Хронограф
18152229
29162330
310172431
4111825
5121926
6132027
7142128

<декабрь>

Путеводители

Обетованная земля царя Сучандры

Мусульмане должны трепетать при одном упоминании грядущего владыки Шамбалы Ригдан XXV Драгбо Хорложана

Божество Калачакра с супругой Вишваматой в окружении царей Шамбалы. Танка (живопись минеральными красками на грунтованной ткани). Северо-восточный Тибет. Монастырь Гумбум Джамба лин, XX век. Фото автора.

В один из дней 1027 года к воротам буддийского монастыря Наланда (Nâlandâ), расположенного в долине Ганга, на территории современного штата Бихар (Bihar), подошла небольшая группа странствующих подвижников. Знаменитый монастырь-университет воплощал тогда саму сущность индийского буддизма, выступал его эталоном. Странники же проповедовали никому доселе неизвестное учение Калачакра (на санскрите «Круг времени»). Они утверждали, что новая доктрина принесена ими из некоего царства, называемого Шамбала, расположенного где-то на севере. Отсюда и берет начало легенда об этой таинственной стране.

Рождение легенды

В исторических источниках духовного лидера странников, появившихся под стенами Наланды, называют нарицательным именем Калачакрапада (на санскрите «Почтенный Калачакра») и добавляют — «старший» или «младший». В первом варианте подразумевается, что он был посвящен в новое учение правителем Шамбалы. Во втором — что получил его от некоего Калачакрапады-старшего.

Наставники Наланды отвергли новую доктрину. По обычаю следовало устроить диспут. Один из ведущих учителей монастыря, знаменитый Наропада, принял вызов Калачакрапады провести словесный поединок, чтобы доказать неистинность нового учения. По обычаю диспут состоялся за оградой монастыря, у его ворот. Он проходил в присутствии пятисот мудрецов Наланды и всего многотысячного населения монастыря — включая насельников, служек и паломников. Последовавшее поражение Наропады казалось чем-то невероятным. По традиции таких поединков, проигравший принимал учение оппонента и становился его учеником. Так, из Наланды учение Калачакра начало победное шествие по Индии.

Доктрина Калачакрапады была самой поздней из тантр — мистических учений, возникших внутри буддизма за период от второй половины первого до начала второго тысячелетия. Важное место в ней занимали сложные йогические практики, позволяющие достичь Нирваны за минимальное число перерождений (иногда даже за одно).

В Калачакре была создана целостная, претендующая на универсальность, картина Вселенной. В ней, в частности, шла речь о космологии, астрономии, анатомии и календарных исчислениях. Согласно легендам, тантры были проповеданы самим Буддой (Buddha), но долгое время пребывали в тайне, ожидая момента, когда люди созреют для их понимания. Хранителями тантр выступали существа нечеловеческой природы — как правило, различные божества или духи. Священные книги (в виде стопки пальмовых или берестяных листов) могли храниться в потаенных странах и уединенных местах, например, в недоступных пещерах в Гималаях. В Калачакра-тантре такой потаенной страной выступила Шамбала.

Как повествуют тибетские легенды, учение Калачакра было проповедано Буддой Шакьямуни в год Железо-дракон (881 год до н.э. по пересчетам современных тибетских лам) во внутреннем помещении ступы Шри Дханьякатака, расположенной где-то на одном из островов южнее Индии. Об этом попросил Будду Сучандра — царь Шамбалы. Кроме него, посвящение получили его отец Сурьяпрабха, 96 правителей малых государств Шамбалы, а также боги, асуры и наги.

Согласно преданию, Сучандра принес учение Калачакра на север, в свою страну. Там оно в восьми поколениях передавалось в царской династии от отца к сыну. Поэтому Сучандра и шесть царей после него известны как семь Дхарма-раджей — «Царей Учения». Сын седьмого из них — царь Шри Яшас (тибетский вариант имени — Жамьяндагба) в год Дерево-мышь (177 год до н.э.) посвятил в учение Калачакра всех жителей своей страны. Начиная с него, цари Шамбалы носят титул Ригдан (по-тибетски «Обладающий родом»). Под «родом» (религиозной общиной) здесь понимаются все жители Шамбалы, являющиеся учениками своего царя.

В качестве даты появления учения Калачакра в Индии буддийская традиция называет уже упомянутый 1027 год. Эту дату, кстати, принимают и светские историки. Они рассматривают рассказ о диспуте в монастыре Наланда как первое свидетельство о новой доктрине, зафиксированное в хрониках.

Калачакрапада старший. Книги на изображении (в руках йогина и за его спиной) — трактаты Калачакра-тантры. Танка. Фрагмент. Монастырь Гумбум Джамба лин, XIX век. Фото автора.

О том, как Калачакра-тантра попала из Шамбалы в Индию, в буддийской традиции нет единого мнения. Кроме Калачакрапады старшего называются и другие имена буддийских йогинов, получивших от царей и учителей Шамбалы сакральное знание.

Считается, что по мере успехов в процессе постижения Калачакра, жители Шамбалы стали сиддхами — йогинами, достигшими сверхобычных способностей: возможности посещать небесные области, становиться невидимыми, видеть тонкий мир, молниеносно передвигаться, изготавливать эликсир бессмертия и т. д. Вследствие этого их страна обрела духовную чистоту и стала недоступной (невидимой) для обычных людей, хотя и находится в нашем мире.

Печать трагического времени

Начало XI века было в истории Индии временем разрушительных нашествий мусульманского правителя Газны Махмуда (Mahmūd-e Ghaznawī, 970–1030), сотрясавших страну с 1000 по 1027 годы. Реакцией на мусульманские вторжения стало, как можно предположить, высочайшее напряжение религиозной и интеллектуальной жизни страны. Оно выразилось, в том числе, и в появлении (или кристаллизации) учения Калачакра, в котором прослеживается стремление к созданию универсальной религиозной идеологии как попытке сплочения общества перед лицом внешней угрозы. Кроме того, базовый трактат этого учения — «Шри Калачакра нама тантра раджа» содержит и практические руководства по созданию и применению военной техники — например, способного пробить броню боевого слона арбалета, воздушного змея, несущего воина с зажигательным веществом, или камнеметной машины, сокрущающей крепости.

При невозможности дать эффективный отпор агрессору широкое распространение в обществе получают также представления о грядущем возмездии своим врагам. «Шри Калачакра нама тантра раджа» содержит приписываемое Будде Шакьямуни пророчество об эсхатологической Шамбалинской битве. В грядущие времена, когда деградация мира будет близка к последней стадии, из Шамбалы придет армия во главе с её царем Калки (тибетский вариант имени — Драгбо Хорложан) и победит темные силы, завладевшие всем миром (кроме Шамбалы). Противники Калки в этой битве изображаются прямыми наследниками (по религии и обычаям) тех завоевателей, с которыми Индия столкнулась во время рождения легенды о Шамбале — то есть, мусульман.

Полководец войска Шамбалы (второе лицо после царя Калки) носит и имя  Хануман. Это имя божественной обезьяны, помошника Рамы. Тем самым Шамбалинская битва обретала черты битвы из эпоса «Рамаяна». В условиях иноземных нашествий этот эпос получал в Индии особое звучание, повествуя о победе светлых сил над злом.

Главным мифологическим персонажем Шамбалинской битвы выступает волшебный конь царя Калки. Этот «вышедший из моря», «знающий речь», «сверкающий, как молния» конь воплощает образ выходящего из морской пучины эсхатологического коня-огня, несущего гибель миру, с тем, чтобы он возродился в очищенном состоянии. Конь Калки, являющийся его зооморфным двойником, — это трансформированный образ Вадавамукхи (на санскрите «Кобылья голова») индийской мифологии, огня в форме чудовищной конской головы, горящего на дне океана, с тем, чтобы в последние времена вырваться наружу и пожрать миры.

Шамбалинскую битву относят к году Вода-овца (2424). Однако победа Калки — не последний эпизод в жизни этого мира. В течение последующих 1800 лет будет вновь происходить его деградация. По истечении этого срока наступит эпоха окончательного упадка, учение Будды и, в частности, Калачакра-тантра исчезнут в этом мире. Настанет глухая ночь перед новым рассветом — приходом грядущего Будды Майтреи.

Шамбалинская битва. Драгбо Хорложан, сидя верхом на своем волшебном коне, поражает копьем вероучителя противника. Танка. Фрагмент. Монастырь Гумбум Джамба лин, XIX век. Фото автора.

Две Шамбалы

О Шамбале известно не только буддистам. Существуют и индуистские предания о ней. Так, в легенде о десятой аватаре (земном воплощении) Вишну говорится, что во время окончательной деградации мира это божество родится в образе брахмана Калки в небольшом селении Шамбала на севере Индии. Возмужав, он во главе армии своих сторонников в ходе ряда сражений очистит мир от иноверцев. Этот сюжет содержится в ряде пуран и в «Махабхарате» (как более поздняя вставка). Судя по всему, он складывался практически одновременно с буддийскими представлениями о Калки. Индуистский материал, по-видимому, частично послужил основой буддийских легенд о Шамбале, но позже эти две традиции развивались самостоятельно. Так в индуистской «Калки-пуране» говорится о селении Шамбале — месте рождения Калки, и о затерянном в Гималаях селении Калапе — резиденции потомка Рамы царя Мару, выступающего союзником Калки. В буддийской же легенде Шамбала превращается в обширную страну, Калапа становится её столичным городом. Индуистская легенда о Шамбале так и останется явлением индийской культуры, в то время, как буддийская легенда о Шамбале станет достоянием культуры Центральной Азии, в ХХ веке — и всего мира.

Что касается местоположения, то индуистская Шамбала вполне могла быть реальным поселением на севере Индии. Какой-либо из двух современных городов в этом регионе — Самбалпур (Sambalpur, искаженное санскритское «город Шамбала») или Самбад (Sambad, вероятно, исламизированное «Шамбала») — могут оказаться этим поселением, прошедшим тысячелетнее развитие.

В свою очередь буддийская Шамбала не имеет исторического прототипа. Попытки ряда исследователей, в том числе и наших соотечественников Бронислава Кузнецова (1931–1985) и Льва Гумилева (1912–1992), соотнести её с каким-либо существовавшим некогда государством несостоятельны. Они не имеют в своем арсенале никаких исторических свидетельств.

Местоположение буддийской Шамбалы указано в текстах Калачакра-тантры. Согласно космологии этого учения, имеются семь материков, концентрическими кольцами расположеных вокруг мировой горы Сумеру (Меру), имеющей форму перевернутого усеченного конуса. Седьмой кольцевой материк — Джамбудвипа, самый удалённый от Сумеру. Он разделен на двенадцать частей. Четыре основных части расположены по сторонам света. Слева и справа от каждой из основных частей имеются по одной прилегающей. Центральная южная часть (имеющая форму треугольника, обращенного вершиной к Сумеру), называется Малая Джамбудвипа. На ней (с юга на север) выделяются шесть областей равной ширины. Чаще всего под этими областями полагают: Индию, Тибет, Ли, Китай, Великий Китай и Кайлашу. Шамбалу располагают на северной стороне от реки Сита, протекающей перед областью Кайлаша. Существуют и несколько иные перечни шести областей, но общим во всех этих схемах является то, что Шамбала располагается севернее Индии, Тибета, Ли и Китая.

Последователи Будды представляют Шамбалу реальной страной, однако, недоступной обычным людям. Дело в том, что в буддизме существует градация видов зрения: 1) «телесное зрение»; 2) «зрение богов»; 3) «зрение мудрости»; 4) «зрение Дхармы (учения Будды)»; 5) «зрение Будды». От рождения человеку дано лишь «телесное зрение». Но по мере религиозного совершенствования он может достичь и более высокого уровня. Выйдя за пределы «телесного зрения» буддийский практик может видеть сокровенные страны, в том числе и Шамбалу, такими, какими они предстают в описаниях великих йогинов. «Зрению Будды» мир открыт полностью. Причина недоступности Шамбалы кроется не в ней самой, а в омраченности сознания обычных людей, не позволяющей видеть святых существ и их страну.

Тибетская прописка

В 1027 году учение Калачакра и представления о Шамбале становятся известны обучавшимся в Индии тибетцам, а в 1028 году они приносят их в свою страну. Это было время гибели индийского буддизма — уничтожения его исламом и вытеснения индуизмом. Погибнув в Индии, наряду со множеством других буддийских учений, Калачакра-тантра и легенда о Шамбале продолжили свое существование в Тибете. В «Стране снегов» калачакринские представления о Шамбале прошли длительный путь развития, породив особую литературу, посвященную сакральной стране. На тибетской почве легенда приобрела ряд новых подробностей и сюжетных линий. Традиционные тибетские тексты о Шамбале продолжают появляться и в наше время. Их авторами являются йогины и ученые монахи, главным образом, из числа святых-перерожденцев.

В монастыре Шалу. Фото автора.

Наибольший вклад в развитие легенды о Шамбале внесли Панчен-ламы — главные (наряду с Далай-ламами) религиозно-политические лидеры Тибета. Так Панчен-лама IV Лобсан Шой жий Жалцан (1567–1662) «определил», что среди предыдущих рождений своего предшественника Панчен-ламы III Лобсан Дондуба (1505–1566) был и царь Шамбалы Ригдан I Жамьяндагбу. Этот царь, также как и грядущий эсхатологический царь Шамбалы Ригдан XXV Драгбо Хорложан (Калки), в текстах традиции Калачакра-тантры объявляется воплощениями Бодхисаттвы мудрости Манджушри. Таким образом, Ригдан I, все Панчен-ламы и грядущий Ригдан XXV были помещены в одну «цепь тел» — в одну линию перерождений.

Сон Манлун-гуру

Первым известным мне автором, оставившим письменное свидетельство о Шамбале, основанное на собственном опыте, является Манлун-гуру. Информация об этом загадочном учителе и страннике крайне скудна. Среди сочинений Манлун-гуру в тибетских текстах упоминаются описания двух его путешествий: к ступе Шри Дханьякатака и в Шамбалу. Второе путешествие является ментальным —рассказ о пути в Шамбалу Манлун-гуру основан на пережитом им видении. По его словам, дорога в Шамбалу, начатая из Нгари (Западный Тибет), займет 2–3 года. В ряде тибетских текстов встречаются цитаты из его произведений, но биографию Манлун-гуру и его сочинения обнаружить в тибетских монастырях мне пока не удалось.

В тибетских текстах говорится о трех способах, которыми можно попасть в Шамбалу: реальном (в физическом теле) и ментальном (в состояниях самадхи или особого сна) путешествиях и посредством рождения в этой стране. Два первых способа требуют исключительных йогических достижений, и в наше время упадка и деградации практически невозможны (для Тибета это мнение характерно уже начиная с XVI века). Но и третий способ требует обретения в течение жизни (а возможно и не одной) исключительных религиозных добродетелей, являющихся следствием успешной практики Калачакра-тантры.

За сведениями о Манлун-гуру я отправился в монастырь Шалу (основанный в 1003 году), расположенный в округе Цзан Центрального Тибета. Здесь жил знаменитый ученый Будон Ринчен дуб (1290–1364), первый автор, упоминающий о Манлун-гуру. В мае 2007 года, прибыв в Шалу, я беседовал о Манлун-гуру с группой монахов. Старший из них сообщил, что об этом учителе здесь знают. По его словам, Манлун-гуру является тибетцем, старшим современником Будон Ринчен дуба и происходит из Гьянцзэ (местности в Центральном Тибете). Сочинений и биографии Манлун-гуру, по словам монаха, в Шалу сейчас нет, но они должны сохраниться в монастырях Гьянцзэ. Монах поведал о том, что в алтаре главного храма их монастыря имеется набор золотых чаш для жертвенных подношений, изготовленных и поднесенных храму Манлун-гуру. В завершение беседы монах, по моей просьбе, отрядил одного из своих более молодых товарищей показать мне названные золотые чаши. Тибетские монахи содержат храмовую утварь в отменном порядке, и начищенные золотые чаши (диаметром ок. 20 см и высотой ок. 10 см.) выглядели как новые.

Магический посланец

Среди сочинений последнего правителя из царской династии Ринпунба, управлявшей значительной частью территорий Центрального Тибета в течение ста тридцати лет, Ринпунбы Агван Жигдага (род. 1482) имеется поэма «Мудрый посланец, вручивший письмо Дхарма-радже Агван Намбаржалве», описывающая путь в Шамбалу. Эта поэма является первым известным мне сочинением, фиксирующим представления об обретении рождения в Шамбале. Поэма написана в 1557 году — в год прихода Агван Жигдага к власти. Автор сообщает, что его отец — мудрый правитель Агван Намбаржалва, завершив свое существование, переродился в Шамбале. Агван Жигдаг решает посредством письма просить у отца совета в сложившейся трудной политической ситуации. Стоя на крыше дворца, царь смотрит на солнце и луну, чей свет достигает Шамбалы. Он видит облака и летящих на север птиц — они также могут достичь священной страны. Но солнце, луна и облака не могут доставить туда его письмо, а птицы не внемлют его призывам.

По горным тропам Тибета. Рисунок автора.

Среди людей нет никого, кто обладал бы сверхобычными способностями, необходимыми для преодоления этого пути. Заблуждения, наполняющие умы людей, препятствуют общению с божествами, которые могли бы помочь. Но у молодого царя оказывается достаточно йогических сил — он визуализирует гонца и направляет свое ментальное творение в волшебную страну. Создание такого рода двойников, как полагается, входит в число способностей йогинов высокого уровня. Согласно описанию, магический гонец царя-йогина успешно выполнил свою задачу, однако советы отца не помогли Агван Жигдагу удержать династию у власти — в 1565 году он был свергнут одним из своих сановников.

Продолжение следует...

Андрей Стрелков, 06.11.2008

 

Новости партнёров