Мины против пехоты

01 октября 2007 года, 00:00

Первые боевые мины появились почти пятьсот лет назад и постепенно стали одним из основных видов оружия, использующихся в конфликтах разной степени локальности. Поначалу словом «мина» обозначалась подземная горизонтальная шахта под укреплениями противника, куда закладывался пороховой заряд. Отсюда, кстати, и выражение «подводить мины», то есть строить козни. Впоследствии миной стал называться и сам заряд.

При слове «мина» многим представляется зарытый под землей взрывной боеприпас. Между тем происходит оно от французского mine — «рудник», «подкоп». В военном деле, как нетрудно понять, это слово закрепилось во времена осадных войн, а точнее — осадных работ при боевых действиях. Оттуда же, кстати, и французское «сапер», от saper — «подрывать», «подкапываться». Так, саперы рыли траншеи и подступы, а минеры подкапывались под стены. С появлением пороха в мины стали закладывать разрывные заряды. Постепенно мина стала обозначать взрывчатый боеприпас. Кроме фугасного использовалось и осколочное действие — с начала XVII и вплоть до начала XX века для защиты укреплений устраивали «камнеметные фугасы». Впрочем, в Китае разные варианты пороховых мин, включая подземные («Подземный гром»), применяли еще раньше, иногда создавая подобие минного поля, в котором мины подрывались почти одновременно. Взрывчатым веществом несколько веков оставался дымный порох. Надежный способ взрывания искали довольно долго, но существенный успех был достигнут в 1830-е годы с разработкой огнепроводного шнура У. Бикфордом в Англии и системы электровоспламенения К.А. Шильдером в России.

С середины XIX века фугасы и минные горны из крепостной войны стали переходить в полевую, и большую роль сыграл здесь опыт Крымской войны 1853—1856 годов. Противопехотные мины и фугасы применялись в Гражданскую войну в США 1861—1865 годов, в Русско-турецкую 1877—1878 годов.

В это же время начиналась история новых бризантных взрывчатых веществ: в 1832 году француз А. Браконно получил ксилоидин, в 1846-м немец Х. Шёнбейн — пироксилин, в 1847-м итальянец А. Собреро — жидкий нитроглицерин. В России на основе нитроглицерина Н.Н. Зинин и В.Ф. Петрушевский разработали взрывчатые составы, позднее названные динамитами, а в 1855 году А.П. Давыдов открыл явление детонации во взрывчатых веществах. В 1867 году Альфред Нобель в Швеции предложил схему капсюля-детонатора на основе гремучей ртути. Новые взрывчатые вещества, открытие способов их промышленного производства, капсюли-детонаторы и детонирующий шнур вызвали техническую революцию во взрывном деле. К концу XIX века находят практическое применение динамит, пикриновая кислота, тротил, аммиачно-селитренные взрывчатые вещества, в начале XX века к ним добавляются тетрил, ТЭН, гексоген и другие. Появляются «полевые самовзрывные фугасы» — прототипы современных мин с автоматически действующими взрывателями.

В Русско-японской войне 1904—1905 годов уже применялись противопехотные мины заводского исполнения. Во время Первой мировой войны воюющие стороны прикрывали минами подходы к своим позициям, перегораживали проходы, подводили минные горны под передовые окопы противника. С появлением на поле боя танков начинают действовать противотанковые мины, а к концу войны — и первые опытные миноискатели и минные тралы.

Однако в межвоенный период мины все еще считали дополнением к невзрывным заграждениям и химическими «завесам». Хотя Д.М. Карбышев уже в 1930-е годы писал, что из всех видов заграждений «наиболее рентабельным является минирование» и указывал на необходимость мин, срабатывающих от давления, сотрясения, мин замедленного действия, автоматических фугасов, — подобные мины были на вооружении РККА, но в недостаточном количестве. Существенно изменила ситуацию Советско-финляндская война 1939—1940 годов, за которой последовало быстрое развитие в нашей стране, с одной стороны, минного вооружения, с другой — средств обнаружения и преодоления минно-взрывных заграждений.

Во время Второй мировой войны минновзрывные заграждения сыграли особую роль. Так, Красная Армия и советские партизаны использовали около 40 типов мин. Общее число наземных противопехотных и противотанковых мин различных типов, примененных на советско-германском фронте Второй мировой войны, превысило 200 миллионов.

Локальные войны еще больше увеличили значение различных мин. Так, в арабо-израильской войне 1973 года 20% потерь бронетанковой техники пришлось на подрывы на минах. А во вьетнамской войне с ее преимущественно партизанским характером только в 1970 году потери американцев от подрывов на минах составили 70% всех потерь бронетанковой техники и 33% потерь в живой силе. Кроме новых поколений мин создавались средства их механизированной установки, принципиально новые системы и комплексы минирования, новые средства противоминной борьбы.

А понятие «минная война» в специальной и популярной литературе присутствует вот уже четверть века. Советской армии пришлось столкнуться с ведением такой войны душманами в Афганистане. Если в 1982 году там было обнаружено и снято 5 118 различных мин и фугасов, то в 1983—1987 годах ежегодно снимали по 8—10 тысяч. Кроме масштабов применения этого оружия росло и разнообразие его применения. По оценкам специалистов, взрывные потери составили примерно 25% всех потерь советских войск в Афганистане, и большинство из них — результат подрывов. Российская армия уже больше десяти лет сталкивается с минной войной на Северном Кавказе. В Чечне потери от подрыва на минах, фугасах и замаскированных взрывных устройствах, по ряду оценок, составили около 70% всех потерь федеральных сил. А в американских войсках в Ираке потери от подрывов превышают 50% всех потерь.

Состязание «снаряд—броня» обычно идет с преимуществом «снаряда», это видно и в минной войне — конструкция и тактика применения минно-взрывных заграждений опережают развитие средств и способов противоминной борьбы.

  
Противопехотная фугасная мина ПМН-4, СССР. Корпус — пластмассовый, масса — 300 г. Установка — вручную
Современное минное вооружение являет собой чрезвычайное разнообразие типов, семейств и образцов различных поколений. В техническом плане диапазон минного оружия очень широк — от простейших мин и взрывателей, отличающихся от старинных самострелов только материалами и технологией, до комплексов «интеллектуального» оружия с возможностью работы в автономном и в дистанционно управляемом вариантах. В локальных войнах и военных конфликтах нашли широкое применение мины различного назначения, всевозможных марок и поколений производства Италии, Китая, Пакистана, Румынии, СССР, США, Чехословакии, Югославии, немалый вклад внесли и вносят и другие страны.

По назначению выделяют мины противопехотные, противотанковые, противотранспортные, противодесантные (применяются в прибрежной зоне), специальные (зажигательные, мины-ловушки, диверсионные, сигнальные) и объектные. А ведь создавались еще и «инженерные ядерные фугасы».

Нашу осторожную «экскурсию» по минному вооружению начнем с противопехотных (ПП) мин. Многообразие этого типа боеприпасов порождено и одновременным существованием мин разных поколений, и разностью технологических возможностей, но прежде всего многообразием задач и способов применения ПП-мин. Их ставят в составе противопехотных или комбинированных минных полей, группами и отдельными минами, прикрывают ими подход к своим позициям и объектам, отход своих подразделений или перекрывают пути движения в тылу противника, сковывают его маневр или заставляют двигаться в «огневой мешок», «защищают» противотанковые мины, используют в качестве ловушек или средств подрыва фугасов и так далее. Особое внимание уделялось и уделяется не только повышению поражающего действия мин, но и созданию образцов, приспособленных к механизированной установке и использованию в составе систем дистанционного минирования (артиллерийских, реактивных, авиационных).

Взрывом и осколками

Большинство мин состоит из трех основных элементов — заряда взрывчатого вещества, взрывателя и корпуса.

В основе действия любой мины лежит взрыв, то есть крайне быстрое выделение большого количества энергии, сопровождающееся возникновением и распространением ударной волны.

Взрывчатое превращение распространяется в массе обычного взрывчатого вещества (ВВ) либо путем теплопередачи и излучения, выделяющегося при горении, или путем механического воздействия ударной волны, распространяющейся по массе ВВ со сверхзвуковой скоростью. В первом случае процесс называют горением, во втором — детонацией.

В зависимости от применения ВВ делятся на: инициирующие (предназначенные для возбуждения взрывчатых процессов), бризантные, или дробящие (используемые для разрушения), метательные, пиротехнические составы.

В минах различного назначения используют в основном бризантные вещества, чувствительные к детонации. К ним относятся такие продукты органической химии, как тротил, тетрил, гексоген, ТЭН, пластид и другие, а также дешевые аммиачно-селитренные ВВ (аммониты). Пиротехнические составы применяют, например, в сигнальных и зажигательных минах.

Но энергию взрыва надо еще использовать для поражения противника. Минно-взрывные поражения обычно комбинированные, вызванные сразу несколькими факторами, но в качестве основных выделяют два — осколочное и фугасное поражение.

Фугасное действие заключается в поражении цели раскаленными высокоскоростными продуктами взрыва — на близких расстояниях, а далее избыточным давлением во фронте и скоростным напором ударной волны. Даже незначительное избыточное давление в 0,2—0,3 кг/см2 может вызвать серьезные поражения. Подрыв на фугасной мине обычно связан с отрывом или разрушением конечности, повреждениями внутренних органов, магистральных сосудов, нервных столбов.

Что касается осколков, то убойным считается осколок, имеющий при встрече с целью кинетическую энергию около 100 Дж. А значит, убойным можно считать уже стальной осколок массой всего 0,13—0,15 грамма при его скорости 1 150—1 250 м/с. Тяжелый осколок неправильной формы причиняет, конечно, большие разрушения тканей, но наносимое тканям тела сотрясение при малой скорости меньше. К тому же осколок должен еще попасть в цель, а поскольку взрыв действует «неприцельно», осколков лучше «иметь больше». Если на определенном расстоянии от точки взрыва не менее половины целей (а цель — фигура человека, примерно 1,5—2 на 0,5 метра) «получат» 1—2 убойных осколка, это расстояние именуют радиусом эффективного поражения, если не менее 70% — сплошного поражения (хотя в описаниях осколочных мин можно встретить путаницу в этих радиусах). Осколочные ранения обычно проникающие, при неправильной форме осколков — еще и рваные, с тяжелым повреждением внутренних органов, разрывом кровеносных сосудов и нервных тканей, переломами костей. Готовые шаровидные осколки, применяемые в ряде мин, оставляют в теле мелкие каналы, но при этом «шариковые ранения» характеризуются множественностью. Стальной шарик в тканях тела движется по своеобразной траектории, резко меняя направления, рана имеет многочисленные слепые каналы, сопровождается разрывами внутренних органов.

Приказ на поражение

Начнем с самого главного в мине — взрывателя. Ведь не сработай он вовремя — и мощность заряда, ударная волна или осколки, старания конструкторов и саперов пропадут даром или даже пойдут во вред своим. С другой стороны, именно «хитрость» взрывателя делает мину реально опасной для противника.

По принципу действия взрыватели делят на контактные, требующие непосредственного соприкосновения с объектом, и неконтактные, по срокам срабатывания — мгновенного и замедленного действия. Контактный взрыватель мгновенного действия «реагирует» на воздействие от цели, каковым может служить прикосновение к натянутой проволоке или нити (натяжное действие), приложение давления (нажимное) или, наоборот, снятие давления (разгрузочное) с крышки мины. Механические взрыватели натяжного и нажимного действия — старые, но по-прежнему самые распространенные типы. Комбинированные взрыватели вроде американского М3 могут использовать натяжное, нажимное или разгрузочное действие.

При всех современных технологиях по-прежнему широко применяют растяжку — низко натянутую проволоку или нить, соединенную с чекой или рычагом ударного механизма взрывателя. Но растяжку нужно еще поставить и замаскировать в траве, кустарнике, мусоре. К тому же трава и ветви имеют привычку колыхаться. Датчиком цели могут служить «усики» (короткие упругие стержни) взрывателя или разбросанные в стороны от мины тонкие нити с грузиками. Конечно, это требует более чувствительного взрывателя, и, дабы обезопасить минеров, он автоматически переводится в боевое положение только через некоторое время после установки мины. Для этого служит механизм дальнего взведения. В системах дистанционного минирования такой механизм особенно важен.

У неконтактных взрывателей датчиком цели может служить устройство, которое реагирует на создаваемые целью механические или электромагнитные колебания (или пересечение целью «луча»). Примеры — вибрационный или тепловой датчик, настроенный на срабатывание выше заданного уровня, паралазерный излучатель-приемник (на пересечение луча), и так далее. Запал служит для непосредственного инициирования подрыва заряда и может быть частью взрывателя или вставляться в мину отдельно — при ее установке.

Запал может включать, например, капсюль-воспламенитель, который срабатывает от накола ударником и подрывает капсюль-детонатор, вызывающий в свою очередь взрыв детонатора и заряда ВВ. Терочный запал действует за счет трения. При снаряжении мины литым тротилом или аммиачно-селитренными ВВ требуется еще и дополнительный детонатор.

Электрический запал, включающий электродетонатор, источник тока, провода и замыкатель, позволяет использовать самые разнообразные контактные и неконтактные схемы. Скажем, под качающейся доской настила может находиться контакт, отделенный небольшим промежутком от контакта на другой доске. Наступив на крышку или доску, солдат замкнет электроцепь, и сработает взрыватель установленной сбоку от тропы или настила мины. Более современный вариант — через дорогу перекинута петля оптического кабеля. Достаточно его раздавить или порвать, чтобы приемный элемент перестал получать сигнал, и несложная электронная схема выдаст команду на подрыв. Сигнал к электродетонатору может поступить и от такого датчика цели, как сочетание нажимного стержня и пьезоэлемента, пары светодиод-фотодиод (пересечение целью луча), от светочувствительного датчика, реагирующего на освещение сильным фонарем, и пр.

Ряд мин снабжен дополнительным детонатором и гнездом для взрывателя для установки на неизвлекаемость — взрыватель среагирует на попытку, скажем, сдвинуть мину или обезвредить ее.

Имеются и механизмы самоликвидации (самоподрыва). Вариант — электронный таймер, запускаемый одновременно с приведением мины в боевое положение. Правда, электронные механизмы легко отказывают при замерзании источников тока, а при высоких температурах их работа нестабильна. И все же подобные взрыватели находят все большее применение. Они позволяют придать минам сразу ряд возможностей — избирательность по цели (человек, машина), дальнее взведение, самоликвидацию или самонейтрализацию (перевод в безопасное положение) через заданное время или по кодированному сигналу, установку на неизвлекаемость при различных условиях (сдвиг, наклон, приближение миноискателя), возможность «опроса» мин и определения их боевого состояния.

  
Противопехотная фугасная мина ПМА-1А, Югославия. Корпус — пластмассовый, масса — 400 г, снаряжается тротиловой шашкой. Такую мину очень легко изготовить
«Многоликий» фугас

Фугасные мины рассчитаны на поражение одного пехотинца в армейской обуви, и отличаются небольшими размерами и массой. Их трудно обнаружить визуально или щупом. В годы Великой Отечественной войны советские войска широко применяли деревянную фугасную противопехотную мину ПМД с нажимной крышкой. Ее схема использовалась и после войны. В Венгрии, например, выпускали сначала деревянную копию советской ПМД-7, а позже — М62 с пластмассовым корпусом. Практически по той же схеме, но с иным (терочным вместо ударного) запалом выполнена и югославская мина ПМА-1А. В фугасных минах давно и широко использовали корпуса из пластмассы, керамики, прессованного картона, ткани. Применение пластмасс вызвано рядом факторов — уменьшение массы (при размерах этих мин прочность не снижалась), удешевление, трудность обнаружения индукционным миноискателем (а фугасные ПП-мины ставятся на небольшую глубину). Затруднению обнаружения способствуют и неметаллические детали во взрывателе. Так, в итальянской мине SB-33 имеется всего 0,86 грамма металла, а взрыватель китайской мины Тип 72А имеет только одну металлическую деталь — боек ударника.

Примером фугасной ПП-мины с пластмассовым корпусом может служить советская ПМН-4. Встроенный в конструкцию взрыватель весьма чувствителен, поэтому имеется механизм дальнего взведения гидромеханического типа. Датчик нажимного действия устроен так, чтобы «поймать» давление на резиновый колпак мины даже при незначительном контакте с ногой. У югославской ПМА-3 для той же цели верхняя часть с боевым зарядом под давлением ноги проворачивается относительно нижней, заставляя сработать терочный взрыватель.

Еще более уменьшить размеры ПП-мин пытались за счет применения кумулятивного заряда. Так, американская мина М25 LC несет кумулятивный заряд всего 8,5 грамма и имеет вид вгоняемого в грунт колышка. А мину «Грэвел» выполнили просто в виде тканевого пакета с зарядом на основе азида свинца, взрывающегося от нажима и не нуждающегося в специальном взрывателе.

  
Противопехотная фугасная мина SB-33, Италия. Корпус — пластмассовый, масса — 140 г. Установка — системами дистанционного минирования, минным раскладчиком или вручную
По сути дела, к фугасным противопехотным минам относятся и мины или заряды, используемые в качестве элементов неизвлекаемости. Например, советская мина-сюрприз МС-3 с пластмассовым корпусом, массой 550 граммов, зарядом 200 граммов и взрывателем разгрузочного действия. Такая мина, положенная под противотанковую или противопехотную мину (если те не имеют своих устройств неизвлекаемости) или подрывной заряд, сработает при попытке сдвинуть их с места и вызовет детонацию. Подобным образом используется и мина-ловушка МЛ-7 массой 100 граммов.

Производились, кстати, ПП-мины еще более «локального» действия — «пулевые», стрелявшие солдату в ногу. Тут можно вспомнить и германскую Kugelmine времен Второй мировой войны, и советскую ПМП начала 1960-х (снаряжалась пистолетным патроном 7,62х25 ТТ, срабатывала от нажима на колпачок с усилием 7-30 кгс), и различные партизанские самоделки разных стран и народов. Однако эффективность пулевых мин оказалась весьма низкой.

С другой стороны, для борьбы с пехотой использовались зажигательные мины и фугасы кругового или направленного поражения. Скажем, американцы в Корее и Вьетнаме готовили их на основе бочек, канистр или бидонов с жидкими или загущенными (напалм) горючими смесями и вышибными зарядами. «Огневые» мины могли снаряжать и твердыми смесями — например прессованным термитом. Постепенно применение «огневых» ПП-мин почти сошло на нет, но на смену зажигательным смесям пришли объемно-детонирующие и термобарические. Скажем, югославская управляемая мина UDAR содержала выстреливаемый вверх контейнер с 20 килограммами жидкого топлива, которое, распыляясь в аэрозольное облако и детонируя, давало поражение живой силы в радиусе 40 метров.

  
Противопехотная осколочная мина кругового поражения BLU-92/B, США. Корпус — металлический, масса — 1,5 кг. Установка — авиационной системой минирования «Гатор»
«Круговая оборона»

Осколочные мины различаются прежде всего по способам установки и по «направленности» действия. Пример простой и дешевой мины являют советские противопехотные осколочные мины заграждения вроде ПОМЗ-2, разработанной в годы Великой Отечественной войны, и ее модификация ПОМЗ-2М. Чугунный цилиндрический корпус с внешней насечкой ставится на деревянном колышке где-нибудь в траве, снаряжается стандартной 75-граммовой тротиловой шашкой, к механическому взрывателю МУВ-2 от 2—3 колышков протягиваются растяжки.

Мины ПОМЗ широко копировались по миру, а среди их аналогов (не копий) можно упомянуть бельгийскую мину PRB-413. Мина кругового поражения ПОМ-2 относится уже к совсем иному поколению — хотя бы в силу применения в системах дистанционного минирования. Они снаряжаются в кассеты и устанавливаются «внаброс» с помощью вертолетной системы ВСМ-1, самоходного минного заградителя УМЗ или переносного комплекта ПКМ. Это потребовало несложной «автоматики» для установки и приведения мины в боевое положение. После падения на грунт шесть откидных подпружиненных лопастей ставят мину в вертикальное положение, затем отстреливаются в стороны тонкие провода с грузиками, служащие датчиками цели. При взрыве осколки корпуса поражают противника. В механизме самоликвидации обошлись без электронных схем — просто поршень постепенно «продавливает» каучуковый гель, пока боек не достигнет капсюля. Система хоть и зависит от температуры воздуха, но в конце концов срабатывает там, где может отказать электроника.

Американская мина BLU-92/В также устанавливается системой дистанционного минирования на грунт, но боевое положение занимает проще. Кроме датчиков цели в виде четырех капроновых нитей с грузиками она имеет резервный сейсмический датчик, срабатывающий при приближении цели на 3—4 метра. Взрыватель действует также при попытке сдвинуть мину, то есть служит устройством неизвлекаемости.

  
Противопехотная осколочная выпрыгивающая мина кругового поражения ОЗМ-72 (СССР) в разрезе. Корпус — металлический, масса — 5 кг
Смертоносные «лягушки»

Просто устанавливаемые над землей взрывные устройства и обнаруживаются проще. Поэтому появление скрытых в земле «выпрыгивающих» мин было только делом времени. Их прототипом, по сути, стал «шрапнельный фугас» штабскапитана Карасева, применявшийся еще при обороне Порт-Артура. В годы Второй мировой войны советские войска широко использовали управляемые мины типа ОЗМ на основе вышибной камеры и осколочных снарядов или минометных мин, подрываемые по сигналу по проводам. Однако наиболее эффективной оказалась германская «Шпрингмине» SMi-35 с тремя автоматическими взрывателями, прозванная нашими саперами «лягушкой». Взрыв осколочного элемента, снаряженного 300 стальными шариками, происходил в 1—1,5 метра над землей, радиус поражения достигал 20 метров.

«Выпрыгивающие» мины подвергались дальнейшим усовершенствованиям и после войны. Пример — советские ОЗМ-4 и ОЗМ72. Последняя устанавливается в лунку, взрыватель ввинчивается в гнездо, после чего устройство маскируется. Если используется механический взрыватель МУВ, к его чеке подводится растяжка, установленная на колышках. При использовании электромеханического взрывателя МВЭ-2 солдату противника достаточно зацепить брошенный по земле от взрывателя к мине провод. При срабатывании взрывателя вышибной заряд выбрасывает из направляющего стакана стальной корпус с разрывным зарядом и готовыми осколками в виде уложенных в несколько рядов стальных роликов. При натяжении троса, связывающего стакан с ударным механизмом, срабатывают ударник и запал, и на высоте 0,6—0,9 метра происходит взрыв, готовые осколки и осколки корпуса поражают противника в радиусе до 25 метров. Сравним — у ПОМ-2, взрывающейся над грунтом, радиус поражения не более 16 метров.

Выпрыгивающие мины нашли применение и в системах дистанционного минирования. Таковы, например, американские М67 и М72, ставящиеся «внаброс» с помощью 155-мм артиллерийских снарядов (система ADAM). Мина имеет форму сегмента цилиндра и взрыватель с натяжными нитями, разбрасываемыми в стороны усилием пружин после «приземления» мины. При касании нити разрывной элемент выбрасывается вверх и взрывается на высоте 1—1,5 метра, давая радиус поражения 10—15 метров. А на основе М67 создана выпрыгивающая PDB М86, быстро устанавливаемая простым броском рукой, подобно гранате.

  
Противопехотная осколочная мина направленного поражения М18А1 «Клэймор» (США)
Летят шарики да ролики

Простые геометрические соображения позволяют понять, что радиус эффективного поражения у мины кругового поражения невелик. Дальность убойного действия, в зависимости от мощности заряда и массы осколка, может достигать и 200, и 300 метров, но количество осколков на единицу площади быстро уменьшается. С другой стороны, при установке мин часто можно с высокой долей уверенности предсказать, с какого направления появится противник. Так не лучше ли направить поток осколков в определенный сектор пространства? У этой идеи также долгая история — вспомним те же камнеметные фугасы.

Во второй половине XX века большое внимание привлек американский опыт применения во Вьетнаме мин направленного поражения М18 «Клэймор» с пластмассовым корпусом и готовыми осколками. Использование готовых осколков при легком корпусе позволяет создать более равномерное и «предсказуемое» осколочное поле и уменьшает потери энергии на разрушение корпуса. «Клэймор» стали широко копировать и дорабатывать. Ее советским аналогом стала МОН-50.

Корпус мины представляет собой плоскую пластмассовую коробку, изогнутую в двух плоскостях, причем за счет вогнутости передней стенки у МОН-50 рассеивание осколков по вертикали меньше, чем у американского прототипа, а значит — выше плотность потока осколков. Внутри корпуса помещается заряд ВВ, а у передней стенки расположен слой осколков общей массой около 1 килограмма. МОН-50 устанавливается на четырех складных ножках либо крепится на дерево, стену, металлическую трубу.

  
Противопехотная осколочная мина направленного поражения HELKIR (Австрия) поворачивается на треноге в трех плоскостях и может использоваться для поражения наземных и воздушных (на сверхмалых высотах) целей
При установке мина с помощью простейшего «прицела» наводится по оси предполагаемого сектора поражения. Ударная волна, конечно, распространяется и назад, и в стороны, так что мина «опасна» и за пределами сектора, что учитывают при ее установке. Взрыватели могут применяться различных типов — электромеханический МВЭ-72, механические МУВ-2 и МУВ-4, электродетонатор ЭДП-р. Последний получает сигнал с пульта управления, тогда мина или группа мин становится в руках оператора своеобразным оружием залпового огня.

Мины направленного поражения ставят на путях движения противника, прикрывают ими свои позиции, подходы к объектам. Они считаются очень удобными и для организации мин-ловушек. Количество осколков и угол их разлета увязаны с радиусом сплошного поражения. Скажем, у французской F1 (APED), содержащей 500 осколков, это 30 метров при угле 50°, у МОН-50 (485 осколков) — 50 метров при угле 54°. Для сравнения — управляемая выпрыгивающая мина ОЗМ-160 имеет радиус кругового поражения до 40 метров, но при этом сама мина весит 85 килограммов, а ее осколочный снаряд — 45.

На вооружении состоят и более мощные образцы — скажем, МОН-100 и МОН-200. Их корпус в виде вогнутого диска подвешивается на опоре. Эти мины используются только в управляемом варианте. При взрыве МОН-100 400 осколков поражают цели в радиусе до 100 метров. Кроме живой силы, это могут быть и небронированные машины, и автомобильные покрышки, так что тяжелые мины направленного поражения вроде МОН-100 или FFV модели «13» можно считать и противотранспортными. Встречаются и здесь «самоделки». Скажем, афганские душманы делали мины направленного поражения из снарядных гильз, насыпая поверх пороха куски металла, а вместо капсюля используя электровоспламенитель.

  
Противопехотная осколочная мина направленного поражения МОН-200, СССР. Корпус — металлический, масса — 25 кг, заряда ВВ — 12 кг. Установка — вручную. Показан вариант установки на дерево
Мины — огонь!

«Управляемые» (взрываемые по желанию минера) мины появились раньше «автоматических». Примером же современного комплекта управления противопехотным минным полем, составленным из мин типа ОЗМ или типа МОН, может служить отечественный УМП-3. Оператор использует пульт управления, от которого 4 проводные линии управления идут к 40 исполнительным приборам, установленным на минном поле, к исполнительным приборам подключены электродетонаторы мин. УМП-3 позволяет на дальности до 1 километра управлять 80 минами, проводить их избирательный взрыв, быстро, за 5 секунд, приводить минное поле в боевое положение, а за 3 секунды переводить в безопасное. Правда, весит такой комплект 370 килограммов. Более портативный (95 килограммов) комплект «Краб-ИМ» позволяет на той же дальности управлять по проводам всего 11 минами.

Посложнее будет неконтактное взрывательное устройство НВУ-П («Охота»), успешно прошедшее боевое крещение еще в Афганистане. НВУ-П позволяет использовать группу из пяти мин ОЗМ-72 или МОН-50 с дистанционным (с пульта МЗУ, по проводным линиям) или автономным управлением. В последнем случае датчиком цели служит геофон (датчик сейсмических колебаний). Сигнал с геофона обрабатывается логическим устройством, выделяющим из всего спектра шаги человека и подающим сигнал на распределительное устройство, подрывающее первую мину через смонтированное на мине накольное устройство. Если сигнал шагов поступает вновь (цель не поражена или появилась новая), подрывается вторая мина и так далее. С подрывом пятой мины самоликвидируется и само устройство. Кроме того, НВУ-П обеспечивает дальнее взведение и самоликвидацию при разряде батарей.

Современные технологии позволяют продвинуться куда дальше в организации минного поля и управлении им. Скажем, Научно-исследовательский машиностроительный институт предложил «инженерный боеприпас с кассетной боевой частью», известный как М-225. По сути, это кассетный реактивный снаряд, устанавливаемый вертикально в грунт и управляемый дистанционно с проводного пульта ПУ404П (на дальности до 4 километров) или радиопульта ПУ-404Р (до 10). Один пульт может управлять работой до 100 мин. Каждая из них снабжена комбинированным датчиком цели, включающим сейсмический датчик с логической селекцией целей (машина или человек), магнитный с селекцией по массе металла, тепловой с селекцией по количеству выделяемого тепла. Пульт своими программно-аппаратными средствами обрабатывает сигналы от мин и выдает оператору рекомендации: какую мину или группу мин целесообразнее взорвать. По поданному с пульта сигналу сначала срывается крышка мины со слоем грунта, затем реактивный двигатель поднимает ее на высоту 45—60 метров. Здесь в радиусе 85—95 метров разбрасываются 40 боевых кумулятивно-осколочных элементов с ленточными стабилизаторами. При ударе о землю или о цель элемент подрывается и поражает либо живую силу осколками в радиусе 17 метров, либо машину кумулятивным зарядом (толщина пробиваемой брони — до 30 миллиметров). С учетом возможного набора боевых элементов мину можно считать и противопехотной, и противотранспортной, и противотанковой. Пульт управления задает минам режим боевого дежурства или пассивного ожидания, самоликвидацию (по времени или при пропадании связи с пультом), подрыв (неизвлекаемость) или самодеактивацию.

То есть минное поле превращается в «разведывательно-заградительный» комплекс — по аналогии с ракетно-артиллерийскими разведывательно-ударными комплексами.

(Продолжение следует)

Рубрика: Арсенал
Ключевые слова: мины
Просмотров: 54312