18 февраля в Латвии состоялся референдум о придании русскому языку статуса второго государственного, сообщает ИТАР-ТАСС. Почти 25% избирателей, принявших участие в голосовании, высказались за эту инициативу, почти 75% высказались — против.

По латвийским законам для одобрения поправки к конституции необходимо было собрать более 50% от общего числа избирателей. Таким образом, было принято решение не давать русскому языку статус государственного. Явка в целом по стране составила 69%. Референдум стал самым посещаемым голосованием в истории независимой Латвии.

Русский язык является родным для примерно 40% населения Латвии. Более трети из этих 40% не имеют латвийского гражданства и тем самым не могли участвовать в референдуме. Такая ситуация сложилась в Латвии после восстановления независимости в 1991 году: гражданство получили только те жители Латвии, предки которых были гражданами Латвии к 1940 году. В дальнейшем законодательство о гражданстве было значительно смягчено, а многие русскоязычные жители Латвии получили гражданство. Но многие люди этой возможностью так и не воспользовались.

В советское время языковая ситуация в Латвии была несимметрична: латышское население русским языком владело, в то время как большая часть русскоязычного населения латышского не знала. В настоящее время Латвия является фактически двуязычной страной: практически все население владеет и латышским, и русским языками. Невзирая на то, что формально знание русского языка необязательно, фактически без этого бывает трудно найти хорошую работу. Многие в Латвии опасаются, что если придать русскому языку статус второго государственного, то вернется языковая ситуация советского времени.

Интересно отметить, что отношение к этому референдуму не было единодушным даже среди политиков, отстаивающих интересы некоренного населения. Так, если мэр Риги Нил Ушаков объявил, что проголосовал «за», то занимающий гораздо более крайние прокоммунистические и просоветские позиции председатель Социалистической партии Латвии депутат Европарламента Альфред Рубик заявлял, что второй государственный язык Латвии не нужен, а затем непосредственно перед референдумом добавил, что в стране должен быть один госязык, но лучше было бы, если бы вообще ни у одного языка не было особого статуса.