Происхождение вида

01 ноября 2002 года, 00:00

Хомяк в своей кладовой

Для людей, страдающих бессонницей, лучшего напарника, чем золотистый хомяк, просто не найти. Ведь это сумеречное животное почти весь день спит, лениво выползая из своего убежища только для того, чтобы перекусить. Зато к вечеру это пушистое существо оживает и начинает веселиться и куролесить всю ночь напролет, забавляя своего хозяина. Справедливости ради надо сказать, что жизнь одомашненного хомяка не всегда была безоблачной. Так, в Нью-Йорке лет 30 назад существовали зооавтоматы, которые за брошенную монету, словно пакетик с попкорном, выдавали любому желающему золотистого хомячка. Однако защитники животных сумели добиться того, чтобы этот вид торговли был запрещен.

От природы золотистые сирийские хомяки — землеройные животные. Если им позволить, они выкопают огромное количество ходов и обустроят немало пещер. Эти хомяки — индивидуалисты, а потому каждому из них нужен собственный дом. Даже при наличии полного комфорта этот грызун не забывает запасать еду впрок, и если дать ему волю, то свою кладовую он в состоянии заполнить как минимум 15 кг всевозможных припасов, которые превысят его собственный вес более чем в 100 раз. Свою «добычу» он переносит в защечных мешках, набиваемых до отказа, их содержимое превышает голову грызуна в три раза.

Самки хомяков могут приносить потомство круглый год. Процесс спаривания выглядит так: привлеченный пахучими выделениями хомячихи, самец бесцеремонно ныряет в ее гнездо, поднимая в качестве приветствия вверх передние лапы. Если самка не против этого свидания, она ведет себя смирно. Но минут через 30, после многократного спаривания, «кавалер» становится ей больше не интересен и она, покусывая, нетерпеливо выгоняет его прочь.

С приходом ночи сирийские хомяки активизируются. Они едят, делают запасы, обустраивают свои жилища. Если вольно или невольно кто-нибудь решит им в этом помешать, то будет незамедлительно атакован. Когти и зубы у них всегда наготове. Сирийские хомяки не терпят, когда их собратья на них «наседают». Непрошеных гостей самцы встречают с поднятыми, готовыми к драке, лапами. Самки не менее агрессивны, с неприглянувшегося им ухажера они могут буквально спустить шкуру. У золотистых хомяков право выбора супруга принадлежит самкам. Именно они решают, кто будет отцом.

Золотистые хомяки оказались очень полезны в деле изучении кариеса, так как его зубы схожи с человеческими. И все же универсальным подопытным животным хомяка не назовешь, в том числе и потому, что этого грызуна не так уж просто извлечь из клетки — одно неосторожное движение и разгневанные зверьки, не терпящие посягательств на свое спокойствие, тут же пускают в ход свои острые зубки. По этой причине некоторые научно-исследовательские институты отказались от хомяков, отдав предпочтение более покладистым белым мышам, крысам и кроликам.

Всего лишь за год пара хомяков и их подросшие дети могут теоретически произвести на свет 3 000 потомков. От 8 до 12 детенышей одного помета вырастают с молниеносной быстротой. Рождаются они абсолютно слепыми, глухими и голыми, на четвертый день пробивается пушок, на девятый они уже одеты в шкурку, на десятый — едят твердую пищу, на шестнадцатый — открывают глаза, а через месяц-полтора становятся половозрелыми. Беременность самки длится 16—18 дней, роды чаще всего проходят ночью. В первом помете бывает не более 5 детенышей, а в последующих — от 8 и более. За свою недолгую двухлетнюю жизнь самки имеют приблизительно 19 пометов. После окончания периода лактации, длящегося 21—25 дней, мамаша без всякого сожаления расстается со своими детьми и в дальнейшем даже не узнает их при случайной встрече. Более того, если самка во время вскармливания недополучает полноценного, богатого витаминами питания, она может начать поедать своих детенышей. А иногда может загрызть даже подросших детенышей, если в помещении, где она находится, шумно или ее сильно беспокоят.

Свое видовое название золотистый хомячок получил благодаря биологу Георгу Роберту Ватерхаузу. Он по просьбе Чарльза Дарвина взялся составить каталоги животных, привезенных великим эволюционистом из экспедиции на корабле «Бигль», среди которых и находился один-единственный представитель необычных хомячков. Но вот дальше в истории этих существ следовал почти вековой провал, так как никому из зоологов не удавалось найти их в природе. Только 27 апреля 1930 года израильтянину профессору биологии Израэлю Ахарони посчастливилось выкопать из глубокой норы недалеко от сирийского караванного города Алеппо двенадцать золотистых хомяков. Именно они и стали «прародителями» известных каждому из нас многочисленных домашних питомцев.

История их одомашнивания необычна. И началась она именно с того момента, когда Ахарони по просьбе своего коллеги, врача-паразитолога Саула Адлера, отправился на Ближний Восток в поисках таких животных, на которых можно было бы ставить лабораторные опыты. На одном из пшеничных полей плоскогорья Алеппо он обнаружил нору со свежими следами у входа. Раскопав ее на глубину 2,5 м, Ахарони нашел самку с одиннадцатью детенышами, хотя довезти до Иерусалима ему удалось лишь девятерых малышей. Затем еще пятеро сбежавших в первую же ночь утонули в бассейне. А потому, чтобы не потерять в дороге оставшихся в живых зверьков (трех самцов и одной самки), ученый приложил немало усилий. Сотрудники лаборатории Адлера, получив столь ценный «груз», ухаживали за ними денно и нощно, и старания их не пропали даром. Уже через год в распоряжении исследователя было 150 животных.

К 1938 году они расплодились до такой степени, что Адлер без всякого ущерба для нужд своей лаборатории мог раздавать хомячков коллегам из других научно-исследовательских институтов. Так они попали в Америку, а после второй мировой войны — и в Европу. В окрестностях Алеппо золотистых хомяков больше никто не видел, хотя опустошенные норы там можно встретить и до сих пор. Возможно, эти грызуны освоили новые территории и поменяли местожительство, а может, были уничтожены засухой, холодной зимой или истреблены врагами — пустынными лисами и змеями. Зоологи до сих пор не могут дать на эти вопросы однозначного ответа. Утешает лишь то, что сирийские хомяки, столь хорошо приспособившиеся к жизни в неволе, не дадут исчезнуть этому виду с лица Земли.

В природе, судя по всему, сирийские хомяки вели (а может, и продолжают вести) одиночную жизнь, совершенно не нуждаясь в обществе. Группами держится только молодняк. Достигнув в полуторамесячном возрасте половозрелости, они начинают выяснять отношения, которые часто заканчиваются гибелью более слабых животных. В 50-е годы прошлого столетия директор дрезденского зоопарка Ханс Петж поместил в клетку к четырем молодым самочкам золотистого хомяка самца обыкновенного полевого. И хотя полевой хомяк был примерно втрое крупнее своих сирийских родственников, он не смог дать скандалисткам должного отпора. Для него время совместного проживания с ними было периодом адских мучений — самки нещадно кусали его и не подпускали к еде. Через некоторое время Петж вынужден был прекратить эксперимент, так как полевой хомяк был совершенно истерзан и истощен.

Первоначально стремление разводить сирийских хомяков объяснялось необходимостью получения большого количества лабораторных животных, так как они способны размножаться вдвое быстрее других плацентарных млекопитающих. Помимо этого, «сирийцы» обладают уникальными биологическими характеристиками — быстрая восприимчивость ко многим возбудителям человеческих болезней делает этих грызунов бесценным объектом для медицинских исследований. Многие лекарства прошли в лабораториях апробацию именно на золотистых хомяках.

Однако этих привередливых животных сегодня гораздо чаще можно встретить в зоомагазинах. В домашних условиях хомяка нужно снабдить отдельным домиком с удобным спальным местом, туалетной комнатой и кладовой. Заполучив все эти удобства, золотистый хомяк достаточно быстро становится терпимым к людям. И тем не менее любая попытка хозяина погладить или приласкать питомца вызывает у него резко отрицательную реакцию. Немецкий профессор Рольф Гаттерман, работающий в университете Галле-Виттенберг и на протяжении десятилетий изучавший поведение золотистых хомяков в различных ситуациях, подметил, что любые вторжения в личную жизнь этих животных, даже самые доброжелательные, воспринимались ими агрессивно и вызывали сильнейшие стрессы. Одно лишь прикосновение руки, и сердце хомяка начинает биться на 50 ударов в минуту больше. И только спустя 20 минут грызун успокаивается. Правда, Гаттерман уверен, что такие нервные встряски для их здоровья совсем не опасны, ведь в дикой природе они значительно чаще испытывали состояние страха.

И все равно сирийские хомячки очень популярны среди любителей животных. Англичане, например, даже создали настоящий клуб «Heart of England Hamster Club». Его организаторы выпускают специальную газету, содержащую информацию об уходе за зверьком, рационе его питания, комиксы, повествующие о его жизни и приключениях, и регулярно представляющую изображение «хомяка месяца». В Японии любители этих животных делятся через Интернет своими соображениями о достоинствах и недостатках новейших «хомячьих» аксессуаров и консервов. А если их питомец все-таки прикажет долго жить (это случается обычно года через два), для него на одной из домашних страничек безутешных хозяев откроют свои врата «виртуальные небеса для животных».

Дитер Швайгер

Рубрика: Зоосфера
Ключевые слова: грызуны, хомяк
Просмотров: 8364