Ловушки в океане

01 мая 1979 года, 00:00

Рисунок Г. Комарова

Есть в океанах районы, которые издавна пользуются печальной славой «гиблых мест». Один из самых грозных таких участков располагается к югу и юго-востоку от мыса Доброй Надежды, в чем моряки убедились еще в эпоху Великих географических открытий.

Впервые достигший мыса Доброй Надежды португальский мореплаватель Бартоломеу Диаш назвал его мысом Бурь. Это название куда точней отражает характер места. Нельзя даже определить количество судов, погибших в этом районе. Иногда здесь находили убежище, — увы, последнее — целые эскадры. Например, в 1716 году во время сильного шторма в Столовой бухте затонул целый флот — сорок два голландских фрегата, а вместе с ними груз, оцениваемый в 40 миллиардов франков. 4 ноября 1799 года в этом же заливе штормом были выкинуты на рифы английский шестидесятичетырехпушечный линейный корабль «Скипетр», датский линейный корабль «Олденбург» и восемь торговых судов. Только на «Скипетре» из команды в 491 человек погибло около 400 моряков. (Стоимость погибшего в Столовой бухте груза, по данным английских архивов, оценивается более чем в 30 миллионов фунтов стерлингов; правда, до сих пор никому не удалось достать эти сокровища.) Но если бы причина катастроф заключалась только в штормах. И в наше время этот район (особенно океан у юго-восточного побережья Африки между мысом Дернфорд и мысом Ресифе) считается опасным для мореплавания из-за необычных одиночных волн, которые назвали «волнами-убийцами». Моряки, которые с ними сталкиваются, описывают их как «ложбины», «ямы» в океане. Действительно, характерная особенность этих волн — крутой передний склон, а за ним — пологая ложбина. «Волны-убийцы» бывают высотой до 15—20 метров (однажды отмечена 24-метровая волна!). При этом они иногда возникают даже при относительно спокойном море.

Вот как описывает встречу с такой волной офицер английского крейсера «Бирмингам» (дело происходило во время второй мировой войны). «Мы находились примерно в 100 милях к юго-юго-западу от Дурбана на пути в Кейптаун. Крейсер шел быстро и почти без качки, встречая умеренную зыбь и ветровые волны, когда внезапно мы провалились в яму и понеслись вниз навстречу следующей волне, которая прокатилась через первые орудийные башни и обрушилась на наш открытый капитанский мостик. Я был сбит с ног и на высоте 10 метров над уровнем моря оказался в полуметровом слое воды. Корабль испытал такой удар, что многие решили, что нас торпедировали, и заняли места по боевой тревоге. Капитан сразу же уменьшил ход, но эта предосторожность оказалась напрасной, так как умеренные условия плавания восстановились и больше «ям» не попадалось. Это происшествие, случившееся ночью с затемненным кораблем, было одним из наиболее волнующих в море. Я охотно верю, что груженое судно при таких обстоятельствах может потонуть». Этому крейсеру повезло. Судьба ряда других кораблей до и после знакомства «Бирмингама» с «волной-убийцей» была куда печальней. Достаточно упомянуть, что в 1909 году здесь от такой волны погиб пароход «Уарита» с 211 пассажирами и командой.

После открытия Суэцкого канала движение через опасный район к юго-востоку от мыса Доброй Надежды стало редким. И все же...

Уже в наши дни, в период с 1947 по 1959 год, грозной атаке «волн-убийц» подверглось четыре крупных судна («Босфонтейн», «Гиастеркерк», «Оринфонтэйн» и «Яхерефонтейн»). Однако случившиеся аварии не привлекли к себе серьезного внимания. Они никого не насторожили, поскольку, как уже было упомянуто, древним морским путем вокруг мыса Доброй Надежды в общем мало кто пользовался, да и аварии, пусть необычные, раз в несколько лет, — не повод для особого беспокойства.

О печальном опыте парусных судов, о «волнах-убийцах» и зловещей славе этою места пришлось вспомнить позже.

В 1967 году в результате арабо-израильской войны был закрыт Суэцкий канал, и огромное количество судов стало ходить вокруг Африки, тем самым в несколько сотен раз увеличивая вероятность встречи с одиночными волнами. Тогда-то «волны-убийцы» снова напомнили о себе.

В июне 1968 года супертанкер с гордым названием «Уорлд Глори» («Всемирная Слава») водоизмещением 28 300 регистровых тонн следовал под либерийским флагом из Кувейта в испанский порт Уэльва, имея на борту 49 тысяч тонн сырой нефти. Перед выходом в море танкер согласно документам был: «Крепок, исправен, безопасен для плавания, укомплектован личным составом и в достаточной мере обеспечен провизией». Первые две недели плавания прошли без особых событий. 12 июня судно получило штормовое предупреждение о сильном юго-западном ветре. Шторм обрушился 13 июня в 5 часов утра. Судно, вначале пытавшееся следовать заданным курсом, было вынуждено сбавить ход и штормовать, держа курс носом к волне. В 14 часов 55 минут гигантская волна высотой около 20 метров приподняла середину танкера, а его нос и корма повисли в воздухе. Корпус судна прогнулся, и на палубе около передней надстройки образовалась трещина. Вскоре еще одна волна задрала нос кверху, у судна переломился корпус, и две половины танкера стали расходиться. На поверхность океана хлынула нефть. К вечеру обе половины корабля затонули.

После случая с «Уорлд Глори» в этом районе аварии стали происходить почти ежегодно. При этом опасности подвергались суда даже самой совершенной конструкции. Так, в 1973 году из Европы в Японию направлялся «Нептун Сапфир». Судно имело высший класс норвежского классификационного общества «Веритас». Первого августа, находясь в 15 милях от мыса Хермис, при северо-восточном ветре около 20 метров в секунду оно испытало такой удар волны, что носовая часть длиной в 61 метр отломилась от корпуса.

В том же, 1973 году опасности подвергся гигант современного судостроения нефтерудовоз «Свилэнд». Это было огромное судно длиной в треть километра. Двадцать пятого сентября оно медленно двигалось на юго-запад, борясь против сильного встречного ветра. Вокруг вздымались 8—12-метровые волны, но для гиганта они были не страшны, поскольку высота его борта составляла двадцать девять метров над уровнем моря. Однако в 16 часов 45 минут перед «плавучим островом» возникла столь глубокая ложбина, что в нее провалился нос корабля. Второй такой волны, к счастью, не последовало, и все обошлось благополучно, если забыть о двух раненых при этом матросах.

Исследователям океана пришлось заняться «волнами-убийцами» всерьез. Конечно, их изучали и раньше, но теперь требовались точные и надежные рекомендации, как избежать опасностей «гиблого места». (Любопытно, что отнюдь не самая худшая для плавания часть Мирового океана возле Бермудских островов приобрела зловещую, хотя и неоправданную известность, как «Бермудский треугольник», а действительно опасный уголок океана возле южных берегов Африки избежал сенсационной шумихи. Вот как иногда бывает...)

Причина появления «волн-убийц» оказалась в следующем. Ревущие сороковые широты гонят к юго-востоку Африки крупные волны зыби. Особенно часты такие волны в холодное, с мая по октябрь, время года. Но, помимо зыби, там же, естественно, возникают волны, зародившиеся под влиянием местных ветров: они, как правило, короче и круче. Взаимное наложение таких волн и зыби способно резко увеличить размер волны.

Но этого еще недостаточно для образования внезапных и страшных «волн-убийц». Анализ вызванных ими аварий и катастроф выявил одну закономерность. В этом районе имеется сильное, идущее с севера на юг, прибрежное течение (Агульясово, иначе Игольное, течение). Так вот, аварии и катастрофы, за редким исключением, случаются тогда, когда суда, борясь со встречным волнением, движутся по стремнине этого течения вскоре после прохождения холодного атмосферного фронта.

Что же происходит? Сопутствующие холодному фронту северные ветры ускоряют Агульясово течение до максимальной скорости порядка пяти узлов. А навстречу этой быстро движущейся океанической «реке» мчатся ветровые волны и волны зыби. Высота первых всего около трех метров, высота вторых достигает 6—8 метров, но они способны усиливать друг друга. И случается так, что течение «запирает» всю эту массу валов. Тут-то и взлетает «ненормальный», высотой до двадцати и более метров, гребень, тут-то и образуются «провалы» и «ямы».

Когда все это выяснилось, то оказалось, что морякам, в общем, нетрудно спастись от «волн-убийц». Нужно только придерживаться простых мер предосторожности. А именно: если судно следует на юго-запад навстречу зыби и начинает падать барометр (что свидетельствует о приближении фронта), а ветер, усиливаясь, меняет направление от северо-восточного до юго-западного, то надо уйти со стремнины Агульясова течения. Вот, собственно, и все... Все очень просто, когда известна природа «волн-убийц»!

Встречаются ли «ненормальные» волны в других местах Мирового океана? К сожалению, да. Крутые и опасные волны образуются там, где обычные волны накладываются на сильные встречные течения. Они, как правило, не столь опасны, как африканские «волны-убийцы» (нет зыби), но весьма чувствительны. Особенно для мелких судов. Джон Колдуэлл в своей книге «Отчаянное путешествие» так описывает «волнение на течениях»: «Поистине эти воды — сущее наказание для моряков. Здесь сталкиваются три враждебных течения, и под килем судна клокочет и бурлит вода... Внезапно, неизвестно откуда, на поверхности океана появились бесчисленные конусообразные юркие волны. Они взлетали и опускались в бесконечной пляске, как бы простирая к небу множество рук. Никогда в жизни не приходилось мне наблюдать подобное зрелище. Казалось, океан страдает жуткой эпилепсией. Волны нападали на яхту и тут же выплескивались».

Колдуэллу удалось благополучно миновать этот район Галапагосских островов и дойти до Австралии. Но не всегда знакомство с «необычными» волнами оканчивается благополучно. Ночью второго сентября 1974 года яхта «Морнинг Клауд» в проливе Св. Георга между Великобританией и Ирландией во время сильного шторма и приливного течения испытала на себе удары двух столь крупных и огромных волн, что не смогла выпрямиться и затонула. Несколько раньше, в 1973 году, на стремнине Гольфстрима у берегов США по той же причине погибли крупные норвежские суда «Анита» и «Норзе вариант».

Исследователи считают, что первое упоминание о «волнах-убийцах» встречается еще в «Одиссее» Гомера.

«В страхе великом тогда проходили мы тесным проливом;

Сцилла грозила с одной стороны, а с другой пожирала

Жадно Харибда соленую влагу, когда извергались

Воды из чрева ее, как в котле, на огне раскаленном...»

Одиссей был предупрежден об опасности Цирцеей и благополучно миновал это место (считается, что то был Мессинский пролив в Средиземном море). Сейчас о подобных опасностях предупреждает наука.

Л. Лопатухин, кандидат физико-математических наук

Рубрика: Без рубрики
Просмотров: 9105