Последнее плавание «Лузитании»

01 июня 1995 года, 00:00

Последнее плавание «Лузитании»

Летом 1993 года команда ученых, в которую входил сотрудник Океанографического института в Вудс-Холле Роберт Бэллард, воспользовавшись финансовой поддержкой Национального географического общества США, обследовала останки некогда огромного роскошного лайнера, обладателя Голубой ленты Атлантики — приза, присуждавшегося самому быстроходному судну, — и жертвы одной из наиболее загадочных и поразительных морских трагедий нашего времени.

Как это было

Они знали об опасности. Пассажиры, поднимавшиеся 1 мая 1915 года с нью-йоркского пирса № 54 на борт лайнера Британского королевского флота «Лузитания», отправлявшегося в Ливерпуль, были осведомлены об угрозе Германии топить все суда в зоне военных действий вокруг Британских островов. Две страны сражались уже девять месяцев. Некоторым путешественникам, вероятно, даже попадалось на глаза зловещее предупреждение германского посольства, опубликованное в газетах.

Но очень немногие верили, что цивилизованная страна может без предупреждения напасть на безоружный пассажирский пароход. Дымя всеми четырьмя трубами, «Лузитания» выглядела внушительно, даже несокрушимо, когда уходила из Нью-Йорка в свой последний рейс...

«Лузитания» была гордостью английской пароходной компании «Кунард Лайн». Построенная в 1907 году, когда германские трансатлантические компании развернули особенно активную борьбу за «место под солнцем», она должна была напомнить всем, что Великобритания по-прежнему остается владычицей морей.

Помимо этого, парламент и Адмиралтейство возлагали на «Лузитанию» (и на построенный в то же того же типа лайнер «Мавритания») особые надежды как на потенциальный военный корабль. На лайнере, в случае необходимости, можно было установить двенадцать скорострельных орудий. Машинное отделение обеспечивалось дополнительной защитой. Движимое гигантскими паровыми турбинами, судно развивало скорость до двадцати шести узлов. В 1909 году «Лузитания» пересекла Атлантику за 4 дня 10 часов 51 минуту. Этот рекорд был побит только в 1935 году. Лайнер был не только быстроходен, но и очень красив. Его даже называли плавучим дворцом. Во время своего первого захода в нью-йоркский порт в 1907 году корабль вызвал всеобщее восхищение.

Так что не без основания немецкие трансатлантические компании видели в «Лузитании» мощного соперника, а германские власти обвиняли британское правительство в использовании лайнера для перевозки через Атлантику оружия и другой контрабанды. На медали, отлитой мюнхенскими мастерами в августе 1915 года, «Лузитания» изображена с военным самолетом и орудием на палубе под сатирическим комментарием «Никакой контрабанды». На оборотной стороне виден скелет, продающий билеты, а по верху идет надпись «Бизнес прежде всего», намекающая на то, что «Кунард Лайн» ради своего обогащения сознательно подвергает риску гражданских людей.

Как бы то ни было, экономические и военные интересы германской верхушки совпадали, и на «Лузитанию» была устроена самая настоящая охота.

...Вальтер Швигер, тридцатилетний командир немецкой подводной лодки «U-20», не мог поверить своей удаче. Он только вознамерился искать огромный пассажирский пароход у южного побережья Ирландии, где, по его мнению, тот собирался укрыться, как судно оказалось прямо перед ним. Швигер сказал одному из друзей, что невозможно было выбрать лучший курс, чтобы выйти прямо в зону торпедной атаки. С расстояния в семьсот пятьдесят ярдов он послал единственную торпеду. Это произошло 7 мая 1915 года, в 2 часа 10 минут пополудни.

Впередсмотрящий на носу «Лузитании», заметил тонкий пенный след, тянущийся к судну. «Торпеда по правому борту», — закричал он в мегафон. Один из спасшихся пассажиров вспоминал, что взрыв прозвучал так, как будто «молот весом в миллион тонн ударил по паровому котлу в сто футов высотой». Секунду спустя последовал еще более мощный взрыв, взметнувший над палубой фонтан воды, угля и обломков.

Сразу накренившись на правый борт, и выставив винты над поверхностью, лайнер начал быстро погружаться носом. Пассажиры скатывались по уходившим из-под ног палубам. Спасательные шлюпки по левому борту зависли над палубой, а по правому оказались вынесенными слишком далеко в море, поэтому воспользоваться ими было крайне сложно. Несколько шлюпок были так перегружены, что перевернулись, и люди оказались в воде.

«Найдите всех детей, каких сможете», — приказал своему слуге самый известный из пассажиров Альфред Дж.Вандербильд. Миллионер, спортсмен, но, тем не менее, плохой пловец, он в свои последние минуты надевал на детей спасательные жилеты.

Восемнадцатилетняя Элис была одной из двух гувернанток семьи Уорренов, присматривавших на «Лузитании» за их четырьмя детьми. Торпеда попала в лайнер, когда Элис готовилась покормить самую младшую — трехмесячную Одри.

Сегодня о затонувшей «Лузитании» напоминает лишь мемориал, воздвигнутый в память о погибших той кошмарной майской ночью 1915 года, да фарфор и столовое серебро, поднятые со дна поисковой командой фирмы «Оушениринг иитернэшнл».«Я услышала ужасный грохот и сразу поняла, что произошло», — вспоминает Эми. Завернув Одри в шаль, она обвязала ее концы вокруг шеи, сделав нечто вроде пращевидной повязки, схватила за руку пятилетнего Стюарта и побежала наверх, к шлюпочной палубе. Матрос посадил Стюарта в ближнюю спасательную шлюпку, но когда туда же попыталась сесть Элис, матрос ей не позволил сделать это, сказав, что она переполнена. И девушка, без спасательного жилета, с привязанной к шее Одри, прыгнула в воду рядом со шлюпкой. Какая-то женщина, находящаяся в шлюпке, схватила Элис за ее длинные, развевающиеся волосы и втащила внутрь.

«Мои волосы спасли нам жизнь», — говорит она. Родители Одри тоже были спасены. Но еще двоих детей и присматривавшую за ними вторую гувернантку больше не видели. Элис и Одри с тех пор никогда не разлучались. «Она все еще мой ребенок», — много десятилетий спустя говорила Элис Друри.

Огромный лайнер исчез в волнах всего за восемнадцать минут, оставив на поверхности мешанину из людей, палубных кресел, весел и массы обломков. Глядя на эту картину со своей субмарины, даже Швигер был потрясен. Позже он сказал, что это было самое кошмарное зрелище, когда-либо им виденное. Тогда же, в 15 часов 25 минут, он сделал в бортовом журнале следующую запись:

«Очевидно, судно недолго будет оставаться на плаву. Я погружаюсь на глубину двадцать четыре метра и ухожу в море. Я не смог выпустить вторую торпеду в эту толпу живых людей, пытающихся спастись».
Известие о катастрофе полетело через Атлантику. Заголовки газет Бостона и Ньй-Йорка кричали об ужасных новостях. Из находившихся на борту 1959 человек было спасено всего 764. Среди погибших оказалось девяносто четыре ребенка.

«Тела были свалены на пирсе, как дрова, — вспоминает Уильям Суэнтон из ирландского города Куинстауна, которому было девять лет, когда пришли рыбацкие лодки с жертвами с «Лузитании». Моя сестра носила к морю котелки с горячим супом для спасшихся. В ту ночь в нашем доме нашли приют тридцать человек».

Сцена в Куинстауне потрясала воображение. При мерцающем свете керосиновых ламп мужчины и женщины искали среди мертвецов своих близких. Добровольцы переносили во временные морги неопознанные тела, которые позже похоронили в трех общих могилах.

Американцы были разгневаны нападением, унесшим жизни ста двадцати трех их соотечественников. Газеты называли торпедирование «преднамеренным убийством» и «подлым поступком», а политики, включая будущего президента Теодора Рузвельта, требовали принятия ответных мер против Германии. Плакат, напечатанный в Бостоне, изображавший тонущую женщину с ребенком, призывал американцев вступать в вооруженные силы.

Нападение на «Лузитанию» часто называют причиной вступления Соединенных Штатов в первую мировую войну. Это справедливо только отчасти. За три месяца до потопления судна президент Вудро Вильсон потребовал призвать Германию к «суровому ответу» за нападения ее подводных лодок на гражданские суда. Однако он также знал, что американский народ, несмотря на гнев, вызванный гибелью «Лузитании», все еще не хочет ввязываться в войну. Описываемые события произошли почти за два года до того, как Соединенные Штаты приняли участие в европейском конфликте.

По поводу гибели «Лузитании» начались многочисленные споры. Британское правосудие возложило всю вину за трагедию на командира субмарины. Однако германское правительство указывало на британских чиновников, обвиняя их в использовании лайнера в незаконных военных целях — что, тем не менее, им никогда не удалось доказать. Кое-кто из американцев, симпатизировавших Германии, выдвинул теорию, что британское Адмиралтейство преднамеренно подставило «Лузитанию» в надежде, что ее атакуют, и таким образом Соединенные Штаты будут втянуты в войну. Позже некоторые аналитики обвинили в разработке этого плана Уинстона Черчилля, в то время первого лорда Адмиралтейства, приводя в качестве доказательства цитату из написанного им еще до катастрофы письма, в котором говорится, насколько важно было бы «привлекать к нашим берегам суда нейтральных государств, особенно Соединенных Штатов, в надежде поссорить их с Германией». Однако другие исследователи отрицают, что Черчилль мог быть настолько циничен, и цитируют предупреждения, посланные «Лузитании» Адмиралтейством непосредственно перед ее гибелью.

Поиски и находки

Фарфор, поднятый со дна поисковой командой «Оушениринг интернэшнл»Пожалуй, главными из возникших в то время вопросов были следующие: как могла единственная торпеда потопить такое огромное судно и почему оно так быстро пошло ко дну? На них, остававшихся неразрешенными почти восемьдесят лет, и надеялась найти ответы группа исследователей в 1993 году.

Возможно, самым загадочным было то, что лайнер затонул так быстро. В газетах того времени высказывалось предположение, что торпеда попала в груз боеприпасов, вызвав их детонацию и внутренний взрыв — второй по счету, о котором говорили выжившие пассажиры «Лузитании» и о котором написал Швигер. Водолазы, впоследствии осматривавшие лайнер, докладывали об огромной дыре по левому борту около носа, в том месте, где обычно складируются боеприпасы.

Рассчитывая раз и навсегда решить проблему, исследователи воспользовались подводным роботом «Ясон», принадлежавшим Океанографическому института в Вудс-Холе, чтобы сфотографировать останки судна. В первый день работы сильное придонное течение затрудняло маневрирование «Ясона». Сначала кинокамеры показывали только косяки Саиды, привлеченные ярким светом прожекторов. Затем из мрака неожиданно выплыл массивный правый борт, там все еще была видна защитная красная краска, такая же, как на «Титанике», который группа нашла восемь лет назад. Увидев название судна, Роберт Бэллард почувствовал себя так, словно прочитал надпись на гробнице: «Здесь покоится «Лузитания». Но когда камеры подводного аппарата прошли над трюмом, всех ожидал большой сюрприз: дыры в предполагаемом месте не было.

Однако судно, лежащее в тринадцати милях к югу от маяка на мысе Олд-Хед-оф-Кинсейл, больше походило на помойку, чем на когда-то прекрасный лайнер. Остатки рыболовных сетей зацепились за выступающие части. Гигантские трубы давно изъедены ржавчиной, спасательные шлюпки сгнили, а останки людей пожрали обитатели морского дна. Мрачная растительность покрывала стальной корпус лайнера, и его надстройки превратились в призрачные обломки. Нос 785-футового гиганта первым ударился о дно на глубине 295 футов, тогда как его корма все еще была на поверхности. Сила удара раздробила форштевень и раскроила его посередине, как орех. Пароход завалился на правый борт, его палубы разломились, усеяв обломками морское дно.

На трехмерное компьютерное изображение современного судна, внешне напоминающего погибшее, было наложено цветное изображение «Лузитании», как она выглядела после постройки. Между третьей и четвертой трубами обнаружили место, где проломилась палуба — здесь находились самые большие каюты, холл первого класса и обеденный салон. В этом же месте разломился пополам и «Титаник».

Вопросы о том, что везла «Лузитания», возникли сразу после гибели судна. Немцы всегда утверждали, что на ней находились нелегальные боеприпасы. Так и оказалось. «Лузитания» не только бросила вызов германской блокаде, перевозя такие жизненно необходимые в военное время предметы, как запасные части к мотоциклам, металлы, изделия из хлопка, продовольствие, но на ней также было 200 ящиков с винтовками, 1250 ящиков со снарядами и 18 ящиков с детонаторами, на которых были инициалы Вифлеемской сталелитейной корпорации.

Но, как показали исследования 1993 года, не боеприпасы стали причиной второго взрыва, отправившего «Лузитанию» на дно. Так что же? Может быть, гигантские паровые котлы, взорвавшиеся, когда холодная забортная вода ворвалась в машинное отделение? Если так, тогда почему спасшиеся из котельной кочегары не сообщили о катастрофическом взрыве? Более вероятен взрыв угольной пыли. Немецкая торпеда поразила правый борт лайнера примерно на десять футов ниже ватерлинии, разрушив один из больших угольных бункеров, проходивших вдоль обоих бортов. Если в этом бункере, скорее всего, пустом в конце рейса, было большое количество летучей угольной пыли, торпеда могла воспламенить ее. Собрат «Титаника», «Британик», затонувший вскоре после «Лузитании», как полагают ученые, пострадал от подобного же взрыва. Подтверждает эту гипотезу и разбросанный на морском дне вокруг места катастрофы уголь.

Некоторые повреждения «Лузитании», обнаруженные экспедицией, не связаны непосредственно с немецким нападением. В 80-х годах водолазы прорезали в ее корме узкое отверстие, чтобы достать изделия из серебра и некоторые другие предметы. Отверстия меньшего размера в корпусе около носа образовались в результате взрывов глубинных бомб, сброшенных во время второй мировой войны, когда англичане подозревали, что вражеские подводные лодки используют погибшее судно как укрытие. Ставшая домом для одинокого морского ежа неразорвавшаяся бомба до сих пор лежит рядом с покореженной надстройкой.

Документально не подтвержденные слухи о бриллиантах, золоте и других ценностях, якобы запертых в сейфах «Лузитании», на протяжении многих лет волновали кладоискателей. В 1982 году поисковая команда фирмы «Оушениринг Интернэшнл» обнаружила три из четырех латунных винтов судна, два носовых якоря и судовую рынду, а также столовое серебро, фарфор и несколько ящиков, но никаких ценностей найдено не было.

Хотя отношения между когда-то воевавшими странами стали иными, ужас, внушаемый историей «Лузитании», и в то же время ее притягательность не уменьшаются. Участники экспедиции 1993 года напоминали детективов, изучающих место преступления. С помощью мощной техники исследователи, по выражению Роберта Бэлларда, искали «дымящийся пистолет», который помог бы раскрыть тайну. Но правда о гибели «Лузитании» остается такой же мрачной и недоступной, как темные глубины Ирландского моря.

По материалам «National geographic» подготовил А.Колпаков

Просмотров: 14802