Золотой поцелуй, или Главное чудо Мьянмы

01 июня 2004 года, 00:00

Мьянма
«Мьянма? А где это? Не знаю такой страны… Ах, так это Бирма?! Ну, в Африке вообще много стран!.. А разве она не в Африке?»… Подобные вопросы перед поездкой нам приходилось слышать от вполне эрудированных людей. Для многих стало открытием, что Мьянма граничит с Таиландом, которого она больше по территории, и там живет около 50 миллионов человек. Несмотря на то что в соседнем Таиланде скоро пройти будет нельзя от российских граждан, Мьянма остается для нас совершенно неизвестной. А зря.

Мьянманский союз

Строго говоря, страна называется Союз Мьянма, и это название оправдано — в государстве невероятное разнообразие народностей. Крупных «национальных рас» в Мьянме насчитывают восемь, среди которых доминируют бирманцы, составляющие 65% населения, но этнологи выделяют в ней более 100 народностей и национальных подгрупп. При этом группы эти весьма значительно различаются между собой.

Само название Мьянма на карте мира появилось относительно недавно — в 1989 году. Тогда же и большинство городов получили новые наименования, например столица Рангун стала называться Янгон. На самих мьянманцах эти изменения не отразились — на их языке они звучали так всегда, изменились лишь их английские транскрипции. Англичане, покорившие эту страну в XIX веке, называли ее Бирмой, вслед за самоназванием основной этнической группы — бирманцы. С точки зрения логики название Мьянма, возможно, более справедливо, так как не ассоциирует страну с одной этнической группой, но логика не всегда правит политикой. Нынешнее правительство, изменившее название страны, по мнению многих в мире, пришло к власти в результате военного переворота, и в англоговорящих странах Мьянму попрежнему называют Бирмой — из принципа, тем более что в течение 150 лет к этому названию уже привыкли, а новое мало кто знает. Диктатура военных по-прежнему правит Мьянмой. Деятельность лидера оппозиции До Аун Сан Су Чжи, многие годы проведшей под домашним арестом, получила широкую мировую известность, особенно после вручения ей Нобелевской премии мира.

Впрочем, в этой стране сами военные объясняют свои действия желанием сохранить целостность страны и необходимостью постепенности любых реформ. И здесь идеалом развития был выбран китайский вариант. Многие мьянманцы, даже негативно относящиеся к властям, повторяли одну и ту же фразу: «Плотину нельзя открывать сразу. Шквал воды все сметет на своем пути».

Белая субстанция на лицах матери и дочери — растертая кора дерева танакхаЧто поражает

Во-первых, буддизм, который правит мьянманцами. Их главная святыня — 100-метровая пагода Шведагон, облицованная золотыми плитками. Приношение большей части золотого запаса страны в дар Будде не только очень характерно для Мьянмы, но и искренне.

Во-вторых, здешние девушки — очень красивые, статные, скромные и благородные. Впрочем, и это в-третьих, в Мьянме вообще танцуют только профессионалы. В Янгоне, правда, стали появляться дискотеки, но они пользуются недоброй репутацией.

В-третьих, повсеместное ношение юбок. И женщины, и мужчины в Мьянме носят «лонджи». В отличие от шотландских мьянманские юбки длинные и легкие. Женские «лонджи» отличаются от мужских лишь расцветкой и тем, что узел, которым поддерживается мужская юбка, располагается спереди, на женской же он — сбоку. Сам способ их завязывания для непосвященных — чудо. Ловким движением мьянманец затягивает верхний край юбки в подобие узла (концы его при этом не завязываются), и юбка прекрасно держится! Нам не раз приходилось видеть, как за пояс такой шаткой конструкции были засунуты мобильные телефоны и бумажники.

В-четвертых, стоимость мобильных телефонов. На «черном рынке» их цена может доходить до нескольких тысяч долларов. Даже мьянманский генерал, получивший разрешение купить его официально, заплатит за него астрономическую для обычного мьянманца сумму.

В-пятых, конечно, Баган…

Буддийские монахиУвидеть Баган и…

Много путешествуя, невольно думаешь: «Ну я уже столько всего видел, что поразить меня уже вряд ли что сможет». И — с усталой улыбкой оглядываешь достопримечательности… Впрочем, не исключено, что на Небесах есть специальный отдел, отвечающий за заевшихся жизнью. «Ага, вот еще один!» — говорят там, и мир вокруг этого заевшегося немедленно преображается. В Багане произошло нечто подобное.

Некоторые исследователи пишут: «Представьте себе, что все католические храмы Европы собрали в одном месте — это Баган». И здесь нет особого преувеличения. Баган называли в древности городом Четырех Миллионов Пагод. Их было, конечно, не столько, но больше 4 000. Даже оставшиеся ныне 2 217 производят ошеломляющее впечатление.
 
Такое ощущение, будто ты попал в лес пагод. Горизонта нет — вокруг, куда ни посмотришь, тянутся ввысь шпили — золотые и кирпичные. Никакие туристы, никакие признаки «цивилизации» не могут победить это чувство восторга и подобострастного поклонения, которое вызывают эти удивительные архитектурные сооружения. Это — чудо.

Самое удивительно, что все это великолепие было сотворено в очень короткий промежуток времени — золотая эра их сооружения началась в 1057 году с завоеванием Монского государства и длилась до 1287 года, завершившись под ударами войска монгольского Хубилай хана. В то время Баган был столицей мьянманского королевства.

Невероятная эпопея этого строительства началась в 1044 году, когда на мьянманский престол взошел король Аноратха. Его южный сосед, монский царь Мануха, послал, на свою беду, монахов обратить Аноратху в буддизм Тхеравады. Мьянманскому правителю настолько понравилась эта религия, что он попросил соседей предоставить ему святые писания и реликвии, а когда ему в этом отказали, захватил Монское королевство и вывез все, что смог. С этого момента и по сей день в Мьянме воцарился буддизм в теравадской версии, а в Багане началось бешеное строительство. Конечно, доставшееся нам из летописей описание этих событий легендарно. Скорее всего, за захватом Монского царства стояли прежде всего экономические и военные причины. Но как бы там ни было, сохранившиеся пагоды — явственные свидетельства бурного и именно религиозного строительства.

Основное для буддиста — сделать что-то достойное в нынешней жизни, дабы это деяние помогло ему в следующей. Строительство пагоды способно дать са Надо сказать, что в древней Мьянме из камня строились только религиозные сооружения, все остальные постройки, будь то царские дворцы или монастыри, были деревянными. И пусть рядом с поражающими нас ныне пагодами стояли еще более внушительные деревянные строения, на сегодняшний момент все они исчезли.

Впрочем, время не щадило и пагоды. Баган стоит на берегу главной мьянманской реки — Иравади, которая, возможно, и поглотила многие святыни. С момента прихода на здешние земли монголов Баган погрузился в продолжительный период застоя и разрушений. После поражения, понесенного от монгол, город пришел в запустение — несколько столетий в нем бесчинствовали мародеры и искатели сокровищ. Почти все изваяния, изображающие Будду, сейчас хранятся в пагодах, но в ужасающем виде — без головы или с разбитым животом (кроме тех, которые не так давно были восстановлены, либо же особо тщательно оберегались в прежние времена).

Еще одной бедой для древних мьянманских сооружений являются разрушительные землетрясения. Последнее из них, и очень значительное, произошло в 1975 году. Тогда сила подземных толчков достигла 6,5 балла, но даже, несмотря на это, многие тысячелетние сооружения устояли. Тогда, почти сразу же, начались восстановительные работы, которые продолжаются и по сей день.

В то время среди пагод и храмов еще жили люди — сейчас всех их выселили в соседний город, Новый Баган. Очевидец того землетрясения так описал нам происходившее: «Мне было 8 лет. Все произошло вечером, в половине седьмого. В этот момент в храмах никого не было и поэтому никто не погиб. Когда я пошел домой, все затряслось, и я ничего не видел из-за поднявшейся красной пыли. Старики закричали мне, чтобы я стоял на месте, я и не двигался. Придя домой, обнаружил, что все живы — у нас была бамбуковая хижина».

Министр археологии торжественно несет верхушку «зонтика», устанавливаемого на пагодуЗонтик для ступы

Нам посчастливилось присутствовать на открытии одной из ступ после реставрации. Пагода, или ступа, принципиально отличается от храма тем, что в нее нельзя войти (сами мьянманцы, впрочем, не видят кардинальных отличий между ступами и храмами, называя их одним словом — «пайа»). Это целостное сооружение, в котором хранится какая-нибудь святыня или несколько святынь, связанных с предыдущими четырьмя воплощениями Будды. Например, в главной пагоде страны, Шведагоне, хранятся 8 волосков последнего Будды. Где-то может храниться его зуб, волос или какой-нибудь другой предмет, принадлежавший Будде при жизни. Но пагод так много, что на всех мифических предметов не хватает, и тогда в них замуровывают «официальную» копию зуба или волоса. Помимо этого, над ней устанавливают еще и своеобразный «зонтик» — металлическую конусообразную конструкцию с колокольчиками. От ветра колокольчики звенят — и в этом есть особый религиозный смысл. Водружение «зонтика» на шпиль пагоды происходит в торжественной обстановке в самый последний момент — когда все остальные работы закончены. На такой церемонии мы и присутствовали. Подобное крайне важное событие случается в Багане нечасто — всего 2—3 раза в год. Та ступа, на открытие которой нам довелось попасть, пострадала от того самого землетрясения 1975 года, восстанавливать же ее начали всего два года назад.

А еще — мы присутствовали на освящении восстановленной ступы.

«Обувь оставьте в машине», — строго сказал нам гид (согласно правилам босиком ходят не только в самих буддистских сооружениях, но и в непосредственной близости от них). Началась церемония освящения с молитвы. Под сводами ступы собрались уважаемые монахи. Самый главный из них читал молитву, а все пришедшие, сидя на циновках, молились. Первым, лицом к монахам, сидел представитель власти — министр археологии. Он, будучи в военной форме, являл собой олицетворение государства…

Ступа была восстановлена на средства частного лица — богатейшего торговца драгоценностями, а именно — нефрита, Аун Кан Ти из провинции Шан. Реставрация обошлась ему в сумму, эквивалентную 40 тысячам долларов. Сам он по каким-то причинам на церемонию освящения не приехал, но прислал своих многочисленных представителей. После окончания молитвы они и преподнесли монахам обычные в таких случаях подношения — рис, растительное масло для готовки, зонтики и сандалии.

Затем, как это и положено, священные предметы — фигурки Будды, колокольчики, а также части «зонтика» — 3 раза обнесли вокруг ступы. Предметов — много, поэтому процессия была внушительная. Впереди вышагивал генерал — министр археологии, важно неся в руках верхушку «зонтика» — золотую сферу, украшенную каменьями и увенчанную огромным куском хрусталя. Многочисленные зрители смиренно стояли поодаль…

Потом пришло время укреплять «зонтик» и замуровывать священные реликвии. Расписанная колесница, на которой были установлены крупные части «зонтика», устремилась с помощью веревок к вершине ступы. Приглашенные музыканты начали играть национальную музыку, а танцовщицы — исполнять традиционные танцы. Даже мы, не будучи буддистами, прониклись торжественностью происходящего. По окончании церемонии стали накрывать столы для праздничного пира.

Подветренная сторона

После того как зонтик установлен и святыни замурованы, начинается еще один ответственный момент — разбрасывание денег. Еще при входе за ограду ступы мы увидели десятки подростков и мужчин, напряженно следящих за происходящей церемонией. В ней самой участия они не принимали, но явно чего-то ждали. Многие держали в руках сачки на длинных палках. Мы удивленно поинтересовались у нашего гида, чего, собственно, они ждут? «Денег», — последовал короткий ответ. «И, заметьте, все они стоят с подветренной стороны». «Почему?» — ошарашено спросили мы. «Скоро увидите…» И мы увидели.

На вершине ступы стоял уже знакомый нам генерал с несколькими помощниками. В руках у него были «символы власти» — в одной мобильный телефон, в другой — пачки денег.

За 10 минут по этому телефону он поговорил трижды (даже если предположить, что общее количество номеров абонентов в его записной книжке достигало не больше пяти). Тем временем напряжение перед оградой с подветренной стороны ступы возрастало. Мьянманцы, коих собралось около сотни, вооруженные сачками, равно как и те, у кого их не было, время от времени перебрасывались короткими фразами, шутили и с любопытством поглядывали на невесть откуда затесавшихся иностранцев (то есть нас). При этом все, и мы в том числе, продолжали ждать…

И тут собравшихся охватило нешуточное волнение — с самой вершины пагоды веером по ветру полетели белые бумажки и плавно посыпались в толпу. Все мгновенно пришло в движение. Поскольку люди не только стояли, но и сидели и на деревьях, и на ограде ступы, сложилось впечатление, что весь мир вокруг нас начал судорожно двигаться. Секунды, пока бумажки преодолевали расстояние от верхушки ступы до страждущих, тянулись бесконечно, но когда они наконец достигли толпы, время ускорилось невероятно. Началась настоящая свалка. За мгновение до этого мирно стоявшие мьянманцы превратились в бешено вращающийся ураган. Рвалась ткань, трещала бумага, смерч тел несся, не разбирая дороги. Еще совсем недавно стеснявшиеся спросить, из какой мы страны, баганцы грозили снести нас с лица земли… А еще через несколько мгновений все это безумие закончилось. Только что сражавшиеся воины вновь сделались дружелюбными и приветливыми. Пряча добытые купюры, они искренне веселились при виде порванной ими же рубашки товарища. Игра закончена, можно идти домой.

Имена недели

Когда-то исландцы поразили нас отсутствием фамилий при наличии у них имен и отчеств. Мьянманцы пошли еще дальше — у них отсутствуют фамилии и отчества — есть только имена. Две родные сестры могут зваться, например, Мин Мин и Мо Мо, и определить по написанию то, что они сестры, просто невозможно. Более того, имя с возрастом может меняться.

Нам кажется странным жить без фамилий. Мьянманцы же, напротив, недоумевали на предмет того, зачем создавать себе столько сложностей. Для них гораздо важнее фамилии день недели, в который они родились. И уж вот это знает каждый. Ибо день недели — это крайне важно. Ведь в Мьянме и по сей день имена даются в соответствии с указаниями астролога, а вместе с именем каждый мьянманец получает гороскоп, которому следует всю свою жизнь. Узнав день недели, в который вы родились, вам тут же сообщат, с кем вы можете дружить, а с кем нет, и заодно предскажут, какой жизненный путь вас ждет. Мьянманцы настолько уверены в незыблемости данного постулата, что это даже не подлежит обсуждению. «Нечего ждать продвижения по государственной службе, если ты — крыса», — твердо сказал мне один наш знакомец. «Слоны — крайне агрессивны, но быстро отходят», — безапелляционно заявил другой.

Все в жизни каждого мьянманца очевидно с самого с рождения, надо только иметь в виду, что астрологических дней недели в Мьянме 8 — это потому, что среда у них делится на 2 части. А эти сведения — так, на всякий случай: рожденные в Мьянме в понедельник — ревнивы, во вторник — честны, в среду — вспыльчивы, но отходчивы, в четверг — кротки, в пятницу — разговорчивы, в субботу — склочны, в воскресенье — жадны.

…Вокруг всякой значимой ступы всегда можно увидеть 8 фигурок, изображающих покровителей дней недели. Если вы хотите сделать доброе дело (чтобы улучшить свое грядущее перерождение), вы должны полить водой своего покровителя, предположим, льва, столько раз, сколько лет вам исполнилось, поэтому у больших пагод всегда толпятся люди, поливающие каменную крысу или слона, или тигра. Более того, первая буква вашего имени должна соответствовать дню недели, когда вы родились, так что, хотя, как мы заметили выше, как именно вас зовут, не всегда можно определить, зато то, что вы за человек, — выяснить очень просто. «Когда родился? Во вторник? Мне подходит только среда или суббота!» И здесь уж изменить ничего нельзя…

Когда мы спросили нашего друга: «Как же вы находите друг друга в телефонной книге, если у вас нет фамилий, а имена то и дело меняются?» — он с готовностью ответил: «По адресу».

Обряд пострижения в монахи. Начало церемонииПосвящение

Каждый буддист-мьянманец (а буддисты в этой стране составляют 87% населения) проходит посвящение в монахи. Это событие — одно из главных в его жизни. В монастырь мьянманец попадает несколько раз в жизни. Обычно — ненадолго, это может быть и неделя, и две, и месяц, если, конечно, он не решил стать монахом окончательно. Монастыри играют важнейшую роль в жизни страны. Помимо обучения буддийским заповедям там учат и просто грамоте, чем объясняется очень высокий процент людей, умеющих читать и писать, кстати, поражавший англичан еще в XIX веке.

Первое посвящение происходит в 7—9 лет. Обычно это красочная и яркая церемония, на которой присутствует много гостей и родственников. Часто несколько семей собираются вместе и организуют пышные проводы своих детей в монастырь. Мальчиков наряжают принцами, в честь последнего Будды — Гаутамы, а девочек — принцессами. Мальчиков везут на церемонию посвящения на богато украшенных лошадях, а иногда даже на слонах, девочек же — на красиво убранных телегах.

Мы попали в Багане на обряд посвящения в небогатой семье. В монастырь отправляли 7-летнего мальчика по имени Со Най Вин. Семья не стала отправлять его вместе с другими детьми — из экономии. Тем более что отец мальчика недавно умер — доктор-самоучка вколол ему по неграмотности укол, оказавшийся для него смертельным (это, кстати, очень большая проблема в Мьянме), поэтому церемонию оплачивал дедушка. Может быть, из-за этой не слишком радостной атмосферы действо это произвело на нас очень сильное впечатление. Мы встретили процессию у древних ворот Багана. Мальчик, одетый принцем, был явно испуган. Девочка-принцесса была еще младше и поэтому не боялась и с любопытством наблюдала за всем происходящим (она не собиралась в монастырь, ее нарядили, чтобы мальчику было не так скучно). Оба они сидели у молельни местных духов — натов, у которых пожилая женщина-медиум просила для детей благословения.

Спустя какое-то время вся процессия — «принц» на лошади и «принцесса» в телеге — двинулась к монастырю. Доброжелательные монахи, ни слова не говорящие по-английски, провели нас по всем закоулкам чудесного деревянного здания. На террасе для гостей готовилось скромное угощение.

Конец церемонииСама церемония проста — мальчика должны были постричь и одеть в монашескую одежду. Настоятель монастыря прочитал ему молитву и дал наставления о том, как надо себя вести сообразно буддийской традиции. Все — просто и буднично. Мать мальчика вместе с дедушкой держали полотенце, на которое падали волосы будущего послушника, а монах ловко брил его склоненную голову. После молитвы он начал разбрасывать мелкие деньги для гостей, поскольку раздача милостыни — одно из краеугольных положений буддизма.

Мать пересчитала деньги, которые принесли гости в качестве подарков, а монахи получили рис и сандалии.

…Пройдет 2 недели, и он выйдет отсюда. Волосы отрастут, деньги кончатся, но мальчик всегда сможет вернуться под крышу этого деревянного монастыря. В Мьянме многие известные певцы и политики сбривают волосы и на несколько недель уходят в монастырь — размышлять, думать, собирать милостыню…

«Женский» вопрос

Женщины в мьянманском обществе занимают особое положение. Сэр Джеймс Джордж Скотт, написавший в 1881 году книгу «Бирманец», выдержавшую множество переизданий и до сих пор являющуюся своеобразным «справочником» по этому народу (по крайней мере, в Мьянме она продается на каждом углу), писал, что «замужняя бирманская женщина гораздо более независима, чем любая западная даже в самых передовых государствах… Она может выйти замуж за кого хочет и развестись, когда захочет… При этом все ее приданое, и все, что она заработала за время замужества, принадлежит ей и ее потомкам». В то же время уважаемый сэр отмечал, что женщины Мьянмы не стремятся к образованию, а в пагодах молятся, чтобы в следующей жизни они стали мужчинами. «На этом их неравенство с мужчинами заканчивается».

Напомним: это написано еще в 1881 году, до начала борьбы женщин в просвещенном мире за избирательные права и прочие «льготы».

Поэтому обойти своим вниманием такую важную тему, как мьянманские женщины, мы не могли. Никогда прежде мы не видели такой гордой осанки, длинных черных волос и невероятной, но скромной грации. Подавляющее большинство женщин Мьянмы мажет себе лицо «танакхой», специальным белым составом из растертой в порошок древесины и коры одноименного дерева. У этого «макияжа» (покрываются в основном щеки, а также нос, лоб и руки) есть и практический эффект — это лучшее средство от того, чтобы не сгореть на солнце, к тому же еще и дезинфицирующее. Поначалу эти намазанные щеки вызывают неоднозначное чувство, но уже очень скоро начинаешь понимать, насколько прекрасна девушка с танакхой.

Мы решили проверить наши впечатления о местных женщинах. Сидя в ресторане с нашим новым приятелем Мин Мьином, вернее У Мин Моном («гордый король»), мы спросили его, что мьянманские мужчины думают о своих женщинах. Мин Мьин, будучи буддистом, не пил спиртного, хотя был искренне рад тому, что другим это доставляло удовольствие. «Каковы они, девушки Мьянмы?» — с волнением спросили мы его. Мин Мьин — преданный муж и отец — посмотрел на нас с грустью. «Мужчины дерутся, а женщины бьют в спину, что более опасно. Если ты дашь что-то любимой, ей этого никогда не бывает достаточно. Когда мужчина делает что-то слишком — это плохо. Слишком любит, слишком тратит... А надо — посредине». Это умозаключение поразил нас крайне. Но все же главное потрясение в Мьянме было еще впереди...
 
В последний день нашего двухнедельного пребывания в столице страны Янгоне мы пошли к Шведагону — главной пагоде страны и истинному чуду света. Эта фраза звучит буднично и избито. На Земле существует множество сооружений и достопримечательностей, которые местные жители совершенно искренне считают Восьмым чудом света. И будут по-своему правы. Так вот, отличие подобных мест от Шведагона — в том, что стоит только увидеть это сооружение, сразу становится понятным, что это — просто чудо света, без номера.

Шведагон — этот волшебный город на холме, доминирующем над всем Янгоном, поражает сразу — и колоссальными размерами, и невообразимым богатством, и тысячелетними легендами. Предание гласит, что два брата-купца 2 500 лет назад добрались до Гаутамы Будды и вручили ему медовый пирог. В благодарность Будда дал им 8 своих волосков. Дорога назад была трудной для братьев, и им пришлось расстаться с 4 из 8 священных волос. Но когда они после всех испытаний и сложностей все-таки добрались до Мьянмы и открыли шкатулку с даром Будды, произошло чудо — волосков в ней по-прежнему было 8. На этом чудеса не закончились — слепые прозрели, глухие услышали, немые заговорили, а хромые побежали во все концы страны сообщать эту радостную новость. В это же мгновение затряслась земля, зацвели деревья, а с неба посыпался дождь из драгоценных камней. Как видно на этом примере, даже всего 8 волосков способны порой изменить мир…

Хотя и на этом легенда не заканчивается. Шведагон считается единственной пагодой на Земле, в которой хранятся также реликвии и от трех предыдущих Будд. Как известно, Гаутама Будда был четвертым по счету Буддой, пришедшим в этот мир. В Шведагоне хранится чашка от первого Будды, покров — от второго и посох — от третьего, что делает это место еще более уникальным.

«Шве» — переводится с мьянманского как «золотой», «Дагон» — это название местности. В бедной стране, огражденной внешними экономическими санкциями, мьянманцы выставили свои драгоценности на всеобщее обозрение, и их золото и бриллианты служат для укрепления славы буддизма. 100-метровая пагода Шведагон покрыта сусальным золотом, а ее верхушка облицована 13 153 золотыми плитками, каждая размером 30 см 2. Пагода увенчана флагом с 1 100 бриллиантами, помимо которых на нем расположено еще 1 383 других драгоценных камня. На верхушке ступы находится золотая сфера с 4 351 бриллиантом с сияющим наверху еще одним 76-каратным камнем. Ступа регулярно реставрируется как властями, так и верующими, наносящими на ее стены все новые и новые слои золота.

Основание ступы занимает 5 гектаров. На вершину холма, где она расположена, ведут 4 крытые лестницы, сами по себе являющиеся произведениями искусства. Под деревянной крышей царит прохлада. Прихожане идут босиком мимо маленьких лавочек, в которых продаются буддистские украшения, куски сандалового дерева, посуда и многое другое. Уже здесь царит атмосфера праздника.

Шведагон — это не одна гигантская ступа, а целый комплекс зданий. Вокруг этого гигантского золотого колокола располагается еще около 70 сверкающих золотом небольших пагод, а также масса других построек — павильонов, храмов для поклонения духам. Под навесами установлены огромные колокола, один из которых, Маха Тиссада, весит 42 тонны. С другим колоколом, Сингумин, весящим 23 тонны, связана важная для независимых мьянманцев история. В 1825 году англичане пытались увезти его в Калькутту, но лодка под его тяжестью проломилась и колокол утонул в реке. Все старания британских инженеров поднять его со дна оказались тщетными, и тогда англичане заявили бирманцам, что если те смогут его достать, колокол останется на родной земле. Бирманцы просунули под колокол бамбуковые бревна, и он всплыл сам. Теперь для современных мьянманцев Сингумин — один из символов независимости их родины.

Э п и л о г

В последний день в Янгоне мы долго бродили вокруг Шведагона, поливали водой покровителей своих дней недели, слушали пение монахов и наблюдали за прогуливающимися янгонцами. Исполинская пагода блестела золотом, где-то на 100-метровой высоте сверкал огромный невидимый бриллиант. Верующие приклеивали тончайшие пластинки золота к статуям Будды. Они наклонялись к ним, шепча молитвы, казалось, они целуют их, оставляя дрожащие золотые лепестки…

Наступил вечер. Усталый, я сел на какую-то приступочку лицом к золотой громаде. Казалось, что именно здесь должно было произойти что-то значительное. Но что? И тут взгляд остановился на чем-то копошащемся в трех метрах от подножия Шведагона. В полумраке не сразу стало понятно, что это огромные тараканы, суетящиеся у водосточного люка…

Я ненавижу тараканов. Они вселяют в меня глубокое отвращение и желание убежать или, наоборот, убивать всех их до последнего.

И тут произошло непредвиденное, ставшее для меня последним чудом Мьянмы.

При виде здешних тараканов мне не было противно. Я понял, что эти снующие, занятые собой существа имеют право на жизнь... Даже нет! Они просто обязаны здесь жить, доказывая красоту и разнообразие мира. В этот момент я искренне любил все живое, все сущее — такова была сила этого потока мьянмарской жизни. Все — и плохие, и хорошие люди, и тараканы, и мухи, и птицы — должны жить рядом со мной, иначе моя собственная жизнь будет неполной и бессмысленной.

…Прошло 2 недели после моего приезда в Москву. И вдруг он выползает — рыжий, гадкий, наглый, шевелящий усами. Я поднимаю тапок и…

Мьянманская государственность берет свое начало с середины XI века, когда на территории Верхней Бирмы одним из вождей Аноратхой было основано объединенное королевство Паган. Просуществовав более двух веков, в 1287 году государство Паган распалось под ударами монгольских завоевателей. Во второй четверти XVI века бирманские правители княжества Таунгу объединили раздробленную страну. XIX век принес Бирме три войны с Британией, в результате которых государство превратилось в английскую колонию. Лишь в 1937 году Бирма получила возможность самоуправления, а 4 января 1948 года была провозглашена независимость страны. В результате внутрипартийной борьбы в 1962 году в стране произошел государственный переворот, власть перешла к военным. В 1988-м в Бирме была установлена жесткая военная диктатура. В 1989 году название страны было изменено на Мьянму. 27 мая 1990 года состоялись первые за 30 лет демократические выборы, победу на которых одержала демократическая оппозиция, однако военные отказались передать власть избранному парламенту. Сейчас в стране идет переход от социалистической плановой к рыночноориентированной экономике, развивается частное предпринимательство.

Официальное название Союз Мьянма

Государственный строй Республика

Глава государства Председатель Государственного Совета мира и развития

Законодательный орган Парламент не функционирует с 1988 г. Страной управляет военная администрация

Административно-территориальное деление 7 областей и 7 штатов

Площадь 776 577 км 2

Численность населения около 50 млн. чел.

Столица Янгон (Рангун) (около 4 млн. человек)

Официальный язык мьянманский (бирманский), распространены также китайский, английский, местные языки (каренский, монский, шанский)

Религия 89% населения — буддисты, 4% — христиане, 4% — мусульмане (остальное население придерживается традиционных верований)

Денежная единица 1 кьят, равный 100 пья. 1 доллар США приблизительно эквивалентен 8 кьятам

Полезные ископаемые нефть, олово, сурьма, цинк, медь, вольфрам, свинец, уголь, мрамор, известняк, драгоценные камни, природный газ

Въездные правила Минимальный срок оформления визы — 3 дня. Количество анкет— 2, фотографий —3. Требуется представление обратного билета, ходатайства принимающей организации или подтверждения туристического агентства. Продолжительность тура — до 28 дней (в индивидуальных случаях возможно продление). Разрешен беспошлинный ввоз сигарет — 200 шт., или сигар — 100 шт., или табака— 250 г; спиртных напитков — 1 л (независимо от крепости); одеколона (духов) — 500 мл; продуктов питания, предметов и вещей домашнего обихода — в пределах личных потребностей, предметы бытовой техники, кино-, видео-, фотоаппаратура, драгоценности декларируются для последующего вывоза.

Запрещен ввоз оружия, наркотических и психотропных веществ, литературы антиправительственной направленности, игральных карт, порнографии, спутниковых телеантенн и приемников к ним, видеокассет и компакт-дисков, сотовых телефонов, портативных компьютеров с модемами.
Запрещен вывоз драгоценных и полудрагоценных камней, ювелирных изделий, сувениров и изделий с изображением Будды, предметов антиквариата, исторических ценностей без соответствующего разрешения.
Ввоз и вывоз национальной валюты запрещен. Ввоз иностранной валюты не ограничен (суммы выше 2 000 долларов США подлежат обязательному декларированию). Срок вывоза ввезенной иностранной валюты ограничен 6 месяцами. При выезде обратный обмен национальной валюты на иностранную допустим лишь в пределах 25% от суммы обмена.

Иностранец, въезжающий в страну не в составе туристической группы, при въезде обязан обменять на имеющие хождение наравне с национальной валютой чеки Центрального банка Мьянмы сумму в 300 долларов США. При выезде из страны чеки ЦБ Мьянмы к обратному обмену не принимаются.
Климат тропический, муссонный; облачное, дождливое, жаркое и влажное лето, прохладная, с редкими дождями зима. Случаются стихийные бедствия: землетрясения, наводнения и оползни (особенно в сезон дождей с июня по сентябрь), а также периодические засухи.
Время опережает московское на 3 часа 30 минут. При переходе на летнее время — на 2 часа 30 минут.

Праздники
4 января — День независимости
2 марта — День Крестьянина
10 марта — Фестиваль Сухого Сезона
27 марта — День Вооруженных Сил
Примерно в середине апреля с многодневного водного фестиваля Тинджан начинается местный Новый год. Он проводится в жаркий сезон, и люди с радостью обливают холодной водой тех, кого угораздило в это время выйти на улицу.

Кухня В местные блюда в изобилии добавляют острые приправы. Популярностью пользуются «леток сон» (разновидность острого овощного салата с рисом), «моинга» (рыбный суп с вермишелью), «о-но хаук све» (макароны из рисовой муки с цыпленком и кокосовым молоком). Блюда китайской и индийской кухни предлагаются во многих отелях и ресторанах. Повсеместно пьют чай, тоже с приправами. Местные прохладительные напитки в большинстве своем низкого качества и довольно дороги. Пиво, джин, виски и ром местного производства продаются везде.

Правила предосторожности При посещении удаленных районов страны необходимо принимать таблетки от малярии. Вакцинация от желтой лихорадки не обязательна, но желательна. Также желательны прививки от гепатитов A и B, холеры, столбняка и полиомиелита.
Соберите в дорогу личную аптечку и оформите медицинскую страховку на время поездки.

Вода из-под крана небезопасна. Лучше пить минеральную воду из бутылок. Лед и напитки в гостиницах и ресторанах выше уровня 4* обычно хорошего качества. Избегайте напитков, предлагаемых на улице и в дешевых кафе.

Обмен валюты можно произвести в банках, но курс обмена в них невыгодный. Обменять доллары или другую валюту по реальному курсу можно только на черном рынке, но это противозаконно. Система оплаты услуг кредитными карточками и дорожными чеками развита крайне слабо. К оплате принимаются кредитные карточки «Америкэн Экспресс», «Мастер кард», «Виза» и «Дайнерс клаб» и только в крупных банках столицы.

Сувениры Популярны изделия народного творчества: с резьбой по тиковому дереву, из латуни, покрытые лаком шкатулки из конского волоса, а также сигары, поделки из серебра и золота, морской жемчуг, драгоценные камни, коврики, вышитые золотой и серебряной нитью.

Транспорт В Мьянме представлены практически все возможные виды транспорта — самолеты, речные и морские суда, поезда, автобусы, такси, велорикши, лошади, запряженные в повозки и кареты, а также такой экзотический гужевой транспорт, как волы и слоны. Для иностранцев цены большей частью выше, чем для местных жителей. Внутренние перелеты на самолетах подчас дороже международных. Железнодорожная сеть страны разветвленная, поезда старые. Расписание не выдерживается и многочасовые опоздания — не редкость. В стране очень развиты водные пути сообщения. Пассажирские теплоходы бывают скорыми и обычными. На скорых — сидячие места, как в самолете; на обычных — стулья на палубе или каюты. Отправляются обычно в 6—8 утра, прибывают вечером. В темное время суда обычно не ходят и делают остановку на всю ночь в каком-нибудь крупном поселке, а на рассвете продолжают свой путь.

Автобусные компании — частные, и цены на проезд для иностранцев и местных одинаковы и невелики. Автобусы старые, но с мягкими сиденьями, кондиционером и видео. Почти все автобусы дальнего следования отправляются днем или вечером, едут всю ночь и прибывают утром. Движение правостороннее, автомобили как с правым, так и с левым рулем. Транспортные средства в Мьянме часто переполнены. Билеты лучше брать заранее.

Под сенью исполина

Перед тем, кто попадает в крупный, незнакомый город, возникает довольно серьезная проблема: как бы не заблудиться. Для 4-миллионной столицы Мьянмы — Янгона, несмотря на всю его хаотичность, такой проблемы не существует во многом благодаря пагоде Шведагон, стоящей на высоком холме. Ее видно как на ладони в любое время суток. Ночью золотая ступа подсвечивается прожекторами. Особенно хорошо она заметна кораблям, поднимающимся к городу по реке со стороны моря. Поэтому является еще и маяком, посылающим свой свет мореплавателям, а также самолетам, подлетающим к столице.

Своим именем город Янгон обязан королю Алаунгпая. В 1755 году войска под его предводительством одержали победу над господствовавшими в Нижней Бирме монами и захватили небольшой городок Дагон. Король основал здесь крепость и дал ей название Янгон. Перевести его можно двояко: «конец врагам» или же «конец вражды». Большинство янгонцев предпочитают второе значение и называют свою столицу «городом мира». Столицу Мьянмы отличает редкая атмосфера: здесь практически не увидишь хмурых, озабоченных лиц, все –– улыбаются. Иностранцев всегда поражают спокойствие и невозмутимость мьянманцев. Янгон –– перенаселенный город, со всеми вытекающими из этого последствиями: сплошной людской поток на улицах, забитые машинами узкие дороги центра, переполненный транспорт. И тем не менее увидеть или услышать здесь какую-либо ссору вряд ли доведется. Даже дорожные аварии, а они тут не редкость, никогда не сопровождаются выяснением отношений, а рассматриваются как неизбежное. Пострадавший скажет лишь: «Я ба дэ» или же «Кейса ма щи ба бу» — «ничего, не беспокойтесь» и «ладно, обойдется». И все.

Верно замечено, что язык — душа народа. Для бирманской письменности характерна округлость. Все элементы букв в ней круглые. Смотреть на вывески лавок, чайных, на рекламу –– приятно. Ни в чем нет резкости, угловатости. Янгонцы хорошо приспособились к перенаселенности, освоили городское пространство, выработали своего рода кодекс поведения, основа которого: живешь сам –– дай жить другим. И, что важно, следуют этому кодексу в повседневной жизни. Янгонская толпа –– пестрая, веселая. Здесь не встретишь мрачных, серых красок, однообразия. Вид ее не утомляет глаз.

В атмосферу Янгона органично вплетаются простота и беззаботный нрав мьянманцев, основательность, солидность китайцев и оживленность индийцев. Пагода не мешает тут христианскому собору, а мечеть не выглядит неуместной рядом с китайским или индуистским храмом. В конце концов мьянманский дух побеждает, но делает это он исподволь, незаметно, не кичась своей победой.

Когда про какой-либо город говорят: большая деревня, то его жители почитают себя обиженными, а возможно, напрасно! Если, конечно, под деревней иметь в виду близость к живой природе, к естественному образу жизни. В таком случае Янгон — самая настоящая деревня и есть. По утрам здесь будят петушиные крики. Во многих районах города можно встретить разную живность: свиней, коров, уток, гусей. А уж сколько здесь зелени, садов и огородов! Еще одно отличие Янгона –– его неповторимый запах: пряностей, жасмина, магнолий, сандалового дерева, тропической сырости. В других крупных городах природные запахи перебиваются бензином, промышленным дымом. В Янгоне же аромат земли пока сохраняется.

А еще –– это город рек и озер. Свои мутные, илистые воды катят в Андаманское море и Янгон-река, и Пегу-река, и Пэзундаун-река, и несколько речек поменьше. Недаром считают, что одно из древних монских названий Янгона — Дагон означает «местность у слияния трех рек». Не менее интересны и янгонские озера. Поросшие по берегам изящными пальмами и отражающие шпили пагод, озера придают мьянманской столице романтический облик. Самых известных озера два: Инья и Кандоджи. Вода в озерах чище, чем в реках. Впрочем, освежиться в зеленоватой озерной воде решаются только бесстрашные янгонские мальчишки. Купаются они в ловко подвернутых юбках, а то и вовсе голышом. Интересная особенность Янгона –– уличные купальни. Вода подается в выложенные из кирпича и зацементированные емкости, установленные прямо на обочине дороги. И проживающие поблизости моются и стираются у всех на виду. Принимают ванну прямо в юбках, при этом женщины крепят юбку под мышками. Вымылся, и быстро сменил мокрую лаунчжи на сухую.

В последние годы Янгон охватил настоящий строительный бум. Как грибы после дождя появляются высотные отели, офисы, супермаркеты, жилые дома. Сносятся старые кварталы. Облик города стремительно меняется. К счастью, дух бирманской столицы сохраняется. Янгонцы остаются верны традиционному укладу жизни. По-прежнему они отдают предпочтение национальной одежде, а это значит: никаких брюк и никакой закрытой обуви. И женщины, и мужчины ходят в юбках-лонджи. На ногах –– легкие шлепанцы. Уже сама одежда диктует неспешность: в юбке и шлепанцах не побежишь.

Мьянма –– государство хоть и восточное, но во многих отношениях уникальное. На улицах бирманской столицы, ее многочисленных рынках полно женщин. Держатся они раскрепощенно. Девушки не откажутся сфотографироваться с вами на память, разрешив даже приобнять. Чисто символически, конечно. И есть гарантии, что местные джентльмены не набросятся на вас с кинжалами. Длинных платков и шарфов нет и в помине. Бирманки вообще не носят головных уборов, если только не работают в поле. Тогда они надевают широкополые тростниковые шляпы-шлемы.

Родился даже миф о полном равноправии женщин в Мьянме, этой азиатской стране. Действительность же намного сложнее. Если представители прекрасного пола и пользуются значительными правами в бирманском обществе, то обязаны они не только благородству мужчин, но и своей активной роли в экономической жизни. В Мьянме, специализирующейся в основном на выращивании риса, женщины наравне с мужчинами участвуют в производстве, не ограничиваясь только ведением домашнего хозяйства.

Что касается буддизма, преобладающей религии в Мьянме, то в нем довольно сложное отношение к женщине. Как традиционно считают, первоначально Будда выступал против того, чтобы женщины становились монахинями, а затем сменил гнев на милость и осуждал притеснения женщин, считая их существами более слабыми, чем мужчины. Сейчас в Мьянме женщинам запрещено входить в наиболее священные места пагод, подниматься на их верхние платформы. Многие бирманки, молясь, просят о том, чтобы в будущей жизни возродиться в образе мужчины.

Бирманка –– большая труженица. Благополучие многих семей зачастую зависит от женщины, ее труда. Именно они, как правило, занимаются торговлей, связаны с ремесленными промыслами, внося тем самым решающий вклад в семейный бюджет. Зайдя в бирманскую лавку, ремесленную мастерскую, можно не спрашивать, кому они принадлежат. В большинстве случаев окажется, что владелица –– женщина. Отчасти, наверное, это объясняется тем, что мужчина в любой момент может уйти на некоторое время в монастырь от мирских дел, и в этом случае ему не с руки быть владельцем собственности. Помимо того что бирманка выходит в поле, занимается торговлей, ремеслом, на ее плечи ложится вся работа по дому. Тут надо учитывать, что пищу в тропиках впрок готовить нельзя, иначе не избежать инфекционных заболеваний и отравлений.

Нелегкая ноша не мешает бирманке оставаться спокойной, уравновешенной, доброжелательной и, конечно, привлекательной. Омолаживает бирманку местная косметика — «танакха». По наследству бирманкам передаются грациозность и стройность. Ведь в Мьянме спят на жестких циновках, а все грузы переносятся женщинами на голове. В семье бирманка участвует в решении всех дел. Бирманцы очень любят детей, называя их драгоценностью. Мать многодетного семейства (а таких здесь большинство) и 5—7 детей — правило, а не исключение, почитаема и уважаема. Недаром существует бирманская пословица: «Рука, качающая колыбель, повелевает целым миром».

Женщина имеет право на развод (дети всегда остаются с матерью), которые в Мьянме редки, так как браки обычно заключаются по любви, с согласия молодых людей. А если родители не согласны, то влюбленные могут тайком покинуть родительские дома и образовать союз, укрывшись у родственников или друзей, и родителям ничего не остается, как признать брак. В принципе буддизм не запрещает многоженство, и раньше оно практиковалось, прежде всего у королей, знати. Сейчас же бирманская семья моногамна.

В Мьянме часто можно встретить курящую женщину. Если у нас курят в основном молодые, то здесь, наоборот, с сигарой-чарутой встречаются почтенные матери семейств. Курящая может подойти на улице к мужчине, попросить огоньку. Курение бирманскими дамами и не каких-то там сигарет, а огромных местных сигар — давняя традиция. Наблюдать за курящей чаруту бирманкой одно удовольствие. Делает она это с особым изяществом. Заурядное вдыхание-выдыхание дыма превращается в церемонию. Молодые же женщины, студентки не курят, считая, что курение –– это признак некультурности.

Девушкам открыт доступ к высшему образованию, и в некоторых вузах их даже больше, чем юношей, да и учатся они намного лучше. Но, как говорится, за все приходится платить. Как правило, бирманки, занимающие высокие посты, не замужем. Считается, что невозможно сочетать ответственную работу и заботы о семье. Что же, каждый (точнее, каждая) сам волен делать выбор. Для женщин здесь практически нет запретных профессий. Мьянманки служат в армии, полиции, даже на флоте, занимаются начальной военной подготовкой в школах и институтах, работают врачами, учителями. Вдова национального героя Бирмы генерала Аунг Сана До Кхин Чжи долгие годы была послом Бирмы в Индии. Во время борьбы за национальную независимость бирманки активно участвовали в ней, в том числе и с оружием в руках. А уж их дочь До Аунг Сан Су Чжи стала и вовсе легендарной личностью. Она известна всему миру как несгибаемый лидер демократического движения Бирмы. Бирманская история знала случай, когда женщины занимали видные государственные посты, были наместниками провинций. Была у народов Бирмы и единственная королева, единолично правившая государством. Это монская королева Шин Со Пу, находившаяся на престоле Монского государства (юг Бирмы) с 1453 по 1460 год. Как свидетельствуют многочисленные данные, в годы ее правления государство процветало, в стране установились спокойствие и порядок.

Чтобы поближе познакомиться с местной кухней, в Мьянме не обязательно переступать порог ресторана или харчевни. Многое готовится прямо на улице. Под бамбуковым навесом расставлены раскладные столы и стулья, тут же — очаг, где на древесном угле шкворчат в глубоких сковородах с кипящим маслом местные деликатесы. Торговцы снедью всегда к вашим услугам. Снедь эта весьма разнообразна, но неизменно одно: рис. Приветствуя друг друга, бирманцы спрашивают: «Вы уже поели сегодня риса»? (Правда, литературно это переводится: «Как вы поживаете?») На любом обеденном столе обязательно стоит большое блюдо, на котором высится горкой зернышко к зернышку. Сам по себе он совершенно безвкусен, потому что варится в простой воде, без добавления соли. Все дело в приправах, которые подают к нему.

Но лучше все-таки познакомиться с тем, как едят рис в бирманской семье. Тем более что сделать это не составляет никакого труда. Знакомства с бирманцами завязываются очень быстро: вот вы только познакомились — и уже приглашены в гости. Смены блюд на бирманском обеде не бывает, все ставится на стол сразу: жареная рыба, курятина, свинина, креветки и, конечно, всевозможные приправы: перец, чеснок, лук, а также овощи и фрукты. Бирманская пища очень остра. Правда, почему-то самый горький перец называют здесь русским… Стоит большая, одна на всех, чаша с супом: слабый рыбный или мясной бульон, в который положен щавель, а то и просто листья кабачков. Суп едят, конечно, ложкой, а вот все остальное — руками. Добавляют всего понемногу в рис, перемешивают, слепляют небольшой комочек и отправляют в рот, запивая супом.

Часто бирманцы приглашают в гости и на какое-то одно блюдо. Как правило — на лапшу, кхаусве. К длинным полоскам кхаусве добавляют специи, кусочки рыбы и мяса, креветки. Особый же деликатес — кхаусве, сваренная в кокосовом молоке, придающем ей ароматность и неповторимый вкус. Очень любят бирманцы и мохингу — вермишель, сваренную в рыбном бульоне. В это блюдо кладут перец, лук, чеснок, побеги банана и бамбука. Трудно представить себе бирманский стол и без моунди — вермишели из рисовой муки. Вообще бирманцев из-за их любви к лапше и вермишели можно назвать итальянцами Востока. Все упомянутые блюда не так уж необычны для нас и даже лишены специфического запаха, привлекающего (или пугающего) в экзотической пище. Чего не скажешь о традиционном бирманском кушанье — нгапи. Оно готовится так: рыба кладется под пресс, хорошо там перепревает, затем образовавшуюся массу, из которой предварительно выбирают заводящихся в ней червяков, пережаривают с острейшими приправами. Полученную пасту добавляют в рис. На вкус — вполне терпимо, но запах… Кстати о запахах. Бирманцы очень любят дуриан — тропический плод, созревающий в сезон дождей. Размером и видом он похож на ежа, только зеленый. Вкус сладкий, но запах, увы, трудно описать, оставаясь в рамках приличий. Зато бирманцам крайне неприятен уютный для нас запах укропа, они предпочитают ему кинзу.

На стол у бирманцев идет все, что бегает, ползает, плавает и летает. Многие народы избегают употреблять в пищу грибы. В Мьянме же их едят охотно. Если и существуют запреты, то соблюдать их необременительно, да они и не носят ритуального характера, а вызваны соображениями здравого смысла. Например, не рекомендуется есть арбуз с утиным яйцом — исключительно из-за последствий, или очень сладкий плод мангустан — с сахаром: и так приторно.

Нельзя не сказать о традиционном мьянманском десерте, основу которого составляют маринованные чайные листья. К ним подают жареные арахис, кунжут, подсолнечные семечки, лук, чеснок и … жареную саранчу. Здесь в любом доме, в любой лавке, учреждении обязательно стоит чайник с зеленым чаем и несколько чашечек. Желающий всегда может утолить жажду. В жару чем чай горячее, тем он приятнее. Хорошо с зеленым чаем идет кисловатое варенье из плодов зити — мелкой сливы.

Николай Листопадов

Фото Андрея Семашко

Просмотров: 16305