Белые и пушистые

01 февраля 2005 года, 00:00

По способности жить в любом ландшафте и климате серый волк уступает разве что человеку (да и то лишь потому, что последний имеет возможность использовать приспособленные для таких условий жилища и одежду). Волки населяют почти всю Евразию и Северную Америку (кроме тех мест, где были истреблены людьми), они живут в джунглях Индии и центральноазиатских пустынях, донских степях и на склонах Альп, в сибирской тайге и приполярной тундре. Волки из разных мест обитания отличаются друг от друга настолько, что зоологи выделяют среди них чуть ли не два десятка подвидов. Впрочем, различия эти не всегда связаны со средой обитания: никто не может, к примеру, сказать, почему в Старом Свете волки черной масти — величайшая редкость, а в лесной зоне Америки так окрашена каждая пятая или шестая особь (вообще шерсть волков, населяющих умеренные леса, окрашена наиболее интенсивно, в степях и пустынях их шубы отличаются тускло-песчаными тонами, а жители полярных широт, особенно зимой, облачаются в снежно-белый наряд). Но есть и общие правила: чем севернее регион — тем крупнее сами волки, тем меньше их уши и гуще мех. Правда, тут тоже зависимость не очень строгая — рекордных размеров достигают не элсмирские волки (как того, казалось бы, требовало географическое положение), а обитатели тихоокеанского побережья Канады и наших тундр. В 1987 году на Чукотке был убит волк весом 84 килограмма, а в охотничьей литературе упоминаются и 90-килограммовые гиганты. Волки Элсмира хоть и тоже весьма внушительны, но не достигают таких размеров, зато им принадлежит иной своеобразный рекорд — это одна из самых изученных волчьих популяций в мире, вот уже несколько десятилетий канадские зоологи и их коллеги из других стран ведут на острове постоянные исследования биологии волка. Естественно, все это время всякая охота на волков на острове запрещена — впрочем, на них и так там охотиться некому. Волчий век — лет 15, максимум 20, а возраст активного размножения — с 2—3 до 10—12 лет. Так что элсмирские волки живут в мире с человеком уже много поколений и давно забыли о том, что двуногие могут быть опасны. Но вопреки распространенному мнению, потеряв страх перед человеком, они по-прежнему не рассматривают его как добычу. Чаще всего они вообще не обращают на людей внимания, а некоторые наиболее общительные звери даже заигрывают с наблюдателями.

Как и все волки в мире, элсмирские в гастрономическом отношении интересуются прежде всего копытными. Таковых на Элсмире имеется два вида: реликтовый мускусный овцебык и карибу, американская разновидность нашего северного оленя. Карибу — главный объект волчьих охот по всему американскому Северу, но взять его не так-то просто: даже трехнедельный теленок бегает быстрее взрослого здорового волка. Обычно волки ищут в стадах старых, больных и ослабленных оленей и целенаправленно преследуют именно их. Если таковых не находится, хищники прибегают к загонной тактике (часть стаи прячется в каких-нибудь складках местности, а остальные гонят оленей прямо на засаду) или «эстафете» — поочередному преследованию жертвы. Бывают, конечно, подарки судьбы — например, наст, который выдерживает волчьи лапы, но не оленьи копыта. В такие дни можно брать любого оленя на выбор, но такие праздники нечасты. Овцебык — добыча еще более трудная. Эти гигантские бараны при угрозе вообще не бегут, а образуют круг, внутри которого — телята, а снаружи — сплошная цепь мощных рогов. Даже когда охотники расстреливали из винтовок занявшее оборону стадо, бесстрашные овцебыки стояли буквально до последнего, не пугаясь ни грохота выстрелов, ни гибели собратьев. Считалось, что для волков такая оборона вообще непреодолима, и они могут рассчитывать лишь на отбившихся от стада одиночек или неосторожных телят. Однако прямые наблюдения на Элсмире показали: здешние волки ухитряются заставить овцебыков сломать строй и побежать. А уж тогда выбрать и завалить жертву для группы из 4—5 волков — дело техники: бегуны из овцебыков никудышные, да и бойцы они вне строя неважные. Кроме карибу и овцебыков заметное место в зимнем рационе волков занимают зайцы.

Именно охота на копытных сформировала структуру волчьей стаи. Пара волков, а тем более волк-одиночка не могут применять засад и «эстафет» или ломать строй овцебыков. Но если зверей будет слишком много, мяса на всех попросту не хватит. В анналах зоологии остались примеры гигантских стай (самая большая, в 36 голов, была зафиксирована на Аляске), но их явно породили какие-то чрезвычайные обстоятельства. Обычно стая насчитывает 5—10 зверей. Основу ее составляет одна размножающаяся пара — как правило, не распадающаяся до смерти одного из супругов. Кроме нее в стаю входят ее дети последнего («прибылые») и предпоследнего («переярки») пометов. Часто вместе с ними живет кто-то из более старших детей либо братьев или сестер кого-то из родителей (такие звери остаются безбрачными, если только не найдут партнера и не покинут прежнюю семью). Хотя волки-супруги постоянно живут вместе и явно привязаны друг к другу, сезон спаривания предельно короток: волчата должны родиться уже после схода снега и успеть стать охотниками до наступления следующей зимы.

В теплое время года волчья диета становится разнообразнее. Основу ее составляют грызуны — лемминги, полевки, полярные суслики евражки. Эти существа и вообще не отличаются большим умом или ловкостью, а летом значительную часть их составляет вовсе глупая молодежь, которую такой совершенный охотник, как волк, ловит играючи. На более сообразительную дичь у него, впрочем, есть свои приемы. Например, для гусей или уток волк порой устраивает настоящую клоунаду. Он прыгает, кувыркается, визжит, машет лапами в воздухе, ловит себя за хвост... и незаметно приближается к любопытным птицам (которые часто и сами норовят подплыть поближе). А потом следует внезапный бросок — и уж тут кому повезет. Волк не пройдет мимо птичьего гнезда, загонит в тупик неосторожно зашедшую в узкий ручей рыбину, порой не побрезгует и грибом, а уж если море выбросило на берег мертвого тюленя, то это просто праздник. Но для таких «охот» не нужна стая.

Молодые отдаляются от родителей, но главе семьи (и его родственнику-помощнику, если он есть) надо кормить волчицу, а потом и подросших волчат. Хозяйственной сумкой служит желудок, в который волк ухитряется натолкать мяса чуть ли не до четверти собственного веса. Заодно еда частично переваривается, что облегчает ее усвоение недавними грудничками. Впрочем, волчата вскоре и сами освоят нехитрую науку ловли полевок... К зиме эта благодать кончается. Птицы улетают, рыба уходит под лед, полевки — под снег. Зато и подросшим волчатам уже не нужно логово — они готовы идти вместе с родителями на настоящую охоту.

Рубрика: Зоосфера
Просмотров: 8921