Магия околпачивания

Магия околпачивания

Журналист Валентин Островский работает сейчас над книгой, посвященной разоблачению невежества в разных его проявлениях от самых давних пор до наших дней. В этом номере публикуются два отрывка.

В первом рассказывается о бытовавших в средние века судах над животными. Это на первый взгляд не более чем курьезные случаи, но слепая вера в бога и черта, несущая людям горе и несчастье, объединяет современных мракобесов со средневековыми. О сегодняшних мракобесах и их деятельности рассказывает другая глава — «Ведьмы среди нас?». В основе ее самый свежий материал — факты, взятые из сегодняшних газет, журналов и книг, выходящих в капиталистических странах.

В доме у одного крестьянина завелся чертенок. И с той поры всей семье не стало житья. По ночам он гремел ведрами и горшками, кусал лошадей за ноги, кидал камни в печную трубу и никому не давал уснуть. Хозяева до того измучились, что решили спалить свой дом вместе с непрошеным гостем и переселиться в другую деревню.

И вот рано утром крестьянин запряг лошадь и погрузил на телегу весь свой скарб. Усадив жену и детей на мягкие тюки, он поджег хату, вскочил на телегу и стеганул кнутом по спине верной лошаденки. Она тотчас же пустилась вскачь, и вся семья облегченно вздохнула. Тут-то из-под старого мешка и раздался сиплый голос чертенка: «Хорошо, что нам удалось вовремя удрать, а то бы мы все сгорели!»

С незапамятных времен человека мучают суеверия. Они цепки и живучи, как чертенок из этой сказки.

Суеверия, писал известный русский ученый Владимир Иванович Даль, — «это путы, кои человек одел на себя — по своей ли вине или по необходимости, по большому уму или по глупости, — но в коих он должен жить и умереть, если не может стряхнуть их и быть свободным».

Итак, что же такое суеверие? Это вера в сверхъестественную силу, якобы присущую различным животным, предметам, действиям и явлениям.

Суеверия — это обломки древних религий, забытых обрядов и ушедших в прошлое ритуалов. Это «живые ископаемые», уцелевшие с тех далеких времен, когда человек только начинал осознавать окружающий мир. Природа представлялась ему загадочной и враждебной. Непонятные силы вызывали дождь, ветер, землетрясения, извержения вулканов. Неизвестно откуда появлялись вдруг болезни, косившие людей. Всему этому надо было найти какое-то объяснение. Ложные представления о связи между причиной и следствием приводили подчас к самым фантастическим заблуждениям...

Есть суеверия, которые расчетливо использовались и используются теми, кто умеет извлекать выгоду из человеческого невежества.

Такие суеверия, как писал Владимир Иванович Даль, придуманы «для того, чтобы заставить малого и глупого окольным путем делать или не делать того, чего от него прямым путем добиться было бы гораздо труднее. Застращав и поработив умы, можно заставить их повиноваться».

Борьба между суевериями и разумом — это не просто борьба между невежеством и наукой — это идеологическая борьба. Средневековое мракобесие распространяется, поддерживается, культивируется и в наши дни. Наряду с другими методами идеологической обработки масс — оголтелым антикоммунизмом, расизмом, выкрутасами идеалистической философии — «желтый дьявол» капитализма берет себе на службу и суеверие.

Адвокат мышей и крыс

У попа была собака.
Он ее любил.
Она съела кусок мяса...

Он... подал на нее в суд. Написал заявление, подробно излагающее все обстоятельства дела. Так, мол, и так, 15 января сего года, в 7 часов утра собака по имени Жучка в нарушение существующих законов преступным образом выкрала из буфета полфунта свежей говядины, принадлежащей нижеподписавшемуся, и съела означенное мясо без остатка.

Собаке прислали повестку с вызовом в суд. Она не явилась: Тогда ее арестовали и учинили допрос. Подсудимая ничего не хотела говорить. Ее избили, и она жалобно заскулила. «Обвиняемая полностью признала свою вину», — записали в протоколе. Затем судьи удалились на совещание. Через некоторое время было оглашено решение суда: собака Жучка приговаривается к смертной казни. На другой день ее повесили.

Вы скажете, что это глупая сказка? Не торопитесь! На протяжении нескольких столетий такие процессы происходили довольно часто в странах Западной Европы.

В исторических архивах сохранились документы, дающие яркое представление о том, как люди судили животных. Чаще всего эти процессы устраивались во Франции; но и в других странах: Англии, Германии, Италии, Голландии, Швеции — меч правосудия карал четвероногих и пернатых преступников.

Подсудимым животным было, конечно, довольно трудно оправдываться или произносить речи в свою защиту: судьи оставались глухи « самому красноречивому хрюканью, их не трогало самое чистосердечное кукареканье.

Но всякий подсудимый, даже если у него есть хвост, имеет право на защиту. И арестованному животному суд назначал защитника — обыкновенного юриста. Тот относился к своим обязанностям вполне серьезно: выступал от имени подсудимого, писал пространные заявления и обстоятельные записки — одним словом, брал на себя все то, что животное — по своему неразумению — делать было не в состоянии.

Бартелеми де Шассане, известный французский юрист, родившийся в 1480 году, сделал блестящую карьеру благодаря тому, что с большим успехом защищал... мышей. Все началось с того, что в епископстве Отэнском расплодилось невиданное количество грызунов. Они пожирали посевы на полях, забирались в амбары с зерном, безраздельно хозяйничали в погребах и нахально шныряли прямо под ногами у людей. Уладить это дело полюбовно не удалось, и возмущенные граждане подали на мышей жалобу. Тех вызвали в суд, но они не явились по первому требованию, и это было явным неуважением суда. Прокурор распорядился расследовать дело без дальнейших проволочек.

Бартелеми де Шассане был назначен защитником мышей.

«Моих подзащитных нельзя упрекать за то, что они не явились в суд по первому вызову, — сказал Шассане. — Их недостаточно хорошо оповестили — они находились в это время в своих норах. Моим клиентам нет числа, и они живут во многих деревнях, так что необходимо оповестить их вторично!»

Суд счел эти доводы убедительными и распорядился послать мышам вторичный вызов.

И вот во всех церквах епископства проповедники оповестили с амвона грызунов, что они должны явиться в суд. Видимо, предполагалось, что церковные мыши услышат эти слова и тотчас кинутся передавать неприятные новости своим собратьям. Но этого не произошло — вторичный вызов также был оставлен без внимания.

Тогда Шассане вновь выступил с пламенной речью. Он говорил о том, как нелегко маленьким мышам преодолевать большие расстояния, пересекать глубокие овраги и переплывать ручьи, мокнуть под дождем и голодать в пути. Он взволнованно говорил о страшных опасностях, подстерегающих его клиентов на каждом перекрестке: кошки, узнав о предстоящем суде, заняли наблюдательные посты и не пропускают живьем ни одного мышонка. Заканчивая свою речь, адвокат воскликнул со слезами в голосе: «Нет ничего более несправедливого, как эти общие меры наказания, которые поражают целые семьи, которые заставляют детей нести наказания за преступления их родителей, которые карают всех без различия пола и возраста — даже тех, кто по своему нежному возрасту или по дряхлости равно не способны совершить преступление».

Бартелеми де Шассане умер в 1541 году. Среди книг, которые он написал, наибольший интерес представляет руководство для юристов, содержащее все правила судебных процессов против животных.

В средние века велись нескончаемые дискуссии по вопросу о том, могут ли животные грешить, и высказывались самые разнообразные точки зрения. Некоторые ученые считали, что у животных есть «бессмертная душа». А итальянский кардинал Беллармино, напротив, не верил в загробную жизнь бессловесных тварей и потому... разрешал блохам кусать себя без всяких ограничений. «Мы будем вознаграждены в раю за наши страдания, — писал он, — а у этих бедных существ нет ничего, кроме радости земного бытия».

Но столь благодушно настроены были очень немногие. Так, французский иезуит П. Бонжо в первой половине XVIII века выпустил книгу, в которой приходит к несколько неожиданному выводу: «Животное есть не что иное, как черт».

Книга наделала много шума и не осталась без ответа. В 1740 году в Германии вышла в свет брошюра под названием «Верно ли, что животные суть черти?». Ее автор, немецкий богослов, принимает очень близко к сердцу репутацию бедных тварей:

«Животные могли бы сказать автору: «Черт никогда не бывает добродетельным, а мы полны добродетелей. Следовательно, мы не можем быть чертями. И в этом животные совершенно правы».

В январе 1457 года во Франции состоялся громкий процесс. Судили свинью и шесть поросят по обвинению в злодейском убийстве малолетнего Жана Мартена. Все было как положено: выступал прокурор, давали показания свидетели, произнес речь защитник. Взвесив все обстоятельства, суд приговорил свинью к смертной казни. Поросят оправдали, так как прямых улик против них не было, но, несмотря на это, их конфисковали в пользу суда — очевидно, на свиные отбивные или заливное с хреном.

Животное, приговоренное к смерти, казнили всегда публично. Нередко при этом звонили в колокола. Опытного палача приглашали подчас из какого-нибудь отдаленного города. Счета и расписки палачей — один из важнейших источников сведений об этих процессах.

Животное вешали на дереве или на обычной виселице, которую наскоро сколачивали для этой цели. Нередко перед казнью на свинью натягивали штаны и напяливали камзол. Стенная роспись в церкви святой Троицы в городе Фалез изображает такую казнь.

Во Франции обычай судить животных сохранялся дольше, чем где бы то ни было, хотя именно в этой стране раздались первые протесты против этого варварства. Еще в 1283 году — почти семь столетий тому назад — известный юрист Филипп де Реми Бомануар написал трактат, в котором доказывал всю нелепость судебных процессов против животных.

Арестованных животных содержали в тюрьмах. При допросах их подвергали пыткам, Визг избиваемого животного считался чистосердечным признанием вины.

Животные выступали не только в роли подсудимых, но и в качестве свидетелей. В Германии, например, долгое время действовал такой закон: если одинокий человек подвергся нападению в своем собственном доме, то он должен привести в качестве свидетелей на суд собаку, кошку или петуха. Животные, бывшие свидетелями тяжелых преступлений, совершенных людьми, несли очень большую ответственность. Если они никого не призывали на помощь своими криками, их приговаривали к смерти. Закон, предусматривающий подобные наказания, все еще имел силу в начале XVII столетия.

В Германии разные домашние животные не пользовались равноправием. Одним из них предоставлялись определенные льготы и преимущества. Например, жеребцы и бараны могли безнаказанно топтать посевы. Потерпевший имел право стегнуть их при случае, но под суд отдавать их за такие проступки было нельзя. Однако мелкие животные несли уголовную ответственность за порчу посевов. Кур, гусей и уток нередко приговаривали к смертной казни. Мышей, гусениц, червей и других вредителей сельского хозяйства приговаривали обычно к изгнанию. Приговор торжественно зачитывался, и уж дело червей было его выполнять.

«Ведьмы среди нас!»

«И теперь еще, в середине XX века, в каждом городе есть несколько «ведьм» и почти в каждой деревне — своя «прислужница черта»... Их нередко калечат и даже убивают. Тысячи и тысячи женщин страдают из-за этого мракобесия... Надо только послушать разговоры суеверных людей, обсуждающих, как бы пострашнее наказать ведьму! Они сожалеют, что государство теперь уже не разрешает применять единственное правильное наказание — пытки и сожжение ведьм на костре».

Эти строки принадлежат перу западногерманского ученого Иоганна Крузе. В 1951 году в Гамбурге вышла его книга под названием «Ведьмы среди нас?». В ней он рассказывает о суевериях, распространенных в Западной Германии. Они мало чем отличаются от суеверий, которые живы до сих пор в Англии, Франции, Голландии, Испании, Италии, Мексике, во многих других странах.

И сейчас есть люди, которые верят в «дурной глаз», колдовство и нечистую силу. В отдельных районах Западной Германии девяносто пять процентов жителей находятся в плену подобных представлений. Суеверные люди калечат и даже убивают женщин, заподозренных в том, что они колдуньи. А для этого достаточно в любой кошке или даже зайце «опознать» соседа. Есть «верный способ»: избить подозреваемое животное или окатить его кипятком. И если после этого увидишь старуху с забинтованной рукой или перевязанной головой, ей не укрыться от разоблачения — вот она, ведьма!

В западногерманской области Шлезвиг-Гольштейн широко распространена вера в то, что ведьма теряет свою силу, если ее самою избить до крови. Поскольку, однако, современное законодательство, к величайшему огорчению мракобесов, не поощряет такого обращения со старухами, это средство используют применительно к заболевшему, а значит, «околдованному» животному. Если свинья, овца или корова заболевает, хуторянин избивает ее до крови: ведьма ощущает при этом боль и снимает колдовство.

Нередко в Западной Германии точно так же поступают с больными детьми, которых считают околдованными. Не так давно был случай, когда в одной деревне родители забили свою больную дочь насмерть.

Когда человек чувствует, что сам он не может совладать с нечистой силой, на помощь ему охотно приходят «специалисты по изгнанию злых духов». Таких проходимцев в капиталистических странах развелось очень много. Безжалостно обманывая невежественных людей, они выжимают из них последние деньги.

В Западной Германии, например, число «ведьмогонов»-профессионалов достигает десяти тысяч. В одном только Гамбурге их четыреста пятьдесят.

Даже в аптеках продается... порошок для выкуривания ведьм. Это так называемый «чертов помет». Если его поджечь, он распространяет нестерпимый смрад. Аптекари уверяют, что ни одна ведьма не в состоянии его выдержать...

Не так давно западногерманский журналист Рихард Вимер рассказал на страницах журнала «Блик ин ди вельт» такую историю.

Лет тридцать назад он, будучи еще совсем молодым репортером, сочинил интервью, которое якобы взял у ведьмы. Это «интервью» было опубликовано в трех крупных газетах одновременно.

Ведьма Магда, которую Рихард Вимер представил читателям, заявила в беседе, что охотно принимает заказы от представителей лучших слоев общества.

На протяжении пяти лет после опубликования этого выдуманного «интервью» Рихард Вимер получал горы писем от людей, верящих в существование ведьм.

«Все они, — рассказывает Вимер,— писали о желаниях и стремлениях, которые невозможно осуществить обычным путем». Вот выдержки из писем двух читателей:

«Разбирается ли госпожа Магда в биржевых и финансовых делах? Я одинокая женщина, и мне очень хотелось бы сверхъестественным путем влиять на стоимость акций».

«Я только что узнал из газеты о колдовских способностях госпожи Магды. Умеет ли эта дама прокалывать фотографию (любительский снимок) таким образом, чтобы изображенное лицо испытало неприятные последствия? Можете ли вы с чистым сердцем рекомендовать вашу колдунью?»

Эти письма написаны легковерными и, судя по всему, не слишком образованными людьми.

Но вот передо мной книга, изданная в Лондоне в 1945 году. Называется она «Колдовство и черная магия». Ее автор — преподобный Монтегю Саммерз — принадлежит к числу современных демонологов. Первая же фраза на суперобложке поражает, как неожиданный удар в переносицу:

«Колдовство старо, как мир, и распространено по всему миру: в наши дни оно процветает точно так же, как и в давно минувшие столетия, когда умнейшие и лучшие люди Европы создавали законы и вели борьбу против этого зла».

Умнейшими и лучшими людьми он называет Шпренгера, Крамера, Бодэна, де Ланкра — тех, кто был повинен в разгуле страшнейшего средневекового мракобесия, в чудовищных преступлениях против человечности, в смерти сотен тысяч людей!

В своей книге, достойной стать на одну полку с произведениями демонологов XVI и XVII столетий, Саммерз всерьез пытается доказать, что ведьмы живут среди нас, — без всякого вопросительного знака.

Автор намекает, что неплохо бы возродить процессы ведьм и снова зажечь костры... и в конце книги говорит, что нельзя упразднить «божественный закон» — «ворожеи не оставляй в живых».

* * *
«В век атома магия процветает».

«Бюджет магии превышает бюджет науки».

Эти заголовки взяты из французских газет, сообщающих поистине поразительные факты.

В Париже орудуют 6 тысяч профессиональных гадалок и «ясновидцев», дающих 50 тысяч консультаций ежедневно и зарабатывающих 150 миллионов новых франков в год.

Во всей Франции общий годовой доход шарлатанов, наживающихся за счет суеверных людей, составляет 3 миллиарда новых франков. 3 миллиарда!.. Это гораздо больше той суммы, которая отпускается ежегодно на научно-исследовательскую работу.

Многие парижские ежедневные газеты регулярно печатают таблицы «видных» астрологов — лжеученых, которые якобы могут предсказывать будущее по расположению звезд.

Во Франции издается десять специальных ежемесячников, посвященных астрологии. Их читают представители самых разнообразных профессий. Недавно в редакцию одного из таких журналов поступило возмущенное письмо читателя-агронома. По недосмотру редактора в последнем номере, против обыкновения, не были опубликованы предсказания насчет сельского хозяйства. «Откуда же я теперь узнаю, что мне сеять?» — спрашивает этот читатель.

Не лучше обстоит дело и в других западноевропейских странах. В Западной Германии, например, 80 газет и журналов печатают астрологические таблицы.

В Австрии несколько лет назад газета «Эстеррайхише нойе Тагесцайтунг» провела опрос среди своих читателей и установила, что 34 из каждых ста человек в Австрии внимательно следят за «предсказаниями» астрологов в газетах и журналах.

К итальянскому астрологу Франческо Вальднеру обращаются за советами крупные дельцы и фабриканты, видные юристы и хирурги.

У американского миллиардера Джона Пьерпонта Моргана был личный астролог, обслуживающий только своего хозяина.

Что может быть лучшей рекламой для современного предсказателя, чем поддержка миллионера и бизнесмена: деньги — за предсказания и предсказания — за деньги!

1 000 газет в Соединенных Штатах регулярно публикуют гороскопы. Сто с лишним тысяч прорицателей в американских городах выкачивают деньги из карманов суеверных людей. «В 1943 году 5 миллионов американцев поступили в соответствии с указаниями гадалок и истратили 200 миллионов долларов, чтобы узнать будущее», — пишет исследователь Ги Казариль в своей книге «Повседневная магия».

Один из самых богатых и модных астрологов в США — некто Золар. Он начал свою карьеру с того, что продавал костюмы. А затем решил, что астрология более прибыльное занятие. И не ошибся.

За каких-нибудь два доллара в любом американском магазине можно купить аппаратик, который предсказывает будущее. Это коробочка со стеклянным окошечком, напоминающая калейдоскоп. Пользоваться этим аппаратом очень легко: задайте ему вопрос в упор, а затем потрясите коробку и загляните в окошечко. На экранчике появляется та или иная надпись, например: «Сейчас не могу предсказать», «Может быть», «Сосредоточьтесь и задайте вопрос снова».

В Западной Германии до сих пор издается немало шарлатанских книг, содержащих описание волшебных рецептов, которые были в ходу еще в XVI веке.

Раскроем такую книгу наугад и прочтем первый попавшийся совет:

«Средство от водянки: от каждого ногтя на руках и ногах отрезать по кусочку. Эти кусочки кладут в полотняный мешочек и привязывают его к спине рака, которого бросают в воду вниз по течению, говоря при этом: «Все болезни, страдания и мучения я выбрасываю в реку».

А вот рецепт «чудодейственного» лекарства:

«Смешай пепел трех заживо сожженных жаб с кошачьей кровью. Добавь кусочек истертой в порошок кости, подобранной на кладбище. Сварив эту смесь, давай ее ребенку на кончике ножа».

Никто не знает, скольким людям такой рецепт стоил здоровья! Издателей это и не интересует.

* * *
Лягушачья кровь и пепел жаб, черепа и гороскопы — вся эта чертовщина вовсе не так безобидна, если помнить, что околпачивание принимает во многих капиталистических странах большие размеры, что за огромными доходами жрецов бога наживы стоят многие сотни одураченных и морально ограбленных людей.

Валентин Островский

 
# Вопрос-Ответ
Кто живет в Гренландии?

Эскимосы, датчане и другие европейцы

Где впервые ввели правила дорожного движения?

Первые такие правила ввел Юлий Цезарь в Римской Империи