Хато-охто

01 сентября 1976 года, 00:00

Хато-охто

Мы остановились в селе Селихино, дожидаясь дня, чтобы выйти на поиски «нанайского женьшеня».

— Хато-охто можно найти только во время цветения, — сказал старожил Михаил Захарович Неешпапа, у которого мы квартировали.

— Когда же это будет? — с нетерпением спрашивали мои помощники — студенты.

— Известно когда, в конце июля. Да только не прозевать бы, цветет он всего пять-шесть дней, — отвечал таежник.

Нанайский женьшень, хато-охто, — так называемая пузатка высокая, или, по-латыни, гастродия, — относится к семейству орхидных. По литературным сведениям известно около сорока ее видов. В основном они распространены в районах, примыкающих к Индийскому океану. И только один вид — пузатка высокая — растет в умеренных широтах Восточной Азии, встречается в Японии, Корее, Китае. В Советском Союзе это растение собирали на юге Приморья, на южной оконечности острова Кунашир и на юге Нижнего Приамурья, главным образом в Нанайском районе.

Более ста двадцати лет, начиная с 1854 года, ведется изучение флоры Дальнего Востока. Однако первый экземпляр пузатки был найден около пятидесяти лет назад. Почему ей так не «повезло»? Да потому, что ботаники-исследователи интересовались в первую очередь первобытными лесами. Пузатка же, как выяснилось позднее, растет только во вторичных группировках, близ населенных пунктов. Иногда она встречается на старых вырубках всего в сотнях, даже десятках метров от окраины села, проселочных дорог.

Кроме того, побеги пузатки с соцветиями появляются лишь на несколько дней и только в определенное время. Об этом, конечно, знали нанайские врачеватели. Корневищам гастродий приписывают такое же лечебное действие, как и настоящему женьшеню. Поиски в старое время осложнялись еще и тем, что для нанайцев пузатка — священный цветок. Все места ее обитания были засекречены. Считалось, что об этом растении нельзя рассказывать пришельцам.

С дАвних времен нанайцы используют корневище пузатки как средство против многих заболеваний. Спиртовую настойку корневищ и побегов принимали как тонизирующее средство. Настой хато-охто помогает путнику в таежных походах, восстанавливает здоровье охотника, израненного в схватке со зверем. Известно это растение и китайской медицине.

...И вот настал желанный день. Вечером Михаил Захарович сказал, что завтра утром пузатка начнет цвести. Как он узнал это — осталось тайной. На все вопросы старик отделывался многозначительным молчанием.

Ранним июльским утром мы вышли из села. Торная дорога вела в лес. Среди берез, осин и лип кое-где возвышались лиственницы с мохнатыми ветвями. Время от времени кто-нибудь из студентов делал несколько поспешных шагов в сторону, срывал горсть ягод малины, черемухи или шиповника и снова догонял группу.

Более двух часов медленно брели по лесной тропе, внимательно осматриваясь по сторонам. Наконец тропа сузилась, стала едва видной. Лес заметно изменился: больше стало лиственницы и ели. Кое-где мы уже с трудом продирались через кусты, густо переплетенные лимонником.

Вдруг идущий впереди проводник остановился и, показывая взглядом на опушку леса, чуть слышно сказал:

— Хато-охто!

В десяти шагах от нас поднимался метровый побег с верхушечным соцветием. В нижней части его можно было различить темно-коричневые чешуевидные листья. Побег, листья, соцветие с цветками — буровато-зеленые с оранжевыми пятнами — удивительно гармонировали с окраской соседних кустов и трав. Стоило лишь на секунду отвести взгляд в сторону — и побег пузатки скрывался. Требовались минуты, чтобы снова, не сходя с места, поймать взором замаскировавшееся растение.

Мои помощники бережно срезали и заложили побег в гербарную сетку между сухими листами газеты. Осторожно разрыли руками почву вокруг побега. Корневище показалось у самой поверхности. Верхняя вздутая часть его даже чуть приподнималась над почвой.

— Не оторвите деток от матки! — предупредил Михаил Захарович.

Осторожно отбрасывая кусочки почвы и раздвигая корни соседних трав, мы увидели паутиновидные столоны, расходящиеся от корневища. Столоны достигали от трех до тридцати сантиметров длины. На их верхушках в одной плоскости с поверхностью почвы и материнским корневищем сидели мелкие корневища. По годичным пояскам мы определили возраст дочерних и внучатых корневищ. На верхушке восьмилеток выделялась почка.

Пузатка высокая восемь лет живет под землей. Толща снега, покрывая почву, предохраняет корневище от морозов. На девятый год в период муссонных дождей единственная почка прорастает. Из нее возникает эфемерный побег с соцветием из 25—40 цветков. После опыления на месте цветков появляются плоды — коробочки с семенами. Всего несколько дней длится наземная жизнь растения — и эту стремительность, быстроту развития можно объяснить лишь огромным количеством питательных веществ, накопленных годами.

Но не все цветки успевают опылиться. Многие засыхают неоплодотворенными и опадают. Бывает, из одного соцветия не опыляется ни один цветок...

В этот день мы нашли еще несколько экземпляров гастродии. В одном месте наткнулись сразу на двадцать цветущих растений. Каждый раз мы срезали по нескольку цветоносных побегов, извлекали из созревших коробочек-плодов семена и тут же рассеивали их. Пройдет несколько лет, и на посеянных нами участках появятся новые заросли пузатки. Из каждого гнезда с многочисленными корневищами мы брали самые крупные. Их на будущий год можно будет посадить на грядках с плодородной почвой.

Перед отъездом из Селихино часть корневищ пузатки мы заложили в ящик с почвой, иначе они быстро высохнут и погибнут. А оставшиеся корневища сварили и съели. Между прочим, по вкусу они напоминают картофель.

...В наше время, когда в Приамурье вторичных лесов становится все больше, требуется строгая охрана этого ценного реликтового растения. Специальными правилами надо запретить выкапывать корневища без разбору, повально, особенно во время цветения и созревания семян. Оставляя несколько побегов с цветками, можно ждать следующее семенное поколение. Следует подумать и об активном разведении хато-охто.

А. П. Нечаев, доктор биологических наук

Просмотров: 10693