Мечты и кошмар растущей на стенах капусты

01 марта 1999 года, 00:00

«Очень милая молодая семья». Именно так все характеризовали Рендольфа и Вирджинию Норман. Рендольф, двадцати пяти лет, со своей открытой юной улыбкой, был особенно симпатичен. Вирджиния, двадцати двух лет, вся дышала свежестью и здоровьем — типично американская девушка, твердо стоящая обеими ногами на земле. Оба были родом из Нью-Йорка: следовательно, были жителями мегаполиса, которые только и мечтают, что о зеленом лужке и свежем воздухе. До того самого момента, пока страховая компания, представителем которой работал Рендольф, не предложила ему новую должность в Маунтин-парк — на юге штата Северная Каролина. С какой радостью юная пара согласилась покинуть Нью-Йорк! Там, на юге, климат гораздо приятнее и гораздо здоровее, чем на дымном северо-западе.

Прибыв в Маунтин-парк, Вирджиния и Рендольф сразу же купили хоть и маленький, но очень милый домик в черте города. А так как повсюду в саду круглый год росли розы, то они окрестили свое поместье «Виллой Розовый Сад». Их новая жизнь началась! Они очень хорошо поладили с соседями и скоро завели новых друзей.

Седьмого июня 1963 года Норманы забрели в парк у дома пастора. И там выяснилось, что в этот день проводится ежегодный благотворительный базар и что все жители города пришли на этот традиционный праздник, где можно не только славно развлечься, но и приобрести разные полезные вещи почти за бесценок, и к тому же все ради благой цели.

— Смотри, Рендольф,.. вон там!

Вирджиния указала на комичную фигуру — маленького человечка в очках, который скорчился на складном стульчике. Несмотря на июньскую жару, на нем был черный костюм и подходящий к нему черный галстук.

— А, да. Может быть, он продает сам себя как живое чучело!
— Я имею в виду совсем не это! Посмотри на землю. Вот что нужно нам для гостиной!

Рендольф посмотрел на то, что так очаровало его жену: рулон кремового цвета, который лежал у ног живого пугала.
— Линолеум? Для чего?
— Ты же знаешь, что паркет на полу в гостиной у нас сильно попорчен. Мы можем положить на него линолеум, а поверх — какой-нибудь хороший ковер.

Линолеум выглядел совершенно новым. Никаких пятен, ни даже следов пыли. И маленький человечек в черном просил за него всего пять долларов! Так как покупка их вполне устраивала, Вирджиния и Рендольф с большим трудом уложили рулон в свой автомобиль и поехали домой. Конечно, Рендольф гораздо охотнее купил бы что-нибудь изящное, может быть, картину, что-нибудь для украшения дома. Но спорить со своей практичной женой он не мог. В конце концов, пять долларов — это почти что даром! Первое июля 1963 года. Три недели прошло со дня благотворительного базара. И уже три недели, как Вирджиния больна. Ничего серьезного. Просто затяжной насморк. Вирджинию он почти не тревожит, хотя ей уже надоело беспрерывно чихать и вытирать нос. Может быть, лучше пригласить доктора Лорримера? Он живет напротив и по вечерам часто заходит к молодым соседям. Врач осмотрел покрасневшие глаза и распухшие веки Вирджинии:
— Сдается мне, что вы к этому привыкли. Каждый год, примерно в это же время у вас начинается что-то подобное, правильно?
— Нет! Такой страшный насморк посреди лета... нет, ничего такого у меня не бывало!
— Правда? Удивительно! Я могу поклясться, что у вас сенная лихорадка. В любом случае это аллергическая реакция. Может быть, вы в последние три недели купили себе собаку или кошку?
— Нет.
— Тогда, вероятно, какие-нибудь растения для вашего розового сада?
— Нет же!
— Тогда что-нибудь из вещей, что вам понадобилось как раз три недели назад. Подумайте хорошенько.
— Линолеум!
Рсндольф уверен, что они напали на верный след. Он следует за врачом и Вирджинией в гостиную и приподнимает ковер за угол. И тут же Вирджиния разражается жутким приступом чиха, а Рендольф в отвращении произносит:
—  Да... что за противная штука!

Противная — это еще мягко сказано! На самом деле кремовая поверхность линолеума повсюду покрыта омерзительной плесенью с большими зелеными пятнами, напоминающими кочаны капусты, — они распределяются симметрично, как будто рисунок обоев. Рендольф проводит по нему пальцем. Омерзительно! Плесень вязкая, клейкая, тошнотворная!

Пока Вирджиния, чихая, бежит из комнаты, оба мужчины, качая головами, рассматривают находку и обсуждают странный феномен:
— Знаете, мистер Норман, я, по правде говоря, даже не знаю, что это такое, но одно точно: именно оно виновато в аллергии вашей жены!
— Тогда — выкинуть эту гадость! И немедленно!

Рендольф с врачом сдвигают мебель, скатывают ковер и утаскивают покрытый плесенью линолеум во двор, где кладут в контейнер для мусора. Завтра утром приедут мусорщики, и все это наваждение закончится! Прежде чем попрощаться, доктор Лорример замечает:
— На вашем месте я бы немедленно почистил ковер. Никогда не сталкивался в своей жизни с подобной гадостью!

Ковер, как кажется, совершенно не затронут плесенью, но врач определенно прав: для надежности лучше почистить. Пока Вирджиния отходит в спальне от приступа, Рендольф берется за работу: вооружается щеткой с мыльной водой и, как завзятый чистюля, начинает драить ковер до абсолютного блеска. Затем вещает его на веревку для сушки белья в саду.

Самое позднее завтра вечером, когда он высохнет, этот кошмар наконец-то будет позади.

И в самом деле, на следующее утро Вирджиния впервые за три недели чувствует себя весьма хорошо. Глаза у нее больше не пухнут, из носа больше не течет. Мир снова в порядке, и свежевымытый ковер возвращается на свое законное место.

— Как ты думаешь, что это было?
— Вирджиния, не имею ни малейшего понятия! Но теперь все это в прошлом. Не будем больше ломать над этим голову. Это обошлось нам всего в пять долларов, и ладно! Мы с этим справились!

Третьего июля 1963 года Рендольф Норман проснулся с неприятным, каким-то гнетущим чувством. Повернулся к еще спящей жене:
— Вирджиния!
Ее веки — красные, распухшие и нос тоже опять распух.
— Вирджиния! Просыпайся!

Приступ чиха мгновенно лишает ее сна. Тогда Рендольф соскакивает с кровати и направляется в гостиную. Он уже догадывается, что его там ожидает.
Но ковер выглядит чистым и стерильным: никаких зеленых кочанов. Но стены... «Это» переползло на стены! Повсюду в комнате — где-то на высоте полуметра — такие травянистые, зеленоватые, вонючие «обои»!

Еще сонная и чихающая, Вирджиния следует за мужем.
— Уходи отсюда! Ради Бога, иди к себе! Запрись в спальне и оставайся там! Я... сейчас позабочусь об    остальном.

Грегори Мак-Каллох возглавляет в Маунтин-Парк службу дезинфекции. И «это», когда Рендольф ему все рассказывает, его весьма заинтересовывает. Он готов взяться за дело лично.

В гостиной он наблюдает невиданные пятна. Он даже исследует их с помощью лупы. А потом вынимает из кармана мензурки с химикалиями и с помощью пипетки опускает в каждую по капле набранной плесени. Затем некоторое время размышляет.
— Нет, подобного я еще не встречал! А я-то уж свое дело знаю, можете мне поверить! Без сомнения, речь идет о... плесени, да! Но что это за плесень? Это знает только Господь!
— Господь, Господь! К черту все это! Скажите лучше, можете ли вы что-нибудь с этим сделать?
— Конечно, еще бы. На вашем месте я бы тоже захотел что-нибудь сразу предпринять. Я вас понимаю!
— И прекрасно! Тогда сделайте что-нибудь, наконец!
— Но, мистер Норман, мне кажется, вы не имеете ни малейшего представления, чего это потребует. Это будет  очень дорогостоящая  операция, и продлится она по крайней мере неделю.
—  Как вы сказали? Простите? Неделю?
— Да! Нужно содрать все обои, почистить стены спиртом и снова заклеить, вымыть паркет и поскрести его щеткой, нужно снять лак со всей мебели, заново ее отполировать и залачить. Но это еще не все, мистер Норман: придется выстирать, вымыть и продезинфицировать всю одежду, постельные принадлежности, одеяла и тому подобное!

Рендольф Норман в унынии смотрит на стену. Да что же здесь творится?! Ему так кажется... или эта плесень действительно распространилась дальше? До того она забралась всего на полметра, а сейчас... по крайней мере на семьдесят, нет, восемьдесят сантиметров!

— О'кей! Я на все согласен! Приступайте прямо сейчас, и пусть это обойдется мне во...столько, во сколько нужно!

Всю последующую неделю на «Розовый Сад» наводили лоск. Там расположились бригады чистильщиков, обойщиков, маляров и столяров. Соседи с любопытством наблюдали за этой необычной активностью — но не отваживались приблизиться к «Плесневому дому». Пара Норманов поставила палатку посреди розового сада и старалась наилучшим образом использовать все преимущества жизни на природе. Слава Богу, что в это время года теплые ночи. Наконец через неделю Вирджиния с Рендольфом смогли снова вступить в свой дом. Все здесь блистало чистотой. Даже прибыла бригада с телевидения, чтобы снять рекламный ролик о средствах очистки помещений! Грегори Мак-Каллох провожал их с широкой радостной улыбкой:
— Да, мы готовы! И если здесь снова появится плесень, значит, меня зовут не Мак-Каллох!

Норман снова воспрял духом. Это был дурной, очень дурной сон, необъяснимый кошмар. Но теперь он позади!

Вечером девятого июля их больше всего радовала возможность вернуться в свою уютную постель. На следующий день, десятого — эту дату Ренлольф уже никогда не забудет — он был вырван из сна неким звуком: Вирджиния чихнула! В его голове этот звук отозвался сиреной. Как укушенный скорпионом, он подпрыгнул на кровати и бросился в гостиную. И застыл посреди комнаты, не в силах пошевелиться.

Стены были в порядке, потолок и ковер тоже. Но кушетка! Да как такое возможно?! Еще вчера вечером на всем в гостиной красовалась новая обивка. А теперь на кушетке она выглядела, как будто прямиком прибыла с городской свалки. Никаких пятен... нет, гораздо хуже, ужасней: вся кушетка была покрыта толстым слоем зеленой, блестящей плесени, и от этого невероятного образования шел гнилостный, неописуемо омерзительный запах!

Уже не думая об этом клейком, отвратительном веществе, Рендольф обхватил зеленую кушетку обеими руками и вытащил ее в сад. Затем принес канистру с бензином, облил кушетку и бросил на нее спичку. Высокое пламя и черный дым рванулись в утреннее небо.
— Рендольф!

Вирджиния стояла, как лунатик, в гостиной. Ее покрасневшие, распухшие глаза уставились на стену. Рендольф, который бросился в дом на крик жены, проследил за ее взглядом. Стена... эта стена, которая всего десять минут назад была покрыта прелестнейшими розовыми обоями, теперь напоминала побывавший в болоте огород: капустные кочаны снизу доверху. Гниющая, тошнотворная капуста!

Через пару часов на «Виллу Розовый Сад» в Северной Каролине прибыли специалисты из службы министерства здравоохранения штата. Все застыли на месте. Никто не произнес ни слова, все в потрясении наблюдали, как отвратительная «овощная» волна покрывала стену все дальше и наползала на потолок.

Бенджамин Адлер, биохимик по профессии, первым опомнился и заговорил:
— Ну на первый взгляд мы ничего не можем сказать, мистер Норман. Увы. Но вы в любом случае не должны оставаться в доме. Уезжайте в отель или к друзьям. Сейчас мы должны взять пробы этой плесени и исследовать их в нашей лаборатории. Как только мы выясним подробности, тут же поставим вас в известность.

Через неделю Бенджамин Адлер признавался:
— Я совершено ничего не понимаю. Говоря по существу, мы имеем дело с обычной плесенью. Ненормально в ней только то, с какой скоростью эта гадость распространяется. Она растет с пугающей быстротой. У нас в лаборатории пробы развиваются, как обычно. Мистер Норман, мы вынуждены принять, что не существует  никаких естественнонаучных объяснений того, что случилось в вашем доме. Может быть, это воздействие почвы или излучения земли, какие-то вибрации, в каком-то смысле даже магнитное поле Земли. Мы не знаем!

Вирджиния и Рендольф с потерянным видом слушали это заключение эксперта. У них пропала всякая надежда. Рендольф лишь спросил слабым голосом:
— И что вы собираетесь делать?
— Это явление имеет огромное научное значение! Мы должны его исследовать самым тщательным образом. Но, конечно, есть опасность заражения. Поэтому мы обязаны отсечь ваш дом от внешнего мира. Если плесень будет распространяться дальше или даже перейдет на сад, то тогда, разумеется, нам придется все сжечь.

Так прекрасный домик «Розовый Сад» превратился в настоящий бункер. Его охраняли, как какой-нибудь военный объект.

Был привезен и наполнен бензином тысячелитровый контейнер, по периметру участок был оплетен колючей проволокой, и на некотором расстоянии было установлено устройство для дистанционного открытия контейнера и возжигания бензина... на всякий случай.

День за днем юная пара приходила к дому своей мечты, который превратился в кошмар. С тоской и ужасом наблюдали они через полевой бинокль, как зеленая масса внутри виллы распространяется по всем комнатам. Однажды это отвратительное вещество выползло наружу через открытые окна и покрыло внешнюю стену. Затем загадочная плазма вскарабкалась на крышу. Когда белый заборчик вокруг идиллического розового сада позеленел и стал липким, Бенджамин Адлер отдал приказ о ликвидации. За несколько минут дом сгорел. Осталось только густое черное облако...

Никогда и нигде с тех пор это явление не повторялось. И ученые так и не смогли объяснить, что же произошло. «Плесневый дом Маунтин-парка» и сегодня остается загадкой. У Вирджинии и Рендольфа после сожжения дома осталось одно страстное желание: не углубляться в эту загадку, а бежать, бежать куда глаза глядят! Страховая компания, на которую работал Рендольф, безотлагательно выплатила ему большую компенсацию. И теперь Норманы смогли начать новую жизнь: жизнь посреди Нью-Йорка. Теперь им уготовано дышать зараженным воздухом в крошечной и шумной квартирке в одном из небоскребов на Манхэттене, где человек никогда не увидит за окном растущей капусты: просто рай!

Николай Непомнящий

Просмотров: 4322