Поле Косово

01 мая 1999 года, 00:00

Военные действия на Балканах наносят серьезный удар по мировому туризму. Резко сократилось число людей, желающих провести свои летние отпуска на курортах Южной Европы.

Практически парализована вся туристическая инфраструктура в самой Югославии, где не действует ни один гражданский аэропорт, разрушены почти все железнодорожные мосты, многие автомобильные магистрали и другие коммуникации, нарушена телефонная связь. Бомбы и ракеты не щадят и традиционные объекты туристического показа — старинные монастыри, замки, музеи. Огромные убытки несут курорты адриатического побережья Черногории.

Из заявления Национальной гильдии туристической прессы.
Москва, 21 апреля 1999 г.

Кажется, что все события последнего времени отошли на задний план по сравнению с войной, которую ведут государства — члены НАТО — против Югославии. И во всех сообщениях присутствуют Косово, колыбель сербской государственности, албанцы. Слова вроде бы все понятные, но вызывающие вопросы: что такое Косово? Откуда там взялись албанцы? Кто они такие — мусульманские фанатики? Или сепаратисты?

Сначала дадим слово последнему изданию Большой Советской Энциклопедии. Издание, правда, 1973 года, но после него других не было. Во всяком случае, географическое положение и краткий исторический очерк даны здесь беспристрастно.

Косово, — говорится в БСЭ, — автономный край в составе Социалистической Республики Сербия. (Само собой, тогда — в составе Федеративной Югославии, от которой не откололись еще ни Хорватия, ни Словения, ни Македония, ни Босния-Герцоговина. — Ред.) Площадь — 10,9 тыс. кв. км. Столица — г. Приштина. Большую часть края составляют котловины Косово и Метохия.

В VIII — XII вв. территория Косова составляла центральную часть государства Рашки, затем Сербского государства. Город Печ стал центром архиепископии (с 1346 г. — патриархии). В XV веке Косово вошло в состав Османской империи. В XVI — XVIII вв. здесь вспыхивают антитурецкие восстания, жестоко подавляемые турками, и, вследствие этого, — массовая эмиграция сербов и колонизация албанцами.

В 1913 году Косово поделено между Сербией и Черногорией, а в 1918-м вошло в состав Королевства сербов, хорватов и словенцев (будущей Югославии. — Ред.) В 1944 году освобождено от фашистской оккупации Народно-освободительной армией Югославии и Народно-освободительной армией Албании.

Обратите внимание: вместе. В то время коммунистические руководители обеих стран — Иосип Броз Тито и Энвер Ходжа еще не воспылали друг к другу смертельной ненавистью, как через пару лет, когда Тито противопоставил себя Сталину, а Ходжа до конца остался его приверженцем. И в край, где албанцы и так составляли крупнейшую группу населения, хлынули несогласные с Ходжей его подданные. Тито охотно пускал их селиться: в полном соответствии с марксистской фразеологией он видел основную угрозу в «сербском шовинизме». Угрозу для единой Югославии, где у всех будет одна национальность — «югослав», одна для сербов, хорватов, словенцев — и косовских албанцев. То, что сам Тито был хорват и католик (в юности), не сыграло тут ни малейшей роли: он был интернационалист в коминтерновском смысле слова, со всем тем положительным и, увы, отрицательным, что интернационализм с собой приносит.

«В 1945 — 63 гг. Косово стало автономной областью, а в 1963 — 69-м автономным краем Косово и Метохией», — завершает Энциклопедия.

А между тем положение в автономном крае, где сербы стали составлять уже меньшинство, не могло не затронуть их глубокие национальные чувства.

Продолжим розыски и процитируем статью о Косовом Поле из старинной — и высококвалифицированной! — энциклопедии Брокгауза и Ефрона 1898 года издания (слегка сократив ее и откорректировав, естественно, орфографию).

«Косово Поле представляет большой параллелограмм, лежащий между Македонией и Боснией. Прежде Косово Поле слыло плодородным, теперь это пустырь, поросший мелким кустарником и лесом; обработаны лишь ближайшие окрестности городов и деревень. Здесь не раз сталкивались войска из северо-западных областей Задунайского полуострова с войсками из юго-восточных областей его. Таковы, например, битвы 1073 г., когда сербы победили греков и их союзников болгар; 1170 г., когда Неманя отстоял свою власть от братьев и греков; 1389 г., когда пало сербское царство; 1403 г., когда Стефан Лазаревич разбил султана Мусу; 1448 г. — поражение Гуниада (венгерский полководец
Хуняди Янош. Ред.) турками; 1689 г. — австрийский полководец Пикколомини побежден турками; 1831 г. — султан Махмуд разбил босняков. Из всех этих битв наибольшее значение имело поражение сербов турками 15 июня (день св. Витта, по-сербски «Видов дан») 1389 г. Встретились войска близ Лаба, впадающего в Ситницу. Во главе турок стоял Мурад, с двумя сыновьями, во главе сербов — князь Лазарь с тестем Югом-Богданом и двумя зятьями — Милошем Обиличем и Вуком Бранковичем. Силы турок были многочисленнее раза в три, но сербы не отчаивались. Битва началась в 6 часов утра и была очень кровопролитной. Сербские войска уже одолевали, когда один из их отрядов, предводимый Вуком Бранковичем, — неизвестно, отчаявшись ли в успехе, или изменнически — отступил за реку Ситницу, а за ним побежали босняки. Расстроенные полки сербов были разбиты. Погиб Юг-Богдан с девятью сыновьями, пал Милош, а князь Лазарь, раненый, взят в плен и казнен; но и сам Мурад нашел смерть в этой битве, по преданию — от руки Милоша Обилича. Со времени этой битвы сербы стали данниками турок. Ни одно событие старосербской истории не оставило такого глубокого следа в народной памяти, как косовская битва. Она записана в летописи, о ней составлены целые рапсодии. Живые рассказы и предания об этом несчастном дне можно услышать из уст каждого серба.

По народному воззрению, выраженному в песне, битва была следствием чрезвычайных требований султана Мурада.

В ответ Лазарь стал собирать войско со всех концов сербской земли и призывал к ополчению всех поголовно, заклиная страшной клятвой;

Ко пе не додже на бой на Косово,
Од руке му ништа не родило,
Ни у польу белища шеница.
Ни у брду винова лозица.
(У того, кто не пришел на бой в Косове,
Все труды его стали бесплодны,
Не родилась в поле белая пшеница,
А на склоне горном виноградная лоза.)

Когда султан Мурад осматривал покрытое бесчисленными трупами поле битвы, из груды убитых поднялся Милош Обилии, и, приблизившись к Мураду, как бы для приветствия, ударил его кинжалом в живот».

После поражений каждого отчаянного восстания сербы покидали край, а туда переселялись албанцы. Обратимся опять к Брокгаузу и Ефрону.

«Албанцы (по-албански шкипетары, по-турецки арнауты, по-сербски арбанасы, по-гречески арваниты) — жители Албании. По принадлежности к вероисповеданиям в Турции (Албания — «Арнавутлуг» — тогда принадлежала Турции. — Ред.) живут 1 миллион мусульманских, 280 000 греческих (т. е. православных. — Ред.) и 120 000 католических албанцев; те албанцы, которые живут в Греции, — все греческого исповедания, а живущие в Италии, — католического.

Албанцы — один из старейших народов, потому что они (как это теперь почти несомненно удостоверено) прямые потомки древних пелазгов, язык которых они сохранили до сих пор, с теми, конечно, переменами, которые произошли в нем в течение тысячелетий. Албанский язык, хотя в него и вошло много выражений турецких, греческих, сербских и итальянских, есть язык самостоятельный, не имеющий ни малейшего сходства ни с одним из существующих теперь языков. По наречиям албанцы разделяются на гегов, живущих в северной части страны, и тосков, населяющих южную ее часть. Геги отличаются от тосков более беспокойным характером, и турки с самого начала не могли подчинить их вполне своему игу.

В начале средних веков албанцы находились под византийским господством, но приняли католическую веру. Впоследствии они признали над собой власть сербов и вместе с ними приняли в 1288 г. греческую веру, но геги в 1320 опять отреклись от нее. По смерти сербского царя Стефана Душана Сильного (1356) его великое царство распалось, и большая часть албанцев возвратила свою независимость. Верхняя Албания и северная часть Нижней Албании повиновались черногорской княжеской фамилии Балша, а остальные части страны находились под управлением маленьких самодержавных князей. Но турки вскоре завоевали большую часть Албании, и только Георгию Кастриоту (Скандербегу) удалось в 1443 освободить от их власти Верхнюю Албанию. По смерти его (1467) вся страна снова без труда была завоевана турками».

Стоит к этому добавить, что с тех пор, когда Брокгауз и Ефрон издавали свои тома, Албания обрела независимость и короля, потом попала в итальянскую оккупацию, стала под водительством Энвера Ходжи ультракоммунистическим государством. Будучи и до того самым отсталым государством Европы, после правления Ходжи стала еще и самым нищим. Поэтому в сравнении с ней и неособенно богатое Косово казалось раем, и новые, и новые албанцы устремлялись туда.

А религия в Албании при социализме была отменена, да и вообще религиозными албанцы никогда и не были, зато все — и мусульмане, и христиане обоих обрядов — сохраняли вполне языческие верования. Так уж получилось, что большая часть албанцев живет вне Албании, но сколько их — сказать трудно. В Греции, например, всех православных албанцев учитывают как греков, мусульман же оттуда почти всех изгнали после второй мировой войны. При этом албанцы убеждены, что их в Греции почти 2 миллиона, а греки считают, что тысяч двадцать — тридцать. В Италии, где они компактно населяют две области на юге, их около 200 тысяч, все они католики и противоречий с итальянцами не имеют. В Македонии же их чуть ли не четверть населения, и отношения их с православными славянами весьма напряжены.

И уж совсем выглядит для телезрителя как парадокс: албанские добровольцы из США перед отправкой на Балканы отслужили молебен в албанском православном соборе в Вашингтоне — все: и мусульмане, и католики, и православные (которых, правда, там больше всего). Дело в том, что этот собор — центр албанской духовной и культурной жизни в США.

А самая почитаемая албанцами во всем мире женщина — Мать Тереза, причисленная католической церковью к лику святых. Она — косовская албанка.

В 1989 г. президент Югославии отменил автономию Косова. Шаг этот имел, как мы видим, тяжкие последствия. Хотя настороженность сербов понять можно: вспомните лишь, что во время второй мировой войны их погибло больше половины, и больше всего от рук говорящих на одном с ними языке хорватских фашистов-усташей (хотя и немцы, и венгры приложили к этому руку).

И весь раскол Югославии сопровождался такой кровью, что угроза еще одного сепаратизма казалась сербскому руководству невыносимой.

Распри на Балканах всегда очень кровавы и запутаны. Наверное потому, что все народы Балкан — побеги одной балканской лозы от одних корней. При всем разнообразии языков и вер.

Л. Минц, кандидат исторических наук

Рубрика: Ситуация
Просмотров: 7020