На дне Пермского моря

На дне Пермского моря

Первая очередь ставропольского завода синтетического каучука вступила в строй в 1961 году. Сейчас на огромной площадке развернулось строительство второй очереди. Эту «площадку» нелегко охватить взглядом — так внушительна панорама.

Березники. Город химиков. Небо над городом карналлитовое — такого же цвета, как этот желтоватый минерал. А зори здесь — как красные сильвинитовые пласты с черно-белыми пропластками туч и дымов. Потому что город химиков в плену у множества труб. Одни возвышаются одиноко, другие — гнездами, как на крейсере.

И, как заброшенный над городом диск, сквозь дымы летит медное солнце.

Трубы дымят всегда, без передышки. Город живет в четыре смены. Город плывет в будущее безостановочно.

Сегодня воскресенье. На улицах людно и шумно. Трепещет последний багрянец осени. Блестит подмороженный асфальт.

Движется смена на шахту. Комсомольско-молодежная. Кто едет на автобусе, кто на троллейбусе, а кто ради осенней красоты шагает пешком.

Идет Юрий Ушаков, бурильщик смены. В пальто и серой кепке. Идет, ничем не отличаясь от гуляющих на улицах людей. А через час, в брезентовой робе и железной каске, он спустится на дно бывшего Пермского моря и начнет бурить шпуры, похожие на птичьи гнезда в скалах.

Идет пешком и начальник смены Вячеслав Жигалов. Двадцать пять стукнуло ему недавно. Отец погиб на фронте, лежит в братской могиле. А сын четырнадцати лет поступил в горнохимический техникум. Окончил — в шахту не пускают, года не вышли... Потом служба в армии и снова шахта.

И вот теперь он, начальник смены, идет по городу. Это его город. Здесь он родился, рос. Здесь его дом, шахта, его улицы, цветы, облака. И пусть небо тут карналлитовое, а зори сильвинитовые! Он любит свой город.

Сходится смена в шахтном помещении. Бетонный пол. Раздевалки. Душ. Ламповые. Мастерские...

И знамена. Неуютно им здесь. В открывающуюся дверь врывается ветер, теребит кисти знамен. Можно бы поставить их в чистый теплый кабинет.

Но место знамен — баррикады, поле боя. И пусть уж стоят они тут, на проходной. Каждый, спускаясь в шахту, видит их — чуть запыленные знамена трудовой славы.

Сегодня знамена развернуты. Митинг. Горняки берут новые обязательства. Говорят немногословно. Цифрами. Все поддерживают смелый призыв: дать сверх плана тысячи тонн минеральных удобрений. Рудник нужно вывести на передовой рубеж ударного фронта борьбы за большую химию. К этому призывают решения декабрьского Пленума ЦК КПСС. Словно могучая струя свежего воздуха ворвалась во все закоулки шахты и вызвала новый огромный прилив энергии.

Лязгающая стальная клеть стремительно проваливается в темноту. В руке каждого — лампа. Люди стоят плотно. Свет ламп зажат телами.

Позвякивают шахтерские лампы. Но светло и без них. Цепь огней и светофоров создает иллюзию — будто идешь по тихой осенней улице ночного города.

Но вот в этот уснувший город ворвался грохот. Пронесся электропоезд, надвигается другой.

Комсомольско-молодежная на участке. На счету каждая секунда.

Ползут ковши с рудой. Взрывники Петр Ракланов и Леонид Кемкин заряжают камеру. Свисток. Все уходят. Взрыв! Вздрогнули штреки. А внизу, на откаточном, бункеровщики Ахат Хайруллин и Семен Мошков грузят поезда.

Тут, в шахте, под городом, вечная страда, какая бывает на полях только во время уборки урожая.

Смена дает план. Смена дает руду сверх плана.
Перекуры здесь бестабачные, курить в шахте — преступление. В пластах таится опасный газ метан. Но сейчас «перекуривать» некогда. Только и успевают ребята хлебнуть из шахтерской фляги газировки или на миг подставить лицо свежей струе, которую гонят воздушные вентиляторы.

Свежая струя!
Она всегда бьет от главного ствола по штрекам и камерам. Если ты заблудился в шахте, иди на эту струю! Она приведет тебя к выходу!

Еще взрыв. Отвалили добрых две сотни тонн. Скреперисты довольны. Летит самоцветная соль в вагонетки. Руда дробится и стремительно уносится на-гора...

Необъятен синий купол с чистыми осенними звездами. Огни новостроек. Рубины на телемачте. Вдали бесчисленные золотые ячейки многоэтажных домов — город не спит. Город химиков плывет в будущее безостановочно. Висит оранжевый каравай свежевыпеченной луны. От пекарен тянет хлебным духом.

План смены перевыполнен. Пошел сильвинит в счет сверхплановых тонн!

Андрей Губин
Березники

 
# Вопрос-Ответ
Кто живет в Гренландии?

Эскимосы, датчане и другие европейцы

Где впервые ввели правила дорожного движения?

Первые такие правила ввел Юлий Цезарь в Римской Империи