Хронограф
18152229
29162330
310172431
4111825
5121926
6132027
7142128

<декабрь>

Путеводители

Катамаран, Котуйкан, Котуй

Географическое положение населенных пунктов Таймыра определено теперь точно, только в них не осталось жителей

  
Река Джогджо – левый приток Котуйкана в его нижнем течении. Фото: Игорь Поспелов

…Вертолет скрылся за хребтом, шум винтов стих, и снова стал слышен рев Котуйкана. Нельзя было оторвать взгляд от зрелища на противоположном берегу: могучий поток бился в отвесные, высотой метров по шестьдесят, скалы, с которых лились водопады, клубился в водоворотах и мчался дальше, попутно увлекая за собой стволы деревьев. Трудно было представить, глядя на все это, что через месяц вода упадет на четыре-пять метров, и в начале сплава мы будем с трудом протаскивать тяжело груженый катамаран через перекаты.

Котуйкан, Река Тысячи Замков — одно из красивейших мест, какие я видел за многие годы работы на Таймыре. Котуйкан является правым, одним из двух крупнейших, притоком реки Котуй. Котуй, сливаясь с Хетой, образует реку Хатангу, которая через 227 км впадает в море Лаптевых.

Мы, группа сотрудников заповедника «Таймырский», в ходе работ сплавились на катамаране по рекам Котуйкан и Котуй, пройдя в общей сложности 370 км. Нам предстояло провести исследование всех компонентов природного комплекса территории, прилегающей к заповеднику. Вначале, в июне и июле, работы проводились в районе базового лагеря в среднем течении Котуйкана, куда мы забросились вертолетом, а в конце июля начался сплав.

Реки (за исключением нижнего течения Котуя) обладают очень быстрым и сильным течением, о чем следует помнить, особенно когда причаливаешь к берегу и проходишь излучины с перекатами, а также и на мелководных участках, где можно «сесть» на скрывающийся под водой камень.

Катамаран — чрезвычайно удобное плавательное средство. Не вдаваясь в подробности устройства катамаранов, скажу лишь, что наш состоял из двух надувных сигарообразных баллонов (450×60 см, общий вес 35 кг), к которым крепилась рама из подручных материалов (лиственничных жердей). Конструкция отличается грузоподъемностью (на нем было пять человек экипажа и в начале сплава около тонны груза), устойчивостью (свободно прошли пороги 3-й категории сложности; на спокойной воде по нему можно безбоязненно ходить в полный рост) и прочностью (на одном из порогов основательно стукнуло рамой о скалу, и конструкция выдержала).

  
После прохождения серьезного порога можно немного расслабиться. Фото: Игорь Поспелов

Котуйкан расположен в тайге на ее северном пределе при переходе в лесотундру. Основная древесная порода — лиственница. В среднем течении широко распространены лишайниковые леса (с ягелем). Ниже по течению преобладают кустарничковые леса с голубикой, багульником, брусникой. Водораздельные поверхности, высоты которых достигают 500–600 м, заняты каменистыми тундрами. Террасы рек и склоны южной экспозиции иногда заняты луговыми лесами с богатым разнотравьем.  

Котуйкан течет по северным предгорьям Анабарского плато — северного аванпоста Средне-Сибирского плоскогорья. Анабарский массив, или Анабарский щит, территориально совпадающий с Анабарским плато, представляет собой выход на поверхность глубинного фундамента Сибирской платформы, то есть обширного жесткого участка земной коры. Анабарский щит построен так называемыми докембрийскими породами. Здесь выходят на поверхность одни из самых древних в геологическом отношении горных пород — протерозойские и архейские, имеющие возраст соответственно от 1600–2000 до 3200 и более миллионов лет.  

Геолого-геоморфологические составляющие ландшафта — наиболее интересные особенности бассейна Котуйкана. Прорезая горные массивы, река местами сформировала крутосклонные ущелья. В течение многих веков ветер оказывал воздействие на горные породы, а так как они обладают разной степенью устойчивости, склоны ущелий оказались сложенными фантастически разнообразными многометровыми формами. Здесь и просто отвесные стены, и тянущиеся на километры башни средневековых замков с бойницами, и иглы минаретов, и дворцы, и головы сфинксов, и просто то, чему трудно подобрать название…  

Местами можно встретить красноцветные песчаники — осадочные породы, состоящие из сцементированных зерен песка. Они менее прочны и легче разрушаются, в результате чего в некоторых местах склоны сложены красноватыми песками всех оттенков — светло- и темно-розовыми, оранжевыми, красными. Некоторые куски песчаников несут на себе отпечаток «волн архейского моря», то есть следы запечатленной в камне микроряби, возникшей на мелководье в те времена, когда эти участи суши были дном моря.   

  
Каменистая тундра на вершине. Много миллионов лет назад этот камень лежал на мелководном морском дне. «Длина волны» 2–3 см. Фото: Игорь Поспелов

Ниже по течению относительно базового лагеря распространены уже более молодые горные породы. Среди них встречаются любопытные образцы — строматолиты. Это известковые или доломитовые образования различного строения, возникшие в результате жизнедеятельности низших (сине-зеленых) водорослей в условиях мелководья и образующие наросты разной формы на дне морских водоемов. В нашем случае они, как правило, похожи на стопки вложенных друг в друга чашек или блюдец.  

Очень необычное место — гора Одихинча (645,3 м). К вершине примыкает колоссальная эрозионная воронка, происхождение которой не ясно. На космическом снимке гора имеет вид вулканического кратера или места падения метеорита (или места взлета корабля пришельцев…). По свидетельству ученых из Геологического института СО РАН, характер происхождения и состав так называемых ультраосновных горных пород, слагающих массив, не имеют аналогов; они встречаются только здесь, в бассейне Котуя, и больше нигде в мире. Вершинная часть горы сложена породами, почти целиком состоящими из магнетита, — черных, очень тяжелых камней, сильно притягивающихся к магниту и приводящих компас в безумие.  

Климат района резко континентальный, но мы, естественно, оценивали в основном его летнюю составляющую. Температура воздуха днем иногда достигала +28–30 ºС, что в сочетании с необходимостью ходить в штормовках и накомарниках для защиты от комаров превращало жизнь в перманентную парную баню. Северная тайга — место комариное. При температуре выше +30 ºС активность комаров чуть снижалась, жаль только, что при этом снижалась и наша активность…

Впрочем, были и нежаркие дни (как-никак 70º 32´ и выше северной широты, более 400 км к северу от Полярного круга): 12 июля, например, в базовом лагере была метель. Именно в этот день из Москвы в Хатангу должна была прилететь часть нашей группы, но аэропорт Хатанга был на сутки закрыт из-за метели и снежных заносов. 

Лето в целом было довольно сухое, из-за чего Котуйкан сильно обмелел, и в начале сплава, до впадения крупных притоков, на перекатах пришлось изрядно потрудиться. К сожалению, в такие моменты было не до фотокамеры. Зевнешь — и катамаран убежал от тебя. Ребята на катамаране должны причалить, а ты должен добраться до берега. Уже в самом конце сплава двое суток шел дождь, но мы не могли пережидать, а потому вынуждены были принять сезонную норму осадков на свои плечи. 

Поскольку лето здесь очень короткое, все происходит быстро. Болото, скажем, в одночасье покрывается цветами морошки. На одном кустике брусники можно увидеть одновременно и прошлогодние ягоды, и цветы, и ягоды этого лета, которые краснеют на глазах.

  
Остатки затертой льдом баржи на берегу Котуя. Как и зачем она попала сюда? На переднем плане следы старой геологической стоянки. Фото: Игорь Поспелов

Бассейн реки Котуйкан, как и Анабарское плато в целом, наряду с плато Путорана и центральной частью гор Бырранга на Таймыре, относятся к числу немногих последних белых пятен на территории России. Взглянем на гипсометрическую карту СССР масштаба 1:2500 000 издания 1949 года. Карта достаточно информативна и подробна. Котуйкан на ней есть, но… в районе базового лагеря в среднем течении река нанесена пунктиром, то есть ее расположение в те годы было известно лишь приблизительно. Кстати, река Бикада на Таймыре (район акклиматизации овцебыков) вообще отсутствует на этой карте. В атласе СССР 1954 года долина Котуйкана нанесена уже полностью, но Бикады по-прежнему на карте нет. Это не потому, что плохи карты, а потому, что эти районы были очень слабо изучены. Передвигаться по рекам было легче, поэтому речные долины были закартированы в первую очередь, а водораздельные пространства были изучены еще позже. «Прорыв» произошел в конце 1950-х — начале 1960-х годов — в этот период начали активно использовать вертолеты для осуществления сплошной аэрофотосъемки территории СССР. 

В то же время нога человека здесь ступала: кое-где в лесах можно встретить развалины лабазов, сооруженных много лет назад охотниками-промысловиками или местными жителями. Есть и памятники новейшей истории, напоминающие об Эпохе Героического Освоения Севера (1930–1950-е годы). 

Лодки с подвесными моторами легко поднимаются вверх по Котую и доходят до среднего течения Котуйкана, но это не удивительно — 40-сильная «Ямаха» на легкой лодке просто не замечает встречного течения. Но вот как мог колесный пароход 1920-х годов постройки преодолеть встречное течение и подняться на 200 км вверх по Котую?! Современные грузовые речные катера не могут туда пройти из-за слишком сильного течения, такой вопрос просто не обсуждается. Мы обнаружили останки колесного парохода-буксира и баржи, видимо, оставшихся на зиму и затем затертых и измятых льдами. С какой целью они пришли сюда, еще предстоит выяснить, поскольку район абсолютно безлюден. Рискну предположить только, что это было связано с разведкой и разработкой полезных ископаемых. Немного выше по течению, у подножия горы Одихинча, есть следы добычи мусковита, светлой слюды. Ниже по течению добывался строительный материал (дробленый базальт). Рабочие жили там же, но карьер брошен, бараки развалились, и, судя по тому, что на фундаменте растут кусты и деревца 40–50-летнего возраста, этот крошечный поселок оставлен очень давно, когда, кстати, Котуйкан еще не был полностью нанесен на карту…

  
Лето кончилось, и ночи становятся темными. Низовье Котуя. Фото: Елена Поспелова

К сожалению, таких памятников остается все меньше. Я с болью в душе вижу кладбище кораблей в Хатанге. В каждый свой приезд я смотрю среди прочих на корпус колесного парохода и остов огромной деревянной баржи, приходивших сюда в первые навигации, в эпоху Папанина, «в те времена почти былинные», по Высоцкому, когда этот район служил местом ссылки, и понимаю, что через какое-то время эти памятники просто исчезнут. Но это уже другая история…

Михаил Орлов, 29.03.2008

 

Новости партнёров