Сан-Марино от края до края

01 августа 1974 года, 00:00

Дважды в году главы семей встречаются, чтобы обменяться мнениями и предъявить свои петиции властям.

В первые я услышала о существовании Светлейшей Республики Сан-Марино — независимом государстве площадью в 61 квадратный километр, лежащем посреди Италии, — в конце 40-х годов. Случилось это в Голливуде. Продюсер объявил глядевшим на него во все глаза старлеткам (1 Актрисы, исполняющие в фильме мелкие роли. — Прим. ред.), среди которых затесалась и я, что он арендовал Сан-Марино — со всей движимостью и недвижимостью — в качестве готовой декорации для своей будущей картины «Лисий князь». Солдаты Цезаря Борджиа, предавшие эту крохотную страну огню и мечу в 1503 году, должны были повторить штурм крепости перед камерами, а жителям Сан-Марино в полном составе предстояло оборонять свой город с помощью пик, пушек и кипящего масла.

К концу съемок «саммаринези» (как называют себя гордые санмаринцы) доказали, что они способны дать захватчикам достойный отпор. Актеры, статисты, парикмахеры и операторы — вся голливудская орда, вторгшаяся в тихую страну, была — редчайший случай — смущена необычным поведением здешних граждан. Санмаринцы неизменно отвечали улыбкой на улыбку, вежливо раскланивались на улицах, но ни один человек не заискивал и не просился «в кино». Видимо, за долгие века существования своей живописной республики они впитали дух независимости и это уже вошло в привычку.

В дальнейшем я неоднократно ездила в Сан-Марино и всякий раз удивлялась прозорливости продюсера. Более удачной съемочной площадки просто не придумать. Декораторы, конечно, смогли бы воспроизвести зубчатые башенки на холсте. Но такой вид — нет, ни за что на свете!

Представьте себе гору, отвесно поднимающуюся над ровной, словно шахматная доска, долиной итальянской Романьи. Гора Монте-Титано высится в конце новой автострады, ведущей к морскому курорту Римини. Проехавший под надписью «Добро пожаловать на древнейшую землю свободы» обнаруживает вдруг, что Италия осталась позади. На крохотной таможне туристы, коллекционирующие в паспорте штемпеля, могут обзавестись еще одним. Но лишь при желании. Других пограничных формальностей не существует. Дорога петляет меж домами трех деревушек Республики Сан-Марино, затем резко сужается и начинает карабкаться к вершине горы, где, окруженные домами, стоят три башни, свидетели драматических событий истории. Это и есть столица мини-государства, которая тоже зовется Сан-Марино.

Предание гласит, что сюда, под защиту неприступной скалы, на рубеже третьего и четвертого веков нашей эры бежал от преследований римского императора Диоклетиана, гонителя христиан, каменщик Марино. Он и его друг Лео были родом из древней Далмации, что лежала по ту сторону Адриатического моря. Вскоре Марино с друзьями построил на вершине Монте-Титано убежище для беглецов. Со временем селение увеличилось и провозгласило себя независимым государством. Церковь причислила обоих каменщиков к лику святых.

Сподвижник Марино — Лео тоже оставил свое имя на карте. По соседству с сан-маринской границей лежит итальянская деревушка Сан-Лео. На месте бывшего дома каменщика был воздвигнут замок, в который в XVIII веке заточен был нечестивый алхимик и мошенник граф Калиостро. Там он и умер.

С вершины Монте-Титано жители Сан-Марино имеют реальную возможность окинуть взором всю страну от края до края и оглядеть еще добрый кусок Италии. В государстве проживают 18 тысяч человек, представляющих, по сути дела, одну разросшуюся семью: все они связаны друг с другом либо по рождению, либо в результате браков. В столице теснится около трех с половиной тысяч душ, и заметить родственные связи между ними не составляет труда.

Вам потребовался сапожник, парикмахер или аптека? Остановите любого прохожего, и он непременно ответит: «О, вам надо обратиться к моему кузену. Идемте, я провожу вас!» И вы попадете в уютное семейное заведение, куда немедленно сбегутся остальные родичи, чтобы сообща оказать вам помощь.

Сломалась серьга? Ее починит кузен Арзилли, да еще откажется от денег: «Рад оказать услугу очаровательной синьоре!»

Оборвался ремешок на сумочке? Кузен Иво проводит вас к своему брату, и тот подберет вам ремешок по цвету.

Туристов здесь любят и не мыслят себе жизни без приезжих. Естественно: туризм — одна из главных статей дохода страны. Он приносит миллионы долларов. На втором месте стоит продажа почтовых марок — два с половиной миллиона долларов. Первая марка была выпущена в 1877 году, и с тех пор сан-маринская почтовая продукция слывет одной из самых красивых в мире.

Жители ведут скромный, но достойный образ жизни. Туристский сезон короток, а надо обеспечить семью на весь год. Поэтому зимой горожане нередко эмигрируют на север Италии.

Уверившись раз и навсегда, что здоровая экономика зиждется на семейных узах, санмаринцы и в руководстве страной узаконили семейственность. Дважды в году главы семей встречаются для того, чтобы обменяться мнениями и предъявить свои петиции властям.

Власти — члены тех же семей. За двумя исключениями. «Судьи и полицейские у нас — иностранцы. Они из Италии, — объяснила мне профессор Клара Боскалья, сотрудник министерства иностранных дел Сан-Марино. — Мы полагаем, что такая мера обеспечивает беспристрастность. Если бы это были местные жители, они непременно оказались бы в родстве с обвиняемым, а это уж никак не годится...»

Как видим, у санмаринцев жива любовь к средневековым правилам. Но не менее чувствительны они к посяганиям на свободу и демократию — уже отнюдь не средневековым категориям. В 1740 году папа римский Климентий XII был вынужден признать независимость Сан-Марино. Ему приписывают знаменитую фразу: «Эта республика застряла, словно кость в горле». Не раз «саммаринези» рисковали своей свободой ради свободы других. Вещественные доказательства этого можно увидеть в национальном музее. Невзирая на угрозу объединенного вторжения войск Австрии, Неаполитанского королевства, Франции и Испании, маленькая страна роз и олеандров дала приют итальянскому патриоту Джузеппе Гарибальди. Причем в самый тяжелый для него момент — после поражения.

30 июля 1849 года полуторатысячный отряд Гарибальди был окружен австрийцами. С большим трудом уцелевшие гарибальдийцы пробились в Сан-Марино. Они встретились в старом кафе Симончини — сегодня этот ресторанчик носит имя Гарибальди, а на площади поставлен памятник — первый в мире в его честь. Именно здесь, на горе Монте-Титано, отважный республиканец вдохнул в своих единомышленников веру в конечную победу.

Австрийцы угрожали оккупировать и разорить Сан-Марино. Тем не менее маленькая республика укрыла Гарибальди, его жену Аниту и группу приверженцев. В дальнейшем местные жители провели их горными тропами сквозь кольцо австрийских войск. Великий изгнанник пустился в далекий путь до самого Нью-Йорка, чтобы через много лет вернуться на родину и бороться за объединение Италии.

Немало сыщется и нынешних европейцев, которые обязаны своей свободой, а подчас и жизнью этой республике. Во время второй мировой войны санмаринцы, ничем не защищенные, кроме своего нейтралитета, укрыли у себя десятки тысяч беженцев, спасавшихся от отправки в концлагеря.

— Где же вы сумели разместить их? — спросила я адвоката Беллуци.

— Пришлось потесниться, — улыбнулся тот. — Скажем, у меня в доме, где обычно живут двое, помещалось семнадцать человек. Мы с братом спали на стульях в столовой...

Да и как иначе! — пожал он плечами. — Со всей Европы бежали голодные и обездоленные. А Сан-Марино всегда была сельскохозяйственной страной. У нас был хлеб, овощи, вино. И мы поделились с несчастными...

Суждение о том, что Сан-Марино сельскохозяйственная страна, было для меня новостью. Я отправилась на одну из ферм у подножия Монте-Титано. Меня сопровождал чиновник министерства сельского хозяйства.

— Синьор Дзондзини — фермер-арендатор, — пояснил он. — Он оставляет себе только половину дохода. Остальное идет владельцу.

Во дворе дома под островерхой красной черепичной крышей седоголовый патриарх бранил двух волов, мерно кивавших головой в такт его словам. Завидев нас, он пошел навстречу. Одновременно из разных углов появились сыновья, невестки и внуки. В мгновение ока нас окружило одиннадцать человек. Все вместе мы осмотрели коровник, полюбовались оливковым деревом и проследовали на виноградник.

— Сейчас мы делаем вино на экспорт, — сказал старый крестьянин. — Раньше не делали, а теперь делаем.

Потом мы сидели в огромной кухне-столовой с побеленными стенами. Под потолком, на балках, висели окорока. Во главе стола сел хозяин. Рядом с ним на маленьком стульчике примостился пятилетний внук Стефано. Огромные глазищи мальчика попеременно смотрели на деда и на мать, которая месила тесто для местного блюда — пьядены: это плоские оладьи, которые пекут на углях.

— Чтобы пьядена вышла как надо, — рассказала мать Стефано Мария, — надо в огонь подкладывать сухую виноградную лозу, а оладьи все время смазывать оливковым маслом.

Мы запивали пьядену белым ароматным вином, что сейчас идет на экспорт, а закончили трапезу крепчайшим кофе — единственным угощением, которое не растет в Сан-Марино.

Альфредо Дзондзини смотрел поверх своей чашки, и его лицо напоминало вырезанную из дерева маску.

— Этой осенью, — в раздумье произнес он, — я увижу свой семьдесят седьмой урожай... Всю жизнь я не разгибал спины. Но я доволен, что мои сыновья, как и я, не ушли от земли.

Он оглядел собравшуюся за столом семью. Его коренастые сыновья, а возможно, и сыновья его сыновей будут возделывать каменистую землю горы Монте-Титано.

Любовь к традициям проявляется еще в одном любопытном штрихе. Самая древняя и самая маленькая на Земле республика пользуется грегорианским календарем. Здесь время отсчитывают по своей собственной системе, ведя отсчет от лета 301 года, когда была провозглашена независимость. Таким образом, в Сан-Марино сейчас только 1673 год...

Однако календарь санмаринцев отражает не только пристрастие к традициям. Это еще и проявление духа независимости, что является немаловажным достоинством нации.

Особенно ярко этот дух проявился в 1644 году (для нас — в 1945-м), когда здесь создалась необычная политическая ситуация. Несмотря на приверженность к средневековым традициям, республика вдруг стала коммунистической. Италия почувствовала, что эта независимая республика становится уж слишком независимой. Последовали экономические санкции. Итальянская полиция перекрыла дороги и превратила пограничную инспекцию в бесконечную процедуру. К границе были придвинуты войска.

Двенадцать лет коммунисты были у власти в Сан-Марино, и за этот период, по всеобщему мнению, сделано многое. Правительство узаконило государственные субсидии фермерам, ввело пенсионное обеспечение. С 1957 года коммунисты в парламенте ушли в оппозицию (1 Коммунистическая партия Сан-Марино делегировала сейчас в Большой генеральный совет 14 человек. В стране издается коммунистическая газета «Шинтилла» («Искра»), — Прим. ред.).

В 60-е годы на небосклоне Сан-Марино сверкнула звезда некоего Максимо Максима. Он не был местным уроженцем, а посему не почитал в достаточной мере традиций. Какими-то, до сих пор не совсем выясненными путями Максиму удалось уговорить власти открыть в Сан-Марино казино. Напористый иностранец сулил мини-республике будущность нового Монако. Голоса крупье «Делайте вашу игру!» должны были прозвучать гимном деловой смекалке и свободному предпринимательству. Но после короткого мига успеха карточные столы опустели, а колесо рулетки закрутилось вхолостую. Максим свернул дело и взял курс на зеленеющие финансовые пастбища Швейцарии.

Одно время ходили, слухи, что Сан-Марино легализирует разводы, и миллионы пар в окружающей Италии, вынужденные прибегать к «разводу по-итальянски», готовы были устремиться сюда, чтобы скинуть наконец оковы семейных уз. Но Италия пригрозила в ответ такими карами, что сладость развода осталась уделом только коренных санмаринцев.

Первоначальной индустрией в стране была резьба по камню — это искусство было заложено еще святым Марино. Сегодня, однако, ремесло угасло за отсутствием материала. Каменоломни опустошены до опасного предела, и дальнейшие разработки угрожали разрушить основы республики в буквальном смысле. Сейчас в Сан-Марино остался один-единственный резчик Альдо Вольпини. Он высекает из известняковой породы скульптуры, действуя инструментом, которым пользовались его предки два столетия назад. Я видела у него в мастерской скорбящую Марию с младенцем — это удивительная по красоте работа. Для того чтобы заниматься искусством, ему приходится отрываться от более прибыльного дела — продажи сувениров в принадлежащей семье лавочке.

На улицах Сан-Марино, кроме магазина синьора Вольпини, открыто еще 120 сувенирных точек. Там торгуют значками, браслетами, открытками и местными монетами. Наиболее популярные сувениры — это пористая керамика, похожая на пемзу. Ее производит местная фирма, которая называется «АОМ». Как я выяснила, название расшифровывается так — «Акционерное общество Марина».

— Марина — это моя сестра, — улыбаясь, сказал мне Джордано Реффи. — У нас все формы сотрудничества семейные.

В Сан-Марино большим почетом пользуется президент США Авраам Линкольн. Он провозглашен почетным гражданином республики. В 1861 году санмаринцы написали ему письмо, выражая сочувствие в связи с неприятностями (речь шла о войне Севера и Юга).

Растроганный Линкольн ответил им: «Сколь ни мала ваша отчизна, она во все времена вызывала у нас восхищенное уважение. Вы показали миру, что правительство, основанное на республиканских принципах, способно вести умелую политику, обеспечивая стране стабильность и безопасность».

Основатель Республики Марино предостерегал своих сограждан от гибельных союзов, направленных против других стран. Много веков спустя санмаринцы следуют этому совету. Надпись в Музее оружия на вершине Монте-Титано гласит: «Оружие — не только свидетель уровня развития металлургии, политики и изобретательства; оно демонстрирует также настроенность на войну, которой жаждут немногие, а остальные в слепом безумии идут вослед».

Сейчас в списках вооруженных сил страны числится 75 волонтеров — воинство собирается четыре раза в год, чтобы пройтись по улицам в блеске старинной формы, неся на плечах тяжелые ружья, преподнесенные в подарок британской королевой Викторией.

А 3 сентября каждого года, в День основания республики, граждане Сан-Марино облачаются в средневековые одеяния. Гвоздем празднества являются соревнования по стрельбе из арбалета, которые проводятся начиная с XVI века. По этому случаю извлекаются тяжелые крепостные арбалеты, хранящиеся остальное время в башне Ла Фатта, самой высокой из трех башен столицы. Хранитель арбалетов, естественно, лучше других управляется с этим древним агрегатом и последние десять лет является чемпионом республики по стрельбе в цель.

В подтверждение своего миролюбия Сан-Марино в апреле 1966 года (по нашему календарю) стала 77-й страной, подписавшей Соглашение о неприменении ядерного оружия в космосе.

Республика-кроха никогда не пыталась завладеть чужой территорией. Твердо стоя на этой позиции, Сан-Марино даже отважилась поставить на место Наполеона. Случилось это в 1797 году, когда Бонапарт в знак особого благоволения к «образцовой республике» направил в Сан-Марино гонца с предложением расширить ее пределы за счет соседей. К великому удивлению, эмиссар получил от ворот поворот. Гордый капитан-регант Антонио Онофри, которому выпала щекотливая задача — отказать Наполеону, сказал тогда, что лишь честная бедность позволяет Сан-Марино лелеять надежду сохранить свободу и независимость.

Донна Шор, американская писательница

Перевела с английского Е. Равен

Рубрика: Без рубрики
Просмотров: 7636