Пылающий дом на Руа Фламенго

Пылающий дом на Руа Фламенго

Латунный прямоугольничек с маленькой цепочкой. На одной стороне черным выгравирована нефтяная вышка, на другой — слово «Петробраз». Этот брелок для ключей подарил мне бразильский студент. Я назову его Жозе. Но это не его имя. В записной книжке сохранилось много адресов, но ни по одному из них нельзя писать. Наша почтовая марка может стать «уликой»: за дружбу с советскими людьми в нынешней Бразилии не милуют.

Даже не верится, что минул только год после Универсиады, которую Международная федерация университетского спорта (ФИСУ) провела в городе Порту-Алегри.

Порту-Алегри — «Веселый порт» — далек от дремучих лесов Амазонки. Это столица штата Риу-Гранди-ду-Сул, одного из центров скотоводства страны. «Веселый порт», если описывать его арифметически, — город с одним парламентом, десятками небоскребов, сотнями церквей и тысячью кабачков. Город, где все сто процентов женщин — красавицы.

На дни Универсиады сердцем Порту-Алегри стал олимпийский стадион. Десятки тысяч темпераментных, восторженных зрителей рукоплескали нашим прославленным землякам Валерию Брумелю, Игорю Тер-Ованесяну, Тамаре Пресс. «Вива Руссия!» — гремело над стадионом.

Однажды после соревнований мы не сразу могли найти дорогу со стадиона в гостиницу.

Услышав наши вопросы, высокий парень, шедший с девушкой, остановился. Через несколько минут мы уже сидели в малолитражном автомобильчике с Жозе, его подругой и приятелем.

Автомобильчик помчался по вечерним улицам Порту-Алегри.

— Вот вокзал, а там порт. Вы знаете, сюда заходят и советские суда, мы же начали с вами торговать! Тут вот, за углом, цветочный рынок. Приходите сюда с утра. Здесь так красиво! Вы были в университете?

Проехали мимо гостиницы, поднялись на гору, посмотрели на город. Остаток вечера прошел в тесном пивном зальчике — гастхаузе — рядом с нашей гостиницей.

Жозе оказался интересным парнем. Сын состоятельных родителей, он пошел против воли отца и стал коммунистом. Сейчас, после переворота, это может означать, что он уже за решеткой. Меня поразила удивительная гражданская зрелость этих двадцатилетних ребят.

Центральная часть Порту-Алегри — двойник многих бразильских городов. Это скопище оффисов, банков и компаний. Стоят каменные громадины друг против .друга и словно похваляются надраенными табличками — за мной, мол, сила, за мной богатство: «Эссо стандард ду Бразил», «Файерстоун ду Бразил», «Форд ду Бразил»...

Да, все они пока сильны. И не только капиталами, но и этой вот приставкой «ду Бразил». Она, как румяна и пудра, приукрашивает истинное лицо матерого хищника.

Покручивая на пальце латунный брелок, Жозо продолжает:

—Поймите всю глубину этого обмана. Ну, вот в этой пивной хозяин подает пиво, рекламируя его как импортное. Можно лишь посмеяться: всем известно, что пиво наше, бразильское.

А «Эссо стандард ду Бразил» или «Форд ду Бразил» только называются бразильскими, а на самом деле они американские. Контрольные пакеты акций все равно в руках Уолл-стрита... — Брелок на пальце Жозе бешено крутился.

Тогда, в сентябре 1963 года, мы провели в Бразилии три недели. И все это время курс бразильских денег неуклонно падал: 900 крузейро за доллар, 1000, а когда уезжали, доллар стоил 1200 крузейро. Безобидно звучит? Нет, это статистика смерти.

Так Нью-йоркская биржа карала за демократические преобразования правительство Гуларта. Ах, вы хотите независимости? Думаете проводить аграрную реформу? Желаете сами добывать и продавать нефть? Укрепляете «Петробраз» — нефтяную правительственную компанию? Собираетесь расширять государственный сектор?

И падает, падает крузейро. И еще меньше смогут купить на свои жалкие гроши рабочие, крестьяне, мелкие служащие. А янки греют руки: чем дешевле местная валюта, тем выгодней покупать землю, приобретать концессии, скупать предприятия.

...Посетители гастхауза расходились. И тогда Жозе протянул мне свой жетон.

На прощанье он посоветовал нам заглянуть в Национальный союз студентов, если доведется побывать в Рио-де-Жанейро.

—Это на Руа Фламенго, 21

Здание Национального союза студентов выходит на набережную Фламенго. Оно выглядело как настоящий штаб молодости: сновали озабоченные юноши и девушки, в фойе на первом этаже расположилась «кубинская выставка. Повсюду плакаты. Из зрительного зала лилась какая-то ритмическая мелодия: танцевальный ансамбль готовился к очередному фестивалю студенческой самодеятельности.

От имени Студенческого совета СССР мы пригласили в гости к нам делегацию НСС Бразилии, и надо было видеть, какой радостью расцвели лица ребят.

...В первые же дни апрельских событий в Бразилии газеты сообщили, что дом на Руа Фламенго разгромлен и подожжен путчистами. Пламя пожарища на набережной — свидетельство того, что этот центр прогрессивной бразильской молодежи был слишком большой помехой для реакционеров, что трудна и опасна борьба молодежи за победу сил прогресса. Но бразильская молодежь не собирается сдаваться, она продолжает борьбу за то, чтобы ее родина стала «свободной территорией» Латинской Америки.
 
# Вопрос-Ответ
Кто живет в Гренландии?

Эскимосы, датчане и другие европейцы

Где впервые ввели правила дорожного движения?

Первые такие правила ввел Юлий Цезарь в Римской Империи