неослабевающим напряжением. В этой войне никто никогда не победит.

Рубрика: Арсенал
Ключевые слова: мины
Просмотров: 27724