Кровавое лето 44-го. Нормандский вариант

01 июня 2004 года, 00:00

Совместный парад союзников у Бранденбургских воврот

…В 1066 году нормандский герцог Вильгельм со своим войском, преодолев пролив Ла-Манш, завоевал Англию. …Спустя 878 лет англичане совместно с союзниками по антигитлеровской коалиции, преодолев все тот же Ла-Манш, высадились в Нормандии — исторической области на северо-западе современной Франции. Они предприняли массированную атаку на немецкую «крепость Европа», поставив перед собой цель освободить Францию и нанести поражение нацистской Германии. На песчаных пляжах Нормандии развернулось кровавое сражение, продолжавшееся 7 недель, в котором погибли, были ранены и искалечены десятки тысяч англичан, американцев, канадцев, французов, поляков, чехов, немцев. Грандиозная Нормандская десантная операция, задуманная и успешно осуществленная западными союзниками, сделала реальностью второй фронт в Западной Европе. Но его открытие тянулось почти 3 года.

Дипломатическая прелюдия

В общем контексте межсоюзнических отношений СССР, Великобритании и США проблема второго фронта длительное время представлялась неразрешимой. Вплоть до конца 1943 года британский премьер-министр Уинстон Черчилль и американский президент Франклин Делано Рузвельт так и не приняли на себя обязательств по разработке планов десантной операции в Северной Франции. Вопрос о возможности развертывания масштабных военных действий союзников СССР в Западной Европе возник еще в 1941— 1942 годах, в период юридического оформления антигитлеровской коалиции. С самого начала военных действий на германо-советском фронте, то есть с лета 1941 года, Красная Армия, неся огромные потери, отступала под натиском вермахта. Обширные территории, на которых до войны сосредоточивалась значительная часть советского оборонного потенциала, оказались оккупированными немцами. В этих условиях особую актуальность приобретала перспектива открытия второго фронта на западе, что могло бы ослабить натиск Гитлера на востоке. Сталин настойчиво добивался от лидеров союзных держав — британского премьера Черчилля, а после вступления в декабре 1941 года в войну против Германии США и американского президента Рузвельта — практических шагов в данном направлении. Тема второго фронта проходила красной нитью в секретной личной переписке Сталина с Черчиллем и Рузвельтом, а также с советскими послами в Великобритании и США. Поднималась она и в ходе официальных переговоров с представителями союзных держав.

Весной 1942 года советское руководство вновь попыталось заострить внимание союзников на этой проблеме. После поражения вермахта под Москвой Гитлер всерьез вознамерился взять реванш за столь досадную «неприятность» и начал подготовку к новому, более мощному наступлению на востоке, где по-прежнему были сосредоточены наиболее боеспособные войска Германии и ее сателлитов. Красная Армия под натиском противника оставила Керченский полуостров, что, в свою очередь, предопределило и харьковскую катастрофу 1942 года.

Тем временем в Москве было принято беспрецедентное решение: направить главу советского внешнеполитического ведомства В.М. Молотова, являвшегося одновременно заместителем Председателя Совета Народных Комиссаров СССР, с официальным визитом в Лондон и Вашингтон. Советский посланец на бомбардировщике ТБ-7, пилотируемом майором Э. Пусепом, стоически преодолел расстояние в 20 тысяч километров в условиях не утихающих боевых действий, совершив посадки в Англии, Исландии, Канаде и США.

В ходе переговоров в Лондоне и Вашингтоне Молотову удалось убедить западных партнеров по коалиции подписать советско-английское и советско-американское коммюнике, содержавшие формулировку о достижении полной договоренности «в отношении неотложных задач создания второго фронта в Европе в 1942 году».

Но ни в 1942-м, ни в 1943-м союзники так и не приступили к его созданию. В то же время прилагали немалые усилия для того, чтобы поставить под контроль Средиземноморье. 8 ноября 1942-го началась операция «Торч» («Факел»): англо-американский контингент численностью около четверти миллиона человек высадился в Северной Африке. Однако бои приняли затяжной характер — немцы и итальянцы оказывали там союзникам сопротивление в течение 5 месяцев.

Надежда на позитивное решение проблемы второго фронта забрезжила лишь после встречи «Большой тройки» — Сталина, Черчилля и Рузвельта на межсоюзнической конференции, проходившей в Тегеране с 28 ноября по 1 декабря 1943 года.

К этому времени Красная Армия одержала блестящие победы в битвах под Сталинградом и Курском и была близка к перспективе вступления в Восточную и Центральную Европу. В свою очередь, западные союзники в мае 1943 года принудили немцев и итальянцев к капитуляции в Северной Африке. Развивая успех, 10 июля они высадились на острове Сицилия, а затем 3 сентября того же 43-го и на Апеннинском полуострове.

Во мнении относительно необходимости окончательного разгрома нацистской Германии лидеры союзных держав были едины, однако по вопросу практической реализации данной задачи их точки зрения расходились. Черчилль считал, что десантную операцию необходимо осуществить в так называемое «мягкое подбрюшье» Европы, то есть на Балканы. По его мнению, в случае успеха этого замысла появлялась реальная возможность «перегородить» Сталину путь в центр Европы. Рузвельт же был уверен: при высадке на Балканском полуострове союзники могут глубоко увязнуть в этом регионе, и предлагал более радикальные действия, а именно — вторжение крупных союзных сил в Западную Европу со стороны Франции. Успех исхода его замысла давал возможность попытаться развить наступление вплоть до германской границы, окончательно подорвать боевую мощь Гитлера, а в перспективе — воспрепятствовать появлению Красной Армии на территории Германии и в Центральной Европе.

В ходе Тегеранской конференции «балканский вариант» Черчилля не был одобрен. Сталин при поддержке Рузвельта сумел добиться от союзников обязательства открыть второй фронт в Западной Европе в течение мая 1944 года.

Айк и Монти против Лиса

Тогда же, в Тегеране, Сталин задал американскому президенту отнюдь не праздный вопрос: кто будет командовать операцией по высадке англо-американских войск в Западной Европе? Услышав в ответ от Рузвельта, что решение о кандидатуре главнокомандующего пока не принято, советский лидер прямо выразил сомнение в серьезности намерений союзников. Однако проявленная им настойчивость не дала представителям союзных держав возможности оттягивать далее, как это было раньше, решение назревшей проблемы. К тому же Сталин дал обещание союзникам в случае высадки на севере Франции поддержать их действия наступательными операциями на советско-германском фронте.

В результате в конце 1943 года Рузвельт назначил Верховным главнокомандующим Союзническими экспедиционными силами в Европе 53-летнего генерала Дуайта Эйзенхауэра (между собой подчиненные называли его Айком). До этого, в 1942—1943 годах, Эйзенхауэр уже осуществлял общее руководство вооруженными силами союзников в качестве главнокомандующего. Именно под его руководством были достигнуты успехи в боевых действиях в Северной Африке и осуществлена высадка в Италии. И он был убежден, что лишь операция по форсированию Ла-Манша и вторжение в Северную Францию могут привести в конечном счете к разгрому Гитлера.

Главнокомандующим сухопутными войсками Великобритании (21-я группа армий) был назначен 46-летний генерал Бернард Лоу Монтгомери. По словам британского фронтового журналиста А. Мурхеда, это был «не совсем обычный человек, не очень удобный соратник», одержимый непоколебимой верой в себя и видевший свое предназначение в том, чтобы сражаться. При этом еще со времен Первой мировой войны, поняв необходимость беречь жизнь каждого солдата, Монтгомери обладал редким умением планировать операции, руководствуясь этим основополагающим принципом, за что и был признан мастером пехотного боя. Именно под его командованием в начале ноября 1942 года 8-я британская армия нанесла поражение немцам и итальянцам у Эль-Аламейна (западее Александрии египетской), что привело к перелому всей Североафриканской кампании. Монтгомери разъезжал на танке, который украшала надпись «Монти», а в войсках его принимали на ура.

Главнокомандующим германскими войсками на Западе являлся 69-летний фельдмаршал Герд фон Рундштедт. Полководцу столь преклонных лет управлять частями в боевых условиях достаточно затруднительно, и потому начальник оперативного штаба германских вооруженных сил генерал А. Йодль предложил Гитлеру передать тактическое руководство на западе 42-летнему генерал-фельдмаршалу Эрвину Роммелю, ранее командовавшему германскими частями в Северной Африке и за свою изворотливость и хитрость в противоборстве с союзниками прозванному Лисом пустыни (хотя и ему не удалось избежать поражения от Монтгомери под Эль-Аламейном). 15 января 1944 года Роммель вступил в должность командующего немецкой группы армий «Б», которая располагалась в Северной Франции, Бельгии и Голландии.

Разработка операции

Генералу Эйзенхауэру приписывают высказывание, что сражение –– это прежде всего подготовка совместных и согласованных действий. В задачу его штаба на этапе разработки десантной операции входило налаживание постоянного контакта с войсками, которым предназначено было выполнять столь ответственную боевую задачу. Верховный главнокомандующий должен был иметь объективную информацию о результатах боевых учений и маневров, степени эффективности тех или иных действий.

Не теряя времени, уже в январе 1944 года Эйзенхауэр, Монтгомери и другие британские и американские генералы прибыли в Лондон для совместного обсуждения общего плана вторжения в северную Францию (операция получила кодовое наименование «Overlord», или «правитель», «господин»). Задача союзников сводилась к тому, чтобы осуществить в день «Д» высадку войск на 80-километровом участке морского побережья реки Сены. На 20-й день (Д+20) намечалось захватить плацдарм в Нормандии площадью 11 тыс. км2 (100 км — по фронту и 110 км — в глубину), а затем постараться накопить силы и средства для овладения территорией на северо-западе Франции. На завершающем этапе операции планировалось во взаимодействии с десантом, который должен был высадиться в южной Франции, предпринять широкое наступление по направлению к границам Германии.

Составной частью «Overlord» стала Нормандская десантная операция — стратегические действия вооруженных сил США и Великобритании при участии канадских, французских, чехословацких и польских войск. Задача сводилась к следующему: после форсирования Ла-Манша постараться захватить стратегический плацдарм на французском побережье и закрепиться на нем, плацдармом этим и должна была стать территория Нормандии — отсюда и название десантной операции.

Британские и даже американские генералы по достоинству оценили талант генерала Монтгомери по организации тщательнейшим образом подготовленного наступления при вторжении в северную Францию. Форсирование Ла-Манша должно было проводиться строго по плану, импровизации в управлении войсками абсолютно исключались. Шансы на успех в десантной операции во многом зависели от характера оборонительных сооружений немцев. Строительство на французском побережье системы немецких долговременных укреплений «Атлантический вал», начатое еще в 1942-м, к лету 1944-го завершено так и не было: не хватало ни средств, ни строительных материалов. По приказу Роммеля было сделано все возможное, чтобы создать препятствия на пути союзных сил в виде так называемых «бельгийских ворот» –– стальных железных рам высотой 3 м, а также колючей проволоки, тяжелых бревен, противотанковых рвов и ежей. Последние были способны распороть днища десантных судов союзников. На всех участках побережья, которые могли быть признаны пригодными для морской высадки, в большом количестве разбрасывались мины, обнаружить которые было нелегко из-за тщательной их маскировки.

7 апреля Монтгомери устроил совещание, на котором командующие дивизиями, корпусами и армиями союзников были ознакомлены с генеральным планом наступления. Рельефная цветная карта Нормандии шириной с улицу была развернута на полу большого зала в здании школы Святого Павла, где находилась штаб-квартира командующего 21-й армейской группой. В Нормандии одна британская и одна канадская армии должны были отвлечь резервы противника, сковав их на восточном фланге плацдарма союзников. Пока резервы немцев отвлекались в районе Кана, американцы стремились прорвать их фронт на западе.

15 мая была устроена генеральная репетиция десантной операции, на которой присутствовали король Великобритании Георг VI, премьер-министр Черчилль, а также американские генералы и адмиралы. Высокопоставленные особы дали добро на ее осуществление.

Весь район высадки подразделялся на две зоны — западную (американскую) и восточную (английскую). Территорию, которая по плану должна была быть занята десантом, составляли 5 районов сосредоточения. Два из них –– «Омаха» и «Юта» — заполняли части 1-й американской армии, остальные три — «Голд», «Джун» и «Суорд» — подразделения 2-й британской армии. В целом было выделено 5 десантных отрядов, каждый из которых обеспечивал высадку одной усиленной пехотной дивизии. Десант поддерживали две группировки военно-морских сил: американская (свыше 300 боевых кораблей различных классов и 1 700 десантных судов) и британская (около 350 кораблей и свыше 2 400 десантных судов).

Немецкое командование, ожидая десантной операции союзников, сохраняло уверенность в том, что нацелена она будет на Па-де-Кале, поскольку горловина пролива Ла-Манш в этом месте наиболее узка. А поэтому именно в этом районе немцы развернули в прибрежной полосе интенсивные работы по строительству укреплений. Роммель чаще всего инспектировал именно Па-де-Кале, ревностно следя за тем, чтобы полоса укреплений росла и усовершенствовалась.

И здесь нельзя не заметить, что и по сей день трудно переоценить усилия англо-американских союзников по дезинформации противника. Ими была разработана специальная вспомогательная операция «Фортитюд»— для введения в заблуждение противника о намерениях верховного главного командования экспедиционных сил относительно предполагаемого места наступления. Через сеть «двойных агентов» в тылу врага, ложную радиосвязь, а также такие открытые источники информации, как, например, пресса, немцы получили множество порой крайне противоречивых сведений относительно предполагаемых районов высадки англо-американских соединений. Назывались и побережье Бискайского залива, и район Марселя, и Балканский полуостров. Например, 4-я британская армия в Шотландии, которая якобы готовилась к «нападению» в Норвегии, существовала лишь… на радиоволнах английских передатчиков.

Результат операции «Фортитюд», несмотря на многоопытность немцев в деле организации собственных кампаний по дезинформации противника, оказался просто ошеломляющим. К началу лета 1944 года, то есть непосредственно накануне дня «Д», германское командование не только перебросило в Норвегию 13 дивизий в дополнение к уже имевшимся там военно-морским и военно-воздушным силам. Гитлер, введенный в заблуждение союзниками, отменил уже отданный им же по просьбе Роммеля приказ о передислокации 5 пехотных дивизий из этой страны на побережье северной Франции.

При подготовке Нормандской десантной операции на вооружение был также взят и фактор внезапности. Благодаря умело организованным мероприятиям оперативной маскировки противника удалось ввести в заблуждение относительно не только района высадки морского десанта, но и времени начала Нормандской операции. Достаточно сказать, что Роммель, в общем-то, неплохо знавший повадки своих «старых знакомых» Эйзенхауэра и Монтгомери, в день «Д» находился не во французском местечке Ла-Рош-Гюйон, где размещалась его штаб-квартира, а в Германии, на пути в Берхтесгаден. Он следовал в ставку фюрера, чтобы лично доложить ему о ситуации на Западном фронте. Сам же Гитлер получил информацию о вторжении англо-американских войск в Нормандию спустя несколько часов после его начала, во время традиционного послеобеденного доклада Йодля.

«Эврика» Джексона Хиггинса

Для осуществления столь крупной десантной операции, как Нормандская, необходимо было перебросить в район сосредоточения, то есть сначала на Британские острова, а затем и на французское побережье, огромное количество личного состава, боевой техники, боеприпасов, снаряжения, продуктов питания и тому подобного. На этапе наращивания сил транспортировка личного состава и военных грузов из США и Канады в Англию производилась главным образом морским путем, через Атлантику. Для этой цели использовался десантно-танковый корабль (ДТК), сравнимый с легким крейсером длиной 100 м и водоизмещением 4 тыс. т.

Куда более трудной задачей представлялись форсирование Ла-Манша и высадка личного состава с боевой техникой и вооружением на французский берег, который почти на всем протяжении был буквально начинен минными полями, за которыми находились огневые точки противника и его фортификационные сооружения с мощными орудиями. Поэтому основная задача союзного командования заключалась в том, чтобы обеспечить войска такими плавучими средствами, которые были бы способны подойти прямо к берегу, дабы непосредственно с них осуществить высадку пехоты, танков и бронемашин.

К этому времени помимо ДТК в США было налажено и производство десантно-танковых судов (ДТС), имевших в длину 33 м, тонкое днище и вмещавших в себя от 4 до 8 танков. Такие суда могли пересекать большие водные пространства. Однако и ДТК, и ДТС — с их тихоходностью и громоздкостью — являлись для противника слишком легкой мишенью. Для выполнения задачи высадки в Нормандии первых эшелонов союзников — для прорыва обороны противника и закрепления на занятых рубежах, нужны были катера с мелкой посадкой, а также с защищенными винтами. Носовой частью они должны были лечь на береговую полосу, быстро освободиться от груза (личного состава или боевой техники) и, развернувшись, быстро уйти в открытое море. И такого рода плавучие средства были созданы. Лучшими из них оказались десантно-пехотное судно (ДПС) и десантное судно средств передвижения и личного состава (ДССПЛС). ДПС имело корпус длиной 48 м. На нем можно было разместить роту численностью до 200 человек с полным вооружением.

Однако наибольшую популярность в годы второй мировой войны в экспедиционных силах союзников имело изобретение новоорлеанского инженера Э.Д. Хиггинса — настоящего гения-самоучки в области конструирования маломерных судов.

Еще в 1930-х он строил специальные плавсредства для нефтяников. Эти деревянные, мелкосидящие боты под названием «Эврика» были способны в условиях болотистой местности выбрасываться на берег и самостоятельно сходить с него. Хиггинсу и принадлежит приоритет в изобретении ДССПЛС. Носовая часть его «Эврики» стала квадратной, одновременно служа рампой, то есть приспособлением для выгрузки или погрузки войск и техники на берег или с берега. На борту ДССПЛС (или «бота Хиггинса») одновременно мог разместиться взвод из 36 человек или джип и отделение в 12 человек. Его рампа была изготовлена из металла, а борта и квадратная корма –– из фанеры. Скажем прямо, находившимся на его борту во время транс- портировки приходилось туго: даже при слабом волнении бот раскачивало и вода захлестывала борта. Однако это утлое суденышко с успехом справлялось с главной задачей — оно доставляло на французский берег взвод вооруженных, заранее натренированных солдат, которые за считанные секунды выскакивали на сушу. Кроме того, ДССПЛС самостоятельно сходил с берега и мог возвратиться к базовому кораблю за новой группой солдат.

Изобретение Э.Д. Хиггинса, сумевшего создать собственное производство, где работало около 30 тыс. человек, оказалось для командования союзных войск едва ли не спасительным. Спустя 20 лет Эйзенхауэр так отозвался о Хиггинсе: «Этот человек обеспечил нам победу в войне»…

«Берегись, Гитлер! Мы идем!»

Вечером 5 июня, накануне дня «Д», верховный главнокомандующий союзными экспедиционными силами генерал Д. Эйзенхауэр посетил 101-ю американскую воздушно-десантную дивизию, личный состав которой готовился к погрузке на 2-моторные самолеты «С-47» («Дакота»). На борт «Дакот», машин, отличавшихся надежностью и прочностью, попадали элитные войска. Большинство парашютистов 101-й ВДД были добровольцами, прошедшими специальное обучение, отличавшимися физической силой и мастерски владевшими оружием. Им предстояло участвовать в Нормандской десантной операции.

Когда Эйзенхауэр уже покидал взлетно-посадочную полосу, по которой должны были подняться в воздух «С-47» элитной дивизии, его взгляд задержался на солдате небольшого роста, буквально навьюченном разного рода снаряжением. Десантник лихо отдал честь верховному главнокомандующему и, повернувшись лицом на восток, воскликнул: «Берегись Гитлер! Мы идем!»…

К началу Нормандской десантной операции, а именно к 6 июня 1944 года, в 21-ю армейскую группу под командованием генерала Монтгомери
входили: 1-я американская, 2-я английская, 1-я канадская армии, различные соединения и части, 12 отдельных бригад, а также 10 отрядов войск специального назначения (английских «командос» и американских «рейнджерс»). На них возлагалась основная задача по форсированию Ла-Манша, высадке в Нормандии и созданию плацдарма на французском берегу. Всего численность армии вторжения достигала 1 600 тыс. человек при 6 тыс. танков и САУ, 15 тыс. орудий и минометов. Было подготовлено 11 тыс. боевых и 2,3 тыс. транспортных судов, 2,6 тыс. планеров, свыше 1 200 кораблей и катеров, более 4 100 десантных судов и высадочных средств, 700 вспомогательных и 860 торговых судов.

На территории Франции союзникам противостояло 58 немецких дивизий, а непосредственно для противодействия силам вторжения выделялось 49 дивизий численностью свыше 1,5 млн.человек, 2 тыс. танков и штурмовых орудий, 6,7 тыс. орудий и минометов и всего 160 боевых самолетов.

Побережье северной Франции обороняла группа армий «Б» генерал-фельдмаршала Э. Роммеля (7-я и 15-я армии, отдельный корпус, всего 38 дивизий). Основные силы этой группировки были сосредоточены на побережье пролива Па-де-Кале, где, как казалось Гитлеру и его генералам, с наибольшей вероятностью следовало ожидать высадки союзного десанта. На обширном же участке морского залива Сены, который англо-американское командование реально наметило для вторжения на континент, к обороне готовилось всего… 3 дивизии. В портах Бискайского залива, в проливах Па-де-Кале и Ла-Манш находилось около 130 боевых кораблей, около 300 тральщиков, 34 торпедных катера и 42 артиллерийские баржи. Для отражения англо-американского десанта предназначалось также 49 немецких подводных лодок, которые базировались в портах на побережье Бискайского залива.

В ночь на 6 июня союзники под прикрытием массированных ударов своих военно-воздушных сил, которые буквально господствовали в воздухе, высадили севернее Карантана 2 американские, а северо-восточнее Кана — 1 английскую воздушно-десантные дивизии. Переход транспортных судов через Ла-Манш происходил в штормовую погоду и оказался для немцев совершенно неожиданным. Соединения немецкой танковой группы «Запад» дислоцировались вдали от побережья и в условиях непрерывных массированных атак англо-американских ВВС по коммуникациям не приняли участия в отражении нападения с моря.

В целом союзники умело использовали все преимущества внезапного вторжения на континент. По данным, приведенным американским историком С.Е. Амброзом, в течение первого дня Нормандской десантной операции через Ла-Манш удалось перебросить 175 тыс. человек в полном боевом снаряжении, а также 50 тыс. единиц техники, начиная от мотоциклов и заканчивая бронированными бульдозерами. Эта беспрецедентная высадка была осуществлена с привлечением свыше 5 300 кораблей, разного рода транспортных средств и 11 тыс. самолетов.

Месяц спустя, 5 июля, в Нормандии уже находилось около 1 млн. человек союзных войск. К 25 июля –– времени завершения Нормандской десантной операции –– союзники смогли создать стратегический плацдарм, выйдя на рубеж южнее Кана, Комона, Сен-Ло. Эта операция явилась самой крупной морской десантной операцией второй мировой войны. Несмотря на то что в целом она завершилась успешно, союзники не избежали людских потерь. Количество жертв составило 122 тыс. человек, из них — 73 тыс. американцев и 49 тыс. англичан и канадцев. Германские войска потеряли 113 тыс. человек.

Нормандская десантная операция положила начало широкомасштабному наступлению союзников в Западной Европе. Одновременно с ней Красная Армия согласно достигнутой в Тегеране Сталиным, Рузвельтом и Черчиллем договоренности активизировала боевые действия на Восточном фронте. В конце июня 1944 года началась грандиозная операция по освобождению Белоруссии («Багратион»).

И несмотря на то что открытие второго фронта в Европе союзными державами было очевидно и вполне осознанно затянуто, операция эта явилась достаточно весомым вкладом в общее дело борьбы против нацистской Германии.

Учесть все

Самая крупная в ходе второй мировой войны Нормандская десантная операция явилась также необычайно грандиозным мероприятием и в инженерно-техническом, и в организационно-хозяйственном отношениях. Благо, 2-летняя подготовка позволила продумать и спланировать ее на самом высоком уровне. Даже сегодня трудно себе представить, сколько сил и воли нужно было приложить командованию союзных соединений, чтобы грамотно и бесперебойно координировать развертывание всех запланированных действий, особенно с учетом того количества живой силы и техники, которые требовали не только военного обеспечения.

К началу Нормандской десантной операции союзные силы на Британских островах насчитывали почти 2 млн. человек, снабженных около 500 тыс. единиц техники. Им были приданы различные службы, насчитывавшие 54 тыс. человек, включая 4,5 тысячи поваров.

В ночь на 6 июня 1944 года одновременно с переходом морского десанта союзная авиация начала наносить удары по батареям, отдельным узлам сопротивления, штабам и скоплениям войск и тылам противника. Только на 10 основных немецких батарей 1 136 английских бомбардировщиков сбросили 5 267 т бомб. С рассветом 1 083 американских бомбардировщика в течение получаса обрушили на объекты береговой обороны в заливе Сены 1 763 т бомб.

Накануне высадки началась выброска воздушно-десантных войск. В ней участвовало 1 662 самолета и 512 планеров американской авиации, 733 самолета и 335 планеров английских ВВС.

В течение 6—7 часов с начала высадки на берег сошло свыше 133 тыс. человек. Только в восточной (английской) зоне в первый день Нормандской десантной операции было выгружено 6 тыс. боевых средств — 900 танков и бронемашин, 600 орудий, а также 4,3 тыс. т снарядов и боеприпасов.

К 17 июня союзники высадили на французском побережье 19 дивизий (в том числе 3 бронетанковые) численностью 500 тыс. человек. 5 июля, почти месяц спустя после начала десантной операции, в Нормандии уже находилось около 1 млн. человек союзных войск. Для них было доставлено около 150 тыс. транспортных машин и свыше 570 тыс. т грузов.

Владимир Невежин, доктор исторических наук

Техсюрпризы для дня «Д»

Проблемы, связанные с подготовкой и проведением крупнейшей десантной операции, потребовали множества новых технических решений. Вот лишь несколько примеров.

Для ослепления германских РЛС и создания впечатления о массированных налетах в районе Па-де-Кале авиация союзников в больших количествах сбрасывала ленты фольги. Выделенные самолеты ставили активные радиопомехи. 18 кораблей несли аэростаты заграждения, игравшие в данном случае роль ложных целей –– на индикаторах РЛС они давали сигналы, аналогичные сигналам крупных транспортных кораблей.

Поскольку согласно расчетам огня обычной корабельной артиллерии для поддержки высадки десанта не хватало, в ход шли реактивные системы залпового огня.

Ракетный корабль поддержки LCT (R) водоизмещением 560 т нес 1 080 легких или 936 тяжелых реактивных снарядов. Участники событий утверждали, что при всем — более моральном, чем боевом, — действии этих кораблей залп одного из них с ближней дальности «заменял» залпы 80 легких крейсеров и 200 эсминцев.

Серьезную ставку делали на плавающие танки типа DD (Duplex Drive — «двойного управления»), призванные стать главным средством огневой поддержки для очищающей побережье пехоты. Система, работы над которой были начаты еще в 1941 году, включала в себя навесные гребные винты, приводимые в движение вращением двигателя, плавучесть машине обеспечивал складной брезентовый экран, крепившийся по периметру корпуса, который разворачивался накачкой воздуха в резиновые трубки и фиксировался распорками, обеспечивая достаточное водоизмещение и придавая машине внешнее подобие понтона. Сам корпус машины оказывался при этом ниже поверхности воды. После выхода на сушу гребные винты поворачивались вверх, чтобы не цеплять грунт. К маю 1944 года танки «шерман» DD имели и британские, и американские танковые части. В день «Д» их спустили на воду на участках «Суорд», «Юта», «Омаха». На участке «Омаха» 32 танка спустили с самоходных десантных барж слишком далеко от берега, и до уреза воды добрались только 5. Брезентовые кожухи срывались волнами, их пробивало пулями, качка опрокидывала танки. А вот на британском участке «Суорд» из 40 «шерманов» DD на берег вышли 34. «Вряд ли штурмовые войска могли просто закрепиться на берегу без помощи этого оружия», –– писал о плавающих танках Эйзенхауэр.

Танки, не «умевшие» плавать и высаживавшиеся с катеров непосредственно у уреза воды, были оборудованы для движения по глубоким бродам –– их герметизировали, снабжали перископами, а на воздухозаборники крепили высокие короба, предотвращавшие залив двигателя водой. Такие танки часто оказывали помощь еще не высадившимся пехотинцам — те, у кого уже не хватало сил выйти на берег, забирались на них прямо в воде.

Большую работу во время высадки проделали не только боевые, но и инженерные бронемашины. Так, инженерный танк «черчилль» AVRE британского Королевского Инженерного Корпуса вместо пушки нес надкалиберный 29-см миномет «Петард» для метания тяжелых фугасных снарядов по укреплениям и заграждениям. Кроме того, на AVRE крепили устройство «Бобин», сматывающее с особого барабана широкий брезентовый дорожный мат –– для усиления вязкого прибрежного грунта, а также для укрытия малозаметных препятствий, мешающих проходить боевым танкам, колесным машинам и пехоте.

Среди инженерных устройств, нашедших себе применение в день «Д», была и оригинальная самоходная «переправа»: колейный мост с двумя аппарелями крепился прямо на корпусе «черчилля», так что другие танки и автомобили могли проходить рвы или подниматься на стенки и дамбы буквально по «голове» танка-моста.

Эффективным средством проделывания проходов в минных полях на пляжах оказались цепные минные тралы типа «Крэб»: на вращающемся барабане крепились цепи с грузиками, которые с большим усилием били по грунту, подрывая мины по всей ширине устройства. Такие тральщики на основе танков «шерман» и «черчилль» прозвали еще «молотилками», поскольку они несли еще и ножи — для проделывания проходов в проволочных заграждениях.

Уничтожением препятствий (решеток, ежей, барьеров) и проделыванием проходов в минных полях занимались также группы специально обученных подрывников, экипированные водонепроницаемыми костюмами, подрывными зарядами Хагенсена (весом около 20 кг), катушками с детонирующим шнуром и водонепроницаемыми капсюлями-детонаторами. Несмотря на постоянные разрывы шнура и большие потери среди подрывников, они достаточно эффективно обеспечивали войскам проходы.

Были в арсенале союзников и танки — носители подрывных зарядов для разрушения заграждений и препятствий. Сносили заграждения и бронированными бульдозерами. Правда, и они не везде действовали удачно: на участке «Омаха» из 16 бульдозеров на пляж вышли 6, три из них скоро подбили. Остатки германских береговых заграждений пригодились потом: из них делали навесные ножи-гребенки, с помощью которых танки союзников пробивались через сплошные живые изгороди Нормандии.

Для приема войск и грузов было сооружено 5 искусственных причалов «Гузберри» и две искусственные гавани «Малбери». Причалы представляли собой затопленные вплотную суда (для 5 причалов их потребовалось 60), которые создавали полосу спокойной воды, позволяя разгружать небольшие корабли и десантные суда. Гавани же были настоящими портами, секции которых (железобетонные кессоны) изготовлялись в Британии и буксировались через пролив.

Что-то из планируемых разработок просто не успело к сроку. К примеру, британский «средний корабль огневой поддержки десанта» LCG(M) с двумя 88-миллиметровыми, двумя 76-миллиметровыми армейскими пушками и двумя 20-мм зенитными автоматами. Подойдя к берегу, такой корабль должен был, затопив часть отсеков, лечь на грунт и превратиться в защищенную стационарную батарею. Не успели к сроку подготовить и подводный трубопровод по дну Ла-Манша, прозванный «ПЛУТО», так что снабжать обильно высаженную технику горючим приходилось поначалу судами.

Семен Федосеев

Рубрика: Арсенал
Просмотров: 13527