Диадема царицы Амаги?

01 ноября 1977 года, 00:00

Диадема царицы Амаги?

Победив амазонок в сражении на реке Фермодонте, эллинские воины на трех кораблях вместе с пленницами отплыли на родину. Но в море амазонки перебили своих победителей, а так как воительницы не знали искусства мореходства, то корабли стали неуправляемыми, и ветры и течения выбросили их на побережье Меотийского озера, где обитали свободные скифы. И от союза амазонок и скифов появились могущественные племена савроматов, управляемые женщинами-воинами... Сообщения античных авторов о савроматах, или сарматах, перестали быть только исторической легендой лишь в конце XIX века, когда русские археологи в курганах, расположенных в тех землях, где античные авторы помещали племена сыновей амазонок, открыли женские погребения с боевым оружием.

Судя по всему, первые сарматские племена образовались примерно в VIII—VII веках до нашей эры в степях восточнее Дона в Заволжье и южном Приуралье. Затем сарматы начали проникать в степи Причерноморья, где безраздельно властвовали скифы. И в конце концов сарматы, как пишет древнегреческий историк Диодор Сицилийский, «опустошив значительную часть Скифии и поголовно истребляя побежденных, превратили большую часть Скифии в пустыню». Подобные свидетельства нашли археологическое подтверждение. Но некоторые античные авторы писали, что сарматские племена, громя скифов, заняли степи крымского побережья Присивашья... И вот здесь-то, в Крыму, свидетельства античных авторов археологического подтверждения не получили...

В 60-х годах было начато строительство Северо-Крымского канала — одной из крупнейших ирригационных систем в Европе. Одновременно была создана и наша Северо-Крымская экспедиция, задача которой — тщательное археологическое исследование той территории, которая попадает в зону действия канала. За прошедшее десятилетие экспедицией были раскопаны десятки курганов и сотни погребений. Изучены стоянки каменного века, поселения и могильники эпохи меди, бронзы, железного века. Собрана большая коллекция скифских древностей. А вот значительных сарматских памятников не было — только лишь несколько бедных погребений, каменное изваяние, вот, пожалуй, и все.

...Близ Нижнегорска издавна высился огромный — восьмиметровой высоты и диаметром в восемьдесят метров — Ногайчинский курган. Среди местных жителей о нем издавна ходят легенды о бесчисленных сокровищах, скрытых в нем, о белом коне, появляющемся иногда по ночам. И вот, когда воды канала должны были оросить до сих пор безжизненное поле, на котором стоит курган, мы и приступили к его раскопкам. Десять дней от зари до зари бригада скреперистов, выделенных нам строителями, срезала рукотворную гору.

Одиннадцатый день. Конец дня и рабочей недели. С севера неожиданно прорывается резкий, холодный ветер — он рвет разрыхленную землю, песок бьет в глаза, забивается под одежду, хрустит на зубах. Два часа до конца работы. Всего лишь два часа — и, смыв с себя «пыль веков», можно будет отдохнуть от грохота дизелей, напряженного наблюдения за обнажающейся под ножами скреперов стратиграфией кургана, порывов осточертевшего ветра. И вдруг в свежем срезе почвы — венчик глиняного сосуда.

Техника немедленно переводится на другую половину кургана — здесь же пошли в ход ножи, совки, кисточки... Еще один глиняный сосуд. Сверкнула золотая бляшка. Вторая. Третья. И через несколько минут ясно — перед нами, судя по всему, неграбленое погребение. Но надвигается ночь, мечется ветер, да и в довершение всего начинает накрапывать дождь.

Невесть как о находках узнали строители и жители соседних сел — не обращая внимания на непогоду, стоят, смотрят, как все явственней и явственней «проявляется» уникальное по богатству погребального инвентаря древнее захоронение женщины.

Диадема царицы Амаги?

...Золотая налобная повязка — диадема и массивная, 900-граммовая, гривна из кованой золотой проволоки. На ее концах — грифоны, мифологические крылатые чудовища с львиными туловищами и орлиными головами. На груди погребенной — золотая брошь, на руках и ногах браслеты. Кисти рук покоились в серебряных чашах. Бронзовое зеркало. Следы деревянной шкатулки, в которой лежали золотые перстни, флаконы для благовоний, бусы, застежка из горного хрусталя в виде дельфина, остатки деревянного саркофага.

Большинство найденных изделий украшены драгоценными камнями — изумрудом, гранатом, хризолитом, цитрином, яшмой, сапфиром, янтарем, сердоликом, агатом. Как считает геолог В. Супрычев, хризолит-оливин привезен с острова Забергет в Красном море, агат из Малой Азии (Лидия), сердоликовый оникс из Йемена, изумруд и сапфиры из Египта, шпинель, или гранат, вероятно, с Востока, а жемчуг, которым украшены браслеты, не исключено, из Персидского залива. А вот кулон из агатовой яшмы, встречающейся только в Крыму.

Основная работа по тщательному научному изучению драгоценностей Ногайчинского кургана еще впереди, но уже сейчас ясно, что по своему происхождению их можно разделить на три большие группы: вещи собственно сарматского производства, изделия, изготовленные по заказам и вкусам сарматской аристократии в мастерских Боспорского царства или других античных центров Северного Причерноморья, и изделия как бы «импортного» (производства, попавшие к сарматам в качестве военной добычи, подарков, предметов торговли.

Конечно же, такой уникальный по богатству и размерам курган не мог быть воздвигнут над погребением обычной женщины. Все — и гривна, и налобное украшение (символы высокого достоинства), и положение рук в серебряных сосудах, как бы подчеркивающее знатность погребенной, и, наконец, само обилие украшений из золота и драгоценных камней общим весом более двух килограммов — дает основание считать, что перед нами захоронение царицы или жрицы, жившей где-то в пределах конца II века до нашей эры — I веке нашей эры.

Вряд ли когда-нибудь можно будет точно установить, чьи именно останки скрывал Ногайчин-ский курган. Но обращает на себя внимание одно любопытное и интригующее совпадение с письменными источниками.

У античного писателя Полиэна, жившего во II веке до нашей эры, есть такой рассказ.

...У царя сарматов Мидоссака была жена по имени Амага — женщина умная и воинственная. Сам Мидоссак все свое время отдавал разгулам и пьянству, и Амага сама чинила суд и расправу, отражала набеги врагов. Слава о ней разнеслась по всей Скифии, так что жившие на Таврическом полуострове херсонеситы, обижаемые царем соседних скифов, попросили ее принять их в число союзников. Сначала Амага послала скифскому царю приказание прекратить свои набеги на Херсонес, когда же он не послушался, она выбрала 120 человек, сильных душою и телом, дала каждому по три лошади и, проскакав с ними в одни сутки 1200 стадий (190—220 километров), внезапно явилась ко двору царя и перебила всех стражей, стоявших у ворот. Скифы пришли в смятение от неожиданности и вообразили, что нападающих не столько, сколько они видели, а гораздо больше. Амага же, ворвавшись с отрядом во дворец, убила царя и бывших с ним родственников и друзей, страну отдала херсонесцам, а царскую власть вручила сыну убитого, приказав ему править справедливо и, помня печальную кончину отца, не трогать эллинов и варваров.

Как считают некоторые исследователи, эти события происходили в 165—145 годах до нашей эры.

Именно в это время и был насыпан «наш» курган — самый богатый из всех раскрытых на территории Северного Причерноморья сарматских курганов. И на той же земле, где правила царица Амага...

А. Щепинский, начальник Северо-Крымской экспедиции Института археологии АН УССР

Рубрика: Без рубрики
Просмотров: 9508