Черная тень на душе

01 июня 2006 года, 00:00

Черная тень на душе

Каждый человек не единожды в жизни испытывал это тяжелое чувство. Те, кто уверяет, что им неведом страх, обманывают либо окружающих, либо себя, потому что человеку свойственно бояться. Страх — одна из древнейших эмоций в истории земной жизни. Он зародился в примитивной психике обитателей первичного океана сотни миллионов лет назад и по наследству достался человеку. В минуты реальной или мнимой опасности страх черной тенью накрывает сознание человека, делая его беспомощным или агрессивным, заставляя сомневаться в своих возможностях и отметая разумное объяснение происходящего.

В условиях дикой природы страх играл роль «палочки-выручалочки» в той эволюционной программе выживания, которую американский физиолог Уолтер Бредфорд Кеннон исчерпывающе описал в своей работе «Борьба или Бегство». Именно от чувства, в критических ситуациях мобилизующего силы живого существа, во многом зависело его спасение, поскольку активность организма повышается за счет выброса в кровь адреналина, который, в свою очередь, улучшает снабжение мышц кислородом и питательными веществами. Кроме того, испуг и страх помогают лучше запоминать все неприятные составляющие событий. Ученые давно установили, что в такие моменты резко обостряется память и восстанавливаются забытые картины из прошлого. А значит, в следующий раз вы постараетесь избежать потенциально опасной ситуации. И, наконец, страх несет информационную нагрузку. Согласно теории, выдвинутой психофизиологом Павлом Симоновым, он крайне необходим для защиты от биологических или социальных «опасностей». Даже тогда, когда разумных оснований для принятия решения недостаточно, страх диктует стратегию поведения, посылая мозгу предупредительные сигналы (механизм этот, впрочем, пока не изучен). И основанная на таких сигналах реакция только на первый взгляд кажется избы точной и неэкономной. Как показывает опыт, игнорировать ее — себе дороже.

Однако не будем преувеличивать. Несмотря на все приведенные в пользу страха свидетельства, для современного человека он, скорее, обременителен. На фоне постоянного напряжения пышным цветом расцветает неуверенность в себе, причем в отдельных случаях она буквально парализует способность логически мыслить и анализировать происходящее. А отсюда уже — хроническая тревога и разнообразные психосоматические болезни. Кардиофобия, то есть навязчивая боязнь сердечных болезней, которая иногда усугубляется еще и боязнью умереть, может послужить здесь характерным примером. И знает человек, что по объективным медицинским показателям у него нет серьезных поводов для беспокойства, а все же прислушивается мнительно к своим ощущениям, фиксирует малейший дискомфорт в левой части груди, а воображение усиливает этот дискомфорт до такой степени, что действительно появляются фантомные признаки ишемической болезни. Отличить психогенные боли от тех, что связаны с истинным недугом, позволяют специальные тесты. При классической стенокардии состояние больного ухудшается в результате физической нагрузки, а улучшение наступает через две–три минуты после приема нитроглицерина. А в случае невроза умеренная физическая активность не провоцирует приступ, реакция же на нитроглицерин или явно замедлена, или, наоборот, наступает мгновенно…

Парад фобий
Социальным фобиям современные психиатры уделяют особое внимание. В последней международной классификации болезней их даже выделили в отдельную группу. Причем наибольшую «популярность» среди них завоевали два вида страха: ответственности и экзаменов.

Первый опасен своим продолжительным действием. Принимая некое важное решение, совершая нелегкий выбор, человек естественным образом готовится иметь дело с последствиями. Часто это приводит не только к возникновению тревожных мыслей вроде «Справлюсь ли я?», «Правильно ли я действую?», но и к дисбалансу физиологических функций. Человек либо становится вдруг беспокойным и суетливым, либо наоборот — заторможенным и вялым. Из-за боязни ответственности многие отказываются от заманчивых предложений, на полпути сходят с карьерной дистанции, в общем, калечат свои жизни.

Кратковременный же страх экзаменов, хоть и является сугубо частным, чреват скверными эффектами из-за значительной силы. Кроме того, охватывает он в основном молодых людей, чей организм еще не сталкивался с психосоматическими болезнями и не приноровился к ним. Отмахиваться от такого страха ни в коем случае не следует — дело может кончиться серьезными нарушениями нервной и сердечно-сосудистой систем. Впрочем, избавиться от него довольно просто. Нужно сделать несколько глубоких размеренных дыхательных движений, стараясь максимально удлинить выдох, затем «заставить» мышцы расслабиться при помощи специальных формул самовнушения и, наконец, несколько раз максимально подробно «нарисовать» в воображении желательную картину неминуемого события. Ну, попался вам легкий билет или вы вдруг вспомнили весь материал. Или просто преподавателю понравились. Главное — поверить в это…

А бывают и более причудливые и менее объяснимые страхи, например перед предстоящей свадьбой, причем подвержены ему в основном мужчины. Классический случай имел место с Оноре де Бальзаком. Многие годы он переписывался с замужней графиней Эвелиной Ганской из Польши, мечтая соединить ее судьбу со своей. Но когда она овдовела и моральная преграда рухнула, писатель почувствовал, что смертельно боится столь желанной женитьбы. По мере ее приближения он чувствовал себя все хуже и хуже. На польской границе у него начались приступы астмы, носившие явный психосоматический характер. Бальзак ослабел и, когда явился в дом Ганской, не мог уже самостоятельно и шагу ступить — слугам пришлось поддерживать его под руки. Невесте он заметил: «Дорогая моя, я, кажется, умру, прежде чем дам вам свое имя», — но, к чести своей, от обещания своего не отказался. Последние дни перед венчанием автор «Человеческой комедии» пролежал почти парализованным. Его внесли в церковь в кресле. Вскоре он умер — пятидесяти лет от роду. «Странными» фобиями страдали и многие другие знаменитости. Николай Васильевич Гоголь боялся быть похороненным заживо, а Михаил Александрович Врубель испытывал панический страх перед любой понравившейся ему женщиной. Великие мыслители Артур Шопенгауэр и Фридрих Ницше страдали мизофобией (страхом перед грязью и инфекциями). Первый из них по этой причине опасался получать письма и пить из чужого стакана, а второй, здороваясь, не снимал перчаток. Кстати, не так давно на экраны вышел фильм «Авиатор» Мартина Скорсезе, где достаточно точно показана клиническая картина подобного синдрома. Главный герой — Говард Хьюз, человек отважный до безрассудства, не расстается с мылом и пытается оградить себя от мифической угрозы при помощи «магических ритуалов».

«Боюсь сказать, что боюсь»

Содержание страхов по мере развития общества довольно сильно изменяется. Известный советский невропатолог и психиатр академик Сергей Давиденков в свое время заметил, что раньше чаще боялись собачьего бешенства и сифилиса, а затем «перешли» на инфаркт миокарда. Новое поколение обогатило «энциклопедию» волнений СПИДом, птичьим гриппом, зомби и инопланетянами. Но хотя поводом для страхов может стать что угодно, их все-таки можно систематизировать и разбить на три вида: природные, социальные и внутренние. Первые вызываются реальными явлениями окружающей среды (боятся же люди молний, землетрясений, злых собак или болезней). Вторые связаны с ролями, которые играют люди в социуме (страх ответственности, страх перед браком или публичными выступлениями…). Третьи вызваны собственными мыслями и поступками (как бы не оскорбить кого-нибудь сгоряча, не попасть в смешное положение, не остаться на старости лет одиноким или не сойти с ума). А объединяет их всех характерное обстоятельство: каков бы ни был источник фобии, признаться в ее существовании (даже психологу) людям, независимо от пола и возраста, трудно. Это удивительное явление вскрылось по ходу недавно прошедшего в Воронежской медицинской академии исследования. Участникам, добровольно принявшим участие в тестировании, потребовалось сделать немалое усилие над собой, чтобы поведать о том, что их пугает.

Причин тут несколько. Во-первых, как уже говорилось выше, многие из нас и себе-то не могут признаться, что чего-то всерьез боятся, стараясь подыскать неприятному чувству более благовидное объяснение. Далее — механизм психологической защиты личности устроен так, что часть страхов вытесняется в область бессознательного, и возвращаются они либо под воздействием определенных «ключей доступа», либо во сне. Например, человек, которого укусила оса, сидевшая на банке с медом, может раз и навсегда перестать есть мед. А свидетель автокатастрофы потом снова и снова прокручивает увиденное в сновидении, причем с собою в главной роли. Иное дело — какое это окажет влияние на его «дневную жизнь»…

Сила проявления страха, вообще, очень индивидуальный фактор. Он может быть мимолетным, и тогда его принято называть «испугом». Может приобретать размытые и нечеткие очертания — получается тревога. А уж если становится острым и навязчивым, значит, мы имеем дело с фобией, которая годами способна мучить человека, отчуждая даже от самых близких и сочувственно настроенных людей.

Повышенная чувствительность к пугающим факторам, кстати, особенно характерна для юных созданий. Известный исследователь психического развития в детском возрасте Джон Боулби даже выделил для их страхов врожденные детерминанты, которые окрестил «природными стимулами и их производными». К природным стимулам, по Боулби, относятся одиночество, неизвестность, внезапное изменение поведенческих установок или боль (то есть все это предрасполагает к испугу). «Производные» от природных включают в себя темноту, высоту, животных, незнакомые предметы и людей.

Впрочем, при определенных особых условиях у ребятишек развиваются и более «экзотические» страхи, обусловленные личными и общекультурными обстоятельствами: перед воздушной тревогой, скажем, или шаровой молнией, привидениями, летучими мышами... А если к этому добавить наличие подобных фобий у родителей, психические травмы, фанатизм в стремлении оградить дитя от опасностей и его изоляцию от сверстников, многочисленные нереализуемые угрозы взрослых и большое количество запретов, тогда в неокрепшем еще детском сознании наверняка закрепится повышенная чувствительность к любым психическим «рискам».

Интересно, что, когда дело доходит до лечения таких неврозов, врачи обычно прибегают к методам последовательной десенсибилизации и «рисования страхов». Суть первого такова: ребенка ставят в ситуации, связанные с той самой областью, которая вызывает у него тревогу, начиная лишь с немного волнующих и заканчивая «серьезными». При этом все «пугающие» моменты доводятся до крайней степени с помощью игры-драматизации, после которой следует счастливая развязка. Второй метод еще проще. Он предполагает выплескивание отрицательных эмоций на бумагу. С ней разрешается делать все: марать кляксами, закрашивать, рвать в клочья… И происходит психологическая разрядка. Бывает, что за один такой «урок рисования» маленький пациент избавляется сразу от многих страхов.

Почему сердце в пятки уходит?
Когда человека охватывает страх, в его организме прежде всего активизируется симпатическая нервная система, мобилизующая энергетические ресурсы и перестраивающая деятельность всех органов. Такая активизация приводит к учащенному сердцебиению, расширению зрачков и сухости во рту. Параллельно включается и эндокринная система, которая в опасных ситуациях выбрасывает в кровь адреналин (называемый еще «гормоном кролика»). Он сужает сосуды кожи и в целом действует так же, как и вышеупомянутая нервная система, во многом дублируя ее работу.

Интересная деталь: если по каким-то причинам мозг не сумел отличить настоящую угрозу от кажущейся и зафиксировал-таки ее соответствующим образом, при повторении ситуации все равно сработает рефлекс страха. Постепенно эта негативная физиологическая реакция станет нарастать и закрепится в виде фобии. Например, демофобия (страх перед скоплениями людей) развивается у человека, попавшего в легкую давку при выходе со стадиона. Сначала он боится посещать массовые мероприятия, потом перестает ходить куда-либо, где много народу, а заканчивает тем, что паникует в любой очереди в магазине.

Что такое страх?

Медицина этот вопрос стала изучать систематически еще в 1871 году, когда врач Карл-Фридрих Вестфаль описал агорафобию как боязнь больших открытых пространств, указав, что фобии вообще всплывают в сознании человека помимо его воли и не могут быть произвольно «изгнаны». Их можно определить как интенсивные навязчивые страхи с четкой фабулой, которая вызывается определенным стимулом.

Сегодня же весь массив гипотез сводится к двум группам, одна из которых восходит к психоаналитической концепции Фрейда, а другая — к теории Павлова. Отечественные исследователи полагают так: подавляющее большинство фобий формируется по принципу патологического закрепления условных рефлексов. При этом навязчивый страх возникает от совпадения во времени случайных условий жизни и раздражителей, некогда вызывавших это чувство. С такой точки зрения, испуг, который возникает, скажем, во время «поездки» в лифте (если лифт застрял, и кажется, что не хватает воздуха), может быть «закреплен» и в дальнейшем привести к клаустрофобии.

Кстати, от навязчивых страхов следует отличать так называемые бредовые (мания преследования, боязнь ограбления). Хотя иногда внешние проявления схожи, между ними существуют различия. Так, больные фобиями страдают от них, понимая, что их эмоции абсурдны, и стараются вылечиться. А в случае бредового страха человек ничего не предпринимает, поскольку считает опасность вполне реальной и требующей защитных мер. Больной манией преследования, который отчаянно боится за свою жизнь, укрепляет входную дверь своего жилища и вооружается, а к врачу за помощью не отправится ни за что. Наоборот, если психиатр укажет ему на беспочвенность его страхов, он заподозрит, что врач состоит в заговоре с коварными убийцами и хочет усыпить его бдительность.

Вот, к примеру, один случай двадцатилетней давности. Сотрудники физического факультета N-ского университета стали замечать, что из лаборатории исчезают предметы почему-то только свинцовые. Поймать злоумышленника помог случай. Однажды из-под пиджака некоего уважаемого доцента выпал лист свинца. Оказалось, таким образом преподаватель экранировался от «смертоносной радиации, которой его облучали американские шпионы». Явившись к нему домой, психиатры обнаружили, что стены квартиры оклеены свинцовыми пластинами из лаборатории.

Согласно данным разных американских авторов, различными фобиями страдает от 2 до 9 процентов населения Земли (преимущественно люди наиболее работоспособного возраста — от 25 до 44 лет).

Как же быть?

Когда дело доходит до патологии, лечение ее, естественно, лучше всего доверить квалифицированному специалисту — психологу или психиатру. Некоторые люди, очевидно, пугаясь последнего термина или же не желая «портить» свою медицинскую карту, предпочитают обращаться к колдунам и ворожеям, но результаты такой «терапии», как правило, оказываются печальны.

Если же ваши страхи еще не слишком интенсивны и не очень осложняют жизнь, вполне можно бороться с ними самостоятельно — путем самовнушения, медитации, выполняя дыхательные и физические упражнения... Ну, и первичная консультация у психолога все же не повредит.

Способ лечения страха зависит от его природы. Если причина лежит в далеком детстве человека, то, возможно, подойдет метод психоанализа или нейролингвистического программирования. В рамках НЛП даже разработана специальная техника — «изменение личной истории». Она позволяет как бы «переписать» память о раннем травмирующем событии так, что в будущем похожие ситуации уже не вызовут неприятных эмоций. Мне самому не раз случалось применять эту технику. Если же страх сформировался после какого-то относительно недавнего экстремального происшествия, можно использовать другую методику НЛП — «быстрое лечение фобий», основанное на «отстранении» от испугавшего случая. Человек словно бы смотрит черно-белый фильм о нем, не имея к нему никакого отношения…

Специалистам, имеющим дело с фобиями, в свою очередь, следует помнить об их специфике и о некоторых хитростях при лечении. Скажем, когда ко мне обращаются пациенты этого «профиля», я первым делом стараюсь понять, нет ли у них так называемой вторичной выгоды, которая сведет на нет все терапевтические усилия. Дело в том, что иногда в глубине души больной не хочет избавляться от своего страха, который обеспечивает определенные житейские преимущества (заботу и внимание окружающих, инвалидность и тому подобное). Одна моя пациентка никак не желала лечиться от агорафобии, почти не позволявшей ей выходить из дому. Поэтому муж не только полностью содержал ее, но и был вынужден ходить в магазин за продуктами, чтобы избавить женщину от приступов паники и учащенного сердцебиения, которые грозили ей, выйди она на улицу.

Стоит также отметить, что бороться с боязнью конкретных объектов окружающего мира относительно легко, а с размытой, нечеткой тревогой перед «всем на свете» гораздо труднее. Кроме того, заболевание может оказаться наследственным или сопутствовать какому-нибудь другому психозу (той же затяжной депрессии), и это тоже осложняет дело. Тут уже одной психотерапией не обойдешься, а требуются вмешательство врача и комбинированное — медикаментозное и психотерапевтическое — лечение. Ведь в основе подобных страхов могут лежать биохимические изменения в организме.

Палитра  фобий

Аблютофобия— страх перед мытьем и водными процедурами
Агорафобия— боязнь пространства, открытых мест, площадей
Айхмофобия— навязчивый страх перед острыми предметами
Акрибофобия— опасение не понять смысл прочитанного
Алгофобия— страх перед болью
Аматофобия— боязнь пыли
Апейрофобия— навязчивый страх перед бесконечностью
Апифобия— страх перед пчелами и осами
Астрофобия— боязнь звезд, ночного неба
Атаксиофобия— боязнь нарушения координации движений
Аутофобия— навязчивый страх одиночества
Батеофобия— боязнь высоты
Бронтофобия— боязнь грома, молнии
Вертигофобия — боязнь головокружения
Гаптофобия— боязнь прикосновения окружающих людей
Гелиофобия— боязнь пребывания на солнце
Геронтофобия— боязнь старости, старения
Гефирофобия— боязнь пройти по мосту
Гипенгиофобия— страх перед ответственностью
Гомилофобия— боязнь общения с окружающими из-за опасения показаться им смешным
Гомицидофобия— боязнь совершить убийство
Демофобия — боязнь скопления людей, толпы
3оофобия— боязнь животных
Иофобия— боязнь случайного отравления
Кенофобия— боязнь больших незаполненных открытых пространств
Клаустрофобия— боязнь закрытых помещений
Клептофобия— страх быть обворованным
Коинофобия— боязнь заходить в помещение, где собиралось много людей
Кристаллофобия— боязнь прикосновения к стеклянным предметам
Ксенофобия— боязнь незнакомых людей
Лигирофобия — боязнь громкого шума
Металлофобия — боязнь металлов и металлических предметов
Мизофобия — боязнь загрязнения, стремление избежать прикосновения к окружающим предметам
Микрофобия — страх перед маленькими предметами
Моттефобия — боязнь моли
Омброфобия— боязнь попасть под дождь
Офидиофобия— боязнь змей
Паралипофобия— боязнь, что ошибочные действия могут причинить вред близким
Пейрафобия— боязнь публичных выступлений (произнесения речи, сдачи экзамена)
Пеладофобия— боязнь облысения
Пениафобия— боязнь обнищания
Пирофобия— боязнь огня, пожара
Рабдофобия— боязнь наказания
Селенофобия — боязнь Луны
Сидеродромофобия — боязнь езды в железнодорожном транспорте
Спектрофобия — страх перед зеркалами
Танатофобия— страх перед смертью
Тафефобия— боязнь быть погребенным заживо
Токофобия— боязнь родов
Тредекафобия— боязнь числа 13
Тропофобия— страх перед переменами
Фазмофобия — боязнь призраков, духов, дьяволов и других фантастических существ
Фармакофобия — боязнь принимать лекарства
Xарпаксофобия— боязнь разбойников
Xилофобия— боязнь заблудиться в лесу, встретиться со зверями
Xепенгиофобия— боязнь ответственности
Электрофобия— боязнь электричества
Эрейтофобия— страх покраснения перед собеседником

Юрий Щербатых, доктор биологических наук

Рубрика: Интроспекция
Просмотров: 10940