(Продолжение. Начало читайте здесь)

Западнее Джайпура стоит небольшой городок Аджмер. Этот внешне ничем не примечательный, пыльный городок, совсем село по индийским меркам — всего-то полтора миллиона — на самом деле скрывает в себе одну из самых главных мусульманских святынь Индии — дарга (мавзолей) жившего в XII веке суфия и шейха Хваджи Муинуддина, основателя одного из самых влиятельных в Юго-Восточной Азии суфийских орденов — чиштие. Любопытно, что в тот момент Аджмер был вообще-то столицей влиятельного раджпутского клана Чауханов — город и назван-то в честь их раджи Аджайе. Хотя большинство раджпутов не мусульмане , но и они одобрительно относились к деятельности Хваджи Муинуддина.

Сейчас Аджмер заполнен мусульманами-паломниками — их тут все время очень много, как в Мекке во время хаджа . По дороге к дарге надо обязательно купить специальную мусульманскую шапочку. Всего за месяц до моего приезда, 11 октября 2007 года, здесь был крупный теракт, от взрыва бомбы погибли два человека и около десятка были ранены, и теперь всех подозрительных визитеров с подозрительными предметами вроде фотоаппарата — ведь это вполне может оказаться замаскированная бомба! — не пускают.

Мусульмане Индии считают, что семь поездок к могиле суфия «равны» одному хаджу. На задворках специальной мусульманской гостиницы, расположенной прямо у входа в мавзолейный комплекс, я встретил компанию мусульман из Бомбея. Они очень приветливо ко мне отнеслись, когда я сообщил, что из России . Они знают, что в России много мусульман и предположили, что я тоже один из них, раз сюда пришел. Оказалось, что такое паломничество они совершают сюда каждый месяц.

Фото №1 - Отпечатки ладоней на камнях Джасвантх-Тхада
Плетение корзин и мебели — занятие весьма ответственное, мастерство приходит с годами, а юным помошникам доверяют лишь самые простые операции. 

А всего в 10 км от Аджмера, через небольшой горный перевал и живописную извилистую дорогу, находится городок Пушкар . Здесь, в такой близости от места паломничества индийских мусульман, находится одна из главных индуистских святынь страны — озеро, по легенде появившееся после того, как создатель нашего мира бог Брахма уронил на землю лепесток лотоса. Теперь индуисты приезжают к озеру, чтобы кинуть в него несколько лепестков — в жертву Брахме. А еще Пушкар с середины 1960-х годов — одно из главных в Индии мест паломничества хиппи, тусовщиков и интересующихся ганжей бэкпакеров. Здесь попадаются настоящие хиппи старой закалки, которые держат тут гостиницы еще с 1960-х.

Озеро Пушкар (индусы настаивают, что «Пушкар» — это название озера, а сам поселок вовсе никак не называется; впрочем, он и состоит из одних только лавок и гостиниц) совсем невелико. По периметру оно застроено «гатами» — специальными священными ступенями, на которые надо попадать через ворота.

Среди гатов есть своя неофициальная статистика. Некоторые — довольно маленькие и тихие, даже в выходной день там может не быть никого, тогда как в других гатах не протолкнуться. Другие, наоборот, широкие, многолюдные. Все зависит от того, связана ли с гатом какая-то легенда: например, на месте гата Вара однажды в образе кабана воплотился бог Вишну, это было одно из девяти земных воплощений божества. Другой гат — место, где Брахма собрал ни много ни мало 900 тысяч божеств на битву с демонами. Как они там уместились, остается загадкой: например, столько индусов, несмотря на их привычку к тесноте, там не помещается, но можно предположить, что речь идет о том, что они находились в каком-то другом, нематериальном измерении — они же божества.

А гат Гау знаменит тем, что его любят высокопоставленные чиновники и богатые люди — именно здесь наравне со своими подданными совершают омовения индийские премьер-министры. Здесь же были развеяна часть праха Махатмы Ганди и Джавахарлала Неру.

Сразу за воротами гатов надо разуться и медленно спускаться к воде. В воду паломники-индусы кидают лепестки лотоса и плоды кокоса, в жертву Брахме. От этого весь берег усыпан лепестками, получается довольно красиво. В воде паломники купаются — кто голышом, кто топлесс. Фотографировать верующих нельзя — за этим следят специальные строгие смотрители.

Правда, еще больше смотрителей занимает другое. Как только на ступенях гата появляется европеец, они кидаются к нему и буквально суют в ладони скомканные лепестки лотоса. Если ты их взял — то «попал»: смотритель подводит тебя к озеру, бормочет какую-то молитву на ломаном английском. После этого надо бросить лепестки в озеро и сделать пожертвование. «Пожертвуй, сколько можешь. Важен не размер, а чистота помыслов, — доброжелательно бормочет индус и тут же намекает. — Некоторые жертвуют тысячу евро, некоторые пятьсот». Я, готовый к такому повороту событий, сунул ему сто рупий (примерно три доллара). «Дай хотя бы триста!» — воскликнул недовольный служитель Бога, но я под возмущенно-обиженный взгляд ретировался.

Еще в Пушкаре раз в год проходит Верблюжья ярмарка — со всего Раджастхана, с окрестной пустыни Тар и из соседних штатов съезжается масса людей — продать-купить лошадь или верблюда и просто провести время. Мне повезло, и я тоже попал на это весьма красочное зрелище. Дети и женщины специально наряжаются в национальные костюмы, чтобы заработать. Одна совсем маленькая девчушка пристала ко мне, чтобы я запечатлел ее на фотоаппарат, и сразу назначила цену. «За что я должен тебе платить, ведь это я тебя фотографирую, ты и плати!» — попытался отшутиться я. «Нет, ты сделаешь мои фотографии и продашь их в своей стране!» — на примитивном английском продемонстрировала девочка знание основ макроэкономики.

Фото №2 - Отпечатки ладоней на камнях Джасвантх-Тхада
Паломники совершают омовение в озере Пушкар.

А когда я запечатлел маленького ребенка — вовсе даже не нарядного, а наоборот, чумазого — ко мне подбежала его беременная мамаша и громко, на публику стала требовать гонорар, привлекая попрошаек. Я попытался от нее сбежать — не столько пожалев пару монет, сколько опасаясь стать жертвой нищих со всей ярмарки. Но не тут-то было — девушка выхватила из кармана моего рюкзака бутылку с водой и, торжествуя, пошла поить свое многочисленное потомство.

В общем, в последние годы ярмарка, впрочем, медленно, но верно становится туристическим аттракционом — туристов все больше, и местные стараются заработать уже не столько на продаже верблюдов, сколько на шоу. Попадаются подозрительные молодые люди, с которыми не хочется иметь никаких дел. «Мистер, из какой ты страны?» — начинают они обычно знакомство с потенциальным покупателем. «А ты откуда?» — показал я, что и я не лыком шит. «Из Афганистана !» — с гордостью ответил продавец.

Километрах в трехстах на запад от Джайпура, это уже пустыня Тар — город Джодхпур , столица раджпутского княжества Марвар. Здесь тоже правит династия раджей-сикхов из клана Ратхор, вассалов махараджей из Джайпура .

Город был основан в XV веке правителем Рао Джодха, который, недолго думая, тоже назвал город в честь себя. В отличие от Джайпура, Джодхпур выкрашен в голубой цвет — местные уверяют, что он якобы отпугивает москитов, но не исключено, что это делалось просто из соображений красоты.

Особенно приятно любоваться небесными оттенками Джодхпура из крепости с непроизносимым названием Мехрангарх, выстроенной также Рао Джодхой на высокой скале над Джодхпуром. Крепость хорошо сохранилась, потому что ее ни разу не штурмовали — возможно, благодаря репутации неприступной. Действительно, скала, на которой стоит Мехрангарх, такая высокая, что внутри крепости есть даже специальный лифт для ленивых туристов. А посмотреть есть на что: внутри крепости — несколько дворцов с удивительно красивыми интерьерами и экспозициями. Самые впечатляющие — подборки паланкинов и «кабин» для слонов, а также люльки для младенцев царской крови. А еще здесь подборка миниатюр, которыми славится Джодхпур — в XVIII веке очередной раджа покровительствовал этому искусству и привечал у себя во дворце мастеров со всей Азии . Здесь сформировался особый стиль миниатюр, находившийся, впрочем, под несомненным влиянием миниатюрной живописи недалеко лежащей Персии .

Неподалеку от крепости есть еще одно очень любопытное место — Джасвантх-Тхада, где умерших раджей подвергали кремации. Здесь же, согласно древним обрядам, живьем сжигали их вдов . В Мехрангархе даже сохранились оставленные «на память» отпечатки ладоней пятнадцати вдов, сожженных в начале XIX века.

Фото №3 - Отпечатки ладоней на камнях Джасвантх-Тхада
Вид из крепости Мехрангарх на город Джодхпур.

Правители Раджастхана в разные века славились экстравагантными поступками. А контроль над важными торговыми путями позволял им вести безбедное существование, полное настоящей восточной роскоши и того, что мы сейчас называем гламуром. Например, уже в XX веке наваб (наместник) Джунагадха устроил пышную свадьбу своей любимой собаки Росханы с лабрадором Бобби, не забыв пригласить на церемонию весь высший свет Индии, в том числе английского вице-короля. Свадьба обошлась в £60 тыс.

Махараджа Рам Сингх II (1835–1880) профессионально увлекался фотографией — на заре ее появления это было довольно дорогостоящее занятие — и сейчас по всей Индии издаются прекрасно изданные фотоальбомы с его работами. Надо признать, что снимки действительно небесталанные, а для ученых этот альбом является ценным источником сведений о той эпохе.

Еще одна достопримечательность Джодхпура относится уже всего-навсего к 1930-м годам — тогдашний раджа Умаид Сингх приказал построить новый современный дворец Умаид Бхаван. Надо сказать, что тогда в стране был очередной экономический кризис, и англичане критиковали раджу, что он своим строительством устроил эдакий пир во время чумы.

Жители Джодхпура в защиту своего раджи, впрочем, парируют, что строительство дворца Умаид Бхаван было неким социальным проектом, вроде массового строительства дорог в США во время Великой депрессии — мол, таким образом мудрый раджа создал рабочие места для своих подданных. Сейчас тут резиденция раджей, правительство города, а также самые пафосные в городе отель и ресторан — когда я захотел зайти сюда пообедать, меня трижды предупредили, что «минимальный счет составляет 2000 рупий» — около 1200 рублей. Для местных это очень большие деньги.

Я сидел в огромном роскошком зале, совершенно пустом — только в дальнем его конце парочка европейских пенсионеров внимательно рассматривала на ноутбуке свои фотографии. А вокруг меня ходили три высоченных сикха-официанта с лихо закрученными усами. Они-то и принесли то, чего мне не хватало на всем протяжении моего путешествия по Раджастхану: прекрасно приготовленные бараньи ребра без всех этих знаменитых специфических индийских специй . Это была эффектная точка в конце всего путешествия. «Нет, Индия в каком-то смысле идеальная страна», — сказал я сам себе, обгладывая последнее ребро.