Остров долгой жизни

Остров долгой жизни

Прожить до 100 лет — недостижимая мечта большинства людей, но не долгожителей с японского острова Окинава, которые личным примером доказывают, что отметить столетний юбилей, оставаясь в ясном уме, вполне реально и рассказывают как им это удается

89-летняя Камэ Огито собирает водоросли во время отлива на берегу у города Мотобу. Она высушит их и отправит сыну, живущему в Осаке. «Во время Второй мировой войны наша гавань была заполнена американскими кораблями, а сейчас это очень мирное место», — говорит Камэ. Водоросли — часть низкокалорийной диеты, удлиняющей жизнь окинавцев. Фото: DIOMEDIA
Памятка путешественнику
Япония. Окинава

РАССТОЯНИЕ от Москвы до Нахи 7630 км (от 13 часов в полете с одной пересадкой)
ВРЕМЯ опережает московское на 5 часов
ВИЗА оформляется в консульстве при наличии комплекта документов от приглашающей стороны
ВАЛЮТА иена (1 руб. ~ 3 JPY)

«В 70 лет ты еще ребенок, в 80 — юноша, и если в 90 предки позовут тебя присоединиться к ним, попроси их подождать, пока тебе не стукнет 100... но и тогда ты еще подумаешь». Эти слова высечены на стеле, стоящей у моря, при въезде в деревушку Огими на севере острова. Они могли бы стать девизом всего окинавского архипелага, на 160 островах которого жизнелюбивые прабабушки и прадедушки живут долго, самостоятельно и осмысленно. Болезнь Альцгеймера, инсульт, рак и прочие привычные спутники старости западного человека практически не досаждают местным жителям.

Умибодо, живительная сила

— Ты обязательно должен попробовать умибодо, — говорит мне Митико и улыбается живыми зелеными глазами, — это секрет продолжительной и здоровой жизни.

88-летний Дзэн-эй Накамура — удачливый рыбак. Каждое утро проверить сети — его икигай. «Рыбалка — это моя жизнь», — говорит он. Фото: DIOMEDIA

«Секрет» похож на миниатюрную веточку водорослей, на которую обильно отложили икру лягушки. Когда в детстве мне говорили: «Ешь морковку — будешь видеть в темноте», — я верил и ел, но потом все равно пришлось носить очки. Однако в пользу умибодо работает убедительный довод: окинавцы стоят на первом месте в мире по продолжительности жизни. Если в России, по приблизительным подсчетам, на 100 000 населения приходится менее пяти столетних людей, а в США — 23, то на Окинаве их набирается 60 (и почти 90% из них — женщины)! Окинавская статистика заставила японский Национальный институт народонаселения пересмотреть показатели продолжительности жизни по стране в сторону увеличения.

Я подцепляю палочками веточку с икринками и обмакиваю ее в рисовый уксус. Сочные шарики «морского винограда», как называют умибодо на Окинаве, лопаются у меня на зубах, и я будто чувствую, как к моей жизни прибавляются секунды.

Доктор Макото Судзуки собрал сотни досье на окинавских долгожителей

К 86-летней Митико, живущей, как и две ее двоюродные сестры, Хана и Мисако, в деревне Огими, я был зван на обед. После умибодо кузины угощали меня супом из поросячьих ножек с водорослями комбу. Благодаря долгой варке ножки обильно выделили желатин.

— Он очень полезен, чтобы кожа не морщинилась, — пояснила Мисако. Окинавцы, в отличие от других японцев, предпочитают рыбе свинину, которую едят в двух полярных вариантах: макая сырое свиное сало в соевый соус — подобие сашими — или вываривая свинину до полного расплавления жира. Зато водорослей и сои окинавцы едят гораздо больше, чем другие японцы, а вот молочных продуктов не употребляют совсем. Сахар пускают в дело лишь тростниковый; я видел, как на рынке от огромного коричневого куба топором рубили покупателю нужную порцию. Антиоксиданты получают из овощей; очень популярен горький пупырчатый кабачок гоя (у нас больше известный как момордика), который во время готовки теряет горечь, но сохраняет массу полезных веществ, лечащих (по словам Митико) все: от СПИДа до диабета.

Сиса, стражи на крышах

В окинавской деревне огороды соседей собраны в одном месте на нейтральной полосе между домами, что сплачивает сельчан, а на участках у домов есть лишь крошечные садики, которые легко дадут фору английским паркам в эстетическом плане. На крыше почти каждого дома восседает пара традиционных львов-драконов сиса: один с закрытым ртом, что не позволяет злым духам войти, а другой с открытым, чтобы те, которые все же оказались в доме, могли выйти вон.

ЧИТАЛЬНЫЙ ЗАЛ

Дэн Бюттнер. Правила долголетия. Результаты крупнейшего исследования долгожителей. — М.: Манн, Иванов и Фербер, 2013.

Во время моего пребывания в Токио Грег договорился об обеде с доктором Хиросе. Невысокого роста, эксцентричный, с хорошим чувством юмора и звонким смехом, Хиросе описывал мне свой 15-летний опыт изучения долгожителей.

За последние сорок лет, заметил он, процент долгожителей в Японии резко возрос. Я спросил, может ли он дать объяснение этому.

— Единственный общий фактор, который нам удалось выявить, — разнородность долгожителей. Другими словами, все они разные.

Как и все заслуживающие доверия ученые, Хиросе избегал однозначных выводов. Однако после нескольких порций саке доктор разговорился. Хиросе обнаружил, что долгожителям свойственно потреблять меньше жиров, белков, углеводов и калорий (преимущественно в силу их более низкой массы тела). Долгожителей от молодого поколения отличает также любовь к овощам и молочным продуктам. Они необязательно едят больше или меньше других, но их рацион богат кальцием, витаминами и железом.

Хиросе потянулся к портфелю и вытащил карту с красными точками, отображающими распределение долгожителей по Японии. Каждая точка обозначала десять долгожителей. На самых северных островах точек насчитывалось крайне мало. Однако к югу их плотность увеличивалась, а на Окинаве скопление было настолько плотным, что напоминало большое красное пятно...

— Возможно, причина в том, что на более холодном севере пожилые люди чаще умирают от респираторных инфекций. Или в том, что на Окинаве у жителей есть возможность круглый год выращивать свежие овощи и реже употреблять в пищу маринады и мясные консервы.

Когда я приехал в Огими к сестрам в гости, 90-летняя Хана энергично копала какие-то корешки на грядке (как оказалось — редьку дайкон). А на крохотной кухне, под жужжание вытяжки, Митико и 85-летняя Мисако жарили фиолетовые овощные котлетки и варили суп. Низенький стол был накрыт в гостиной-столовой, где мое внимание сразу привлек алтарь с фотографией покойного мужа Митико и бутылкой 50-градусного рисового первача авамори, который на Окинаве куда популярнее саке. В доме еще лишь одна комната — спальня Митико, заваленная пачками старых медицинских журналов: муж был сельским лекарем. Но от него она ничего про высокую продолжительность жизни на островах не слышала: жили как жили, кто-то уходил раньше, кто-то позже. Мужья у сестер умерли давно, но на всех трех у них осталось ни много ни мало 27 детей и под 90 внуков. «Тогда телевизора не было, да и электричества в деревне тоже, как темнело, ложились спать», — бесхитростно объяснила мне многодетность Митико.

Вяленые кальмары — основная еда жителей Одзимы, крохотного окинавского острова

Многие из детей и внуков переехали «на большую землю» — так окинавцы называют острова Кюсю, Сикоку, Хонсю и Хоккайдо — и приезжают лишь по праздникам. Сестры живут раздельно и самостоятельно, они собрались вместе, чтобы принять меня — по просьбе главы муниципалитета.

Имо, имя стойкости

За трапезой выяснилось, что фиолетовые оладьи были из местного сладкого картофеля имо. Чего только из него не делают на Окинаве, даже мороженое. А фиолетовое печенье раскупается туристами в зале отправления аэропорта Нахи.

90-летний Хоэй Тобару не может пожаловаться на здоровье. Каждый день он работает на своем огороде и совершает продолжительные велосипедные прогулки

Имо — это альфа и омега окинавской кухни, основной источник углеводов. С давнего времени, когда три-четыре раза в год архипелаг утюжили тайфуны, уничтожая рисовые поля и другие посадки, спрятавшийся поглубже имо выживал и спасал окинавцев от голода. Они даже поставили памятник Сокану Ногуни, который привез в XVII веке удивительные семена из Китая. Ирония в том, что памятник стоит рядом с американской военной базой Кадена — на Окинаве по договору между США и Японией расквартировано около 28 000 американских военнослужащих. В 1945 году «стальным тайфуном», как здесь прозвали штурм острова американскими войсками, на Окинаве было сметено все, погибло до 150 000 островитян (более четверти населения). А стойкий имо опять уцелел и кормил выживших.

Хана рассказала, что, когда начались американские обстрелы, она и ее сестры с родителями перебрались в пещеры и там вместе с другими местными отсиживались почти полгода. Сначала они прятались от японских солдат, которые относились к окинавцам, как к людям второго сорта, и выгоняли их строить укрепления, потом от американских. Некоторые так и не решились выйти из пещер и убили детей и себя, чтобы не попасть в руки к «американским дьяволам во плоти». А вот Мисако американский джиай угостил шоколадкой. Вслед за шоколадом в диете окинавцев появились до тех пор неведомые им тушенка, сыр и мука.

Для 100-летней Ясу Итоман огород не только источник витаминов, но и площадка для физической разминки

— Как было устоять перед едой победителей, все в американских магазинах было такое вкусное, — признается Мисако, кроша консервированную ветчину в гоя тямпуру — популярное окинавское блюдо из тофу и момордики…

Кусуимун, хвала углеводам

— К сожалению, мы еще не знаем, сколько окинавцев умрут от западной еды раньше времени, но то, что процесс набирает силу, мне очевидно, — рассказал доктор Макото Судзуки, к которому я обратился за научными разъяснениями окинавского феномена.

Что нужно сделать на Окинаве

УВИДЕТЬ подземный штаб японского ВМФ (в пригороде Нахи), где 13 июня 1945 года высшее командование подорвало себя гранатами (вход — 420 иен).

СЪЕСТЬ здоровый окинавский ужин (суп мисо, моченые коренья, редька, вермишель соба, водоросли модзуку и т.д.) в Ryotei Naha (от 5000 иен).

ВЫПИТЬ 50-градусного авамори, настоянного на местной ядовитой гадюке (от 4000 иен За бутылку).

ЖИТЬ на прибережной вилле Hyakuna Garan за пределами Нахи (от 50 000 иен за ночь).

ПЕРЕМЕЩАТЬСЯ в черте Нахи на монорельсовом метро (175 иен), За пределами города — на такси (от 500 иен за первые 1,8 км).

КУПИТЬ в подарок склянку со «звездным песком — крохотными скелетиками простейших, которых вымывают на пляжи тайфуны (150 иен),

для себя — парочку сувенирных полульвов-полудраконов шиса в гончарном районе Нахи — Цубоя (от 1000 иен).

Мы пили чай в его геронтологическом центре в Нахе, столице префектуры Окинава, а над нами поднимались ряды полок с досье  на 700 с лишним долгожителей, за которыми в течение 30 лет велись наблюдения. Вместе с канадскими докторами Брэдли и Крегом Уиллкоксами Судзуки опубликовал результаты этих исследований в доходчивой для западного читателя форме, и их книга The Okinawa Program стала бестселлером.

— Мы выяснили, что большинство окинавцев, которым исполнялось сто лет и больше, оставались на протяжении всей жизни на удивление здоровыми. Физические и умственные способности 80-летних мало отличались от способностей 40-летних. Уровень эстрогена и тестостерона у них был такой же! — комментировал доктор Судзуки диаграммы и графики. Лишь за пару лет до кончины наблюдаемые ученым долгожители «в ускоренном порядке» проходили через этапы старения с их неприглядными сторонами. Зрелые же годы они проводили просто, деятельно и духовно.

— В окинавском диалекте есть слово «кусуимун», переводимое как «медицинская еда», — продолжил мое образование доктор Судзуки. — Их диета, будучи значительно питательнее западной и традиционной японской, на 40% менее калорийна, чем первая, и на 20%, чем вторая. Если снизить на треть число калорий, то теоретически можно удлинить жизнь почти на столько же. Идея не новая, но окинавцы — ее доказательство!

102-летняя Камада Накадзато держит четырехмесячную праправнучку. «Встреча с малышкой для меня радость, которую не описать словами. Это как прыжок в небо», — говорит долгожительница. Камада живет одна, но крепкие связи внутри общины помогают ей оставаться бодрой и веселой

Две трети калорий местные жители получают из углеводов, а углеводы до недавнего времени — в основном из имо с его низким гликемическим индексом. Это в голливудской диете белкам почет, а углеводам позор, в окинавской наоборот.

Не раз я слышал на Окинаве выражение: наесться на восемь десятых. Пожилые окинавцы, которые мне попадались на островах архипелага, скорее сухонькие. А если я встречал тучных, все они были молодыми.

— Увы, молодые злоупотребляют гамбургерами и сладостями, двигаются мало. Интересная ситуация: сегодня окинавцы — самые долгоживущие в Японии, но нынешними темпами уже через два поколения окинавские мужчины окажутся на последнем месте среди японских. Да и душевному здоровью должного внимания молодые не уделяют, — с сожалением констатировал Судзуки.

Юимару, все за одного

Жизнь на самых южных островах Японии течет куда спокойнее, чем на «большой земле». Здесь нет толчеи на перекрестках в час пик, как в Токио, засилия неона и переходящих один в другой поселков городского типа. До Тайваня отсюда всего 120 километров, а до Токио — 1500. По этому на Окинаве не отпускает ощущение, что попал в Юго-Восточную Азию. Сюда в надежде продлить жизнь бегут японские дауншифтеры, которых окинавцы, не стесняясь, зовут иммигрантами.

Острова были присоединены к Японии лишь в 1879 году, а до того в течение 500 лет были частью независимого королевства Рюкю и находились под китайским влиянием. Аннексия превратила Рюкю в окраину империи. До сих пор Окинава является самой бедной префектурой Японии. Но ее отсталость сыграла и положительную роль: оставаясь аграриями, жители Окинавы довольствовались малым, питались тем, что сами выращивали, и привыкли до глубокой старости работать физически и помогать друг другу. Так зародился местный принцип юимару, что можно перевести как «добросердечное и дружеское совместное усилие». Атмосфера взаимопомощи добавляет долгожителям спокойствия духа и оптимизма, так необходимых для того, чтобы радоваться жизни в преклонном возрасте.

Мисако, Митико и Хана Мияги (слева направо) собрались кормить гостя окинавским обедом

— Когда соседу нужно помочь в огороде или починить крышу, к нему придет полдеревни, потому что, как у нас говорят, «много рук делают работу легкой», — отвечала Митико на мой вопрос, как сестры справляются в одиночку.

Пожилые окинавцы вовлечены во все мероприятия общины. Даже когда они приходят на школьный стадион поболеть за чужих детей на занятиях физкультуры, это тоже юимару.

— Каждый сельчанин вносит небольшую плату нашему муниципалитету на организацию общих дел, — улыбаясь, рассказывает Хана. — Я хожу на занятия по икебане и каллиграфии, Митико занимается окинавскими танцами, а Мисако — фотографией. Старость позволяет попробовать много интересного.

Слева направо: Горькую момордику выращивают практически на каждом огороде. Секрет долгой жизни — «морской виноград» умибодо. Традиционная закуска на Окинаве — сукугарасу — кусочек тофу с соленым мальком пестряка. Окинавская сокисоба — суп со свиным брюшком, рыбным фаршем и вермишелью. Мороженое из картофеля имо — полезная сладость

Икигай, повод подняться

84-летний Фумиясу Ямакава неизменно по утрам ходит на пляж Нахи. Там он выголняет комплекс упражнений йоги, включая стойку на голове, а потом плавает

На следующий после обеда у сестер день я вернулся в Огими на моаи — регулярные сходки-посиделки в кругу друзей и соседей. Какое-то время все просто сидели молча, и я подумал: они так давно делят радости и горести, что понимают друг друга без слов. Каждый принес немного денег. Собранную сумму под конец отдали не по годам смешливой 87-летней бабульке на новый холодильник, а на следующем моаи, как сказала Митико, дадут кому-то еще. И так по кругу. Каждый участник в результате раз в году получает кругленькую сумму. При этом помогающие испытывают радость не меньшую, чем тот, кому помогают.

Митико посплетничала, что в прошлом году эта бабушка повздорила с дочкой, села на автобус и сбежала в Наху. Там ее через несколько дней и нашли у друга, который в 82 года марафоны бегает, но все равно был переполох.

— У нас есть выражение «икигай» — то, ради чего ты утром встаешь с кровати. Одни встают, чтобы марафоны бегать, другие — чтобы праправнуков нянчить, а кем-то движет ответственность и гордость за то, что он или она самый старший в роду или в деревне, — сказала Митико, когда все стали расходиться.

Кадзимая, молитва о долголетии

Перед отлетом вместо печенья из фиолетового картофеля я купил в аэропорту Нахи кадзимая кокуро — кирпичик тростникового сахара с вертушкой-флюгером. « Кадзимая» — название обряда, во время которого вся округа приходит чествовать долгожителя, которому исполнилось 97 лет (Окинава живет по восточному календарю с 12-летним циклом.

РЕЙТИНГ
СТРАНЫ С САМОЙ ВЫСОКОЙ ПРОДОЛЖИТЕЛЬНОСТЬЮ ЖИЗНИ (по данным Всемирной организации здравоохранения на 2011 год)
              ОБЩАЯ МУЖ. ЖЕН.
Япония         83     79      86
Сан-Марино 83     82      83
Швейцария  83     80      85
Андорра      82     79      85
Швеция       82     80       84
Испания       82     79      85
Италия         82     80      85
Канада        82     80      84
Австралия   82     80      84
Сингапур     82     80      85
____
Для сравнения:
Россия        69      63     75

97-й год начинает очередной цикл, который считается вехой, до него доживают не все). Во время обряда наряженного в парчу именинника или именинницу возят в машине с открытым верхом, потом сажают на мини-трон, и люди подходят к нету, чтобы принять из его рук вертушку кадзимая, символизирующую возвращение в детство и обещающую долгую жизнь...

В упаковку с сахаром была вложена окинавсная молитва о долголетии:
«Я взываю к предкам, которые уже ушли:
3ащитите меня всей силой вашего добросердечия.
Я взываю к целительной силе Великого Духа:
Дай Твоим детям жить на этой земле
В полном здравии
И в полной любви...
Помоги мне помнить, что я создан
По Твоему подобию,
Что я целен,
Что я совершенен».

Фото: DIOMEDIA (X2), ФОТО АВТОРА

Материал опубликован в журнале «Вокруг света» № 3, март 2014

Подписка на журнал
 
# Вопрос-Ответ