Прыжок через океан

Прыжок через океан

Мы предлагаем 10 тысяч фунтов стерлингов тому, кто за семьдесят два часа пересечет Атлантический океан от любого пункта в Соединенных Штатах до любого пункта Великобритании или Ирландии», — объявил британский лорд печати Норсклайф.

На Ньюфаундленд прибыли будущие участники необычных соревнований.

Полет над Атлантикой, ширина которой даже в самом узком месте составляет три тысячи километров, был отчаянным предприятием. Ориентировались тогда по обыкновенному компасу, а из-за близости магнитного полюса в Северной Атлантике этот прибор мог очень далеко увести самолет с курса.

Первыми решились на этот гигантский воздушный прыжок американцы. Они решили действовать наверняка. 16 мая 1919 года стартовали одновременно три самолета — три четырехмоторные летающие лодки, которые могли сесть прямо в океане. Вдоль их предполагаемого маршрута были расставлены корабли американского военного флота, которые помогали летчикам сохранить верный курс. Первый трехтысячекилометровый отрезок пути — до Азорских островов, где была сделана промежуточная посадка, все три машины прошли благополучно. На втором этапе у двух машин все-таки возникли неполадки в моторах. Экипажи их спасли американские военные корабли. Третья летающая лодка, пилотируемая Ридом, достигла 17 мая Лиссабона. Впервые Атлантика была покорена с воздуха. Однако премию Риду не присудили, потому что по условиям конкурса промежуточная посадка не допускалась.

Три английских экипажа никак не могли вылететь на своих «сухопутных» бипланах из-за неустойчивой погоды. Только 19 мая летчики решились. В 15 часов 48 минут пилот Хоукер и штурман Маккензи-Грив подняли руки для последнего приветствия тем, кто оставался на земле.

Хоукер был доволен началом полета. Мотор работал ровно, погода была отличная. Но хорошего настроения летчику хватило только на четыре часа — вокруг стали подниматься высокие башни кучевых облаков, которые машина не смогла преодолеть. Выбора не осталось: только в облака!

Хоукер сделал знак штурману, чтобы тот взглянул на доску с приборами: термометр системы охлаждения перешел через красную черту... Неполадку устранили только через час. Оказалось, что в систему охлаждения попала ржавчина и заблокировала водяные фильтры...

На следующее утро сразу после восхода солнца перед машиной снова взгромоздились горы облаков. И когда она вошла в их гущу, мотор сдал. Маккензи-Грив ручным насосом подавал в мотор горючее. Безуспешно. Вот уже всего в нескольких метрах под самолетом угрожающе вздымаются волны. И тут мотор снова с треском заработал...

Но радость по поводу этой неслыханной удачи вскоре омрачилась: машина потеряла много воды из системы охлаждения.
— Долетим? — спросил Маккензи-Грив.
Хоукер пожал плечами. Он опустил машину пониже.
— Высматривай пароход! — прокричал он, обернувшись.

Через несколько минут заметили датский корабль «Мери». Биплан сел на воду рядом с ним. Когда летчики взобрались по штормтрапу на судно, их самолет погрузился в воду всего в нескольких сотнях километров от берегов Ирландии.

Через несколько часов после вылета самолета Хоукера на Ньюфаундлендском аэродроме подошли к своей машине Рейнхам и Морган. Чтобы точно определить курс на Англию, они взяли с собой шесть почтовых голубей, рассчитывая выпускать их через каждые 450 километров. Голубь устремится к своей родной голубятне в Англии и укажет летчикам путь.

Самолет поднялся. Но вдруг его подхватил порыв ветра, и он камнем упал на землю. Напуганные треском ломающихся распорок зрители побежали к месту аварии. Уже издалека они увидели две фигуры, которые выбирались из-под обломков. Летчики были легко ранены, но о новом взлете нечего было и думать.

Оставался третий, последний, английский экипаж: Джон Олкокк и Артур Уайтен-Браун.

Стартовал этот экипаж почти на месяц позже. В солнечный июньский день биплан взмыл в воздух. Но вскоре горизонт окутала пелена тумана. Браун решил передать по радио на Ньюфаундленд свои координаты. Включил передатчик. Не работает. Браун перегнулся через край кабины. Маленький пропеллер генератора не вертелся — какая-то неисправность, которую теперь уже не устранить.

Машина летела в тумане наудачу. Много хлопот доставлял летчикам холод, а батареи, которые должны были питать обогревательные спирали в их костюмах, тоже, очевидно, были не в порядке.

Из тумана вышли еще до того, как зашло солнце. С помощью секстана Браун установил местоположение. Потом над бесконечной Атлантикой, над одиноким самолетом спустилась ночь. Вокруг повисли облака.

Браун наклонился вперед и крикнул Олкокку, что ему непременно нужно видеть звезды, чтобы сверить курс. Биплан круто пошел вверх. Вот звезды! Курс, кажется, верен. Чтобы поберечь горючее, Олкокк снова опустился на 1300 метров. На востоке показалось слабое сияние. Три часа. И вдруг... Впереди — циклон!

Дождь хлестал летчиков по лицу. Мощный шквал подхватил самолет, прижал его книзу. Стрелка высотомера быстро приближалась к нулю. Только в нескольких метрах от неистовствующих волн Олкокку удалось выровнять машину.

Потом по кабине застучал снег. Крылья обледенели. Моторы стали давать перебои. Олкокк заметил вдруг, что биплан покачивается. Он обернулся назад и... замер: Браун уже перелез через край кабины. Перчатки он снял. Шатаясь, встал на нижнем крыле, потом медленно опустился на колени.

Крепко держась за распорки крыльев, Браун осторожно продвинулся вперед. Олкокк напряг все силы, чтобы удержать самолет в горизонтальном положении. И вот Браун добрался до мотора. Сидя в струе бешеного ветра, поднятого вращавшимся в нескольких сантиметрах пропеллером, он стал ножом скоблить карбюратор. Потом — на высоте в тысячу метров над Атлантикой — он осторожно пополз назад и, собрав последние силы, влез в кабину.

Пять раз повторил Артур Уайтен-Браун этот опаснейший путь по крылу. Потом он прокричал Олкокку:
— Нам надо лететь ниже. Там воздух теплее. Может быть, увидим пароход.

По его подсчетам, позади было уже 2700 километров. Вот-вот должны показаться берега Ирландии.

Наступило утро. Облака остались позади. Но земли нигде не было видно. На мгновенье бесстрашных летчиков охватила паника. Браун посмотрел на компас.
— Кажется, мы немного сбились с курса, — прокричал он, — нам нужно взять южнее!

Олкокк склонил руль вправо.
В 8.15 Браун увидел землю и отодвинул в сторону таблицы с рассчитанным курсом. В 8.25 они пересекли линию ирландского берега. Браун стал высматривать какой-нибудь город. Но вокруг простирались только зеленые поля или серо-коричневые каменистые холмы. Потом летчики заметили радиомачту. Пошли на снижение. Самолет врезался в забор, но оба пилота остались невредимы.

К месту посадки устремились сотни людей, наблюдавших редкое зрелище — самолет над их городком. А часом позже мальчишки-газетчики в Лондоне, размахивая экстренным выпуском «Дейли мейл», кричали:
— Атлантика покорена!

Клаус Полькен

 
# Вопрос-Ответ