Король Ричард: злодей или неудачник?

01 октября 2005 года, 00:00

Король Ричард: злодей или неудачник?

Уже четыре века английский король Ричард III служит олицетворением жестокости и коварства — таким он выведен в гениальной пьесе Шекспира. Но современные историки считают, что реальный облик этого монарха был далеко не таким однозначным. Очерняя его, драматург выполнял «социальный заказ» династии Тюдоров, которая лишила Ричарда короны, а заодно и жизни.

22 августа 1485 года деревня Босворт, затерянная в центре Англии, вошла в историю. Рядом с ней сошлись в смертельной схватке армии двух претендентов на трон — короля Ричарда III и Генриха Тюдора. Два часа кровопролития не принесли успеха ни одной из сторон. Тогда Ричард решил переломить ситуацию: с горсткой рыцарей он спустился с холма Эмбион-Хилл и на полном скаку врезался в ряды врагов, пытаясь убить их предводителя. Казалось, победа близка, но вдруг конь Ричарда споткнулся о кочку и сбросил своего хозяина. Тут же на монарха набросились валлийские лучники Тюдоров и буквально растерзали его. Короны на нем не было, но она нашлась в седельной сумке, и граф Стэнли тут же надел ее на подоспевшего Генриха. Король умер — да здравствует король!

У Шекспира вся эта история изображена несколько иначе. В его пьесе Ричард бестолково мечется по полю битвы, восклицая: «Коня, коня! Венец мой за коня!» (здесь и далее цитаты даны в переводе Анны Радловой). В конце концов граф Ричмонд — таков был титул Генриха Тюдора — лично убивает его в поединке, восклицая над трупом: «Победа наша, сдох кровавый пес!» И зрители склонны с ним согласиться: ведь Ричард у них на глазах пролил море крови. По его приказу были убиты его жена леди Анна, брат герцог Кларенс и двое малолетних племянников — король Эдуард V и герцог Ричард Йоркский, не говоря уже о множестве знатных лордов. Кроме того, упоминается убийство Ричардом предыдущего короля Генриха VI и его сына Эдуарда.

Все эти злодеяния Ричард совершает не просто так, а с явным наслаждением. Это утонченный злодей, цитирующий классиков и произносящий в свое оправдание длинные речи. В первом же монологе, которым открывается пьеса, он прямо объявляет: «Решился стать я подлецом». Причина проста — Ричарда никто не любит. Его жизнь несчастна, потому что он урод — маленький кривобокий горбун с неприятной физиономией. Когда он ковыляет по улице, люди смеются, а собаки поднимают лай. Ричард тоскует о любви и семейном счастье, но уверен в том, что полюбить его нельзя. Власть — вот единственная отрада, и он добьется ее, даже если при этом душа его станет столь же отвратительной, как внешность. Если между ним и троном стоят чужие жизни, он должен их отнять, «расчистив путь кровавым топором».

Пьеса «Ричард III» входит в цикл исторических хроник Шекспира, но заметно отличается от этих многоплановых произведений с множеством действующих лиц. Это спектакль одного главного героя, вернее, антигероя. Ричард виртуозно лицемерит, гипнотизируя окружающих, которые не хотят узнать в нем своего палача. Чем ближе он к очередному злодеянию, тем слаще его улыбки и горячее объятия. Незадачливый герцог Кларенс, по навету брата заключенный в Тауэр, до последнего надеется на заступничество Ричарда, а тот велит утопить его в бочке с вином. Лорда Хейстингса узурпатор обласкивает, назначает председателем королевского совета — и тут же велит казнить. Вынудив выйти за себя замуж леди Анну — жену погубленного им принца Эдуарда, Ричард вскоре убивает и ее, чтобы жениться на собственной племяннице Элизабет и упрочить права на трон. Список злодеяний так велик, что вызывает подозрения: а повинен ли реальный Ричард в тех грехах, что взвалил на него драматург? И чем ближе мы знакомимся с историческими фактами, тем этих сомнений становится больше.

«Убей или будешь убит!»

Современному читателю нелегко разобраться в династических хитросплетениях. Однако нужно знать, что Ричард, родившийся в октябре 1452 года, был младшим сыном герцога Ричарда Йоркского, погибшего в знаменитой войне Алой и Белой розы. После угасания в 1399 году династии Плантагенетов за трон начали бороться две ветви ее потомков — Ланкастеры и Йорки. В гербе Ричарда Йорка была белая роза, а в гербе у короля Генриха VI — алая. Боевые действия начались в 1455 году и велись с переменным успехом до 1461 года, когда Ланкастеры были окончательно разбиты, уступив место Йоркам.

Тридцатилетняя череда битв и военных походов произвела заметные опустошения в рядах британской аристократии — особенно той, что была близка к трону. Для остальной Англии эта война была почти незаметной. По выражению одного историка, она оставляла лишь «мелкие царапины» на поверхности обыденной жизни. Если сложить время боевых действий за все тридцать лет, то его не наберется и трех месяцев, а численность рыцарских армий редко превышала несколько тысяч. В то же время сражения были крайне ожесточенными, да и за пределами поля боя враждующие стороны истребляли друг друга всеми возможными способами. Ричард был сыном этого жестокого века и всецело придерживался его главного принципа: «Убей или будешь убит!».

Таким же был и его брат Эдуард IV, которого Шекспир без особых оснований выводит в амплуа слабого, но доброго монарха. На самом деле он сыграл решающую роль в отстранении от власти, а потом и убийстве короля Генриха VI — последнего из Ланкастеров. Первый раз Эдуард пришел к власти в 1461 году в возрасте 18 лет и тут же вступил в конфликт с самым могущественным сторонником Йорков — графом Ричардом Уорвиком, которого прозвали «делателем королей». Пока тот сватал новому монарху испанскую принцессу, Эдуард скоропалительно женился на вдове простого английского дворянина Грея, которая была старше его на 11 лет. Миссия Уорвика провалилась, и гордый феодал счел себя оскорбленным. Отношения между ним и королем портились все больше, а в 1470 году Уорвик переметнулся на сторону Ланкастеров и восстановил на троне свергнутого Генриха VI. Эдуард бежал в Голландию вместе с Ричардом, которому было 17 лет.

Именно в тот период будущий король впервые появился на страницах истории. Ни тогда, ни потом источники ничего не сообщали о его особой жестокости или физическом уродстве, которое живописал Шекспир. В пьесе Ричард сам говорит о себе: «уродлив, исковеркан и до срока я послан в мир людей». Но в хрониках, написанных при жизни Ричарда, о пресловутом горбе короля нет ни слова, говорится лишь, что одно плечо у него выше другого. На немногих сохранившихся портретах у Ричарда тоже нет никакого горба, и вообще он кажется довольно приятным молодым человеком. Да, именно молодым — ведь ему довелось прожить всего 32 года.

В ранних битвах войны Роз Ричард вопреки Шекспиру участия не принимал. Но уже в 17 лет он активно помогал брату Эдуарду организовать вторжение в Англию. Завербовав в Нидерландах наемных солдат, Йорки в апреле 1471 года пересекли Ла-Манш и разбили Уорвика в битве при Барнете. После чего четыре дня толпа лицезрела обнаженный труп «делателя королей», распростертый на паперти лондонского собора Святого Павла. В мае при Тьюксбери был убит 16-летний наследник Ланкастеров принц Эдуард. А ночью 21 мая в Тауэре оборвалась жизнь его отца Генриха VI.

Едва ли Ричард Глостер был причастен к этим смертям больше своего брата. Все годы правления короля Эдуарда IV Глостер предстает его верным слугой. Он успешно исполнял важные военные и государственные должности, демонстрируя свою преданность и умение быть полезным. Для брата он, очевидно, был человеком, на которого можно было положиться в наиболее трудных и важных делах. Глостер получил в управление северные области Англии, страдавшие от нападений сторонников Ланкастеров и шотландцев. Во главе армии, посланной на север, он одержал важную победу, которая почти на полвека обеспечила спокойствие на шотландской границе.

В те годы принц редко появлялся при дворе. Причина — недоброжелательность королевы Элизабет и ее многочисленной энергичной родни. Как известно из Шекспира, герцог Ричард Глостер женился на леди Анне Невилл — младшей дочери графа Уорвика и вдове принца Эдуарда Ланкастерского. О достоинствах невесты говорит факт безуспешного противодействия этому браку со стороны герцога Кларенса, который был женат на старшей дочери Уорвика. «Делатель королей» оставил громадное наследство, и Кларенс, который вовсе не был безобидным простаком, не желал отдавать брату его половину. Он без устали пытался настроить короля против Глостера, и нет ничего удивительного в том, если Ричард, в конце концов, решил отплатить ему той же монетой. И все же винить его в смерти Кларенса можно лишь с оглядкой: когда в 1478 году того заключили в Тауэр, Ричард оставался на севере, вдали от двора. К тому же утопление герцога в бочке с мальвазией — не более чем легенда. Скорее всего, он был тайно задушен и, вероятно, по приказу самого короля, которому неутомимый интриган давно надоел.

В столице Ричард появился только в апреле 1483 года после смерти Эдуарда IV. Его наследниками оставались два малолетних сына — 12-летний Эдуард и 10-летний Ричард. Вопрос о завещании короля до сих пор остается открытым. Мы не знаем, кто был назначен регентом королевства до совершеннолетия наследника. Вдовствующая королева Элизабет и ее родня хотели оставить регентство в своих руках. Они даже не поставили Ричарда в известность о смерти брата. Но влиятельные магнаты — лорд Хейстингс и герцог Бекингем — пригласили Ричарда в Лондон и высказались за его избрание регентом. Скорее всего, они опасались алчной родни королевы, вполне способной покуситься на их владения. При их поддержке Ричард со своими войсками двинулся на Лондон. После неудачной попытки организовать военное сопротивление королева с родней укрылась в Вестминстерском аббатстве, и герцог Глостерский стал регентом.

4 мая оба принца въехали в Лондон и началась подготовка к коронации Эдуарда V, назначенной на 22 июня. Однако уже 13 июня был арестован и казнен лорд Хейстингс, якобы готовивший заговор. Шекспир считал этот заговор лишь предлогом, но не исключено, что он действительно был. Первые же шаги нового регента показали его решительность и независимость от чужих мнений. Такой правитель был не нужен ни лордам, ни партии королевы-матери, которая надеялась править страной при малолетнем Эдуарде. Ричард хорошо понимал, что он сохранит жизнь и свободу только в одном случае, если сам станет королем.

Ф.Т. Хильдебрандт. Убийство сыновей Эдуарда IV. 1835—1837 годыВремена и нравы 

22 июня 1483 года лондонский проповедник Джеймс Шоу выступил перед собором Святого Павла с речью, в которой дети королевы от Эдуарда и сам покойный король объявлялись незаконнорожденными. Эти обвинения не были навеяны летней жарой: о них давно шептались столичные жители. Королевский двор не отличался строгой нравственностью. Когда герцог Кларенс попробовал стать королем вместо брата Эдуарда IV, их мать Сесилия Невилл встала на его сторону, публично признав, что родила Эдуарда не от герцога Йоркского, а совсем от другого мужчины. А когда Эдуард захотел жениться на вдове Грей, она выступила с новым скандальным заявлением: ее сын уже женат на некоей Элизабет Люси.

Молодой король действительно был большим ловеласом. Когда ему попадалась девушка строгих правил, не склонная уступать его домогательствам, он с ходу обещал на ней жениться. Видимо, так и произошло с Элизабет — красавицей из хорошего и набожного семейства. Эдуард цинично отзывался о ней как о «самой благочестивой шлюхе во всем королевстве, которую нельзя вытащить из церкви никуда, кроме его постели». Когда Элизабет должна была родить от него ребенка, король срочно женился на многодетной вдове Грей. Тем не менее Элизабет Люси поступила благородно: не слушая ничьих советов, поклялась перед епископами, что она и король Эдуард не связаны узами брака. После чего король так же продолжал крутить роман с Люси, в результате на свет появился еще один внебрачный ребенок. Другой его женой до свадьбы считалась Элеонора Батлер, дочь графа Шрусбери. Можно не верить епископу Батскому, подтверждавшему то, что он обвенчал короля Эдуарда с леди Элеонорой, но об этом браке упомянуто в документах английского парламента. Таким образом, Ричард получил хорошую отговорку, чтобы отстранить племянников от наследования трона. По тогдашним обычаям, дети двоеженцев лишались права на отцовское наследство. Поэтому подготовку к коронации Эдуарда V потихоньку свернули. Обоих принцев поселили в Тауэре, и после коронации Ричарда о них никто ничего не слышал.

Куда же пропали дети? Слухи об их смерти пошли очень скоро, но после восшествия на престол Генриха Тюдора о судьбе детей короля Эдуарда так и не было объявлено. Позже поговаривали, что они живы, и появилось даже несколько самозванцев, претендовавших на трон под именами Эдуарда или Ричарда. Прояснить ситуацию помог случай. Дело в том, что к заговору графа Саффолка против Генриха VII примкнул некто Джеймс Тиррел — комендант форта, прикрывавшего важную крепость Кале. В марте 1502 года форт был осажден королевскими войсками и после непродолжительного сопротивления сдался. Тиррелу грозила смертная казнь, перед которой, на предсмертной исповеди, он признался в убийстве детей короля Эдуарда IV. По словам коменданта форта, он и его подручные, убив детей, закопали их тела там же в Тауэре, под лестницей, и навалили сверху груду камней. Приказ об убийстве отдал король. Осталось узнать — какой? Ричард III или же приказ исходил от Генриха VII? Маленькие Йорки, если они оставались в живых при дяде Ричарде, для Тюдора должны были оказаться неприятным сюрпризом — от них нужно было быстро избавиться.

В 1674 году в ходе земляных работ в Тауэре под фундаментом лестницы были обнаружены человеческие кости. Сначала находке не придали никакого значения, и два года кости пролежали в ящике в углу. Но, в конце концов, ими заинтересовались, дело дошло до короля, и было объявлено, что останки принадлежат некогда пропавшим принцам. Их похоронили в Вестминстерском аббатстве. В 1933 году могилу вскрыли для научной экспертизы, которая подтвердила, что кости действительно принадлежали двум детям, вероятнее всего, мальчикам лет 12—15, находившимся в близком родстве.

В скором времени историки пришли к выводу, что эта находка косвенно свидетельствует против Генриха VII. По причинам, о которых пойдет речь ниже, Тюдор был заинтересован в дискредитации Ричарда III, как никто другой, и сделал для этого немало. Обвинив его в убийстве принцев, он не только губил репутацию своего соперника, но и скрывал собственное преступление. Дело в том, что, если бы преступление совершил Ричард, убитым детям должно было быть 10—12 лет. Более поздний возраст найденных останков указывает на то, что убийство было совершено в другое время: как раз после прихода к власти Тюдоров. К тому же, если Тиррел был верным слугой Ричарда, он вряд ли мог преуспеть при новом царствовании и занять достаточно важный военный пост. Не была ли должность коменданта платой за тайную услугу, оказанную королю? Об этом уже никто не узнает — Генрих Тюдор славился своей скрытностью.

Бедный Йорк

Стараниями Тюдоров о недолгом правлении Ричарда III известно очень немного. Мы знаем, что король покровительствовал торговле и увеличил налог на импортные товары, защищая английских купцов от конкуренции. Он любил читать, что для монархов того времени было не таким уж обычным делом. Его стараниями в королевском дворце появились библиотека и небольшой оркестр, услаждавший короля и его гостей звуками флейт и виол. Со своей женой Анной Невилл он прожил гораздо дольше, чем изображает Шекспир, — целых 13 лет. Она умерла незадолго до гибели Ричарда по неясной причине, и можно не сомневаться, что его вины в этом не было. Скорее всего, королева не вынесла смерти единственного сына Эдуарда, едва дожившего до десяти лет. Дети в то время умирали часто, даже королевские.

Конечно, Ричард не был ангелом — он казнил десяток лордов, виновных в подлинных или мнимых заговорах. При этом он был куда более гуманен, чем сменивший его Генрих Тюдор, который отправлял своих противников на плаху целыми семьями. Во времена Ричарда ничего подобного не было, что, собственно говоря, и стоило ему жизни. В октябре 1483 года Ричард подавил мятеж своего бывшего сторонника Генри Стаффорда — того самого герцога Бекингема. Целью этого выступления было возведение на английский престол Генриха Тюдора, тогда еще бывшего графом Ричмондом. Вероломный Бекингем окончил жизнь на плахе, но другим активным участникам заговора дали бежать во Францию. Замешанная в деле семья Стэнли также избежала репрессий. Лорд Уильям Стэнли был вторым мужем матери Ричмонда Маргариты, которая открыто интриговала в пользу сына. Однако ни она, ни ее супруг не пострадали из-за своего родства с бунтовщиком.

7—8 августа 1485 года Генрих высадился в Милфорд-Хейвене на юге Уэльса с пятитысячной армией, в основном состоящей из опытных французских наемников. В остальной ее части были дружины обиженных Ричардом феодалов и валлийские лучники, преданные своему земляку Тюдору. У Ричарда было более 10 тысяч воинов, но их подготовка и организованность оставляли желать лучшего. Обходя посты накануне решающей битвы, Генрих увидел одного из часовых спящим и тут же заколол его со словами: «Ты спишь — так спи вечно!» В войске Ричарда часовых вообще не выставляли. Лорду Стэнли, который командовал резервом, никто не мешал обмениваться письмами со своим пасынком Тюдором.

Получив обещания чинов и почестей, Стэнли в роковой день битвы при Босворте предал своего господина. Уклонился от участия в битве и граф Нортумберленд. Обманутому королю осталось одно — устремиться в последнюю отчаянную атаку и умереть, сражаясь. Его изуродованное тело на три дня выставили в Лестере на потеху черни, а после похоронили без почестей в отдаленном монастыре «Серых братьев». На этом его злоключения не кончились: во время разорения монастырей при Генрихе VIII кости Ричарда были выброшены из могилы в реку Сор.

Битва при Босворте привела на английский трон новую династию Тюдоров. Вообще-то считалось, что Ричмонд выступает против Йорков как предводитель Ланкастеров. Его мать Маргарита была правнучкой основателя этой династии, хотя королю Генриху VI она приходилась только троюродной сестрой — седьмая вода на киселе. Если бы не долгое соперничество Ланкастеров и Йорков, изрядно почистившее ряды претендентов на трон, права на корону Генриха Тюдора никто бы всерьез рассматривать не стал. По отцу он происходил от валлийцев, которых в Англии презирали и считали дикарями. Йорк занимал трон с неизмеримо большим основанием, так что победитель при Босворте выглядел форменным узурпатором. Нагнетание страстей вокруг персоны Ричарда III было ответом на слабость династических претензий Тюдоров. Первым делом Генрих объявил недействительным парламентский акт, некогда обосновывавший династические права Йорков, и приказал уничтожить все существующие копии этого документа, как будто боялся воскрешения кого-то из Йорков.

Скорее всего, Ричард оставил о себе неплохую память, а в сравнении с Генрихом Тюдором явно выигрывал. Правда, новый король продолжал политику поддержки купцов и ремесленников, но осуществлял ее такими методами, на которые Ричард так и не решился. Налоги при Генрихе росли едва ли не каждый год, горожан в принудительном порядке переселяли на новые места, а крестьян сгоняли с земли. По дорогам скитались толпы нищих, против которых принимались суровые меры, вплоть до виселицы. Экономный Тюдор прекратил выдачу подданным хлеба в голодные годы и не освобождал от податей тех, кто пострадал от неурожая. Все это привело к росту популярности свергнутой династии. Поэтому многие вспоминали Йорков с ностальгией.

Не случайно придворные писатели Тюдоров возводили на Ричарда III одну клевету за другой. Когда сошли в могилу люди, знавшие покойного короля, грязь хлынула потоком. Его начали изображать настоящим исчадием ада, уродливым душой и телом. Шекспир утверждает, что он родился недоношенным. По другой версии, за его рождение мать заплатила долгой мучительной беременностью, причем Ричард появился на свет ногами вперед, со всеми зубами и с волосами до плеч. Судя по этим выразительным описаниям, маленький скрюченный монстр походил на злого эльфа и был хромоног, как сам дьявол: по христианской легенде, Люцифер сломал ногу, когда Господь сбросил его с небес.

Гуманисты-мифотворцы

Образ получился весьма эффектным. Оставалось найти и описать место Ричарда III в истории и событиях той эпохи, то есть связать с его именем все громкие убийства. И демонический Ричард III, создаваемый его врагами, в конце концов, превратился в доказательство его вины. Каждый хронист, не хотевший поссориться с королем, спешил внести свою лепту. К началу XVI века не хватало только талантливого пера, способного свести все, что налгали, в одну законченную картину.

Окончательным оформлением мифа занялся великий английский гуманист Томас Мор, написавший в 1513 году «Историю Ричарда III». О Томасе Море можно вспомнить то, что он придумал слово «утопия», а заодно и саму Утопию — вымышленную страну с идеальным общественным строем. Мы употребляем слово немного в другом смысле, подразумевая под утопией неосуществимые мечты и пустые фантазии. Гуманизм времен Мора тоже отличался от того, что вкладывается в смысл этого слова сегодня. Гуманистами называли деятелей Возрождения, пытавшихся вернуть в европейский обиход достижения античной науки и искусства.

Разумеется, такой человек не был продажным писакой, составлявшим под диктовку властей предержащих пасквили на их врагов. Для гуманиста задача смешать с грязью короля Ричарда была привлекательна, как возможность сделать шаг к торжеству истинных ценностей. Ричардом можно было пожертвовать, чтобы обнажить общественные язвы, показав сущность тиранов, причем сделать это при полном попустительстве правящего монарха, который только порадуется обличению своего врага. Для нелюбви Мора к Ричарду имелась и личная причина: его воспитателем и наставником был кардинал Джон Мортон, относившийся к покойному королю резко враждебно (в пьесе Шекспира он выведен под именем епископа Илийского).

При всем этом Мор не спешит считать правдой все слухи о Ричарде. В своей «Истории» он признает, что во всем случившемся при последнем Йорке много темного и скрытого. Что многое люди рассказывают по злобе и выдают подозрения и догадки за факты. Он пишет: «В те времена все делалось тайно, одно говорили, другое подразумевали, так что не было ничего ясного и открыто доказанного». Но все равно приговор Ричарду выносится однозначный: под пером Мора он превращается в физическое и моральное чудовище.

По иронии судьбы гуманиста ждала та же судьба, что оклеветанного им монарха, — насильственная смерть и посмертная опала. В 1535 году он был казнен по приказу сына Тюдора — короля-деспота Генриха VIII. Это помешало распространению «Истории» под его собственным именем, которое долгое время оставалось под запретом. Но само сочинение без упоминания его опального автора то и дело переписывалось в английских исторических трудах XVI века. В частности, «История» Мора оказалась включена в хронику Рафаэля Холиншеда, изданную в 1577 году. При написании многих своих пьес, включая «Ричарда III», Шекспир пользовался ею во втором издании, вышедшем 10 лет спустя.

Великий драматург не был историком. Его нисколько не интересовало истинное лицо Ричарда — к тому же открывать это лицо в правление Тюдоров было небезопасно. Как и Мору, ему было интересно другое — истинное лицо власти, ее воздействие на душу человека. В его пьесе Ричард из способного, но довольно посредственного правителя превратился в настоящего гения — но только гения зла. Он без труда манипулирует окружающими его ничтожными людишками, по очереди убирая их со своего пути. Он отвергает моральные нормы, открыто заявляя: «Кулак — нам совесть, и закон нам — меч!» Но в мире Шекспира за преступлением неизбежно следует наказание. Против Ричарда выступает сама Судьба в образе духов убитых им людей, и Генриху Тюдору остается только довершить его поражение своим мечом. Пьеса сыграна, урок преподан. И Шекспир не виноват, что на этот раз в роли наглядного пособия оказался злосчастный король, заслуживший лучшей участи в глазах потомков.

Рубрика: Люди и судьбы
Просмотров: 29065